Боль всё не утихает.
Я не получала никаких известий от Бена, так что могла делать вид, что у нас с Арсеном всё замечательно. Он не задаёт вопросов, а я не поднимаю эту тему. Прошедший месяц оказался одним из самых счастливых для меня за долгое время, но есть что-то основное, упущенное, недостающее… что-то, что не позволяет мне чувствовать себя целостной. Есть скрытая боль, которую я продолжаю игнорировать. Я надеюсь, что однажды она уйдёт и что любовь, которую я чувствую к Бену, также исчезнет и позволит мне любить только Арсена.
Люблю…
Мы ещё не произносили этих слов, но я знаю, что он любит меня. Наверное, любит. Это проявляется в том, как он держит мою руку, когда мы спим, в том, как он расчёсывает мои волосы, в том, как он кормит меня клубникой, когда мы пьём шампанское в его постели, и в том, как он занимается со мной любовью. Я знаю, любовь есть.
Я люблю его.
Когда я с Арсеном, то не думаю о Бене. Никогда. Словно Бен – лишь запоздалая мысль, воспоминание. И всё же, когда Арсен уходит, мысли о Бене поглощают меня целиком. Тоска наполняет меня, и я не могу избавиться от неё до тех пор, пока Арсен не обнимет меня.
Это не идеально, но мы счастливы и как-то сделали так, чтобы это сработало. Я не вернулась на работу, поэтому днём мы занимаем друг друга походами по музеям, прогулками в парке, а ночи посвящаем любви или траху. Я понимаю, что мы оба избегаем реальной жизни, но, когда мы вместе, то можем прикидываться, что всё прекрасно.
Папарацци теперь знают о нас. Сначала, они даже впутали мой развод во всю эту неразбериху, но затем их внимание иссякло. Не знаю, читал ли Бен статьи о нас, но мой отец теперь не разговаривает со мной.
В последний раз, когда я видела Эми и сообщила ей, что ушла от Бена к Арсену, она попросила меня не впутывать в мои дела любовь. Она сказала, что легко спутать физическое удовольствие с настоящим чувством, вот и всё.
Я прекратила с ней общаться. Я не хочу верить её словам. Я не могу.
* * *
После привычного писания в стаканчик, взвешивания и измерения кровяного давления, я сижу на кушетке в больничной рубашке, расстегнутой спереди и оголяющей мою грудь. Три дня назад Арсен обнаружил небольшое уплотнение на моей левой груди и потребовал, чтобы я записалась на приём. Уверена, что всё в порядке, но здесь я нахожусь только по его просьбе.
Когда мой телефон вибрирует, я читаю сообщение от Арсена:
«Я хочу тебя в самом что ни на есть плохом смысле. Ты - наркотик, который приносит мне облегчение… который меня возбуждает… который ублажает меня… который доставляет мне сладкое забвение. Ты - мой наркотик, которому я отдаю предпочтение, Кэтрин. Ты - моё пристрастие. Моя эйфория».
Я краснею и вспоминаю вещи, которые он делал со мной вчера с бутылкой шампанского, и места, из которых он пил его.
Доктор Пажари проверила мою грудь и не обнаружила ничего, кроме увеличенного лимфатического узла, но просит меня зайти к ней в кабинет. У меня отлегло от сердца, потому что уплотнение оказалось ничем, но я беспокоюсь, потому что, полагаю, она хочет спросить, как у меня дела, и о журнальных статьях. Как я сообщу ей, что с нашей последней встречи Бен подал на развод, а я живу с двадцатичетырёхлетним парнем?
В кабинете я сажусь напротив доктора Пажари и замечаю, что она избегает смотреть мне в глаза. Обеспокоенная тем, что она обнаружила что-то ещё, я собираюсь спросить в чём проблема, но она говорит первой:
- Кэти. Ты беременна.
* * *
Как в тумане я добираюсь до квартиры Арсена. Я не могу снова быть беременной. Не могу. Когда такси останавливается, клянусь, я вижу отъезжающий чёрный майбах Бена, но это невозможно. Я брежу из-за свалившейся на меня новости, поэтому выбрасываю это из головы и забываю.
Возясь с ключами от квартиры Арсена, мне хочется заплакать от счастья и опасения – у меня седьмая неделя беременности. Отцом может быть либо Бен, либо Арсен.
Когда я вхожу в квартиру, Арсен выходит из спальни, одетый в джинсы и светло–голубой свитер. Его светлые волосы длиннее, чем обычно. Я как-то упомянула, что мне нравятся длинные волосы, поэтому он их отращивает.
- Блин, Ямочки, что, чёрт возьми, мы вытворяли сегодня утром? - смеётся он, и в его глазах сверкает лукавый огонёк. - Серьёзно, как могли простыни так промокнуть?
Он притягивает меня к себе и целует в шею. Есть какое-то отчаяние в его объятии, которое не появлялось с тех самых пор, как я ушла от Бена.
- Я так сильно по тебе скучал, - шепчет он мне на ухо и вдыхает мой аромат. Немного отстраняясь так, чтобы мы могли смотреть друг на друга, он поднимает руку к моей щеке. - Я рад, что ты дома. Теперь, пожалуйста, скажи, что я чёртов псих и у тебя всё в порядке.
Ох.
Как я могу рассказать ему, что обнаружила доктор Пажари, не напугав его? Он разозлится? Я сама не могу в это поверить и всё ещё нахожусь в состоянии шока. Это вообще возможно? Мне хочется игнорировать предательскую надежду, закравшуюся в мою грудь, мне хочется подавить её до того, как она снова убьёт меня, но я не могу.
Не могу.
Не могу.
Моим первым побуждением было позвонить Бену, но я решила, что лучше написать ему электронное письмо. У меня в груди всё сжимается только от мысли о ребёнке и Бене. Но учитывая прошлое, этот малыш может никогда и не родиться. Будет ли Бен заинтересован?
Затерявшись в мыслях, я слышу, как Арсен что-то говорит. Я фокусирую взгляд на его лице, хотя вопросы не утихают в моей голове. Но он должен знать. Я с трудом сглатываю, готовя себя к преподнесению самой лучшей, а, может быть, и самой худшей новости за весь период наших коротких отношений.
- Нет. Нет. Хм… Всё в порядке. Арсен… Мне нужно тебе кое-что сказать. Хочешь присесть?
- Что, чёрт возьми, происходит? Ты пугаешь меня.
- Я… Я беременна.
Ошарашенный, он отпускает мою руку и садится на пол, прислоняясь к стене.
Полагаю, это и есть ответ на мой вопрос.
- Это вообще возможно? - негромко произносит он. - Я имею в виду, не хочу казаться кретином, но каковы шансы, что всё получится?
Неужели он только что сказал это мне?
- Я не знаю. Доктор Пажари говорит, такое случается. Иногда просто беременеют безо всяких объяснений. Я по-прежнему в категории беременности с очень высоким фактором риска. Она что-то говорила о сперме, которая…
- Я не могу, Кэти. Я не подписывался на то, чтобы стать отцом. Я думал, мы просто весело проводим время. Я это могу, ты знаешь. Развлечения. Но я не могу стать отцом. Извини.
Не могу сказать, что меня удивил его ответ. Я всегда понимала, что всё, что происходит между нами, в конечном итоге, завершится, просто не ожидала, что это произойдёт так, что Арсен сможет так меня отвергнуть. Всё же предостережения Эми и Бена сбылись.
- Я-я… ты хотел, чтобы я ушла от своего мужа. Т-ты так говорил.
- Да.
- Я думала, ты любишь меня. Я знаю, ты никогда не говорил этого, но мне к-казалось, что любишь.
Вот. Я сказала это. Даже не знаю, почему я спрашиваю, ведь это больше не имеет значения, между нами всё кончено. Но я должна узнать. Мне хочется узнать.
- Да, наверное. Я не знаю, Кэти, - он обводит взглядом комнату, будто ищет правильный ответ. - Думаю, я люблю, но не настолько, чтобы завести с тобой семью. Я не готов, и…. Я не знаю. Я не настолько тебя люблю.
Внезапно я чувствую сильное головокружение и отхожу в поиске чего-то, за что смогу ухватиться прежде, чем упаду. Когда моя задница ударяется о спинку стула, я сажусь и продолжаю слушать, как Арсен разбивает моё сердце своими словами. Замечаю, что он называет меня Кэти. Он не называл меня так с тех пор, как мы встретились.
- Мы просто развлекаемся, Кэти. Впрочем, никогда никакие обещания не звучали. Я думал, мы просто…
- Просто что? Хорошо проводим время? Для тебя это всегда было просто траханье? Как насчёт меня?
От моих слов он вздрагивает.
Хорошо.
- Ты мне нравишься, ты - классная. Но, да… Всё дело в хорошем сексе, и ты, казалось, никогда не была заинтересована в большем.
- Я не могу. Не могу. Ты вообще слышишь себя? Я бросила мужа ради тебя! Как это могло быть «просто хорошим сексом»? Как насчёт твоей ревности? Т-ты говорил, что я - твоя! - кричу я на него, истерика начинает охватывать меня.
- Чёрт, Кэти, что ты хочешь, чтобы я сказал? Мне не нравится делиться. Вот и всё.
- Делиться мной? Ты, твою мать, шутишь? Делиться мной с моим собственным мужем? Я изменяла ему с тобой!
- Ну, думаю, это произошло бы в любом случае. Я увидел шанс и использовал его.
Всё моё тело начинает трясти. Я убеждаю, что этого не происходит. Что это ночной кошмар. Да, точно. Ночной кошмар. Арсен бы никогда не поступил так со мной. О, Боже. Меня сейчас стошнит. Я закрываю глаза и стараюсь побороть тошноту, когда слышу, как он наносит мне последний удар.
- Думаю, тебе лучше вернуться к мужу. Я люблю тебя, но не так, Кэти. Я имею в виду… Ребёнок вообще от меня? Насколько я могу судить, он может быть и от него. В конце концов, ты трахалась с нами обоими.
Я встаю, хватаю сумку и направляюсь к двери, Арсен наблюдает за мной грустными глазами. Он – тот, кто закончил всё, что между нами было.
Я не могу заставить себя что-либо чувствовать. Как будто у меня все эмоции, хорошие и плохие, стёрты. Я парализованная изнутри.
- Я не знаю, кто отец, Арсен. Впрочем, это не важно, потому что, зная моё тело, я вероятнее всего не смогу выносить ребёнка. Что касается Бена, я изменяла ему с тобой, и он подал на развод. Поэтому, вернуться к нему я не смогу.
Арсен поднимается и направляется ко мне, но я останавливаю его.
- Не подходи, Арсен, или я ударю тебя. Я знала, что это произойдёт… Знала. Всё было слишком хорошо, чтобы быть правдой, но я никогда не думала, что ты поступишь вот так. Полагаю, я заслуживаю этого… Я сделала то же самое с Беном.
- Ямочки… Я…
- Прощай, Арсен.
* * *
Я лежу в кровати Эми, она обнимает меня, а мне хочется плакать и кричать, но я не делаю ни того, ни другого. Глядя на серовато-зелёные стены, я лишаюсь остатков боевого духа. Я ничего не чувствую.
Я отрешённая.
Опустошённая.
Безжизненная.
Единственным напоминанием, что я жива, является боль в груди. Она невыносима, но в то же время приятна, потому что помогает заглушить воспоминания об Арсене и Бене. Я закрываю глаза и прижимаюсь ближе к Эми.
Я не могу дышать.
Не могу.
Я наказываю себя вновь: вспоминаю встречу с Беном и то, как он на меня смотрел. Отвращение и страдание, написанные на его лице, его причиняющие боль слова.
***
Поговорив с Эми, я согласилась, что мне нужно связаться с Беном и рассказать всё ему. Он должен знать правду, даже если велика вероятность, что снова ничего не получится. Я попросила его встретиться со мной в «Старбаксе», что рядом с домом Эми.
Помню, как шла к кафе, как меня тошнило и как я думала об Арсене. Мне показалось, что я видела его. Я обернулась, но его нигде не было видно.
Я сидела на одном из тех тёмно-бордовых диванов, в которых ваше тело утопает, поскольку они очень потёрты и изношены, и вдыхала аромат кофе и карамели, царящий в воздухе. Вскоре вошёл Бен. Он изменился. Я месяц не видела его, и сейчас он совсем не был похож на мужчину, за которого я выходила замуж шесть лет назад. Он сильно похудел, и одежда висела на нем. Его красивое лицо было покрыто бородой и единственное, что можно было в ней разглядеть, это его губы. Его карие глаза выглядели пустыми и холодными, а тёмные мешки под ними казались почти фиолетовыми. Как же много в нём гнева…
Я знала, что не смогу ему сказать. И его слова подтвердили, что я была права. Не поздоровавшись, не спросив, как у меня дела, он перешёл к делу.
- Я согласился встретиться с тобой, лишь потому что, честно говоря, мне любопытно. Так, что? - со злостью выплёвывает он.
- Прости. Мне очень, очень жаль. Наверное, я хотела извиниться перед тобой ещё раз.
Ложь, ложь, ложь.
- Ты не думаешь, что немного опоздала, Кэти?
Да…
Я знала, что я всё ещё очень сильно его люблю. Даже Арсен не смог стереть этого. Я вводила себя в заблуждение.
- Где Арсен? Удивлён, что ты смогла оторваться от траха с ним, чтобы встретиться со мной. Я хочу сказать, когда мы были женаты, я был счастлив, если мне удавалось провести с тобой хоть пять минут в день.
Я вздрогнула от его слов. Они задели за живое.
- Он, хм… Он в прошлом, - я уставилась на свои руки.
Бен рассмеялся.
- Вот это да. Чёрт возьми, быстро. Вынужден отдать должное парню. Полагаю, он устал трахать тебя. Скажи мне, прелестная Кэти, ты была недостаточно хороша? Наверное, он устал от того, как ты сосёшь? Как долго это продолжалось? Две-три недели? Журналы, кажется, потеряли к вам интерес.
- Месяц, - тихо произнесла я.
Бен встал и посмотрел на меня с жестокой улыбкой на губах.
- Ну, надеюсь, ты счастлива. Одиннадцать лет отношений коту под хвост ради месяца потрахушек. И нет. Я не могу простить тебя. И не думаю, что когда-нибудь смогу.
Закрыв на мгновение глаза, он снова пригвоздил меня к месту своим гневным взглядом.
- Я ненавижу тебя настолько же сильно, насколько любил. Может быть даже больше, потому что не могу заставить себя прекратить любить тебя. Мне нужно идти. С меня хватит.
И он ушёл, а я зарыдала так, что не увидела, как он вернулся. Я заметила это только после того, как он положил руки на стол и наклонился ко мне, чтобы прошептать:
- Знаешь, Кэти, ты должна была быть моим прошлым, моим настоящим, моим будущим… моей вечностью. Но теперь… ничего не осталось. Ты сломала меня, слышишь? Сломала. Я смотрю в твои глаза и твоё красивое личико, и мне всё ещё больно. Чёртова сука, мне больно. Мне хочется стереть каждое воспоминание о тебе. Все до единого до тех пор, пока в один прекрасный день я смогу проснуться, не думая о тебе. До тех пор, пока мысли о том, как ты поступила с нами, не перестанут убивать меня. Слышишь? Пожалуйста, не пытайся связаться со мной снова. Я хочу, чтобы ты убралась из моей жизни. Навсегда.
И он ушёл.
***
- Что собираешься делать, детка? - спрашивает Эми.
Не знаю. Я не могу говорить, потому что боль невыносима. Я пытаюсь вдыхать через нос и выдыхать через рот, чтобы в лёгкие попало хоть немного воздуха. Хуже всего то, что я не знаю, по кому и чему я больше убиваюсь. Арсен или Бен, то, как Арсен отказался от наших отношений, или ярость Бена и его ненависть. Я зарываюсь лицом в шею Эми и позволяю физическому контакту умиротворить меня. Я так устала. Я устала.
Слышите? Звук моего умирающего сердца.
Чувствуете? Мучительная боль, которая съедает меня заживо, медленно разрывает меня на части.
Это моя вина. Только моя. Не его. Не их.
Я одна.
- Кэти, милая. Что бы ни случилось, я рядом. Просто знай это. Ты можешь переехать ко мне и жить здесь, сколько хочешь. Как ты знаешь, я теперь с Чарльзом. Ты ему действительно нравилась, и он чувствует себя ужасно из-за того, как с тобой обошёлся Арсен. Как бы то ни было, мы поможем. Тебе не нужны те два кретина. Тебе нужно некоторое время обходиться без члена и сконцентрироваться на этой беременности, сосредоточься на хорошем. Может, позвонишь отцу? Он простит тебя. Хорошо? - шепчет она, проводя руками по моим волосам.
Я киваю и начинаю засыпать, размышляя, забуду ли я когда-нибудь последние слова Бена? Оправлюсь ли от предательства Арсена? Стану ли я когда-нибудь снова целой?
Размышляю.
Размышляю.
Размышляю...