double arrow

О взаимоотношениях патриарха Никона с царём Алексеем Михайловичем



Как уже было сказано выше, история взаимоотношений Никона и царя Алексея Михайловича началась ещё в 1645 году, когда Никон, будучи игуменом Кожеоозёрской пустыни, был в Москве по делам обители и являлся к царю – уже тогда Никон почувствовал расположение к себе со стороны государя. Впоследствии, в бытность Никона архимандритом Ново-Спасского монастыря и митрополитом Новгородским (чему, кстати, поспособствовал царь), дружба их стала ещё более крепкой. Но была она не совсем обычной: молодой, по природе мягкий и впечатлительный царь вполне подчинялся энергичному и властолюбивому патриарху. В Никоне царь видел не только друга, но и учителя (будучи человеком очень религиозным). Иначе говоря, молодой государь души в нём не чаял, готов был сделать для него многое, и не сказать, что Никон этим не пользовался.

Никон имел большое влияние на царя Алексея Михайловича, как когда-то Филарет19 – на своего сына-царя Михаила Фёдоровича20. Как и во времена Филарета, без патриарха не решалось ни одно государственное дело. Никон всё больше начинал ощущать свою значимость. Царь же по-прежнему доверял ему. В 1653 году он даровал Никону титул «великого государя» (коим до Никона обладал лишь один патриарх – Филарет, да и то – как отец царя), титул, прямо указывающий на двоевластие: власть патриарха приравнивалась к царской. Так мало того, в 1654 году царь, уехав на войну с Речью Посполитой21, полностью оставил государство на Никона. Но военные походы способствовали возмужанию царя, он приобрёл некоторую «самостоятельность ума и характера»22. Поэтому, по возвращении, он стал вести себя более независимо по отношению к Никону, стал обращать внимание на поведение патриарха, всё более увлекавшегося властью. Правда, царь Алексей не сразу изменил своё дружественное отношение к патриарху Никону, однако между ними стали происходить короткие размолвки, со временем усиливавшиеся.




Так, с течением времени отношения между патриархом и царём охладевали вследствие того, что царь становился более самостоятельным, а патриарх – более охотным до власти. Между двумя когда-то дружными людьми встал вопрос власти.



Сейчас читают про: