2022-02-08
55Ответ на вопрос - почему золото, как денежный товар при капитализме все
(по материалам книги Э. Андрес, ОСНОВЫ ТЕОРИИ ДЕНЕГ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА, ИЗДАТЕЛЬСТВО «МЫСЛЬ» МОСКВА. 1975)
Как известно, в разделе 3 1-го тома Капитала К.Маркс, отмечая значение золота в товарном обмене, пишет: «Как мера стоимости и как масштаб цен, золото исполняет совершенно различные функции. Мерой стоимости оно является как общественное воплощение человеческого труда, масштабом цен – как фиксированная тяжесть металла. Как мера стоимости оно служит превращению стоимости в безграничное разнообразие товаров в ценах, в мысленно представленных количествах золота. С мерой стоимости измеряют товары как стоимости; напротив масштаб цен измеряют различными количествами золота с данным его количеством, а не стоимостью данного количества золота с весом его других количеств. Масштаб цен определенного веса золота требует фиксации как единицы измерения.”
«В эпоху империализма золото как денежный товар все больше вытесняется из обращения своими заместителями, и притом не только при выполнении деньгами функции средства обращения, но и при выполнении ими функции средства накопления, средства платежа и мировых денег.
Изменения, которые претерпевают характер и закономерности денежного обращения в эпоху империализма, носят не только количественный, но и качественный характер. С наступлением общего кризиса капитализма происходит полное исчезновение золота из обращения на внутренних рынках капиталистических стран. До первой мировой войны золотые монеты и слитки золота все еще обращались, выполняя функции средства обращения и платежа. В 1913 г. доля золотых и серебряных монет в общей денежной массе составляла в США 25,3%, во Франции — 4,6%, а в России — 27%. Во время первой мировой войны золото почти полностью исчезает из обращения. Лишь в США золото в виде слитков продолжает обращаться в качестве средства платежа, размениваясь на банкноты, хотя и в ограниченных пределах. Слитки золота, которые разменивались на банкноты, весили 400 тройских унций и стоили 14 тыс. долл. В 1934 г. в США золото было полностью изъято из обращения. Одновременно с полным изъятием золотых монет был прекращен размен банкнот на золото, хотя их золотое обеспечение сохранялось. Погашение долгов золотом запрещалось. Больше того, в ряде стран юридически была запрещена частная собственность на золото.
Постепенное изъятие золота из обращения означало прекращение действительной обратимости бумажных денег: и казначейских билетов, и банкнот. Сохранение на известное время юридической обратимости банкнот в США не противоречит этому. «Обратимость свободно обмениваемых банкнот по сути дела ставится под угрозу уже тогда, когда она удостоверяется не повседневным обменом во всех частях страны, а посредством больших специальных экспериментов, организуемых у кассы банка»1. Поэтому изъятие золота из обращения должно было привести и привело к постепенному обесценению бумажных денег. Крупные размеры слитков, обмениваемых на банкноты, уже сами по себе свидетельствовали об ограничении действительной обратимости бумажных денег. Только крупная буржуазия могла превратить банкноты в золото.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, стр. 72—73.
Отсутствие действительной обратимости неизбежно приводит к обесценению бумажных денег, а последнее — к отмене юридической обратимости банкнот.
В 1934 г. правительство США взяло на себя обязательство покупать у центральных банков других стран бумажные доллары по установленному курсу — 35 дол. за тройскую унцию (0,888671 г). Тем самым было, во-первых, узаконено обращение на мировом рынке бумажных долларов, выполнявших в известных пределах функцию мировых денег. Во-вторых, размен бумажных долларов, обращающихся на мировом рынке, на золото ограничивался, так как они принимались только от центральных банков других государств. Каждый акт размена долларов на золото находился под строгим контролем государства. Это означало вытеснение золота бумажными деньгами в значительной части и в функции мировых денег. Таким образом, после прекращения свободного размена бумажных денег на золото появилось четкое разграничение функции мировых денег и функций (средства обращения и средства платежа. Функции средства обращения и платежа стали выполнять исключительно не разменные на золото бумажные деньги. Функция мировых денег обслуживается частично золотом, частично бумажными деньгами. Законодательные акты, закрепившие в юридическом порядке прекращение свободного размена денежных знаков на золото, не являются причиной тех изменений, которые претерпели товарно-денежные отношения, и в частности денежное обращение, в условиях империализма. Они являются отражением изменений, происшедших в экономике капитализма. Каковы возможность и необходимость замены золотого обращения бумажным, каковы последствия обращения необратимых денежных знаков и как они отражаются в противоречиях капиталистического товарного производства, в чем специфика и своеобразие бумажно-денежного обращения в условиях отсутствия размена банкнот на золото, каков механизм связи денежных знаков с золотом в современных условиях — эти и многие другие проблемы стали объектом пристального внимания экономистов.
При обсуждении проблем, связанных с кризисом капиталистической валютной системы, некоторые экономисты выдвинули положение о том, что в современном капиталистическом мире золото перестает существовать как денежный товар. Так, С. М. Борисов считает, что это происходит по следующим причинам:
1) вследствие ликвидации металлического обращения исчезло единство меры стоимости и средства обращения, без чего нет денег;
2) поскольку золото не выполняет функцию средства обращения, то оно не может выполнять и функцию меры стоимости;
3) функцию меры стоимости стали выполнять бумажные деньги;
4) золотой паритет доллара есть не что иное, как цена золота.
Следовательно, С. М. Борисов полагает, что единственно реальные деньги — это бумажные деньги, которые выполняют функцию меры стоимости и средства обращения и являются «единственным реально обращающимся носителем специфической денежной формы»1.
На аналогичных позициях стоит и А. Эйдельнант, которая считает, что в результате государственно-монополистического регулирования денежного обращения исчезли «условия, необходимые для выполнения золотом функции меры стоимости». Бумажно-денежные цены и золотые цены, по мнению А. Эйдельнант, могут иметь лишь историческую преемственность2.
1 С. М. Борисов. Золото в экономике современного капитализма. М., 1968, стр. 64.
2 См. «Мировая экономика и международные отношения», 1971, № 8, стр. 76, 77.
Большинство советских экономистов не разделяют этих взглядов и придерживаются точки зрения, что государственно-монополистическое регулирование денежного обращения и валютных отношений привело к деформации механизма ценообразования и денежного обращения, но не к демонетизации золота.
Попытки возвести денежные знаки в категорию реальных денег имеют место по отношению не только к современному капитализму, но и к социализму. Наиболее законченную концепцию этого рода дает Б. Минц. В обоснование своего утверждения, будто бумажные деньги перестали быть представителями золота в обращении, он приводит три основных довода: отсутствие, во-первых, свободного размена денежных знаков на золото; во-вторых, прямой зависимости между золотым запасом и устойчивостью денежных знаков; в-третьих, автоматического движения товарных цен вслед за изменениями стоимости золота.
Таким образом, по мнению Б. Минца, поскольку бумажные деньги перестали быть знаками золота, они перестали выражать стоимость того количества золота, которое необходимо для обращения товаров. Положение К. Маркса о том, что стоимость бумажных денег равна стоимости того количества золота, которую они представляют в обращении, Б. Минц считает неприемлемым в современных условиях, так как оно предполагает, что за движением стоимости золота следует и стоимость бумажных денег. Он полагает, что стоимость бумажных денег определяется суммой стоимости товаров, поступающих в обращение1.
Ошибочность концепций, отрицающих связь бумажных денег с золотом, доказывали многие экономисты.
Не подлежит сомнению, что бумажные деньги связаны с золотом и заменяют его в обращении. Это вовсе не означает, что связь бумажных денег с золотом тождественна их золотому обеспечению. Денежные знаки могут быть приравнены как непосредственно к золоту и обеспечиваться золотом, так и к валютам других стран и не обеспечиваться золотом.
Прямое приравнивание денежных знаков к золоту и установление их золотого обеспечения являются внешними признаками связи и денежных знаков с золотом, юридическими актами, выражающими более или менее точно определенные экономические закономерности. Связь денежных знаков с золотом является более прочной, объективной и состоит в том, что бумажные деньги всегда выступают знаками золота в обращении. Как бы ни изменялось их золотое содержание, оно не вносит существенных изменений в политико-экономическое содержание денежных знаков. Последнее не меняется также в зависимости от наличия или отсутствия золотого обеспечения денежных знаков.
В условиях обращения не разменных на золото денежных знаков роль золотых резервов в обеспечении устойчивости бумажных денег действительно изменилась. В этих условиях бумажно-денежные цены в самом деле не меняются автоматически, под воздействием колебаний стоимости золота. Прежде чем выяснить, как меняется роль золотых запасов в обеспечении устойчивости бумажных денег и, что важнее всего, каковы измерения в механизме связи
1 См. Б. Минц. Политическая экономия социализма. М., 1965, стр. 238—239.
бумажно-денежных цен с золотом, необходимо определить причины этих изменений. Нам представляется, что в основе указанных процессов лежат: во-первых, отсутствие обратимости бумажных денег в золото; во-вторых, постоянное несовпадение номинальной и реальной стоимости денежных знаков; в-третьих, прекращение золотого обеспечения бумажных денег.
Методологической основой выяснения новых моментов в денежном обращении является учение К. Маркса о противоречии между основными функциями денег и вытекающей отсюда самостоятельности средств обращения, а также учение В. И. Ленина о подрыве товарного производства в эпоху империализма.
В разделе рукописи «Три основных функции денег в товарно-денежном обращении и возникающие между ними противоречия» К. Маркс дал исчерпывающий анализ противоречивого единства основных функций денег, и прежде всего двух первых функций. Функции меры стоимости и средства обращения не только взаимно дополняют, но и взаимно исключают друг друга. Это вытекает из той различной роли, которую они играют в товарном обращении.
Функция денег как меры стоимости характеризуется, как показывает Маркс, двумя основными особенностями: во-первых, деньги могут выполнять функцию меры стоимости благодаря тому, что они представляют определенное количество природной субстанции золота, принятое за единицу; во-вторых, в данной функции деньги выступают как мысленно представляемая единица, их действительное наличие излишне и поэтому «для денег как показателя (индикатора) стоимости безразлична та сумма, в которой они имеются в данной стране; они нужны лишь как счетная единица»1
2. Иное дело функция денег как средства обращения. Для обращения товаров требуется обращение определенного количества денег. Вместе с тем мимолетная роль денег обусловливает безразличие средств обращения к тому количеству золота, в котором выражена цена обмениваемых товаров. «Поскольку деньги реализуют цену, их материальное существование в виде золота и серебра имеет существенное значение; но поскольку эта реализация лишь мимолетна и должна сама себя устранять, оно безразлично. Это лишь видимость, будто речь идет о том, чтобы обменять товар на золото или серебро как на особенный товар; видимость, которая исчезает, когда процесс закончен, когда золото и серебро снова обменены на товар и таким путем товар обменен на товар.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, стр. 153.
Поэтому золото и серебро как всего лишь средства обращения, или средства обращения как золото и серебро — безразличны к своим свойствам особенного природного товара» 2.
Противоречие между функцией меры стоимости и функцией средства обращения состоит главным образом в том, что деньги в функции средства обращения призваны не реализовать цену товаров, а лишь опосредствовать обмен товаров по равным ценам. «Как всего лишь средство обращения,— указывает Маркс,— в своей роли в процессе обращения как непрерывном потоке, деньги не представляют собой ни меры цен — ибо как такая мера они уже положены в самих ценах, — ни средства реализации цен — ибо как такое средство они существуют лишь в один из моментов обращения, по исчезают в целостности его моментов; деньги здесь — только представитель цены по отношению ко всем товарам и служат лишь средством для того, чтобы товары обменивались но равным ценам»2.
Действительная реализация цены происходит в функции средстве платежа. Поэтому в функции средства платежа, как и в функции накопления или образования сокровищ, деньги не безразличны к своему содержанию. В этих двух функциях требуются действительные деньги. Реализация цены происходит только в тех случаях, если стоимость товаров (их цена) превращена в реальные, полноценные деньги. Напротив, деньги в функции средства обращения являются простыми посредниками в обмене товаров. Из мимолетной роли денег в формуле Т—Д—Т и их безразличия к своим свойствам особенного природного товара вытекает возможность их замены простыми денежными знаками, не имеющими никакой собственной стоимости; таким образом, деньги в функции средства обращения приобретают относительную самостоятельность по отношению к денежному товару, который они представляют в обращении. «Почему же золото может быть замещено не имеющими никакой собственной стоимости знаками его самого?.. Оно может быть замещено лишь постольку, поскольку в своей функции монеты,
1 К. Марне и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, стр. 155.
2 Там же, стр. 157.
или средства обращения, оно изолируется, приобретает самостоятельность»1. Самостоятельность денег в своей монетной функции и обусловила юридическую необратимость в золото казначейских билетов. Последние, как известно, возникли на основе функции средства обращения и преимущественно для выполнения этой функции, содержанием которой не является реализация действительной цены товаров.
Относительная самостоятельность денег в функции средства обращения песет в себе возможность расхождения между номинальным и реальным содержанием денежных знаков, что является одной из форм проявления противоречия между функциями меры стоимости и средства обращения. «В обращении, — писал К. Маркс, — золотые монеты стираются, одна больше, другая меньше. Название золотой монеты и количество ее золотой субстанции, ее номинальное и ее реальное содержание начинают мало-помалу расходиться. Одноименные золотые монеты приобретают различную стоимость, так как они имеют теперь различный вес. Золото как средство обращения отклоняется от золота как масштаба цен и вместе с тем перестает быть действительным эквивалентом товаров, цены которых оно реализует»2. Пока существовало золотое обращение, расхождение между золотом как масштабом цен и золотом как средством обращения имело весьма ограниченные рамки. Законодательные акты регулировали предел допустимых отклонений. Когда обесценение монеты переступало дозволенные рамки, они демонетизировались.
При бумажно-денежном и золотом обращении еще больше расширяются объективные условия для дальнейшего развития противоречия между функциями меры стоимости и средства обращения, проявляющегося в несовпадении между номинальным и реальным содержанием денежных знаков. Конечно, пока в обращении находилось золото, можно было превратить прямо или косвенно бумажные деньги в золото. Это в известной степени сдерживало обесценение денежных знаков. Однако при чрезмерной эмиссии казначейских билетов последние обесценивались, увеличивалось расхождение между их номинальным и реальным содержанием, т. е. между количеством золота, принятым за единицу масштаба цен, и тем количеством
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 139.
2 Там же, стр. 136.
золота, которое одноименный денежный знак представлял в обращении. Обесценение казначейских билетов приводило к исчезновению банкнот и золотых монет из обращения. К. Маркс указывал, что «в металлических денежных знаках их чисто символический характер еще до известной степени скрыт. В бумажных деньгах он выступает с полной очевидностью. Как видим, се n’est que Зе premier pas qni coute (труден лишь первый шаг)»1.
Почему же стало возможным прекращение всякого размена банкнот на золото? Банкноты, как известно, возникли на основе функции денег как средства платежа. Поэтому в отличие от казначейских билетов они могли выступать как знаки золота при их свободном обмене на золото. Прекращение размена банкнот на золото стало возможным, видимо, благодаря тем изменениям, которые претерпела роль кредитных денег в современном капиталистическом обществе. В свою очередь эти изменения были предопределены изменениями в содержании, роли и месте функции средства платежа. Это подводит нас снова к противоречию между основными функциями денег, которые в эпоху империализма получают развитие.
Ключом к анализу тех изменений, которые претерпевают товарное и денежное обращение в эпоху империализма, является ленинская теория империализма, и в частности учение о подрыве товарного производства в условиях империализма.
Гигантское обобществление производства в эпоху империализма и подрыв товарного производства проявляются в изменении в отношениях между товаропроизводителями. Обобществление производства приводит к установлению все более прочных и постоянных контактов между одними и теми же товаропроизводителями. Если раньше производство осуществлялось на неизвестный рынок, то теперь рынок хорошо известен, поскольку устанавливаются непосредственные связи между узким кругом капиталистов. Чем глубже разделение труда, чем глубже процесс слияния многочисленных, самостоятельных процессов производства в единый общественный процесс, тем меньший объем производства приходится на неизвестный рынок, тем более постоянный характер приобретают товарные связи между одними и теми же производителями. Место каждого товаропроизводителя в общественном раз делении труда
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 137.
предопределяет круг товаропроизводителей — торговых партнеров. Каждый товаропроизводитель стремится приспосабливать свое производство к потребностям своих торговых партнеров. Со временем отношения между ними превращаются в работу по заказу.
Замена работы на неизвестный рынок работой по заказу оказывает воздействие не только на рыночную конъюнктуру, по и на весь процесс товарного обращения. Во- первых, происходит ускорение процесса реализации товаров (указанная закономерность носит противоречивый характер, поскольку есть другие факторы, действующие в обратном направлении). Во-вторых, кредитные деньги, банкноты начинают обращаться в качестве простых средств обращения. Это значит, что функции денег как средства обращения и платежа все больше переплетаются и скрещиваются. До тех пор пока банкноты разменивались на золото, это явление не выступало достаточно отчетливо. С прекращением размена на золото банкнот последние перерождаются в простые средства обращения. По мере сближения роли банкнот с ролью казначейских билетов возникает возможность отмены их реальной, а затем и юридической обратимости в золото.
По мере изменения роли банкнот расширяется сфера безналичных расчетов, так как прямые товарные связи позволяют еще больше централизовать расчетные операции между торговыми партнерами. В этих условиях обмен банкнот на золото теряет прежнее значение.
Запрещение частным банкам выпуска банкнот и сосредоточение их эмиссии в центральных банках, во-первых, и прекращение их размена на золото, во-вторых, явились юридическим признанием (а не причиной) их перерождения. Перерождение банкнот не является мгновенным актом. Это постепенный процесс, обусловленный глубинными изменениями в характере товарного производства и обращения при империализме.
Обобществление производства и связанный с ним подрыв товарного производства несут с собой появление у категории денег еще одной качественно новой черты. Несовпадение между официальным и реальным золотым содержанием денежных знаков становится постоянным явлением. Причем это несовпадение распространяется не только на казначейские билеты, но и на банкноты. Превращение банкнот в простые средства обращения означало, что они перестали реализовывать цену обращающих ся товаров. Поскольку их общественная функция изменилась, необходимость соответствия их номинальной стоимости реальной перестает быть законом банкнот. Идеальное превращение товаров в деньги и их реальное превращение все больше расходятся. «Деньги приводят в обращение только такие товары, которые уже превращены в деньги идеально... Это идеальное превращение в деньги и превращение (реальное определяются отнюдь не одними и теми же законами»1. Из качественной неоднородности роли денег в функциях меры стоимости и средства обращения вытекает возможность количественного несовпадения между идеальным и реальным превращением товаров в деньги.
Перерождение банкнот в простые средства обращения не означает исчезновения функции средства платежа. Абсолютный объем товарных операций, основанных на использовании функции средства платежа, даже растет, но деньги замещаются кредитом и безналичными расчетами.
Прекращение обратимости бумажных денег и дальнейшее развитие противоречия между номинальным и реальным золотым содержанием денежных знаков являются двумя сторонами процесса усиления относительной самостоятельности денежных знаков (средств обращения) по отношению к той телесной (золотой) субстанции, которую они представляют в обращении. Вместе с тем денежные знаки становятся символами, знаками идеального количества золота, которого может и не быть в наличии. В настоящее время масса бумажных денег в обращении во многом превышает количество наличного золота. Тем не менее денежные знаки обеспечивают «нормальное» функционирование товарного производства и обращения.
С прекращением свободного размена банкнот на золото механизм автоматического регулирования их обращения в соответствии с формулой закона денежного обращения перестает действовать. Конечно, их золотое обеспечение сдерживает ноток выпуска банкнот центральными банками. Однако количество золота, предназначенное для их обеспечения, постоянно сокращается. Обращение банкнот все больше сближается с обращением казначейских билетов. Происходит бурный рост эмиссии банкнот, а вместе с тем их обесценение. Их номинальное и реальное золотое содержание начинает расходиться. Притом обесценение
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, стр. 131.
банкнот и казначейских билетов идет параллельно. Полное перерождение банкнот должно было привести к отмене всякого их обеспечения золотом. В марте 1968 г. конгресс США отменил 25-процентиое покрытие денежных знаков. Процесс сближения казначейских билетов и банкнот был официально завершен.
Аналогичный процесс имеет место и в сфере международных экономических отношений. Первым шагом по этому пути явился выход национальной валюты на мировую арену. На основе решений Международной экономической конференции в Генуе 1922 г. британский фунт стерлингов и американский доллар вышли на мировую арену в качестве резервных валют. Практика международных финансов и валютных отношений в эпоху общего кризиса капитализма показывает постепенное усиление относительной самостоятельности денежных знаков в функции мировых денег. Именно денежные знаки начинают все больше выполнять функции всеобщего покупательного и платежного средства, функции накопления и всеобщей материализации богатства.
Бумажные денежные знаки в функции мировых денег несмотря на ряд свойственных им специфических черт, претерпевают те же модификации, что и денежные знаки, обращающиеся внутри капиталистических стран. Исчезает действительная, повседневная обратимость резервных валют согласно их золотому паритету. Идет постепенное их обесценение, увеличивается разрыв между их номинальной и реальной стоимостью. Как известно, с 1934 по 1971 г., т. е. до первой послевоенной девальвации доллара, его покупательная способность резко сократилась (в 2,5— 3 раза на внутреннем рынке и несколько меньше на внешних рынках), хотя его номинальная стоимость оставалась неизменной. Первая послевоенная девальвация доллара на 7,8% (снижение его официального золотого содержания с 0,888671 г до 0,81851 г чистого золота) не ликвидировала разрыв между его номинальной и реальной стоимостью. Механизм обеспечения бумажной валюты также претерпевает модификации. Постепенно сокращаются возможности их размена на золото по официальному курсу. В 1971 г. был приостановлен существовавший до этого обмен долларов на золото правительством США у центральных банков капиталистических стран, а в феврале 1973 г. осуществлена новая девальвация доллара (па 10%). Этим как бы завершается процесс перерождения мировых денег в простые, необратимые в золото всемирные средства обращения.
Может показаться, что выход бумажных денег на мировой рынок является следствием тех технических трудностей, с которыми сталкивается капиталистическое товарное производство при использовании золота в качестве денежного товара. Так, некоторые буржуазные экономисты пытаются объяснить вытеснение золота из обращения бумажными деньгами (в том числе и в функции мировых денег) нехваткой золота. Не подлежит сомнению, что рост добычи золота резко отстает от роста производства и товарооборота, в том числе от внешнеторгового оборота капиталистических стран. Централизованные мировые запасы золота выросли;с 26,5 млрд. долл, в 1938 г. до 38,9 млрд. долл, в 1968* г., в то время как экспорт по стоимости в ценах соответствующих лет увеличился соответственно с 21,1 до 211,4 млрд. долл. Если в 1938 г. отношение централизованных золотых запасов к экспорту составило 125:100, то в 1968 г. оно было равно 18:100*. Такое изменение этого отношения является результатом отставания добычи золота от роста производства товаров. В последние годы добыча золота оставалась примерно на одном уровне. В 1967 г. она была даже ниже 1965 г. Одновременно резко возросли промышленное потребление золота и частная тезаврация. Последняя выросла с 1961 по 1968 г. в 2,1 раза1
2. Вследствие этого рост монетарного золота еще больше отстает от роста мировой торговли.
И тем не менее мы склонны полагать, что отставание добычи золота не является причиной вытеснения золота из обращения бумажными знаками. Следует иметь в виду, во-первых, что замена золотого обращения бумажно-денежным высвободила большое количество золота для нужд внешней торговли; во-вторых, что с ростом внешней торговли капиталистических стран растет не только объем, но и удельный вес взаимных зачетов в торговых балансах капиталистических стран; в-третьих, что нехватка золота должна была бы привести к уменьшению тезаврации (накопления золота в руках частных лиц), а не к ее росту, и наконец, в-четвертых, что нехватка золота компенсируется ускорением оборота платежных средств.
1 См. «Мировая экономика и международные отношения», 1971, № 8, стр. 97.
2 См. «Мировая экономика и международные отношения», 1971, № 9, стр. 94.
Объяснение процесса вытеснения золота денежными знаками нехваткой золота представляет собой пример чи- сто количественного подхода к анализу явлений. Если нехватка золота и влияет на количество золота в обращении, то лишь как второстепенный фактор, производный от тех качественных изменений, которые произошли в капиталистической экономике. Технические трудности, вытекающие из отставания золотых резервов от роста внешнеэкономического торгового оборота капиталистических стран, являются отражением и следствием углубления процесса подрыва экономических основ товарного производства в эпоху общего кризиса капитализма, и особенно с утверждением господства государственно-монополистического капитализма. Подрыв товарного производства означает и подрыв основ денежной системы. Это не значит, что золото перестало быть всеобщим эквивалентом. Оно по-прежнему является всеобщим эквивалентом, хотя эта его общественная функция подорвана. Подрыв основ всеобщего эквивалента в современных капиталистических странах проявляется в отсутствии свободного обмена денежных знаков на золото; в отсутствии прямой зависимости между золотыми запасами и устойчивостью бумажных денег; в нарушении механизма движения бумажных цен в зависимости от движения стоимости золота.
Вытеснение золота бумажными деньгами является следствием подрыва товарного производства, но оно в свою очередь становится и его причиной. Необратимость денежных знаков приводит к дальнейшему подрыву товарного производства в условиях господства государственно-монополистического капитализма. В отсутствии обратимости денежных знаков в золото заложена реальная возможность краха всей мировой валютной системы. Неустойчивость мировых финансов капиталистического мира, проявляющаяся в кризисе фунта стерлингов и американского доллара (так называемых резервных валют), является признаком кризиса всей системы мирового капиталистического товарного обращения, капиталистических мировых финансов. Как государственно-монополистическое регулирование экономики не в состоянии преодолеть последствия анархии капиталистического производства, так и межгосударственное регулирование мировых капиталистических финансов не сможет ликвидировать последствия объективного процесса подрыва основ мировых финансов и мировой валютной системы.
Рассмотрим вопрос о механизме связи ценообразования со стоимостью золота.
В экономической литературе встречаются три различные концепции, по-разному рассматривающие связь золота с механизмом бумажно-денежных цен.
Согласно первой концепции, выдвинутой Б. Минцем, в современных условиях нет никакой связи между бумажно-денежными ценами и движением стоимости золота. Это утверждение Б. Минц использует в качестве аргумента в пользу якобы происшедшего разрыва бумажных денег с золотом.
Вторая концепция так называемого эластичного масштаба цен принадлежит Я. А. Кронроду. Согласно ей, между юридически установленным золотым содержанием бумажно-денежной единицы и ее реальным содержанием могут иметь место определенные расхождения.
Третья концепция, защищаемая И. И. Конником, исходит из того, что при социализме не цены движутся вслед за изменением стоимости золота, а золотое содержание, денег меняется вслед за изменением покупательной способности бумажных денег.
Рассмотрим содержание каждой из этих трех концепций. Сторонники первой концепции считают, что в современном товарном производстве (как капиталистическом, так и социалистическом) между бумажно-денежными и золотыми ценами нет никакой связи и потому бумажноденежные знаки перестали быть знаками золота. Но полного совпадения между движением товарных цен и стоимостью золота никогда не существовало. Анализируя пропорции обмена обычных товаров па золото, К. Маркс указывал: «Что касается движения товарных цеп вообще, то к нему приложимы развитые выше законы простого относительного выражения стоимости... Отсюда отнюдь не следует, что повышение стоимости денег всегда вызывает пропорциональное понижение товарных цен, а понижение стоимости денег — пропорциональное повышение товарных цен. Это справедливо лишь по отношению к товарам, стоимость которых остается неизменной»1. Следовательно, цены на обычные товары могут оставаться неизменными, могут изменяться в большей или меньшей пропорции, чем стоимость золота. Лишь в редких случаях
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 108—109.
цены движутся точно в соответствии с изменениями стоимости золота.
При этом необходимо иметь в виду, что повышение или понижение стоимости товаров при неизменной стоимости денег связано с увеличением или сокращением количества денег, находящихся в обращении. Так, если цены на товары упали в 2 раза, то, при прочих равных условиях, количество денег, необходимое для обращения данной товарной массы, сокращается также в 2 раза.
Эти положения К. Маркса относятся к золотому обращению, и они не применимы к условиям обращения неразменных денежных знаков. Законы ценообразования в условиях бумажно-денежного обращения вытекают из марксова учения об относительной стоимости. Но обращение неразменных бумажных денег обладает рядом специфических особенностей, вытекающих из относительной самостоятельности бумажных денег как средства обращения п оказывающих серьезное влияние на процесс ценообразования.
Так, одной из специфических черт бумажных денег (и вообще монеты или средства обращения) является их постоянное стремление оставаться в сфере обращения. Вследствие этого падение стоимости продукции (при неизменной стоимости денежного металла) не сопровождается сокращением количества денежных знаков, находящихся в обращении. Ввиду этого бумажно-денежные цены могут оставаться неизменными. В этом случае каждая денежная единица будет представлять в обращении меньшее количество золота. Поскольку номинальное содержание денежного знака не изменилось, то происходит дальнейшее увеличение разрыва между номинальным и реальным содержанием денежного знака. В условиях инфляции эмиссия денежных знаков опережает рост стоимости валовой продукции и даже рост физического объема производимых материальных благ. Увеличение количества бумажных денег, находящихся в обращении, происходит в современном капиталистическом обществе и тогда, когда наблюдается застой или спад в общественном производстве.
Обесценение бумажных денег означает, что товары оцениваются в одном количестве золота (в номинальном золотом содержании денежного знака), а обмениваются на другое количество. В то же время следует иметь в виду, что то количество золота, которое зафиксировано в денежном знаке и служит мерой стоимости товаров, выступает идеально. При обращении неразменных бумажных денег это количество золота не может быть реализовано, не может быть превращено в звонкую монету в сфере обращения товаров. Усиление этого несовпадения и служит «доводом» для отрицания связи бумажных денег с золотом.
Товарный мир должен выражать свою стоимость в стоимости отличного от него товара, в золоте. Стоимость совокупной массы денежных знаков равна стоимости того количества золота, которое они замещают в обращении. Если же бумажные деньги перестали быть символом золота, то не ясно, каковы качественная и количественная определенность стоимости, представляемой бумажными деньгами. К. Маркс, как известно, раскрыл качественную определенность стоимости бумажных денег. В отличие от золота, которое обращается потому, что обладает стоимостью, бумажные деньги не имеют стоимости, а приобретают ее потому, что они обращаются. Причем эта стоимость является отраженной стоимостью того количества золота, которое они представляют в обращении. Количественная определенность стоимости денежного знака или величина его стоимости равна стоимости замещаемого им золота.
Сторонники рассматриваемой концепции считают, что стоимость бумажных денег в современных условиях определяется не стоимостью золота, которое они замещают в обращении, а суммой цен товаров, подлежащих реализации. Не вызывает сомнения наличие определенной связи между стоимостью товарной массы, поступающей в обращение, и стоимостью бумажных денег. Так, при неизменном количестве бумажных денег в обращении и неизменной скорости оборота денежной единицы стоимость денежных знаков меняется в зависимости от изменения стоимости валовой продукции, поступающей на рынок. Однако эта связь носит опосредствованный характер. Если растет стоимость товарной массы, то при прочих равных условиях (при неизменной стоимости золота) должно расти количество золота, необходимого для ее реализации. Поскольку же нет золотого обращения, а количество денежных знаков не увеличилось, то следовательно, каждый денежный знак с увеличением стоимости товарной массы будет представлять в обращении большее количество золота и, следовательно, обладать большей стоимостью. И наоборот, если стоимость товарной массы сокращается, то стоимость бумажно-денежной единицы падает, так как она представляет меньшее количество золота.
Подход к анализу связей денежных знаков с денежным товаром через требования функции меры стоимости ясно показывает, что стоимость денежных знаков не может определяться стоимостью товарной массы. Товары, каждый в отдельности и все вместе, должны выражать свою стоимость в стоимости другого товара. В противном случае напрашивается абсурдный вывод о том, что стоимость товарной массы определяет стоимость бумажных денег, чтобы последние могли бы затем измерить стоимость товаров. Получается, что стоимость товаров в конечном счете измеряется собственной стоимостью.
Таким образом, утверждения, будто денежные знаки выражают стоимость товаров безотносительно к стоимости золота, нельзя признать обоснованными. Каковы бы ни были особенности ценообразования, оно связано с золотом, которое продолжает оставаться денежным эквивалентом. Расхождение между бумажно-денежными и золотыми ценами является формой выражения процесса усиления относительной самостоятельности денежных знаков от количества золота, к которому они приравнены.
Усиление противоречия между функциями меры стоимости и средства обращения и дальнейшее усиление самостоятельности денежных знаков как средства обращения должны были привести к видоизменению функции меры стоимости. Именно этим, как нам представляется, и обусловлено раздвоение цен на цены внутреннего и внешнего рынков. Цены внешнего рынка ближе к золотым ценам, чем цены внутреннего рынка. Это не означает, что цены внешнего рынка совпадают с золотыми ценами. Совпадение между золотыми и бумажно-денежными ценами на внешнем рынке не может произойти потому, что и там номинальное и реальное содержание денежных знаков не совпадают. Однако разрыв между номинальным и реальным содержанием денежных знаков на мировом рынке меньше, чем на внутренних рынках капиталистических стран. Это обусловлено тем, что до недавнего времени имел место, хотя и в ограниченных рамках, обмен долларов на золото, что в какой-то степени сдерживало процесс их обеспечения. С прекращением этого размена указанный разрыв увеличивается и может, если обмен не будет возобновлен, сравняться с разрывом на внутренних рынках.
Кроме того, номинальное содержание доллара мало-помалу станет простой фикцией, так как золотое содержание доллара будет определяться его котировкой на свободных рынках золота, где цена золота стремительно растет.
Рассмотрим другую концепцию механизма связи ценообразования со стоимостью золота, основанную на идее эластичности масштаба цен. Смысл ее довольно четко изложен одним из главных ее сторонников, Я. А. Кронродом, в следующих словах: «Весь исторический опыт,— пишет Я. А. Кронрод,— свидетельствует о том, что при социализме выражение заключенного в продуктах труда в денежной форме не осложняется обязательным воздействием движения отношения стоимостей золота и товаров в форме изменения плановых цен. Но если цены, выраженные в золоте, перестают изменяться в соответствии с движением соотношения стоимостей товаров и золота, то это и означает, что изменяется масштаб цен, т. е. фактическое золотое содержание денежной единицы. Иными словами, это значит, что масштаб цен при социализме приобретает эластичность»1.
На наш взгляд, термины «эластичность масштаба цен», «скользящий масштаб цен» вызывают сомнение. По нашему мнению, не следует смешивать фактическое содержание денежной единицы с масштабом цен. Фактическое или реальное содержание золота в денежной единице связано с количеством золота (со стоимостью этого количества золота), которое она замещает в обращении. Масштабом цен служит определенное количество, фиксированное в денежной единице, т. е. ее номинальное содержание. «Для масштаба цен,— пишет К. Маркс,— определенный вес золота должен быть фиксирован как единица измерения» 2. Реальное содержание золота в денежном знаке, т. е. количество золота, которое он представляет в обращении, не может быть фиксировано. Эти две величины далеко не однородны, они не совпадали в условиях обращения золотых монет и тем более не совпадают в условиях обращения неразменных бумажных денег. Изменение реального содержания денежных знаков при неизменном их номинале свидетельствует, как было показано выше, о самостоятельности функции средств обращения. Вызывает сомнение также попытка Я. А. Кронрод.1 ограничить само явление «эластичного масштаба цен» рамками социалистической экономики и объяснить его планомерным характером ценообразования при социализме.
1 Я. А. Кронрод. Деньги в социалистическом обществе. М., I960, стр. 2 М.
2 К. Маркс и Ф. Энгельс Соч., т. 23, стр. 108.
Конечно, планомерность ценообразования накладывает свой отпечаток на характер связей между поминальным и реальным содержанием денежных знаков. Это несовпадение социалистическое государство использует сознательно и планомерно, а величина этого отклонения находится под его планомерным контролем. Однако такое отклонение между номинальной и реальной стоимостью денег имеет место и при капитализме.
Представители третьей концепции считают, что основу механизма связи золота с бумажно-денежными ценами составляет изменение золотого содержания бумажных денег в зависимости от изменения их покупательной способности. Так, И. И. Конник, справедливо выступая против эластичности масштаба цен, допускает ту же методологическую ошибку, что и Я. А. Кронрод, а именно он смешивает количество золота, которое денежные знаки представляют в обращении, с их номиналом. Это помешало ему увидеть существующее несовпадение между номинальным и реальным золотым содержанием денег. Правильно отрицая наличие двух масштабов цен (для внутреннего рынка), он отрицает несоответствие между номинальным и реальным золотым содержанием рубля. Как мы уже отмечали, номинальное и реальное золотое содержание рубля (как любой другой валюты) являются качественно неоднородными и количественно неравновеликими понятиями. Реальное золотое содержание денег является величиной объективной. Номинальное же золотое содержание денег является субъективной величиной (выражающей объективную необходимость), зависящей не только от покупательной силы рубля, но и от соотношения его покупательной силы с покупательной силой резервных валют, а также от номинального золотого содержания резервных валют.
И. И. Конник видит связь бумажно-денежных цен со стоимостью золота в необходимости через определенный период менять официальное золотое содержание денег1. Он пытается объяснить отсутствие механической связи между
1 См. И. И. Конник. Деньги в период строительства коммунистического общества. М., 1966, стр. 43.
движением стоимости золота и динамикой цен, существованием планомерного ценообразования в социалистическом обществе. И. И. Конник не учитывает также того, что изменение покупательной силы рубля не обязательно приводит к изменению его номинального золотого содержания, поскольку последнее зависит от ряда других факторов, могущих действовать в другом направлении. Все это не позволяет признать удовлетворительной концепцию, выдвинутую И. И. Конником.
Нам представляется, что при анализе механизма связи бумажно-денежных цен с динамикой движения стоимости золота следует исходить из следующих предпосылок:
1) Повсеместное прекращение свободного размена денежных знаков на золото привело к тому, что золото перестало функционировать в качестве непосредственного универсального средства обмена на внутренних рынках капиталистических и социалистических стран. Вытеснение золота бумажными деньгами распространяется не только на функцию средства обращения, но и на функции средства накопления и средства платежа. Даже функция меры стоимости претерпевает в новых условиях существенные изменения. Иными словами, функциональная роль всеобщего эквивалента в значительной мере переходит к денежным знакам, к заместителям золота.
2) На внутренних рынках капиталистических и социалистических стран золото обращается только в качестве рядового товара. Только на внешних рынках оно продолжает выступать в двоякой роли: в роли денежного эквивалента и в качестве обычного товара. Причем и здесь наблюдается ярко выраженная тенденция к вытеснению золота из функции мировых денег денежными знаками»
3) Прекращение свободного размена денежных знаков на золото закрепило и превратило в правило отклонение номинального золотого содержания денежных знаков от реального. Покупательная сила бумажных денег значительно меньше, чем официально фиксированное в данных национальных валютах количество золота.
Социалистические страны не изолированы от капиталистического мира. Они принимают участие во внешней торговле, используя сложившееся в капиталистическом мире разделение труда. Необходимость мобилизаций всех имеющихся валютных ресурсов для нужд внешней торговли явилась одним из факторов, обусловивших введение не разменных на золото бумажных денег. Больше того внешнеторговая и валютная монополии определили особую остроту задачи мобилизации валютных ресурсов. Подавляющее большинство социалистических стран не расплачивается за купленные в капиталистических странах товары национальной валютой, оплата происходит золотом или иностранной валютой.
Отсутствие свободного размена денежных знаков на золото в социалистических странах не означает, что бумажные деньги перестали быть представителями золота в обращении. Подчеркивавшееся нами ранее положение о внутренней неразрывной связи бумажных денег с золотом в основном применимо и к социализму. При социализме бумажные деньги являются не простыми квитанциями, а знаками золота. Но отсутствие свободного размена бумажных денег на золото породило явления весьма сходные (по своей внешней форме) с явлениями, свойственными денежному обращению в капиталистических странах. Так, при социализме также наблюдается усиление относительной самостоятельности бумажных денег по отношению к золоту. Это проявляется, во-первых, в том, что золотой запас не выступает прямо и непосредственно средством обеспечения устойчивости бумажных денег; во- вторых, в том, что. динамика цен не следует автоматически за изменением стоимости золота и, наконец, в отклонении или несовпадении номинальной и реальной стоимости денежных знаков.
Таким образом, и при социализме имеет место усиление самостоятельности денежных знаков по отношению к золоту. Трудность, однако, состоит не в том, чтобы про- следить эту закономерность, а в том, чтобы правильно объяснить причины, порождающие относительную самостоятельность денежных знаков при капитализме и при социализме. За видимым сходством явлений, происходящих в денежном обращении при капитализме и при социализме, скрываются, как нам кажется, глубокие и принципиальные отличия.
В современном капиталистическом обществе изменения, которые претерпевает денежное хозяйство, являются отражением и следствием подрыва товарного производства в эпоху империализма и углубления его противоречий. Гигантское развитие производительных сил и обобществление производства создают основу для преодоления товарного производства. Между тем частнокапиталистическая собственность усиливает обособленность производителей, что наряду с разделением труда обусловливает необходимость сохранения товарного производства. Противоречие между объективной необходимостью преодоления товарного производства и его сохранением и усилением является одной из форм проявления основного противоречия капитализма между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения.
Подрыв основ товарного производства проявляется и в подрыве основ денежного хозяйства, в подрыве общественной функции золотого товара — всеобщего эквивалента. Одной из форм проявления противоречия между господством товарного производства и фактическим подрывом его экономических основ является изменение характера обращения товаров и усиление противоречия между основными функциями денег.
Усиление относительной самостоятельности денежных знаков является в условиях капитализма следствием обострения всех противоречий капиталистического товарного производства, и это следствие в свою очередь становится причиной дальнейшего обострения противоречий капиталистического товарного производства. Причина кризиса международной валютной системы коренится в завершении процесса усиления относительной самостоятельности денежных знаков. Но кризис денежной и валютной системы капитализма становится причиной нового обострения противоречий капиталистического товарного производства.
Вопрос о причинах и содержании процесса усиления относительной самостоятельности денежных знаков при социализме имеет принципиальное значение.
Усиление относительной самостоятельности денежных знаков в социалистическом обществе не может быть отражением и следствием обострения противоречий, присущих капиталистическому товарному производству, поскольку социализм свободен от подобного рода противоречий.
Причины усиления относительной самостоятельности денежных знаков в социалистическом обществе следует искать в углублении процесса обобществления производства, следствием чего является постепенная замена товарных связей прямыми, что соответствует общественному характеру процесса социалистического производства.
Процесс сбрасывания товарной формы производства и обмена связан с постепенным преодолением противоречий товарного производства. Поэтому причины, обусловившие усиление относительной самостоятельности бумажных денег, следует искать, как нам представляется, в характере процесса диалектического отрицания товарного характера производства и обмена по мере строительства социализма и коммунизма. При капитализме усиление относительной самостоятельности бумажных денег показывает, что противоречия товарного производства (между потребительной стоимостью и стоимостью, между товарами и деньгами, между частным и общественным трудом) настолько глубоки, что внешняя форма их разрешения путем приравнивания товаров к всеобщему эквиваленту терпит крах. Золоту становится все труднее выполнять роль всеобщего эквивалента. Усиление относительной самостоятельности денег при социализме означает постепенное преодоление этих противоречий, а следовательно, постепенное преодоление необходимости приравнивания продуктов труда к всеобщему эквиваленту.
При социализме усиление относительной самостоятельности денежных знаков по отношению к золоту связано с ослаблением зависимости бумажных денег от золота. Но внутренняя связь бумажных денег с золотом пока сохраняется. Бумажные деньги продолжают быть представителями золота в обращении, знаками денег. В то же время усиление относительной самостоятельности бумажных денег проявляется в ослаблении не только внешней зависимости бумажных денег от золота, но и внутренней связи между ними.
Таким образом, социально-экономическое содержание процесса усиления относительной самостоятельности бумажных денег при социализме иное, чем при капитализме, отличны также и причины, обусловившие изменение роли денежных знаков.
