Ребята вновь засмеялись, подшучивая над Костиком. 12 страница

– А почему Люцифер называет себя Легионом?

– Всё потому же, что действует через мысли на­ше­го животного начала. А мыслей этих, как прави­ло, легионы. Вот вы сами проследите за собой. Ведь вам кажется, что вы обдумываете только одну мы­сль, которая именно ваша. А вы попробуйте удер­жать эту одну мысль хотя бы десять минут, прокон­тролировать её и вы удивитесь, сколько всяких разных ненужных мыслей появляются в вашей го­лове. Вот это и есть легион. Поэтому Люцифер, обра­зно говоря, постоянно присутствует в нас, проверяя нашу уверенность, твердость в Любви к Богу.

Сила мысли, данная Богом, огромна. И эта сила называется Вера. Человек действительно в вере может творить чудеса. И подтверждение этому не только Иисус, но и многие его последователи, и последователи других Великих, которые творили и творят по сей день. Но загвоздка в том, что сила эта, вне зависимости от того во что человек верит, может направляться как в хорошую сторону, так и в плохую. И вот на чью сторону склоняется ваше сознание, то человек и получает. Если вы мыслями склоняетесь к плохому, то есть вас гложет мате­ри­альная, звериная сущность, то у вас по жизни начи­нают появляться множественные проблемы, причём везде и всюду: и на работе, и в личной жиз­ни, и в семье, и так далее. Эти проблемы вас гложут. Потому что плохие мысли приобретают силу вашей веры и стараются всячески увести вас от мыслей о Боге. Но если вы склоняете сознание к хорошим мыслям, плохие мысли, теряя эту силу, ослабевают, и мы можем уже чётко их контро­лировать. При постоянной поддержке в сознании положительных мыслей и жизненный путь становится более сглаженным. И самое главное, сам человек духовно развивается и познаёт силу Любви…

– А что, плохие мысли полностью тогда исче­зают?

– Нет, они постоянно в вас присутствуют, но не имеют силы на вас повлиять. Образно говоря, пло­хие мысли ожидают удобного момента, когда вы ослабите свой контроль, чтобы попытаться вновь отвоевать у вас силу веры. Этот зоркий Страж животного начала всю жизнь присутствует в теле как неотъемлемая его часть. Поэтому пока душа находится в теле, эти испытания на «прочность» постоянно будут присутствовать. Но зато когда душа полностью созревает и выходит из цикла перерождений, Люцифер также искренне радуется за неё как строгий и мудрый Учитель за своего Ученика. Ибо душа прошла с честью все испытания и соединилась в своей истинной Любви с Богом… А Бог есть родитель. Он всегда рад успехам своего дитя…

Так что, наша жизнь – это школа души. По­это­­му каждый человек, находясь в теле, пере­живает свой личный Армагеддон, при­нимая позицию своих победивших хороших или плохих мыслей. Поэто­му и познания, которые даются людям, мо­гут привести или к Свободе, или к рабству. Но ни­кто нам не мешает в нашем вольном вы­боре, ни Бог, ни дьявол. Если мы вы­бираем Бо­га, мы идём к Богу, если выбираем дья­во­ла, мы идем к дья­волу. То есть мы сами вы­сти­лаем себе до­ро­гу ли­бо в рай, в нирвану, ли­бо сами се­бя ки­да­ем в ад реинкарнаций.

– Ну хорошо, если человек изначально не гре­шен, то почему же смерть Христова является выкупом за грехи человеческие?

– Да вы сами хоть вдумайтесь в это предло­жение. Какой выкуп может быть? Ведь если бы это было так на самом деле, то есть если Христос взял наши гре­хи, то что бы мы сейчас с вами ни творили, зна­чит всё нам уже прощено. Так получается?! Еру­н­­да всё это. Каждый человек сам отвечает за свои гре­хи перед Богом.

Из смерти Христа на сегодняшний день сделали самую величайшую тайну, о которой спорят до сих пор сами церковники. Почему Он дал себя распять? Ведь Иисус был Сын Божий, Он мог уничтожить всю планету, не то что там кучку какого-то жалкого наро­да, ибо дана была ему сила Бога. И люди хотели этого, когда распинали, говорили, если ты Сын Бо­жий, сойди с креста. Но Христос не соблазнился, Он позво­лил распять своё тело. Почему? Потому что весь смысл прихода Христа был построен не только на Учении, которое он давал людям, но самое главное, всё вожделелось на выборе са­мих людей. Ибо Иисус пошёл на эти мучения, да­бы наглядно продемонстрировать волю Божью, суть которой и есть Свобода выбора са­мим чело­веком: либо он решит идти к Богу, либо решит остаться во тьме мыслей своего животного нача­ла. То есть Хри­стос нёс людям Свободу выбо­ра. Это ве­ли­чайшее деяние, которое было сокры­то от боль­­шинства людей. И это является самым большим грехом христианства в целом. Ибо и до Него, и после Него люди творили чудеса и утвер­жда­­ли о Едином Боге. Но запомнилось именно рас­пя­тие Иисуса, хотя вторая часть Его жизни, где Он так­же проповедовал, творил чудеса, исцелял боль­ных, находясь на Востоке, частично затерялась во вре­мени. Остались лишь упоминания о нём как о про­роке Иссе в различных источниках древ­него времени, к примеру, в той же «Бха­вишья Махапуране», напи­санной на санскрите.

– А что, разве Иисус остался жить на земле? – искренне удивился собеседник.

– Конечно. Благодаря стараниям Понтия Пилата, тело Христа осталось живым и Иисусу пришлось вер­нуться в тело. Ибо, как Бодхисатва, рожденный в теле, Он должен находиться в нём до последнего вздоха.

– Благодаря стараниям Понтия Пилата?! – ещё больше удивился парень.

– Да. В действительности Понтий Пилат понял, Кто такой Христос, почему в дальнейшем и получил Свободу от Иисуса, то есть освобождение от реинкарнации. Его имя было запечатлено в истории человечества.

– Интересно, интересно. И когда он понял, что Иисус это Бог?

– Когда встречался с Иисусом. Более того, когда он осознал, Кто перед ним стоит, Пилат всячески старался спасти Иссу, убеждая бежать, предупре­ждая, что толпа Его уничтожит. Но Иисус отка­зался, сказав, что если суждено погибнуть телу Его, то так оно должно и быть, ибо люди должны сделать свой выбор. Впоследствии Понтий Пилат пытался да­же убедить толпу в невиновности Иисуса, дабы они отпустили Его, как и полагалось в честь вели­кого праздника. Но люди пожелали именно Христа видеть распятым и убитым. Это был их выбор.

Понтий Пилат, однако, всё равно сделал всё по-своему. Хотя Христу как Бодхисатве было бы нам­ного проще так завершить свою миссию в чело­ве­­чес­ком теле. Пилат же, из-за Любви, пытаясь по сво­им понятиям услужить Богу, спас тело Христа, ду­мая, что это и есть сам Христос. Хотя Иисуса там уже не было. Он, будучи ещё на кресте, покинул те­ло, дабы не соблазниться от тяжёлых мук. Тело же оставалось ещё живым.

– Ну как же тело могло оставаться живым, если в Библии пишется, что «один из воинов копьём прон­зил Ему рёбра, и тотчас истекла кровь и вода».

– Дело в том, что это было специально разыграно для «публики» людьми Понтия Пилата. Этот удар был нанесен одним из лучших воинов Понтия Пилата. Он настолько профессионально это сделал, кстати, бил он между 5 и 6 ребрами с правой сторо­ны влево вверх под точно определенным углом, что создалась полная иллюзия, что он пробил сердце. А на самом деле ни один жизненно важный орган не был задет. Тело находилось в бессознательном состоянии, хотя было ещё живое. Это один из важ­ных моментов, подтверждающий причастность имен­но Пилата к спасению Иисуса, дабы толпа удостоверилась, что Христос умер. Хотя двум дру­гим, ещё живым распятым преступникам перебили голени. Это делалось для того, чтобы они не смо­гли на них опираться и умерли мучительной смер­тью от удушья.

Более того, распятых не разрешалось в те времена хоронить в отдельных могилах или отда­вать для погребения родственникам, их бросали в общую могилу. Тело же Иисуса, опять-таки по при­ка­зу Понтия Пилата, сняли с креста и отнесли в пе­щеру… Почти два дня за телом Иисуса уха­живали, ле­­чи­ли его, постоянно растирали настоями трав, чтобы оно пришло в сознание. То есть, выражаясь современным языком, пытались реанимировать его.

Но дело ещё и в том, что пророчество Иисуса гласило, что Он воскреснет из мёртвых и явится в сиянии на третий день. То есть Иисус должен был прийти на третий день не во плоти, а в Духе Божием, дабы рассеять все сомнения в том, что Он был пос­лан от Бога. Но Понтий Пилат со своими сторон­ни­ка­ми не дали умереть телу Христа. Поэтому Хри­стос был вынужден прийти в тело…

Пилат, конечно, спас Христа в своем понимании. Поэтому Иисус по достоинству оценил его деяния, освободив от цепи реинкарнаций. Пилат был пер­вым, кто разговаривал с Христом после Его «во­с­кре­шения».

– Ну, это уж точно неизвестно.

– Известно. И по наши дни сохранились упо­минания об этом. И кое-кто их тщательно хра­нит, дабы не пошатнулась власть его. А зря. За это он ох как поплатится. Так вот, когда Иисус оч­нул­ся, Понтий Пилат разговаривал с ним и умолял, чтоб Иисус покинул эту страну, дабы вновь не начались гонения на Него священников, нахо­дящихся у власти. Пилат попросил Его: «Пожалей меня, не вы­хо­ди к людям». Иисус ответил, что вы­полнит про­сь­бу Пилата, только повидается с уче­ни­ка­ми и уй­дет. И Он сдержал своё слово. По­скольку ос­нов­­ная миссия была выполнена, Исса ушёл на Вос­ток вместе с матерью и одним из своих уче­ни­ков. Ии­сус прожил более ста лет и был похо­ронен в городе Шринагар, столице Кашмира, где Он обосновался по­след­ние годы. Это живописное место расположено сре­ди озёр у подножья Гималаев. Его могила нахо­дится в склепе усыпальницы «Розабал», что озна­чает «могила пророка».

– Может это всё так и было. Но, видите ли, то, что в этой могиле лежат именно останки тела Иису­са, это же сейчас недоказуемо.

– Почему недоказуемо? Доказуемо. Остались сле­ды от распятия. В частности­, царапины на костях рук, стопах ног и даже следы от копья на рёбрах. Кро­ме того, у него имеется характерный плохо срос­шийся перелом в области дистальной поло­вины диафиза большеберцовой кости правой ноги.

– Перелом? А что, ему сломали ногу во время казни?

– Да ну, при чём здесь казнь. Это произошло гораздо позже, когда Христос был в довольно-таки преклонном возрасте. Почему я и акцентирую внимание на том, что перелом характерный, плохо сросшийся. Это является подтверждением того, что Исса дожил до старости…

– А как же тогда упоминание о том, что Иисус вознесся на небо в теле?

– Очевидно такая вставка кому-то была очень нужна для усиления веры своей паствы в силу материального начала… Да и вообще, вы сами внимательно почитайте Библию: из четырёх Евангелий только в двух упоминается о вознесении. У Матфея и Иоанна говорится о встрече Иисуса с учениками на горе. А у Иоанна даже то, что после этой встречи Иисус ушел вместе со своим люби­мым учеником. Кроме того, сохранились многочис­ленные упоминания о пребывании Иссы на Востоке уже после Его распятия. Эти сведения хра­нятся не только на самом Востоке, но и в биб­ли­отеке Ватикана…

– Допустим. Но если тогда время было смутное, то почему сейчас, если вы говорите, что есть мно­го­численные упоминания о пребывании Иисуса на Востоке, почему бы людям не рассказать правду так, как подтверждают эти документы. Ведь сейчас совершенно другое время.

– Время-то другое, но жажда людей к власти оста­лась та же, что и тысячелетия назад. Вы хоть пред­ставьте, что значит для верхушки религиозных ру­ко­водителей рассказать людям правду и показать миру исторические документы, которые они так тща­тельно скрывают. Это же для них полная ката­строфа! Это значит подорвать все устои, ими же некогда определенные, подорвать веру своих по­слуш­ников и всей своей огромной паствы, а следо­ва­тельно и всю власть. Да на это никто не пойдет… Но чело­век, находящийся в постоянном поиске знаний, рано или поздно обязательно наткнется на эти упоми­на­ния.

– В общем-то да, возможно вы и правы, – поду­мав, сказал собеседник. – Честно говоря, у меня бы­ли некоторые сомнения по поводу вознесения, но про Понтия Пилата… кто бы мог подумать!

– Да, Понтий Пилат хоть и заслужил распо­ложен­ность Бога своей Любовью, но подставил, конечно, Иссу крепко, – размышляя о чём-то своем, произ­нес Сэнсэй. – Он обрёк Его на восемьдесят с лиш­нем лет скитаний в теле. Но, очевидно, такова была пла­та Христа за спасение Пилата.

Воцарилась недолгая тишина, видимо каждый из участников разговора погрузился в свои мысли. Мы тоже стояли молча, не решаясь прервать столь захватывающую беседу.

– А вот интересно, – опять заговорил тот парень, – почему Иисус пришёл именно к евреям, а не к какой-нибудь другой нации. Это что, была какая-то доми­нирующая, Богом избранная нация? И в Библии везде, начиная с Авраама, говорится, что Бог назы­вает их любимым народом.

– Понимаете, у Бога нет различий в наци­ональ­ностях, цвете кожи и так далее, ибо все люди – дети Божии, Бог одинаково любит всех. Но ведь когда один из ваших детей заболевает, то вы же всё вни­ма­ние и любовь отдаёте этому больному ребёнку, чтобы он поскорее выздоровел. Так и Бог. Вспом­ните слова самого Иисуса: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные».

– А число Его учеников – это как-то связано с мис­тикой или цифрологией? Ведь их было две­над­цать, а Иисус получается тринадцатый?

– Да никакой мистики тут нет. Он просто искал учеников хоть с чуть-чуть созревшими душами сре­ди людей. И это Ему ещё повезло, что Он среди тог­да­шнего народа нашёл хоть двенадцать человек, и то один… продал.

Парень усмехнулся:

– Да, если исходить из слов Иисуса в Библии, то вы правы, врач нужен больному, а не здоровому.… Хотя сегодня, мне кажется, врач нужен всей пла­нете, а не только этой нации…

– Совершенно верно… Вы посмотрите, что тво­рится даже в нашей стране, в которой семьдесят с лишним лет взращивали материализм. Только появи­лась малейшая свобода выбора, и люди, как изголо­давшиеся, кинулись в различные религии, ибо их духовному началу тоже присуща потреб­ность в развитии. Вы посмотрите, сколько сразу по­яви­лось и стало процветать новых сект, течений, религий.

Ладно в нашей стране, понятно. Но вы посмо­трите, что творится во всем мире. Везде идет всплеск различных религий. Люди ме­чутся от одной к другой. Разумом им вроде бы и нра­вится. Везде хорошие отношения, все им улы­ба­ются, вежливо разговаривают… Но душа отвергает их учения, ибо ей нужны настоящие знания, ибо она хочет Свободы. А секты, религии слишком огра­ничены. Они больше дают пищу для разума, чем для души. А души чувствуют, что под этой ми­шу­­рой, внешне «праведной» оболочкой сам плод – гнилой. Поэтому душа трепещет, а человек мечется в поисках цельного, зрелого плода.

– Простите, а вот вы упомянули, что время начинает сжиматься. Что вы имеете в виду?

– Но это ещё древние предсказывали, да и Иисус говорил, что: «Если бы не сократились те дни, то не спаслась бы никакая плоть; но ради избранных сократятся те дни…» То есть когда человечество в целом будет стоять перед решающим выбором или, как говорится в эсхатологии, в преддверии суда Бо­жьего, то одним из главных признаков этого вре­мени как раз и является его сжатие… В при­нципе ничего внешне не изменится. Часы как пока­зывали 24 часа в сутки, так и будут показывать, календарь как был, так и останется, в году как было 365 дней, так и будет. Но внутри душа человека начнет тре­петать. И человек начнёт чувствовать, ощущать эту нехватку времени. Он будет замечать, что время бе­жит быстрее; день пролетает за мгно­венье, месяц – за неделю, годы – словно месяцы. И чем дальше, тем время будет больше сжиматься, становиться плот­нее. Это своеобразный сигнал, знак для души.

– Да, – задумчиво произнес собеседник, – навер­ное действительно предсказания пророков начи­нают сбываться… Но это же предсказания второго пришествия! Неужели это время нас­таёт?!… Инте­ресно, а как же узнать, что пришёл имен­но Христос? Ведь помните, когда Иисус при­шёл первый раз, ему долго никто не верил, что Он истин­но Сын Божий. А сейчас, посмотрите, многие люди называют себя Христом или посланным от Хри­ста Утешителем. С одной стороны, вроде бы все они говорят правиль­но, по Библии, а с другой сто­роны, нет доверия к ним. Как же отличить истин­ного Христа от лже­спасителя?

– Элементарно. Ведь в Библии сказано, что Иисус воскрешал из мертвых, а больному доста­точно было всего лишь прикоснуться к одеждам Его, чтобы выздороветь. Исходя из этого, я думаю, самое уместное было бы использовать практику «Дзен». Для этого достаточно взять палку потолще и покрепче и хорошенько стукнуть того, кто называет себя Христом. И если после этого на палке рас­пустятся листья, значит это был Христос. А если нет, то это всего лишь авантюрист. И желательно уда­рить его ещё, дабы в следующий раз неповадно было присваивать чужую славу.

Несколько секунд мы стояли молча, переваривая услышанное. Тот парень тоже сначала всерьёз это воспринял. Но когда до него дошёл смысл этих слов, он от души рассмеялся, вместе с грохнувшей от смеха толпой.

– Пожалуй, это самый действенный метод, – ска­зал он с улыбкой. – Ну а если серьёзно?

– А если серьёзно, то не стоит ждать Иисуса как Сына Человеческого, ибо Он придет как Сын Божий в души людей. И будет править тысячу лет как Царь, восседая на «троне» не только души, но и разу­ма нашего… Вспомните Его слова в Еван­гелии от Иоанна: «Ибо Бог есть дух»; «Я есмь путь и исти­на и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через меня»; «И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да прибудет с вами вовек, Духа истины, которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с ва­ми пребывает и в вас будет»; «В тот день узна­е­те вы, что Я в Отце Моем, а Вы во мне, и Я в вас».

Парень опять немного помолчал, а потом спро­сил:

– А вот любопытно, когда же всё-таки будет ко­нец света? В газетах в последнее время стали появ­ля­ться самые разные даты. Да и в нашей секте, как я понимаю, пытаются также подогнать под пред­сказания различных астрологов, называя дату на­чала парада планет… Так интересно, когда же наступит Апокалипсис, когда же мы всё-таки предста­нем перед Судом Божьим?

– Знаете, уже две тысячи лет люди ждут Арма­геддона и второго пришествия Христа. Практи­чески все религии на этом построены, что чуть ли не завтра будет конец света и кто не в их рядах, тот сразу и погибнет в «геенне огненной»… Что я вам хочу сказать по этому поводу. Каждый человек при жизни переживает свой личный Арма­геддон. Но далеко не каждый выигрывает его. И даже далеко не каждый понимает, что он столкнулся с этим Армагеддоном. Поэтому не нуж­но бояться того Апокалипсиса, который нас­ту­пит для всех, ибо гуртом и умирать легче. Глав­ное – выиграть свой личный Армагеддон, что­бы потом не оказаться в той толпе.

– Это точно! Я и сам думаю, надо ведь пред­при­нимать что-то сейчас, так как неизвестно, что будет завтра… Честно говоря, от того что вы сказали и на душе как-то спокойнее стало… А то эта полная неизвестность…просто уже нервы шалят от всех этих «страшилок»… Я не совсем пойму, ка­кую ре­ли­гию исповедуете вы?

– Я не исповедую и не принадлежу ни к одной религии. Я принадлежу только Богу.

После этого разговор перешёл на более откро­венные темы относительно личности самого пар­ня. У меня создалось такое впечатление, что па­рень беседовал с Сэнсэем так, словно они были одни во Вселенной. Он всё больше и больше рассказывал ему о себе, о своей жизни, как будто нашей молчаливой толпы вовсе не было, как будто её растворила ночь. Мне показалось, что оба собе­седника – двое случайно столкнувшихся ус­та­лых Путников под звёздной бесконечностью — обоюдно были поглощены этой беседой о вечном, о сущ­ности вещей, словно исчезли границы всех ус­лов­ностей, пространства и времени.

–…Удивительно… Знаете, мне в последнее вре­мя почему-то не везло на духовных наставников. Или меня не удовлетворяли их ответы, или их не удовлетворяли мои вопросы. И в постоянных спо­рах мы, как говорится, переливали воду с пус­того в порожнее, только время зря тратили. Но то, что говорите вы… я просто ловлю себя на мысли, что не могу поспорить с вами. Ибо это согласуется с мо­им внутренним понятием о мире… И я бы посчитал за честь иметь такого Учителя, если, конечно, Учитель сочтёт достойным иметь такого ученика.

– Ты знаешь, я бы тебе посоветовал не искать Учителя ни во мне, ни в ком другом. И не потому, что ты недостойный ученик, а потому что в тебе есть гораздо больше этого. Я вижу, в тебе есть Искра. Я бы тебе посоветовал изучить всё самому. Изучи священные книги различных религий и сделай для себя свой собирательный образ, кто такой Бог, что есть истина, вера и что такое чудеса и так далее. Ведь если единственно праведной была бы какая-то одна религия, то все остальные люди бы не спаса­лись и не было бы других чудес. А так чудеса веры происходят и в других религиях. Более того, изучи по возможности психологию человека, био­логию, анатомию, морфологию, желательно ещё астрономию, квантовую физику, химию… В общем, рас­ширь свой кругозор в области точных наук насколько хватит сил. И я уверен, что ты начнешь понимать то, что я хочу тебе сказать. Сейчас ты про­сто это чувствуешь, а тогда начнешь понимать. Когда ты начнешь понимать, ты начнешь понимать Бога. А са­мый лучший Учитель – это Бог…

В этот вечер мы поехали домой на последнем дежурном трамвае. Было уже далеко за полночь, но я просто не могла уснуть, потрясенная до глу­бины души этой беседой Сэнсэя. И мой дневник, как лучший друг и молчаливый собеседник, принял все излияния моей души. Наше мысленно-пись­менное общение с ним продолжалось до самого утра. И лишь когда на небе взошло солнце и мир стал потихоньку просыпаться, лишь тогда давно скучающая постель приняла тело в распростертые объятия своих мягких покрывал. Благо, было вос­кресенье – день всенародного высы­пания.

Время пролетело незаметно. Началась жаркая пора выпускных экзаменов – сгустков нервов и пота множества людей. Как ни странно, но в этом послед­нем году моей школьной жизни я более спокойно стала относиться к этому напряженному процессу. После всего пережитого экзамены казались лишь естествен­ной проверкой своих знаний, а не «тяжким испы­­танием судьбы», как считали многие мои одно­классники. И когда всё это было позади, когда нако­нец настал долгожданный выпускной бал, я ещё долго не могла поверить, что моя жизнь продол­жа­ется и что всё это не сон.

Встречая всем классом рассвет в живописном уголке природы, мы заговорили о том, кто кем собирается стать. Многие мечтали стать врачами, юристами, экономистами, предпринимателями. А когда об этом спросили меня, я искренне ответила:

– Я хочу стать Человеком.

Может, конечно, ребята и не поняли тогда смысл этих слов до конца, но лица многих из них сдела­лись серьёзнее и задумчивее. Ведь действительно, мы стояли в начале самостоятельного жизненного пути, на пороге нашего личного выбора своей судьбы. Как жизнь распорядится нами – это ещё во­прос… Если всмотреться в судьбы разных людей, проживших добрую половину своих лет, то можно увидеть, что множество их жизненных дорог и тропинок впослед­ствии сливаются в одно – попытку стать Человеком. Ибо в этом, как говорил Сэнсэй, и заклю­чается истинный смысл всей нашей жизни.

Из-за выпускного вечера мне, к сожалению, при­ш­лось пропустить духовное занятие. И когда я на следующий день позвонила Татьяне, она пове­дала мне очень приятную новость. Оказы­ва­ется, у Сэнсэя намечался недельный отпуск и ребята уговорили его поехать на море всем вместе. Даже Николай Андреевич ради этого решил взять накоп­ленные на работе отгулы, прибереженные на такой редкостный случай «круглосуточного» общения с Сэнсэем.

– Я сказала, что и ты поедешь, – произнесла в тру­бку Татьяна.

– Молодец, Танюха, ты настоящий друг. Уж этого я точно не пропущу.

Ехать решили на трех машинах: на «Жигулях» Сэнсэя, «Волге» Николая Андреевича и старом «За­по­рожце», который Андрей позаимствовал у своего дедушки. Всё необходимое собрали всем гуртом. Володя пообещал раздобыть палатки. Стас с Женькой, как оказалось, были страстными аквалан­гистами и взялись за обеспечение всякими рыболов­ными принадлежностями, вплоть до надувной лодки. Мы с Татьяной взяли на себя ответственность за кухонные принадлежности. А Костик – за обеспечение коло­дезной водой.

В назначенный день в пять утра, гремя мисками и ложками по тихим улочкам, мы с Татьяной пришли на место общего сбора. Там уже стояли Руслан и Юра. Потом пришли Стас с Женькой. Они сказали, что Сэнсэй на час задержится. Как потом выясни­лось, Сэнсэй проработал до самого утра. Ребята поведали, что обычно он не заканчивает, пока не примет последнего пациента. Учитывая огромные очереди к нему, это длилось где-то до двух ночи. Но в тот день, очевидно, узнав, что костоправ уезжает на неделю, людей оказалось гораздо больше. Поэто­му только к пяти утра Сэнсэй закончил вести приём.

Позже на дедушкином «коробчонке» подъехал Андрей, вместе со Славиком. Наверное, этой маши­не было столько же лет, сколько и дедушке Андрея. Но мы с Татьяной были рады и такому средству пе­ре­движения. В хорошей компании и «Запорожец» оказывается не хуже «Мерседеса». Мы стали укла­дывать вещи в «стального коня», забив багажник почти доверху.

– Да, придётся Костику под ноги ставить свою сум­ку, – деловито сказал Андрей, еле закрывая багажник.

Но когда приехал Костик, надо было в тот момент видеть отвисшую нижнюю челюсть Андрея. Вещи Костика прибыли на «Волге» вместе с гружёным прицепом. И когда мы помогали выгружать эти бесконечные сумки и мешки, у Андрея чуть дар речи не пропал. Беспо­мощно помахав руками, он наконец взорвался:

– Да ты чё! Как на Северный полюс собрался. Мы же на неделю едем, а ты одних продуктов на три года вперед набрал! Да ещё эти огромные фляги с водой. Тебе же Сэнсэй сказал одну, а не четыре. Ты бы ещё цистерну сюда приволок!

– Честно говоря, хотел, но не смог. Транспорта подходящего не было, – с улыбкой ответил Костик, кив­нув в сторону отцовской «Волги».

– Ну ты даёшь! Куда я это всё тебе грузить бу­ду! Что мне прикажешь с этими бочками делать?! Разве их вместо колес «Запорожцу» вставить, что ли?!

– Так Николай Андреевич вроде бы с прицепом обещался подъехать.

– Вот именно, что вроде бы…

– Да ладно, не кипятись, что-нибудь придумаем.

Ещё битых пятнадцать минут Андрей ходил, возму­щаясь возле огромной кучи вещей Костика. Но Костик только отшучивался, приговаривая:

– Я посмотрю, как на море ваше сиятельство будет благодарить моё величество за столь неза­бы­ваемый комфорт.

Пока Андрея прорывало в очередном фонтане эмоций, Татьяна спросила у Костика:

– А, правда, зачем ты столько всего набрал?

– А чё, гулять так гулять. Я ж не для себя старался, а для всех, – лукаво оправдывался «Фило­соф». – И, вообще, это всё лишь прах и суета…

И, взяв её нежно за талию, мечтательно произнес:

– А мне всего дороже твои прелестные уста.

– Да ладно тебе, – легонько оттолкнула его де­вушка, залившись звонким смехом.

Костик скорчил страдальческое лицо и с пафосом произнес:

– Ах, гордость сердца стоит многих мук!

И, покосившись на Татьяну, добавил:

– Я тетиву так туго натянул,

Что боюсь, не выдержит мой лук!

– Никуда он от меня не денется. Я ему покажу кузь­кину мать.., – случайно громко сказал Андрей, про­должая бурчать о своем.

Мы все покатились со смеху. В это время подъехал Сэнсэй с Володей и Виктором. Глянув на огромную кучу вещей, Сэнсэй недоуменно спросил:

– Ребята, вы что, на Северный полюс собрались?

Вся наша компания покатилась в новом приступе смеха, а Андрей, найдя в лице Сэнсэя своего едино­мыш­ленника, начал изливать душу.

Наконец подъехал и Николай Андреевич с долго­жданным прицепом. Но оказалось, что и при­цепа для всего Костиного «добра» было маловато. Кое-как распихнув вещи по трём машинам, мы стали утрам­бовывать туда и свои тела. Славик пересел в машину Сэнсэя. Мы с Татьяной разместились сре­ди сумок на заднем сиденье «Запорожца». А Костику, как «особо проштрафившемуся», досталось самое «вакантное место» – впереди возле Ан­дрея, на си­дении которое мало того, что было нестан­дартное, низ­кое, так ещё и болталось на одном шурупе креп­ления. Так что Костик, с его высоким ростом, ощутил всеми своими конечностями всю прелесть трёх­часовой поездки в «Запорожце». Но нескон­чаемый юмор наших парней сгладил весь дискомфорт друж­ным, весёлым смехом.

Наш «Запорожец» тарахтел впереди всей ко­лонны. Андрей пытался выжать из него все остатки сил, упершись ногой в педаль газа. Сэнсэй со стар­шими ребятами ехал за нами, сохраняя дис­тан­цию. А Николай Андреевич, груженный довер­ху, не спеша рулил где-то позади Сэнсэя… Ан­дрею, вероятно, показалось мало того что он возглав­лял колонну, так ему вздумалось продемон­стри­ровать нам, что «Запорожец» – самая «крутая» ма­­шина на этой трассе. Прибавив скорость, он начал дого­нять одну машину за другой, гордо выпятив грудь. Костик же при этих манёврах в шутку перекрестился, вцепившись в пе­реднюю панель, и начал читать молитву о спа­се­нии всех страждущих автомобилистов от такого заядлого «погонщика этого драндулета».

Мы вырвались несколько вперед. На трассе пока­зался небольшой придорожный рынок. Татьяна, увидев издалека стоящую на земле в корзинах клуб­нику, крикнула ребятам в шуме грохочущего мото­ра, чтобы те затормозили. И когда мы, наконец, оста­но­ви­лись, Костик облегчённо вздохнул, пытаясь вылезти, как он выразился, «из этой консервной банки, сло­жившей его, словно скумбрию, в три по­гибели». Что­бы выйти нам, Костику пришлось сно­ва выставлять своё кресло. За этой комедией наб­людал весь рынок. Более того, когда Костик, наконец, захлопнул дверь, от неё отвалилось боковое зеркало. Андрей посмо­трел на него такими глазами, как будто тот замахнулся на самое святое:

– Тебе бы рукою мастера, да ногою по морде! Кто так хлопает?! Я ж эту машину три дня собирал. Это же ценный антиквариат! С ней надо обращаться неж­но, как с женщиной…


Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: