double arrow

Вопреки всем законам физики


Говоря о событиях в доме Рощиных, под Катаном, я упомянул о сахарнице, которая вылетела в окно. Пролетая сквозь стекло, она оставила в нем отверстие круглой формы. Физики, исследовавшие феномен, вынули стекло и отправили его в лабораторию. Оказалось, что, чтобы не расколоть его, а оставить отверстие именно такой формы, предмет должен был двигаться с огромной скоростью. Вылетев из окна, сахарница должна была бы лететь по инерции еще более пяти километров. Нашли же ее на снегу, метрах в трех от дома.

Мало того, чтобы так резко замедлить свое движение, этот хрупкий предмет, сахарница, должен был претерпеть огромную перегрузку. Какую? Расчеты дают цифру в 46 раз превышающую нагрузку, которую испытывает снаряд, вылетающий из жерла орудия. Фарфоровая сахарница должна была бы разлететься на куски дважды. Сначала, когда она резко, с огромной скоростью сорвалась с места, начиная полет, и второй раз, через несколько секунд, когда она вылетела за окно и движение ее оказалось остановлено не менее резко.

Столь же необъясним с позиций физики и ее законов полет пробок, когда они по нескольку раз резко меняют траекторию своего полета. Так же, зигзагообразно, делая два резких поворота, летели стаканы из кухни в гостиную при полтергейсте в семье Савиных, в совхозе «Коммунарка». Для того чтобы подобное могло произойти, предмет должен был бы получить во время пути некий новый импульс под углом к своему движению. Так меняет свой полет теннисный мяч от удара ракеткой. Пробки же и другие предметы резко, под прямым углом, меняли свое движение в воздухе, не встречая при этом никакого видимого препятствия. Изменить таким образом свой полет могли бы, скажем, самолет или ракета, когда источник движения находится в нем самом. Если же допустить, что нечто подобное происходит и здесь (что невозможно себе представить), остается признать, что происходящее лежит вне человеческого опыта и практики, равно как и за пределами известных нам законов физики.

Точно так же за пределами физических законов находится случай с А. Шлядинским, человеком, занимающимся изгнанием сущностей, о котором я уже говорил.

Когда его пригласили в дом, где был полтергейст, Шлядинский, обследуя квартиру, почувствовал, будучи экстрасенсом, некое энергетическое напряжение в районе одной из стен. Там, где обои образовывали рельефное удлиненное утолщение, он попросил хозяев оторвать этот кусок. Под ним оказалась иголка. Кто, как, зачем мог поместить ее туда, об этом оставалось только догадываться. Шлядинский взял иголку домой, чтобы на досуге заняться ею, но положил на книжную полку и дней десять вообще не обращался к ней. Правда, когда он позвонил хозяйке дома, в котором был, она сказала, что с тех пор проявлений полтергейста не было. Была ли какая-то связь между этим фактом и иголкой, которую он унес?

Когда Шлядинский внимательно обследовал свою находку, он почувствовал вокруг нее такую же ауру, какую он чувствовал у одержимых. Он решил совершить над иголкой тот же ритуал, который он проводит над одержимыми.

– Не вдаваясь в подробности, – говорит он, – скажу, что использую для этого, в частности, Библию и церковную свечу. Когда все было готово, я зажег ее и мысленно произнес известную мне из средневековой экзорцистики формулу. Через несколько минут свеча вдруг вылетела из подсвечника и описала в воздухе полукруг, попутно столкнув на пол с серванта довольно тяжелый будильник. Во время перемещения по воздуху свеча несколько раз зависала неподвижно, и мне удалось сделать семь снимков – фотоаппарат я приготовил заранее.

Когда я промывал негативы, неожиданно отключилась холодная вода и пленка испортилась – сошла эмульсия.

Но часть негативов все-таки пострадала незначительно.

Можно было бы не говорить об этом, но на следующий день я недосчитался еще одного негатива, бесследно исчезнувшего из закрытой коробки. Той же ночью еще один негатив лишился эмульсионного слоя. Странным мне показалось и его изменение в размерах. Кадр стал меньше на четыре миллиметра при общем сохранении пропорций.

В той же мере необъяснимы, невозможны (но все-таки происходят) факты, когда при полтергейсте предметы проникают сквозь твердые преграды, не разрушая их.

Для наблюдателя предмет просто «исчезает», «дематериализуется» перед такой преградой, чтобы в то же мгновение появиться по другую ее сторону. Так, при полтергейсте в Енакиеве предметы перемещались сквозь двойные оконные стекла, не разрушая их. Подобное же наблюдалось во время полтергейста в Борисове. Как-то Климашонкины, уйдя на несколько часов из дома и закрыв при этом наружную дверь на ключ, по возвращении обнаружили, что из дома исчезла постель. Кровать стояла на месте, а постель исчезла. Обнаружили ее в подвале, под верандой. Там же оказались и неведомо как перенесенные туда из запертого дома стулья и кухонная посуда.

При полтергейсте в семье Савиных ножка от радиоприемника оказалась отвернутой и исчезла из квартиры вообще. Сколько ни искали ее хозяйка и ее сын Юра, они так и не могли ее найти. Только когда хозяйка, доведенная до отчаяния, сердито прикрикнула на полтергейста: «Вверни ножку! Вверни ножку сейчас же!», она вдруг появилась неведомо откуда.

«Юра кричит: „Мама! Смотри, ножка летит!“

Откуда она летела, я не знаю», – вспоминает хозяйка В. И. Савина.

Перемещение предметов сквозь стенки шкафов, чемоданов и дамских сумок описывает и русский исследователь конца прошлого века Н. Аксаков. Более близкие к нам свидетельства упоминают о перемещении предметов сквозь стенки закрытых холодильников и железобетонные перекрытия современных квартир.

Очевидно, к такого же рода перемещениям относятся и такие обстоятельства, сопутствующие полтергейсту, как необъяснимое появление в домах потоков воды или разного рода странных, неприятных и мерзких запахов.

Вода может хлынуть прямо из стены, с потолка и т. д.

И это при том, что любой возможный источник воды в данном помещении может отсутствовать вообще. Во втором случае – точно так же отсутствует и его невозможно обнаружить источник такого запаха или смрада. Внезапное появление огня в квартире, возможно, тоже может быть отнесено к этому же разряду явлений – к необъяснимому перемещению его в пространстве, т. е. к телепортации.

Исследователи феномена называют еще целый ряд таких столь же необъяснимых несоответствий.

Одно из таких несоответствий, также не вписывающихся в реальность нашего мира, связано с так называемыми «голосовыми полтергейстами». Иногда присутствующие при феномене слышат голос или несколько голосов, которые могут петь, произносить осмысленные фразы, иногда целые монологи, имеющие отношение к ситуации и месту, где происходят события. «Голосовой полтергейст» не столь уж редок: о нем упоминает каждый четвертый рассказ о феномене.

Один из таких случаев – полтергейст в доме деревенского старосты Чеканова в селе Сплине, недалеко от Нижнего Новгорода (1888 г.). Помимо стуков и бросания предметов, в доме раздавались голоса, «которые, – писал современник, – входили в беседу с членами семьи старосты».

Полтергейст, недавно постигший семью Искандеровых в Хабаровске, также сопровождался голосовым феноменом. Мальчика, что был в доме, Андрея, «стали по вечерам до 12 часов ночи звать под окном голосом друга, а живем мы на пятом этаже. Когда Андрей выходил на балкон, то там никого не было. (Его друг сказал потом, что не подходил к дому.) Это продолжалось несколько дней» (сообщение потерпевших).

Другой пример-полтергейст, случившийся несколько лет назад в г. Кемерово. «Как-то раз, – сообщают исследователи Сальников В. Н. и Токаренко Г. Г. – муж уехал в деревню к родителям и должен был вернуться вечерним автобусом. Жена была дома, дети спали. Она убирала в доме, как вдруг отчетливо услышала голос мужа, который сказал следующие слова: „Люба, я остаюсь в деревне, так как вечерний автобус отменили, ты ничего не бойся, утром приеду“. Голос прозвучал так, как если бы муж находился рядом, поэтому она также вслух ему ответила: „А что мне бояться, я ничего не боюсь“. Когда она это произнесла, то невольно оглянулась и убедилась, что в квартире, кроме нее самой и спящих детей, никого нет».

На этом, однако, события того вечера не закончились. «Позже, – продолжают исследователи, – к ней пришла сестра мужа и осталась у нее ночевать. Сестра лежала в постели и читала, а хозяйка сидела, писала письмо. Неожиданно она услышала чье-то тяжелое дыхание над собой. Потом они вместе услышали мяуканье котенка в прихожей, вышли, обыскали квартиру, посмотрели в коридоре, но никакого котенка не обнаружили. Когда зашли снова в спальню, хозяйка выругалась и сказала, что уже в собственной квартире нет покоя. Тотчас же она ощутила сильный удар в спину, упала на кровать и заплакала. Голосом мужа кто-то сказал: „Ты что дерешься!“» Я оставляю в стороне смысловую сторону ситуации, скажу о другом. Не может быть и речи ни о каком-либо воспроизводстве записи голоса, ни о передаче его на расстояние: ни до, ни в то время фразы эти не произносились ее мужем вообще. С другой стороны, для воспроизводства человеческой речи, для артикуляции звуков необходим соответствующий голосовой аппарат, движение воздуха по нему, т. е. дыхание и прочее. Более того, в случае, о котором здесь идет речь, воспроизводился голос определенного лица, его интонация.

Но даже эта неразрешимая, как представляется нам, задача – всего лишь деталь по сравнению с другими обстоятельствами, куда более значащими. Я имею в виду необъяснимую информированность «голосовых полтергейстов». О таком полтергейсте сообщала как-то газета «Курская правда». В доме, где поселилась молодая семья, из стен стал исходить голос, обличавший супругов в их добрачных грехах. Как можно догадаться, это не могло понравиться никому. Но к кому обратиться, где искать защиты? Вызвали милицию, пришел участковый. Но и у него, как выяснилось, были поступки, о которых он предпочел бы, чтобы не знал никто. Голос стал обличать и его, так что он поспешил покинуть дом с поспешностью, напоминавшей бегство. Приехало вышестоящее милицейское начальство, исполненное решимости положить конец столь нелепому, как виделось ему, происшествию.

Но и оно оказалось не без грехов, причем достаточно серьезных. О них поведал все тот же голос, к величайшей растерянности и смущению высоких милицейских чинов.

Столь же не имеющую объяснения осведомленность демонстрировал и полтергейст в Енакиеве: надписи, появлявшиеся на стенах, были адресованы присутствующим поименно, в том числе и в случаях, когда вновь пришедший не представлялся и его имя не произносилось вслух.

Полтергейст в Москве, по улице Молдагуловой, таким же образом бросал поименные записки, в том числе тем, чьи имена даже не были произнесены.

Объяснение, самое простое из доступных нам, – предположить, что полтергейст – кто или что бы это ни было – способен читать мысли присутствующих. Не думаю, чтобы происходящее сводилось к этому, хотя подтверждения способности полтергейста читать мысли есть.

Как-то в доме, где объявился полтергейст, присутствовавшие танцевали и пели, и полтергейст принимался при этом четко отбивать ритм. Но главное – так же четко и правильно делал он это и тогда, когда мотив напевали в уме.

Об этом же, о способности «считывать» информацию, находящуюся в уме, говорят и некоторые из попыток общения со стучащим полтергейстом. Предварительно с ним договариваются, что один удар означает «да», два – «нет». Разговор получается довольно осмысленный, но оказывается, что вопросы не обязательно задавать вслух, с такой же легкостью он отвечает и на вопросы, задаваемые мысленно.

Но и это, пожалуй, не главное. В ходе такого общения с полтергейстом Барабашкой (подробнее расскажу о нем позднее) стуком он сообщал, как оказалось потом, информацию, которой в тот момент не знали ни сами задававшие вопрос, ни кто-либо из других присутствовавших. Эта необъяснимая осведомленность Барабашки, енакиевского, курского и других полтергейстов – деталь не менее значимая, чем очевидные и столь же необъяснимые нарушения законов физики, которые демонстрируют эти явления.


Сейчас читают про: