double arrow

Подержи меня за руку. Интервью с Ричардом Хеллом, пленка 1, 22 марта 1989 года, Нью-Йорк


Апокалипсис. Интервью с Джимом Кэроллом, пленка 1, 16 июня 1995 года, Нью-Йорк.

Не спрашивай, на что способен бойскаут. Интервью с Роном Эштоном, пленка 1, 27 июня 1994 года, Анн-Арбор.

Прощаемся с невинностью

Снова гнусные признания

Рон Эштон: Первый раз в жизни я потерял голову из-за Джона Кеннеди. Он проводил избирательную кампанию в Девенпорте, штат Айова, а я состоял в Почетной гвардии бойскаутов. Конечно, мы были просто дети, и копы тоже держали нас внутри оцепления. Когда машина Кеннеди поравнялась со мной, толпа хлынула вперед – а у меня сорвало крышу. Я в бойскаутской форме, и чувак из контрразведки хватает меня за рубашку. Он тянет меня за застежку молнии, я начинаю задыхаться, а чувак говорит: «Спокойно, мальчик...»

Я протянул вверх руку, Кеннеди стоял совсем рядом со мной. Моя голова точно напротив его члена, и он пожал мне руку, прикинь. Ну, скорее просто коснулся ее пальцами – и в этот момент он смотрелся просто охрененно.

Потом я начинаю толкать народ назад, потому что подъезжает полицейский мотоцикл с коляской, а я не могу отойти – и тут колесо проезжает мне по обеим ногам. Я ничего не почувствовал, так был возбужден. И забыл, что могу доехать до дома, шел пешком пять или сколько там миль.

На следующий день я посмотрел на ноги и охренел: «Ох ты, почему у меня пальцы на ногах черные?» Боли я не чувствовал, потому что совсем обалдел.

Джим Кэролл: В детстве на меня сильнее всего повлиял кубинский ракетный кризис. Им объясняется и вся фигня с наркотой, и нигилизм, и постоянное ощущение, что я выпал из времени.

Один из братьев в католической школе сказал мне: «Не беспокойся, если включатся сирены: в 10 утра мы все соберемся в гимназии, у нас будет запас галет и воды на три месяца, уж три месяца мы там продержимся».

Я подумал: «Не беспокоиться? Сидеть в гимназии и три месяца жрать их ебаные галеты! Зашибись».

Точка, куда по плану русские должны были сбрасывать бомбы, находилась на Сорок второй стрит. Вокруг нее были размечены круговые зоны, которые показывали силу удара. Типа: «Если вы находитесь внутри этого круга, вы мгновенно превратитесь в пыль, а если внутри этого – в течение двух дней погибнете от лучевой болезни...»

Я жил в Манхэттене в первой, блядь, зоне, так что мне предстояло превратиться в пыль. Замечательный стимул для моего юношеского нигилизм. Мне все время казалось, что нападают русские – во время первого отключения тока в Нью-Йорке я думал то же самое.

Ну да, я совсем двинулся по этой теме. Мой брат, который на год старше меня, совсем по-другому относился к этой фигне. Когда мы ложились спать, он дразнил меня фразами типа: «Я слышал, все советские послы и представители Кубы сматываются из города. Слушай, наверное, скоро начнут кидать бомбы».




Я отвечал: «Нельзя шутить такими вещами!»

Я боялся просто до усрачки. Так что я говорил ему: «По крайней мере, я, блядь, не просыпаюсь ночью из-за кошмаров после “Creature Features”».

Мама запрещала нам смотреть «Creature Features», потому что мой ебнутый братец вечно потом не мог заснуть из-за своих мудацких кошмаров. Самому мне никогда не снились кошмары после пятничных ужастиков. Так что меня бесило, что он достает меня своими приколами про ядерную войну.

Ведь это было по-настоящему страшно, понимаешь?

Ричард Хелл: Сколько себя помню, всегда сильно интересовался девочками. Самая первая любовь, которую я могу сейчас вспомнить, случилась в третьем классе.

Мими Маккаллин. Я с ума по ней сходил. Конечно, в третьем классе ты даже не знаешь, как подойти к девочке. Как-то ночью я лежал в постели, думал о ней – какая она невообразимая красавица – и, помню, подумал, как было бы хорошо, если бы меня сбила машина, а она оказалась рядом.

«Мими, – сказал бы я ей. – Я умираю, подержи меня за руку…» Ха-ха-ха!

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: