double arrow

Мадам Тюссо и ее восковые фигуры


Лондонский музей восковых фигур, расположившийся в роскошном здании на Бейкер-стрит, распахивает свои двери ровно в 10 часов утра. Но задолго до открытия приходят туда восемь женщин, каждая из которых имеет диплом скульптора. Одни из них принимаются смахивать пыль со знаменитостей, другие — поправлять на них грим, парики, бижутерию.

Здание музея по английским меркам просто великолепное Оно было построено в 1941 году после того, как немецкие бомбы превратили в руины прежний Музей восковых фигур. В залах растут пышные пальмы, и их надо поливать. Вокруг фигур много стильной мебели. Женщины не только собирают пыль в кулечки, но и осматривают карманы, портфели и прически своих подопечных. Недавно шутники поломали у канцлера Коля восковые пальцы, пытаясь утащить его чемоданчик-дипломат Чарли Чаплину набили за рубашку недожеванные бутерброды, а одному советскому политику прилепили за ухо кусочек сыра…

Произошло это потому, что (согласно британским законам) в британских музеях позволено все, что не запрещено. Среди восковых фигур нет таблички «Руками не трогать», — поэтому особый надзор здесь за мальчишками. Эти неугомонные озорники любят подрисовывать фигурам усики, делятся с ними жвачкой, которую потом приходится отдирать пинцетом. Надо присматривать и за девчонками, которые норовят по-своему подправить на восковых персонажах воротничок, складки платьев, локоны.




Работы всегда много, ведь каждый месяц полагается прибавлять к коллекции десять новых фигур. Изготовлять их сложно, но еще труднее подбирать кандидатуры.

В Галерее восковых фигур собраны все выдающиеся исторические личности. Наполеону I посвящены целых два зала, в которых собрано множество принадлежавших ему вещей. В частности, здесь выставлены его коляска, захваченная англичанами в битве при Ватерлоо, его походная постель, на которой он умер, и другие вещи.

Музей посещает более двух миллионов человек в год, и персоны с кратковременной мировой известностью, их, конечно, не привлекут. За многолетнюю историю Музея выявилось, что привлекательность выставленной скульптуры должна длиться, по крайней мере, пять лет. Но бывает и так, что готовый и раскрашенный кандидат из мастерской сразу отправляется в запасник, находящийся в графстве Соммерсет.

Любому посетителю сразу бросается в глаза, что здесь учитывают интересы прежде всего английской публики. Предпочтение отдают королевским семьям от Генриха VIII до наших дней. Есть красочный уголок, целиком посвященный адмиралу Нельсону. И, конечно же, представлены все знаменитые английские рок-певцы.

Давно прославилась Комната ужасов, в которой вместе собраны знаменитые английские воры, мошенники, убийцы, включая и легендарного Джека Потрошителя. Среди них фигурируют и главные деятели Великой французской революции. Здесь же выставлены две настоящих гильотины. Одна из них, как поясняют экскурсоводы, послужила для казни французского короля Людовика XVI.



Сейчас у входа в эту комнату поставлен Адольф Гитлер. Целых 100 фунтов стерлингов должен заплатить тот, кто пожелает провести ночь в этой комнате. Говорят, что ужас в компании преступников излечивает от алкоголизма и азарта тех, кто проигрывает на скачках казенные деньги. Комната ужасов явно заколдована, ибо однажды, когда весь музей сгорел, фигуры злодеев все оказались целыми…

Работа над восковой фигурой — очень тонкое искусство Кандидат, согласившийся на сеансы, теряет немало времени, пока его зарисуют во всех ракурсах, сделают 24 цветных фотоснимка. Только час уходит на обмеры — от кончика носа до мизинца на ноге. Разумеется, приходится выдерживать и сеанс снятия гипсовой маски. Некоторые кандидаты дарят свои костюмы, дают советы, какую бы позу они хотели принять или какую усмешку желали бы видеть на своем лице.

Капризнее всего оказываются артисты и политики. Спокойнее и сговорчивее спортсмены. Аристократы часто звонят в дирекцию Музея и напоминают, что мода, например, на колье изменилась и необходимо его заменить на их восковой фигуре. Кроме того, они часто требуют, чтобы их «омолодили»…

Между прочим, более двухсот лет назад, когда только начиналась эпопея восковой скульптуры, подготовительная процедура была не только утомительной, но и крайне неприятной. Пионер нового искусства швейцарец Филипп Куртиус делал маски из сырой глины. Пока материал застывал, кандидат на фигуру дышал через два гусиных пера, вставленных в ноздри…



Однажды у Куртиуса появилась ученица, дальняя родственница, которую он высоко ценил за хорошую зрительную память, умение быстро рисовать, подмечая характерные черты моделей, а также за ее скромность, миловидность и покладистый характер. Это и была будущая мадам Тюссо.

Мари Гроссхольц родилась в Страсбурге в декабре 1761 года. В семействе Куртиуса она появилась сначала как ученица аптечного дела. Но так как хозяин аптеки решил отказаться от медицины и целиком перейти на более доходное изготовление восковых фигур, уговорить юное создание на помощь в художественном ремесле было делом нетрудным. Мари оказалась одаренным скульптором.

Вскоре пожилой доктор медицины переехал с Мари в Париж. Добрый дядюшка еще в Швейцарии сначала удочерил свою ученицу, а затем формально женился на ней, чтобы передать потом ей не только известную в Европе фамилию, но и свое новое дело: он верил в талант Мари.

В 1780 году на акварельные работы Мари обратила внимание королева Мария-Антуанетта, и Мари Куртиус становится придворной художницей и учительницей рисования в Версале. Там она рисовала не только придворных дам, но и своего любимого Вольтера, которого видела в детстве, а также Бенджамина Франклина, часто посещавшего Версаль.

В Париже Мари днем сидела за кассой кабинета восковых фигур, а вечерами помогала делать головы Клеопатры, герцога Орлеанского, Мольера, Руссо и других знаменитых французов. За день до штурма Бастилии санкюлоты реквизировали фигуры аристократов, чтобы с гневными криками пронести их по всему Парижу, а затем сжечь.

Несколько позже якобинцы принуждали Мари делать слепки с окровавленных голов казненных ими Людовика XVI и Марии-Антуанетты, а также принцев и герцогов, с которыми она была знакома. Указания ей тогда давал палач Сансон…

После смерти Куртиуса Мари в 33 года выходит замуж за парижанина Франсуа Тюссо. Но в это время интерес к ее художественным работам во Франции, потрясаемой революционными событиями, полностью угасает. В 1802 году, успев полностью разориться и сделать портрет Бонапарта, она с большим трудом перебирается в Англию. Из вещей у нее были только чемоданы, в которых было уложено 30 ее лучших работ.

В Англии мадам Тюссо сначала переезжает из города в город со своей коллекцией, а потом снимает помещение в Лондоне, на Бейкер-стрит. Умело проведенная реклама привлекает много посетителей, и через несколько лет небольшой кабинет превращается в знаменитый музей. В богатстве и славе мадам Тюссо умирает в возрасте 90 лет.

Ее дело продолжили дети и внуки. Но затем Музей, получивший всемирную известность, был перекуплен компанией, которая бережно хранит традиции мадам Тюссо до наших дней. Ее портрет украшает директорский кабинет, а сам знаменитый Музей имеет филиалы и многочисленных подражателей.

Музей на Бейкер-стрит процветает, и на светские рауты мадам Тюссо собирается довольно разношерстная публика. Здесь шведский теннисист Бьерн Борг соседствует с Мао Цзэдуном, а Жаклин Кеннеди смотрит на японского премьера, с которым в жизни никогда не встречалась…

Единственная фигура, хранящаяся в Музее за стеклом, это восковой двойник Вольтера. Он создан руками самой мадам Тюссо в 1778 году. «Она была талантлива, изобретательна и трудолюбива», — поясняют каждой группе посетителей гиды Музея.

В последнее время сотрудники Музея мадам Тюссо пришли к заключению, что его необходимо коренным образом реконструировать. «Перед вами восковая фигура Жана Поля Марата, которому только что нанесла смертельный удар кинжалом Шарлотта Корде, — рассказывает посетителям сотрудница Музея — Эта фигура, как и все остальные, выполнена мастерски. Но у нее есть и серьезный недостаток: музейный Марат безмолвствует. А ведь убитый в 1793 году знаменитый деятель французской революции перед смертью, наверное, стонал и хрипел».

Вот и решили работники Музея заставить «заговорить» некоторые из своих экспонатов. Все планы реконструкции пока, конечно же, не раскрываются, но уже и сейчас кое-что известно. Так, например, посетители теперь не только увидят в «Комнате ужасов» многих знаменитых убийц, их жертвы и сцены средневековых пыток, но и услышат леденящий кровь хруст костей, вопли людей на дыбе и предсмертные крики несчастных, приговоренных к мучительным казням…

Музей «Золото Перу»

Английский писатель Хэммонд Иннес в своем романе «Конкистадоры» сообщает, что правитель ацтеков Монтесума собирал тоже своего рода коллекции. Он держал для своей забавы птичник, где было много всяческих мексиканских пернатых — от ярко оперенных обитателей прибрежных болот до орлов с высоких гор. Был у него и зверинец, в котором, по утверждению свидетелей, помимо всяческих животных из своих протекторатов, Монтесума «содержал уродливых мужчин и женщин, одни из которых были калеками, другие карликами или горбунами».

Был и еще один дом, в котором правитель ацтеков держал водоплавающих птиц в таких количествах, что за ними присматривали 600 человек. Для заболевших птиц существовала лечебница. В этом же доме царь держал людей-альбиносов. Все эти дома и клетки с экзотическими птицами размещались в садах, которые «были чудесны, и для ухода за ними требовалось много садовников. Все было выстроено из камня и оштукатурено — бани, дорожки, уборные и покои были сделаны как летние домики, где индейцы пели и танцевали».

Индейцы — ацтеки, инки, майя — терпеливый, трудолюбивый, добрый народ. И очень доверчивый… Но конкистадорам нужно было только золото. Ювелирные шедевры индейцев переплавлялись в слитки металла, в плавильные печи отправлялись изящные статуэтки ацтекских богов. С открытием Америки в Европу хлынул поток золота и серебра, которые добывались на богатых месторождениях с помощью дешевого рабского труда. Христофор Колумб в своем письме с Ямайки в 1503 году писал: «Золото — удивительная вещь! Кто обладает им, тот господин всего, чего захочет. Золото может даже душам открыть дорогу в рай».

Но сами индейцы относились к золоту совершенно иначе. «Золото, серебро и драгоценные камни, которые имелись у королей инков в огромных количествах… не считались тем, что было необходимо для войны или для мира, и не рассматривались как имущество или сокровище, потому что у них никакая вещь не покупалась и не продавалась за серебро или золото. И ими не расплачивались с воинами, не расходовали их, чтобы помочь решить какую-либо нужду… и потому их считали ненужной вещью, которую нельзя было съесть или купить на нее еду. Они ценили их только за красоту и блеск, используя для украшений и служб в королевских домах и храмах», — писал перуанский ученый Мигель Мухика Гальо. В 40-х годах XX века он основал музей «Золото Перу», в котором были собраны бесценные произведения древних перуанцев — создателей выдающейся андской цивилизации. Всю свою жизнь ученый посвятил благородной цели спасения древнего культурного наследия индейцев и собрал более 15 000 ценнейших произведений искусства, среди которых есть керамические сосуды, скульптура, украшения, ткани, маски, одежда, орудия труда, игрушки и многое другое. Выставленные в Музее изделия из золота являются лишь небольшой частью того богатства, которое удалось спасти от варварства конкисты, разорительных войн, обвинений в дьявольщине и неуемной алчности тех, для кого художественная значимость произведения определяется только его денежной стоимостью.

Собранные в Музее экспонаты большей частью были найдены в древних погребениях, именно в них они только и могли сохраниться. Большинство из них относится к предметам роскоши или предназначалось для культовых ритуалов.

Среди экспонатов Музея есть много таких, которые относятся к самой древней культуре — Чавин, распространявшейся в северной части перуанского нагорья с середины второго тысячелетия до нашей эры до начала нашей эры. В провинции Писко ученым хорошо известен Паракас — своеобразный некрополь с хорошо сохранившимися мумиями, укутанными в прекраснейшие погребальные ткани. Ткачи Паракаса были столь искусны, что превзошли всех своих соседей в количестве стежков на один квадратный метр ткани.

Культуры долины Моче представлены в Музее множеством предметов, которые сделаны чрезвычайно тщательно и изысканно. Культуру Наска отличает полихромная керамика с характерным блеском и росписью. В основном все выставленные предметы являются погребальными. Когда проводились раскопки, открывали гробницы и разгребали кости, «индейцы умоляли не делать этого, чтобы кости находились бы все вместе в момент воскрешения». По древним индейским верованиям, душа человека бессмертна, а тело воскресает. Вот поэтому умерший человек и должен был уносить с собой в могилу все необходимые предметы, чтобы не испытывать никакой нужды при возрождении.

В одной из витрин Музея золота выставлен череп со вставными аметистовыми зубами. Родственники хотели, все по той же причине, чтобы покойный не испытывал особых сложностей при воскрешении.

На другом черепе видны явные следы трепанации, и это свидетельствует о высоком уровне развития индейской медицины еще в доколумбову эпоху. У древних перуанцев были великие знахари, которые передавали свои знания сыновьям. Этих знахарей считали врачами, но лечили они только своих королей и людей царственной крови.

Два прямоугольных отверстия в черепе сделаны с помощью туми — ножей с лезвием овальной формы. Несколько таких ножей тоже представлены в перуанском Музее. Одно из черепных отверстий покрыто золотой пластиной. Вторая пластина утеряна, но зато прекрасно видно, как под ней восстанавливалась наращивающаяся кость.

В одном из залов Музея выставлена целиком прекрасно сохранившаяся мумия, которая была найдена в погребении, где находились пять тел королей инков — три мужских и два женских. Все тела были сохранены полностью, все было на месте — каждый волосок на голове, на бровях и ресницах. Покойные были завернуты в те роскошные одежды, которые они носили при жизни, а на голове был только льяуту и больше никаких других королевских знаков отличия. Надо заметить, что все они сидели (в отличие от наших умерших), как обычно сидят индейцы: руки скрещены на груди — правая поверх левой.

У всех посетителей Музея вызывает восхищение мастерство древних ювелиров. Так, например, кроме искуснейшей работы, серьги, выполненные из драгоценных металлов, просто поражают своими огромными размерами. По этому поводу любезный экскурсовод рассказывает посетителям такую древнюю легенду: «Инка Манко Капаку пытался доказать, что он и его жена являются детьми Солнца, которые спустились с неба. Отец направил их, чтобы они наставили людей и принесли добро в мир. А чтобы люди поверили им, они должны были придать своему поведению и своей внешности нечто необычное. Вот у них и были такие большие уши, как у детей Солнца, и которые не может себе даже представить тот, кто не видел их самих».

Выставлены в Музее золота и погребальные маски, которые тоже были связаны с древним культом индейцев. В первый месяц после смерти короля с великими стенаниями и проявлениями горя его оплакивал весь город, весь народ и каждый житель в отдельности. Вот потому на одной из погребальных масок посетители и видят лицо плакальщицы со свисающими из глаз слезами — нитками светлых изумрудов.

В одном из захоронений было найдено веревочное письмо кипу, которое тоже теперь украшает Музей. Скрученные и посеревшие от времени веревочки уже несколько столетий хранят свои послания, и потому они бесценны. Так же как бесценен изящный керамический сосуд в виде толстяка, у которого в ушах и в носу висят драгоценные украшения.







Сейчас читают про: