double arrow

Образы – символы 3 строфы. Ассоциации


Ключевые слова – образы – символы 2 строфы. Ассоциации.

Образы – символы 1 строфы. Ассоциации.

Горячий воздух, ресторан, вечер, тлетворный дух. Картины “страшного мира”. Оксюморон – весенний и тлетворный. Место действия у Блока не просто ресторан, но – ресторан, как будто вся грязь и пошлость большого города сконцентрирована на одном месте. Здесь говорится об атмосфере города, о выжигающей пустоте и безысходности: “дик и глух” - город. В поле зрения поэта попадает обыденный быт городской жизни, от которого становится тягостно на душе.

Отсутствие музыки означало для Блока отсутствие жизни, омертвелость. Диссонанс, который во многих стихах Блока враждует с музыкой жизни, это отражение антимузыкальности “страшного мира”. Развернутая метафора:

это не только о воздухе, а о жизни, дикой и глухой толпе, о человеческой душе, глухой к красоте, истине, к самой жизни. Для ранней лирики Блока было бы безусловно невозможным сочетание вечеров с ресторанами, там это было бы уродливым смешением лексических рядов. В “Незнакомке” это, оказалось возможным, поскольку сама жизнь перемешивает прекрасное и безобразное.

Ответы учащихся: над пылью переулочной, Над скукой загородных дач, крендель булочной. Продолжается тема серой обыденности, в которую вторгается “чуть золотится крендель булочной”.

Ответ учащегося по цветовой символике (15 слайд Серый и чёрный цвет – олицетворение какого-то душевного кризиса, застоя, обыденности, навивают чувства безысходности, омертвления души. Крендель золотится – возможно, какой-то просвет вдали, надежда, жёлтый цвет меняется в золотистый. Хотя у Блока жёлтый цвет олицетворяет трагичность.

Среди канав, испытанные остряки, скрипят уключины, женский визг. Пошлая обыденность изображается иронически. Шлагбаум – символ препятствия. Преграждая путь людям, он не выпускают их из этого пошлого круга ресторанных увеселений. Повторения передают постоянство удручающего однообразия, удушающей скуки мещанского существования.

В парных строках третьей строфы дается только по два звука в сильной позиции: а—ы, и—ы. В этих же строках многослоговные слова утяжеляют чтение, и это хорошо отражает ту пошлую, тягостную обстановку, которая здесь описана. Аллитерации в описании грязной улицы, нагромождения грубых согласных звуков.

Визг глубоко осознанно и болезненно воспринимался Блоком как антиэстетический звук — режущий, рвущий нервы, способный убить чуткую душу художника и человека.

Композиция. На сколько частей можно разделить стихотворение? (20 слайд)

2 части. Первая половина стихотворения рисует картину самодовольной и разнузданной пошлости, во второй части возникает контрастный образ Незнакомки.

В стихотворении две части, а основным литературным приемом является антитеза, противопоставление. В первой части — грязь и пошлость окружающего мира, а во второй — прекрасная незнакомка; эта композиция позволяет донести главную идею Блока: образ незнакомки преображает поэта, меняются его стихи и мысли.

Блок объяснял и то, где он видел Незнакомку - оказывается, на картинах Врубеля: “Передо мной возникло, наконец, то, что я (лично) называю “Незнакомкой”: красавица кукла, синий призрак, земное чудо... Незнакомка - это вовсе не просто дама в черном платье со страусовыми перьями на шляпе. Это - дьявольский сплав из многих миров, преимущественно синего и лилового. Если бы я обладал средствами Врубеля, я бы создал Демона, но всякий делает то, что ему назначено...” [1]. Синий цвет означает у Блока звездное, высокое, недостижимое; лиловый - тревожное.

Образы – символы второй части стихотворения.

: каждый вечер (анафора), сон, девичий стан, в туманном окне. Образ тумана еще более усиливает таинственность появления Незнакомки. Лексика возвышенная. Переход к другой картине прямо противопоставлен окружающей пошлости.

Здесь все хрупко, основано на таинственности, душа освобождается от пошлого давления повседневности, улетает в иные миры, открывая в своей глубине неведомые миру сокровища. Важно то, что душа человеческая на миг соприкоснулась с миром прекрасного. Мы ощущаем возвышенное поэтическое восприятие лирического героя обаяние и красоту таинственной героини. Это не реальная Незнакомка, а только видение поэта, образ, созданный его воображением.

Сравним звукопись второй части с первой.

Появление Незнакомки (Дамы из Космоса) сопровождается шуршащими звуками. Логически это можно объяснено тем, что она — или в черных шелках (“шелками черными шумна”), или со шлейфом, но можно сравнить с приходом чего-то таинственного, необъяснимого.

Ассонансы на А создаёт ощущение воздушности образа: “И кАждый вечер, в чАс нАзнАченный…”; “Девичий стАн, шелкАми схвАченный, // В тумАнно(А)м движется(А) о(А)кне…” и далее. Ассонансы на “У” придают утонченность образу Незнакомки: “И вею(У)т древними поверьями // Ее УпрУгие шелка, //И шляпа с траУрными перьями, //Ив кольцах Узкая рУка”.

Лексика первой строфы (“И каждый вечер друг единственный...”) высокая, сходная с лексикой второй части стихотворения. Лексика второй строфы (“А рядом у соседних столиков...”) - низкая (“лакеи”, “торчат”, “пьяницы”, “кричат”), тяготеет к лексике первой части. Таким образом эти две строфы как бы скрепляют части стихотворения, проникая в ткань лирического повествования. На место бытовой лексики первой части приходят одухотворенные, поражающие своей музыкальностью строки.

Противоположные образы.

“Горячий воздух дик и глух” - “Дыша духами и туманами”; “женский визг” - “девичий стан”; “бессмысленный... диск” луны - “солнце”; “скука загородных дач” - “очарованная даль”; “канавы” - “излучины” души; “бессмысленный... диск” - “истина”.

Обобщения и добавления учителя: Образ Незнакомки исполнен поэтической прелести, отгорожен от грязи действительности возвышенным восприятием лирического героя.

Она садится у окна.

И веют древними поверьями

Ее упругие шелка,

И шляпа с траурными перьями,

И в кольцах узкая рука.

Грязь окружающей пошлой обстановки не прикасается к ней, она как бы парит над нею, отделенная молчаливым одиночеством, своими “траурными перьями”. Она как посланница иного мира, чуждая всем и всему, как воплощенная Поэзия, Женственность.

Образы: очи синие бездонные, берег очарованный, И очарованную даль.

Это реальные женские глаза, полные тайны и очарованья, это и символ вечной красоты мира, весеннего и цветущего, который еще существует, несмотря на вселенскую власть душного города, существует пусть только в мечте. Одиночество героев выделяет их из толпы, притягивает друг к другу: И странной близостью закованный..

За этим реальным или воображаемым обликом лирическому герою видится “берег очарованный и очарованная даль”. Берег - символ у Блока, значение которого — новая жизнь, новые открытия, новое понимание жизни и поэзии. Эта ассоциация приобретает значение реально существующей возможности приплыть к другому берегу жизни, уйти в “очарованную даль” от пошлости, которая минуту назад казалась непобедимой.

Глухие тайны мне поручены,

Мне чье-то солнце вручено…

Солнце — символ Женственности, символ счастья, любви.

Обобщения и добавления учителя: Последняя строфа довершает переворот в душе лирического героя, построена на осмыслении происшедшего в душе переворота и переосмыслении устоявшегося, привычного, говорит о его избранности, о нетленности прекрасного идеала:

В моей душа лежит сокровище,

И ключ поручен только мне!

Ты право, пьяное чудовище!

Я знаю: истина в вине.

Открытие поэзии, посвященность в тайны очарования другого мира, пусть и в воображении, утверждается как истина. Таким образом, красота, истина и поэзия оказываются связанными в неразделимом единстве.

Критика: Однако стихотворение «Незнакомка» привлекало читателей и интерпрета-

торов лирики Блока и как уникальный художественный текст, и как своего рода

свидетельство неповторимого духовного опыта. По словам С. А. Венгерова, Блок

«сумел создать целую мистико-реальную поэму, где причудливо переплетены

визионерство с реальной жизнью»3. В. М. Жирмунский увидел в «Незнакомке»

романтическое «двоемирие», сочетающее бытовую повседневность с мистичес-

кими прозрениями: «Теперь (т. е. в период написания “Незнакомки.” — Д. М.)

каждое стихотворение Блока развивается в двух различных планах: первый

план — бытовой, реальный, “действительность”, второй план — сверхреальный,

в котором происходят душевные события, единственно для поэта важные и ин-

тересные». Среди работ, специально посвященных разбору этого стихотворения, выде-

ляется статья З. Г. Минц «Об одном способе образования новых значений слов в

произведении искусства (ироническое и поэтическое в стихотворении Ал. Блока

“Незнакомка”)». В статье анализируются только первые четыре строфы (до слов

«Бессмысленный кривится диск»), рисующие «мир без поэта и без Незнакомки»5.

Наблюдения З. Г. Минц вносят новые существенные акценты в интерпретацию

«двоемирия», о котором говорили все, писавшие о стихотворении. Обычно ис-

следователи обращали внимание на «пошлость», «уродство», «внеэстетичность»

мира первой части стихотворения, указывали на преобладающую в его описа-

нии материальную предметность (рестораны, пыль, дачи, крендель булочной, шлаг-

баумы, канавы, котелки, стакан, столики, пьяницы и т. п.). Говорилось и о том,

что «само природное становится “бессмысленным”, уродливо искаженным от

вклинивания в него, слияния с ним вполне отвратительно социальных начал»6.

Уточняя эти наблюдения, З. Г. Минц указала, что первая часть стихотворения

формируется не только непоэтической лексикой с резко негативными коннота-

циями, но и словами и словосочетаниями, пришедшими из «Стихов о Прекрас-

ной Даме»: вечера в мире первого тома «лирической трилогии» — это сакральное

время «встречи» героя с мистической возлюбленной, природа (озеро, небо, воз-

дух, весна) — это сфера Ее присутствия. Дали (вдали над пылью переулочной) — ее

привычное пространство. Но в сочетании с негативной лексикой все эти «знаки»

Ее присутствия снижаются, обесцениваются и становятся предметом скрытого

или явного осмеяния (женский визг вместо Вечной Женственности): «Слова и

словосочетания, характеризовавшие “высокий мир” Прекрасной Дамы оказы-

ваются, вступая в новые слова и словосочетания, характеристикой мира “зем-

ли” — антиэстетического, с точки зрения эстетики “первого тома”. Навеянное

структурой “Стихов о Прекрасной Даме” привычное словоупотребление пос-

тоянно разрушается, возникают — для читательского ожидания — постоянные

неожиданности: “дух” истолкован как синоним слов “запах” и даже “вонь”, “зо-

лотятся” не “купола”, а “крендель булочной”, в “небе” видны не “зори ясные”.заический, пошлый, по аналогии с уже имеющейся традицией “романтической

иронии”, а также с традиционными приемами, использованными внутри дан-

ного текста <…> может быть воспринят как создание эффекта иронии»7.

По мнению исследовательницы, вторая часть стихотворения «строится по

иному (кое в чем по “обратному”) принципу». Теперь количественно преобла-

дают слова, особо значимые для «Стихов о Прекрасной Даме», хотя сохраняется

сочетание разнотипных элементов. «Соответственно, хотя ирония не исчезает,

повышается роль лирических интонаций. При этом, однако, в понятие “поэ-

тического” входит то, что с точки зрения эстетики “первого тома” было только

“низким”: сюда попадают и вполне земные “духи”, и “шляпа с траурными перь-

ями”, и “упругие шелка”. Этот поворот к художественному восприятию “земно-

го” как “поэтического” составляет, как известно, одну из главных особенностей

эволюции Блока-лирика»8.

В книге М. Л. Гаспарова «Метр и смысл» был описан семантический оре-

ол 4-стопного ямба с дактилическими и мужскими окончаниями. Проследив

становление этого размера до «Незнакомки», М. Л. Гаспаров указал, что «она

возникла на скрещении двух мотивов: внешнего прохождения и внутреннего про-

зрения, внешнего городского быта и внутреннего ощущения вечной женствен-

ности. Первый из этих мотивов восходит к Брюсову, второй — к Гиппиус <…>

Камерная бесплотность Гиппиус совместилась с уличной эротикой Брюсова, и

отсюда явилась уникальная образность блоковского стихотворения»9. В работах П. П. Громова стихотворение соотнесено с сюжетом одноимен-

ной лирической драмы, где Незнакомка — звезда, упавшая с неба и превратив-

шаяся в прекрасную женщину (в стихотворении эта тема «кометности» полно-

стью утрачена). По мнению исследователя, стихотворение и пьесу роднит общая

тема — «противоречивости современного сознания и, соответственно, любви

современного человека»10.

Таковы в самых общих чертах направления изучения «Незнакомки».


Сейчас читают про: