double arrow

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ. О госпожа, прости! Мне довелось явиться


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Федра, Энона, Панопа.

ПАНОПА

О госпожа, прости! Мне довелось явиться

С известьем горестным к тебе. Узнай, царица,

Что смертью взят наш царь и твой супруг, Тесей.

Об этом ведомо уже Элладе всей.

ЭНОНА

Как! Что ты говоришь, Панопа?

ПАНОПА

Я сказала, –

Пусть госпожа не ждет царя. Его не стало.

Вошедшие сейчас к нам в гавань корабли

Царевичу ту весть с собою привезли.

ФЕДРА

О, небо!

ПАНОПА

И теперь в волнении Афины.

О будущем царе сужденья не едины:

Те сына твоего хотят на трон возвесть,

Иные, госпожа, забыв закон и честь,

За сына пленницы стоят, за Ипполита.

Есть даже дерзкие, что говорят открыто, –

Пусть к власти будет род Палланта возвращен;

И требуют они для Арикии трон.

Мой долг был рассказать про эти все событья.

Назначил Ипполит час своего отплытья.

Явившись в пору смут, быть может, увлечет

Царевич за собой изменчивый народ?

ЭНОНА

Довольно. Ничего не надобно страшиться:

Предупреждениям твоим вняла царица.

Федра, Энона.

ЭНОНА

Уже отчаявшись тебя отговорить,

Я жизни собственной прервать хотела нить.




Но изменилось все от новой злой напасти:

Царь умер, – на тебя ложится бремя власти.

Твой сын! Ты утвердить должна его права!

Он – раб, коль ты мертва, он – царь, коль ты жива.

Над ним нависшие кто отведет угрозы?

Поддержит кто? И кто ему осушит слезы?

Он будет звать тебя, но тщетным будет зов, –

И на тебя падет проклятие богов…

Живи! И прочь гони былые угрызенья:

Ведь страсть твоя теперь – лишь страсть, не преступленье.

Смерть мужа твоего ту разорвала связь,

Из за которой ты, себя самой стыдясь,

Хотела умереть. Разрушена преграда,

Тебе с царевичем встреч избегать не надо.

Боясь твоей вражды, быть может, госпожа,

Он стал бы в эти дни главою мятежа.

Ты разуверь его и путь закрой к измене.

Пусть он останется властителем в Трезене,

Но ведомо ему, что лишь твой старший сын

По праву может стать властителем Афин .

От общих недругов оплот мы с ним построим:

Ведь Арикия – враг, опасный вам обоим.

ФЕДРА

Ну что ж, послушаюсь тебя. Останусь жить,

Коль к жизни плоть мою не поздно возвратить.

Пусть мысль, что сыну я нужна, вернет мне силы

И отведет меня от рубежа могилы.

Арикия, Исмена.

АРИКИЯ

Что говоришь ты мне? Что хочет Ипполит

Со мной увидеться? Проститься он спешит?

Ошиблась, верно, ты. Не может быть, Исмена!

ИСМЕНА

Поверь, царевна. В нем свершилась перемена,

Когда услышал он о гибели отца.

Тесея нет, – и ты влечешь к себе сердца.

Не Арикия ль здесь законная царица?

Знай, скоро вся к тебе Эллада устремится!

АРИКИЯ

Так это, стало быть, не ложь, не звук пустой?



Я больше не раба, и сгинул недруг мой?

ИСМЕНА

За братьев за твоих отмстили олимпийцы,

И ныне тени жертв встречают тень убийцы.

АРИКИЯ

Не слышала ли, как свои он кончил дни?

ИСМЕНА

Есть слухи разные. Так, говорят одни,

Что, где то новую найдя себе подругу,

Бежал он с ней и что неверному супругу

Могилой стало дно морское. Слух другой –

Что будто бы вдвоем Тесей и Пирифой,

Дабы увидеть то, что от живых сокрыто,

Проникли в мир теней, на берега Коцита,

Вернуться ж не смогли опять на белый свет:

Кто раз туда сошел, тому возврата нет.

АРИКИЯ

Ужели на земле есть человек, способный

До смерти, заживо, проникнуть в мир загробный?

И чем Тесея мог тот страшный мир привлечь?

ИСМЕНА

Царевна, мертв Тесей, – сейчас об этом речь.

Вся знать афинская известием убита.

Трезен уже избрал на царство Ипполита,

А Федра от своих испуганных друзей

Советов мудрых ждет: ей страшно за детей.

АРИКИЯ

Не думаешь ли ты, что повелитель новый

Добрее, чем Тесей? Что он мои оковы

Захочет облегчить?

ИСМЕНА

Конечно, облегчит.

АРИКИЯ

Ты знаешь ли, каков бездушный Ипполит?

Откуда у тебя взялась мечта пустая,

Что он, весь женский пол надменно презирая,



Окажет милость мне? Ты видела не раз,

Как уходил он прочь, едва заметив нас.

ИСМЕНА

Что он суров и горд, я знала по рассказам.

Вот почему за ним слежу я зорким глазом

И утверждать берусь, что не совсем права

О неприступности царевича молва.

Впервые увидав его с тобою рядом,

Я вмиг заметила, как под твоим он взглядом

Смутился, и скажу ему я не в укор,

Что не суровым был в тебя вперенный взор.

Да не обидится царевич непреклонный:

Хоть о любви молчал, глядел он, как влюбленный.

АРИКИЯ

Пусть оснований нет таким словам твоим,

Я жадно, сердцем всем, прислушиваюсь к ним.

Воображала ль ты, меня так долго зная,

Что скорбная душа, душа моя больная,

Которую избрал своей игрушкой рок,

Не избежит любви и всех ее тревог?

Меня, последнюю в роду, что вел начало

От матери земли , – меня лишь не пожрала

Кровавая война: погибли в ней мои

Шесть братьев юношей , цвет царственной семьи.

Коса скосила всех. С великой скорбью Гея

В себя впитала кровь потомков Эрехтея.

Строжайший объявил указ Тесей, наш враг, –

Чтоб не мечтал никто вступить со мною в брак:

Роди я сыновей, дрожал бы он от страха,

Что наш мятежный род воспрянет вновь из праха.

Ты знаешь, встретила с презреньем я каким

Указ, объявленный гонителем моим:

Я, незнакомая тогда еще с любовью,

Обрадовалась лишь Тесееву условью,

Почтя, что чистоту оно мне сохранит.

И вот передо мной явился Ипполит.

Нет, не сверкающей пленилась я приманкой,

Не красотой его, не царственной осанкой, –

Природы щедрыми дарами наделен,

Тех преимуществ сам в себе не ценит он, –

Меня душевное пленило благородство.

С прославленным отцом храня в высоком сходство,

Не унаследовал он низких черт отца.

Тем больше этого люблю я гордеца,

Что он не знал любви. Я б не могла, как Федра,

Тесеем чваниться, – любимым, что так щедро

Свою привязанность всем встречным раздает.

Войти в то сердце, где для всех не заперт вход!

Завидной не могу почесть такую долю.

Вот если бы согнуть негнущуюся волю!

Неуязвимый дух пронзить стрелой скорбей!

Навек сковать того, что не знавал цепей!…

Победа над каким героем знаменитым

Сравнится с торжеством любви над Ипполитом?

И чем труднее путь к такому торжеству,

Тем мне ценней оно. В мечтах о нем живу!

Исмена, милая! Увы, моя отвага,

Я знаю и сама, не принесет мне блага, –

Для торжества над ним моих не хватит сил.

От гордости его, которой он мне мил,

Замучусь я. Увы! Моя судьба плачевна.

Ведь так?

ИСМЕНА

А вот он сам идет к тебе.







Сейчас читают про: