double arrow

Франкское завоевание Галлии. Государство Меровингов. В 486 г. в результате франкского завоевания в Северной Галлии возникло Франкское государство, во главе которого стоял вождь салических франков Хлодвиг

1

В 486 г. в результате франкского завоевания в Северной Галлии возникло Франкское государство, во главе которого стоял вождь салических франков Хлодвиг (486—511) из рода Меровея (отсюда династия Меровингов). Так начался первый период истории Франкского государства — с конца V до конца VII в., обычно называемый меровингским периодом.

При Хлодвиге была завоевана Аквитания (507), при его преемниках — Бургундия (534); остготы уступили франкам Прованс (536). К середине VI в. Франкское государство включало почти всю территорию бывшей римской провинции Галлии. Франки подчинили себе также ряд германских племен, живших за Рейном: верховную власть франков признали тюринги, аламаны и бавары; саксы принуждены были платить им ежегодную дань. Франкское государство просуществовало значительно дольше, чем все другие варварские королевства континентальной Европы, многие из которых (сначала часть Вестготского и Бургундское, затем Лангобард-ское) оно включило в свой состав. История Франкского государства позволяет проследить развитие феодальных отношений от самой ранней стадии до преобладания на этой территории феодального уклада; от зарождения раннефеодального государства до его расцвета в виде первой на Западе Европы средневековой империи — Каролингской. Процесс феодализации происходил здесь в форме синтеза разлагающихся позднеримских и германских родоплеменных отношений. Соотношение тех и других было неодинаково на севере и на юге королевства. К северу от Луары романизация галльского населения в I —начале V в. была заметно слабее, чем на юге страны. Однако согласно новейшим данным археологии и аэрофотосъемки, в эти столетия здесь оставалось много римских рабовладельческих вилл, где главной рабочей силой были рабы и колоны, и даже после франкского завоевания основную массу населения составляли галло-римляне. С другой стороны, для этих областей была характерна и более быстрая и глубокая варваризация общества, чем в южных частях королевства в ходе франкских завоеваний. Это объяснялось тем, что франки к концу V в. находились на более низком уровне общественного развития, чем, например, вестготы или бургунды, не говоря уже о галло-римлянах. Принесенные ими примитивные отношения поэтому способствовали распространению здесь разлагающегося первобытнообщинного уклада. Кроме того, после первой волны франкских вторжений при Хлодвиге последовали другие в VI и VII вв., значительно усиливавшие германизацию и варваризацию этой области. Первоначально франки селились здесь изолированно от галло-римского населения. Это, с одной стороны, консервировало их примитивный варварский строй, с другой — на первых порах замедляло взаимодействие с галло-римским населением с его разлагающимся рабовладельческим укладом.

К югу от Луары варварское население — сначала бургундов и вестготов, а затем и франков — было малочисленнее, чем на севере, но зато проживало по большей части в одних и тех же поселениях с местными жителями. Поэтому влияние разлагающихся позд-неантичных отношений было здесь более сильным и длительным, разложение варварских общественных порядков происходило быстрее, но складывание новых феодальных отношений шло медленнее, чем на севере.

При этом и на севере, и на юге Франкского государства важным фактором варварского влияния в процессе феодального синтеза было сосредоточение политической власти в руках варварской верхушки, облегчавшее ей насаждение своих порядков.

На первом этапе существования Франкского государства (конец V — конец VII в.) на севере Галлии позднеримская и варварская структуры существовали в виде различных укладов: разлагающихся рабовладельческого и варварского, родоплеменного, а также зарождающегося феодального (колонат, разные формы поземельной зависимости, дружинные отношения у франков), которому принадлежало будущее.

«Салическая правда».Важнейшим источником для изучения общественного строя франков (преимущественно Северной Галлии) в меровингский период является «Салическая правда» (Lex Salica). Она представляет собой запись судебных обычаев салических франков, произведенную, как полагают, в начале VI в., еще при Хлодвиге. Римское влияние сказалось здесь гораздо меньше, чем в других варварских правдах, и обнаруживается главным образом во внешних чертах: латинский язык, штрафы в римских денежных единицах.

«Салическая правда» в более или менее чистом виде отражает архаические порядки первобытнообщинного строя, существовавшие у франков еще до завоевания, и слабо отражает жизнь и правовое положение галло-римского населения. Но на протяжении VI — IX вв. франкские короли делали все новые и новые дополнения к «Салической правде», поэтому в сочетании с другими источниками более позднего периода она позволяет проследить также и дальнейшую эволюцию от родоплеменного строя к феодализму франкского общества в целом.

Хозяйство и общинная организация франков по данным «Салической правды».Вземледелии, которое в VI в. являлось основным занятием франков, по-видимому, уже господствовало двухполье. Помимо зерновых культур — ржи, пшеницы, овса, ячменя — получили широкое распространение бобовые культуры и лен. Активно возделывались огороды, сады, виноградники. Повсеместное распространение получает плуг с железным лемехом. В сельском хозяйстве использовались различные виды рабочего скота: быки, мулы, ослы. Обычными стали двух- или трехкратная вспашка, бороньба, прополка посевов, вместо ручных начали применяться водяные мельницы. Значительно развилось и скотоводство. Франки держали в большом количестве крупный рогатый и мелкий скот — овец, коз, а также свиней и разные виды домашней птицы, занимались охотой, рыболовством, пчеловодством.

Прогресс в хозяйстве был следствием не только внутреннего развития франкского общества, но и результатом заимствования германцами более совершенных методов ведения сельского хозяйства, с которыми они столкнулись на завоеванной римской территории.

В этот период у франков существует вполне развитая частная, свободноотчуждаемая собственность на движимое имущество. Но такой собственности на землю, за исключением приусадебных участков, «Салическая правда» еще не знает. Основной земельный фонд каждой деревни принадлежал коллективу ее жителей — свободных мелких земледельцев, составлявших общину. По данным древнейшего текста «Салической правды», франкские общины представляли собой очень разные по размеру поселения, состоявшие из родственных семей. В большинстве случаев это были большие (патриархальные) семьи, включавшие близких родственников обычно трех поколений — отца и взрослых сыновей с их семьями, ведущих хозяйство совместно. Но появлялись уже и малые, индивидуальные семьи. Дома и приусадебные участки находились в индивидуальной собственности отдельных больших или малых семей, а пахотные и иногда луговые наделы — в их наследственном пользовании. Однако право свободно распоряжаться наследственными наделами принадлежало только всему коллективу общины. Индивидуально-семейная собственность на землю у франков в конце V и в VI в. только зарождалась. Об этом свидетельствует IX глава «Салической правды» — «Об аллодах», согласно которой земельное наследство в отличие от движимого имущества (оно могло свободно переходить по наследству или передаваться в дар) наследовалось только по мужской линии — сыновьями умершего главы большой семьи; женское потомство исключалось из наследования земли. В случае отсутствия сыновей земля переходила в распоряжение соседей (т.е. общины).

Община имела также ряд других прав на земли, находившиеся в индивидуальном пользовании ее членов. У франков на севере страны существовала «система открытых полей»: все пахотные наделы после снятия урожая и луговые наделы после сенокоса превращались в общее пастбище, и на это время с них снимались все изгороди. Земли под паром также служили общественным пастбищем. Такой -порядок связан с чересполосицей и принудительным севооборотом для всех членов общины. Земли, не входившие в приусадебное хозяйство и в пахотные и луговые наделы (леса, пустоши, болота, дороги, неподеленные луга), оставались в общем владении, и каждый член общины имел равную долю в пользовании этими угодьями.

Вопреки утверждениям ряда буржуазных историков конца XIX и XX в. (Н.-Д. Фюстель де Куландж, В. Виттих, А. Допш, Т. Майер, К. Босль, О. Брукнер и др.) о том, что у франков в V—VI вв. господствовала полная частная собственность на землю, «Салическая правда» предполагает наличие у франков общины. Так, глава XLV «О переселенцах» гласит: «Если кто захочет переселиться в виллу (в данном контексте «вилла» означает деревню. — Ред.) к другому и если один или несколько из жителей виллы захотят принять его, но найдется хоть один, который воспротивится переселению, он не будет иметь права там поселиться». Если пришелец все же поселится в деревне, то протестующий может возбудить против него судебное преследование и изгнать его через суд. Жители виллы здесь выступают как члены общины, регулирующие поземельные отношения в своей деревне.

Община «Салической правды» представляла собой в V—VI вв. переходный этап от большесемейной «земледельческой» общины (где сохранялась коллективная собственность рода на всю землю, включая и пахотные наделы больших семей) к соседской общине-марке, в которой уже господствует индивидуальная собственность малых семей на надельную пахотную землю при сохранении общинной собственности на основной фонд лесов, лугов, пустошей, пастбищ и пр.

В «Салической правде» отчетливо прослеживается еще заметная роль у франков родовых отношений. Сородичи продолжали играть большую роль в жизни свободного франка. Из них состоял тесный союз, включавший всех родичей «до шестого колена» (третьего поколения по нашему счету), все члены которого в определенном порядке обязаны были выступать в суде в качестве сопри-сяжников (принося присягу в пользу сородича). В случае убийства франка в получении и уплате вергельда участвовала не только семья убитого или убийцы, но и их ближайшие родственники со стороны отца и матери.

Но в то же время «Салическая правда» показывает уже процесс разложения и упадка родовых отношений. Среди членов родовой организации намечается имущественная дифференциация. Глава «О горсти земли» предусматривает случай, когда обедневший сородич не может помочь своему родственнику в уплате вергельда: в этом случае он должен «бросить горсть земли на кого-нибудь из более зажиточных, чтобы тот уплатил все по закону».

Наблюдается стремление со стороны более зажиточных членов выйти из союза родичей. Глава IX «Салической правды» подробно описывает процедуру отказа от родства, во время которой человек должен публично, в судебном заседании отказаться от сопри-сяжничества, от участия в уплате и получении вергельда, от наследства и от других отношений с родичами. В случае смерти такого человека его наследство поступает не родичам, а в королевскую казну.

В конце VI в. под воздействием имущественного расслоения и ослабления родовых связей наследственный надел свободных франков превращается в индивидуальную, отчуждаемую земельную собственность отдельных малых семей — аллод. Ранее, в «Салической правде», этим термином обозначалось всякое наследство: применительно к движимости аллод в ту пору понимался как собственность, но применительно к земле — только как наследственный надел. Но в эдикте короля Хильперика (561—584) во изменение главы «Салической правды» «Об аллодах» было установлено, что в случае отсутствия сына землю могут наследовать дочь, брат или сестра умершего, но «не соседи», т. е. община. Земля становится объектом завещаний, дарений, а затем и купли-продажи, другими словами, превращается в собственность общинника. Это изменение носило принципиальный характер и вело к дальнейшему углублению имущественной и социальной дифференциации в общине, к ее разложению. По словам Ф. Энгельса, «аллодом создана была не только возможность, но и необходимость превращения первоначального равенства земельных владений в его противоположность»'. Община сохраняется, но ее права теперь распространяются лишь на неподеленные угодья (леса, пустоши, болота, общественные выпасы, дороги и т. п.), которые продолжают оставаться в коллективном пользовании всех ее членов. К концу VI в. луговые и лесные участки нередко также переходят в аллодиальную собственность отдельных общинников. В ходе становления аллода большая семья все больше уступает место малой индивидуальной семье, состоящей из родителей и детей. Меняет свой характер и община. Из коллектива больших семей она к концу VI в. превращается в объединение индивидуальных семей, владеющих аллодами, — соседскую общину или общину-марку. Она представляет собой последнюю форму общинного землевладения, в рамках которой завершается разложение первобытнообщинного строя и зарождаются классовые феодальные отношения.

Социальное расслоение во франкском обществе меровингского периода.Зародыши социального расслоения в среде франков-завоевателей проявляются в «Салической правде» в различных размерах вергельда разных категорий свободного населения. Для простых свободных франков он составляет 200 солидов, для королевских дружинников (антрустионов) или должностных лиц, состоящих на службе у короля, — 600 (о родовой знати «правда» неупоминает). Жизнь полусвободных — литов — защищалась сравнительно низким вергельдом — в 100 солидов. У франков имелись и рабы, совершенно не защищаемые вергельдом: убийца лишь возмещал ущерб, причиненный господину раба.

Развитию рабства у франков способствовали завоевания Галлии и последующие войны, дававшие обильный приток рабов. Позднее источником рабства становилась кабала, в которую попадали разорившиеся свободные люди, а также преступники, не заплатившие судебного штрафа или вергельда: они превращались в рабов тех, кто уплачивал за них эти взносы. Однако рабский труд у франков не был основой производства, как в Римском государстве. Рабы использовались чаще всего как дворовые слуги или ремесленники — кузнецы, золотых дел мастера, иногда как пастухи и конюхи, но не как основная рабочая сила в сельском хозяйстве.

Уже в источниках VI в. имеются данные о наличии в среде франков имущественного расслоения. Это не только приведенные выше сведения о расслоении среди сородичей, но и указания на распространение во франкском обществе займов и долговых обязательств. Постоянно упоминаются, с одной стороны, богатые и влиятельные «лучшие люди», с другой — «бедные» и вовсе разорившиеся, не способные уплатить штрафы бродяги.

Возникновение аллода стимулировало рост крупного землевладения у франков. Еще в ходе завоевания Хлодвиг присвоил себе земли бывшего императорского фиска. Его преемники постепенно захватили все свободные земли, которые сначала считались достоянием всего народа. Из этого фонда франкские короли щедро раздавали земельные пожалования в полную, свободно отчуждаемую (аллодиальную) собственность своим приближенным и церкви. Так, к концу VI в. во франкском обществе уже зарождается слой крупных землевладельцев. В их владениях наряду с франкскими рабами эксплуатировались также полусвободные — литы — и зависимые люди из числа галло-римского населения — вольноотпущенники по римскому праву, рабы, галло-римляне, обязанные нести повинности («римляне-трибутарии»), возможно, из числа бывших римских колонов. На этом этапе истории франкского государства рост крупной земельной собственности осуществлялся в первую очередь за счет королевских пожалований.

Крупное землевладение росло и изнутри общины. Концентрация земельных владений совершалась не только в результате королевских пожалований, но и путем обогащения одних общинников за счет других. Началось разорение части свободных общинников, причиной которого послужило вынужденное отчуждение их наследственных аллодов.

Рост крупной земельной собственности приводил к возникновению частной власти крупных землевладельцев, которая как орудие внеэкономического принуждения была характерна для складывающегося феодального строя.

1

Сейчас читают про: