Тема: Философия общества и истории

План:

1. Понимание государства и исторического процесса в античной культуре и философии

2. Особенности трактовки общественной жизни в средние века. Линейная концепция истории в философии Августина

3. Прагматический и романтический взгляд на природу государства и власти в эпоху Возрождения: Макиавелли и Мор

4. Политические концепции Нового времени. Гегель о «хитрости Мирового Разума»

5. Новые социальные идеи в философских теориях XIX-XX веков

 

1. Философское понимание общества состоит в интерпретации общества на основе философских воззрений.

Античность

Среди первых социальных философов античности выделяются Платон (ок. 429 – 347 до н. э.) и Аристотель (384 – 322 до н. э.) Они изучали традиции, обычаи, нравы и взаимоотношения людей, обобщали факты, строили концепции и давали рекомендации по усовершенствованию общества. Поскольку в античности «общество» и «государство» не различали, то эти понятия употреблялись в качестве синонимов.

Платон создал первый в истории труд по «социальной философии» – «Государство». С точки зрения Платона, государство должно соответствовать строению человеческой души. Это соответствие является средством гармонизации отношений человека и государства. Душа состоит из трех частей: разумной, которой соответствует добродетель - мудрость; волевой с главной добродетелью мужеством; желающей с главной добродетелью умеренностью. Так же идеальное государство должно состоять из трех сословий – сословия правителей с основным достоинством – мудростью (так как данная добродетель в большей степени присуща философам, то именно они должны управлять государством), сословием воинов с ведущей добродетелью мужества и сословием земледельцев, ремесленников, торговцев, достоинством которых является в идеальном государстве умеренность. Общая добродетель, объединяющая все перечисленные – справедливость – мудрое равновесие всех сторон души и, следовательно, всех сословий государства. Справедливость в государстве достигается при условии, что каждое сословие выполняет свою задачу и не вмешивается в дела других.

В своей теории Платон не обходит стороной вопросы частной собственности. Ее могут иметь только представители третьего сословия. Платон полагал, что если разрешить частную собственность всем, то представители двух высших сословий захватят ее полностью как самые умные и сильные, так что государство будет устроено несправедливо. А справедливость – главная добродетель.

Платон регламентирует все стороны человеческой жизни: социальные и экономические отношения, политический строй, материальные условия, деторождение, семью, воспитание, культуру. Много внимания уделяется обеспечению единомыслия, причем не только воспитательными, но и запретительными методами. В «Государстве» сформулирован принцип единства власти и философии (модернизируя, можно было бы сказать, идеологии). Этот принцип утверждается тем, что правят философы, или цари становятся подлинными философами. Но этого недостаточно. Не должно быть философов кроме тех, кто правит. Платон предлагает устранять всех, кто будет претендовать или посягать не только на власть, но и на философию. Философия превращается в атрибут власти. Строгому надзору подвергается искусство. Платон предлагает запретить произведения, способные вызвать сомнения в разумности предлагаемого им строя. Гомер подвергается критике за неуважение к богам.

Диалог «Государство» называют коммунистическим трактатом, а Платона - первым коммунистом. Основанием для этого послужила отмена частной собственности среди правителей и воинов и коллективизм их образа жизни. Однако особенности коммунизма Платона настолько серьезны, что слово «коммунизм» в данном случае можно было бы взять в кавычки. Это коммунизм не для всех, а лишь для узкого круга избранных, являющихся к тому же только потребителями, но не производителями. Платон не выступает за равенство, за устранение социальных различий. Наоборот, речь идет о сословном, кастовом коммунизме.

Значительно позже проекта Платона возникли социалистические учения, проникнутые симпатией к угнетенным, стремлением покончить с социальной несправедливостью. Платоновский коммунизм- из другого источника. Он преследует цель рациональной организации общества, основанного на неравенстве.

Платону принадлежит и первая классификация форм государственного устройства: монархия, тирания, аристократия, олигархия (власть богатых), демократия, охлократия (власть толпы).

У Аристотеляопорой порядка и государства выступал средний класс. Кроме него существуют еще два класса — богатая плутократия и лишенный собственности пролетариат. Государство лучше всего управляется в том случае, если:

1) масса бедняков не отстранена от участия в управлении;

2) эгоистические интересы богатых ограничены;

3) средний класс многочисленнее и сильнее, чем два других.

Аристотель различает два вида справедливости: уравнительную и распределительную. Первая является простым, «арифметическим равенством», она действует в области гражданско-правовых сделок (возмещение ущерба). Вторая - «геометрическим равенством», она предполагает распределение благ пропорционально вкладу в общее дело (от каждого - по способностям, каждому - по труду).

С позиций защиты частной собственности, семьи и прав гражданина Аристотель критиковал предлагаемое Платоном обобществление имущества, жен и детей, поскольку оно ведет к уничтожению государства. Так же, как и Платон, Аристотель худшими формами правления считал олигархию, демократию и тиранию.

Но понимали ли древние греки историю? Существовало ли у них историческое сознание? Включала ли их философия историю как обязательный для такой деятельности предмет?

Один из крупнейших знатоков теории истории Э. Трельч утверждал, что древним грекам была неведома философия истории, их мировоззрение основывалось на совершенно внеисторическом и неисторическом мышлении, на метафизике вневременных законов. Он был отнюдь не одинок в отрицательной оценке греческой мысли. По мнению Ницше, Шпенглера, Кроче, Коллингвуда и других крупнейших теоретиков истории, античность представляла собой эпоху натуралистического, а не исторического мышления.

И действительно, онтологические и эпистемологические аспекты истории во многом оставались без внимания античных мыслителей. Ни Платона, ни Аристотеля - крупнейших философов Древней Греции - история специально не интересовала. Как философов их привлекало вечное и неизменное, т. е. нечто внеисторическое, поскольку история сопряжена со временем. Их занимала вечность. Внимание этих философов была нацелено на то, что всегда есть, всегда тождественно себе. То же, что становится, т. е. себе нетождественно, что меняется всякий раз, когда на него посмотришь (как гераклитовская река, которая, когда в нее входишь, всякий раз другая), хотя и образует значимый фрагмент действительности, существенного, самостоятельного значения для философской рефлексии не имеет.

Вместе с тем вряд ли кто будет возражать против утверждения, согласно которому античная мысль произвела на свет европейскую историческую мысль. Первые историки Европы - греки Геродот, Фукидид и другие. Более того, признавая натуралистическую в целом направленность греческой философской мысли, мы должны признать и то, что греки вполне отчетливо видели различие между природой и историей. Это различение уже предполагает наличие некоторого исторического самосознания. Греки, в частности тот же Платон, вполне разделяли physis и techne - то, что существует по природе и что находится вне человеческой власти, и то, что принадлежит искусству, умению собственно чело­веческому, что создано человеком и только от него и зависит. Законы природы даны человеку. Их нельзя изменить. К ним можно приноровиться. Они образуют такое условие жизни, которое нельзя изменить. Они составляют вечное, тождественное себе основание действительности, которое в силу своей основоположенности и составляет главный предмет знания.

Но между тем, что основоположено, и тем, что существует в пределах этого основоположения, имеется некий люфт, зазор. Существование вещи - это принцип природы. Но то, как существует каждая из вещей, взятая в отдельности, в ее индивидуальности, ее уникальности, далеко не полностью обусловлено универсальным законом. Эта уникальность, или отдельность, образует сферу случайного, область бываемого. Мир отдельных вещей, мир индивидов - это сфера бываемого. История для грека - тоже сфера бываемого. «Случилось так...» - говорит хронограф. История есть то, что случается. Не то, что произойдет неизбежно, а то, что может произойти, но может и не произойти. Techne тоже относится к области бывания. Это то, что добавляет человек к вещам мира. В результате в мире обнаруживается нечто, не существующее по необходимости, нечто, не заложенное в него с самого начала. Сфера искусственного может существовать и не существовать. В мире от такого добавления или убавления ничего не изменится.

При разделении космоса на physis и techne накладывается разделение на physis и nomos (закон, установление). И то и другое - закон, но если первый закон - закон при­роды (божественное установление), без которого мир не мог бы существовать, то второй существует лишь в той мере, в какой он создан людьми. Только людей он и обслуживает, только для них является обязательным. Но и будучи обязательным, он явно не дотягивает в своей качественности до обязательности мировых законов. Nomos может быть нарушен, и это в отличие от нарушения природного закона не будет святотатством. Великие грешники античного мира - Сизиф, Титий, Иксион, Тантал, - претерпевшие разнообразные страдания в царстве Аида, наказаны за нарушение ими природных законов.Например, Сизиф, обреченный бесконечно вкатывать в гору камень только для того, чтобы в следующее мгновение начать все снова, наказан за покушение на один из важнейших природных пределов, положенных для людей, - на человеческую конечность. Не случайно синонимом слова «человек» для грека было слово «смертный». Смертность людей есть условие их природного бытия, их предел, образующий ту нишу, в которой они существуют в космосе. Смертность есть условие гармонии, порядка. Нарушение этого предела ведет к дисгармонии, ставит под сомнение существование космоса. Так же обстоит дело и с другими законами, определяющими космическое бытие. Мир для грека представляет собой в некотором отношении совокупность пределов. За нарушение же человеческих установлений, насколько известно, в царстве Аида не наказывали, хотя за них наказывали на земле.

Типичным примером нарушения пределов можно считать судьбу Сократа, преступившего человеческие законы, но верно следовавшего законам божественным. Они были для него гораздо выше первых, иначе его казнь не стала бы апофеозом его торжества как философа. Ведь философ пытается познать именно божественное, вечное, тождественное себе бытие, в том числе и суть человеческого бытия постольку, поскольку оно является составляющей космического бытия. С этой точки зрения, Сократ наказан несправедливо, а с точки зрения законов, созданных людьми и обслуживающих их «здесь и теперь», справедливо. При этом несправедливость первого рода намного перевешивает справедливость второго рода.

2. Средние века

Человек средневековья чувствовал себя частицей чего-то большого- социальной корпорации или сословия; он думал о себе, как об исполнителе определенной социальной роли, так как Средневековье – время универсальных понятий и четко структурированного общества.

Средние века (V-XV вв.) были эпохой длительного господства религии и церкви в жизни общества. В связи с этим в данное время сформировались и доминировали теологические представления и учения об обществе и его истории. В их основе лежал основной догмат (незыблемое положение) христианской религии о том, что все, что есть, — все от Бога, т.е. сотворено им и зависит от него. Под таким углом зрения рассматривались и все вопросы, касающиеся общественной жизни.

Средневековые мыслители полагали, что общество, как и весь мир, сотворено Богом, а в развитии его имеет место провидение, т.е. дей­ствие божественного замысла, плана Творца.

С позиций теологии (бо­гословские учения) объяснялось социальное неравенство в обществе, феномен государства и власти, социальная структура и другие явления в жизни общества. Дескать, все было изначально установлено Богом, и поэтому оно незыблемо, неизменно.

Одним из виднейших мыслителей средневековья был Аврелий Ав­густин Блаженный (354-430 н.э.), родившийся в Северной Африке. В своих социально-политических взглядах он исходил из идеи социаль­ного неравенства, считая его вечным и неизменным принципом обще­ственной жизни. Неравенство—это сторона той социальной иерархии(порядка), которая установлена Творцом. Люди равны лишь перед Богом, а в реальной общественной жизни этого нет.

Философ разработал так называемую линейную концеп­цию истории как единого, целостного процесса. В истории имеется начало (им было сотворение мира), кульминационный пункт (прише­ствие Иисуса Христа и его деятельность) и конец (второе пришествие Христа и Страшный суд).

Главная работа «О граде божьем». Считается, что в этой работе Августин совместил этику нового завета и достижения философской мысли античности. На Августина огромное влияние оказал Платон. Августин заимствует его идею двойственного мира (идей и вещей у Платона) – предстает в виде учения о двух градах. В мире одновременно существует 2 града: земной и божий. Град земной включает все, что создано человеком (государство, суды, чиновники, тюрьмы, армия и т.д.) Человек изначально грешен. Поэтому на всем, что создает человек, лежит отпечаток греховности его породы, то есть порочности. Град земной рушится и вскоре будет разрушен, так как человек не может избавиться от греховности. Это не будет концом истории. Уже сейчас параллельно с земным градом существует град божий. Град божий – община истинно верующих, праведников, которые живут по божественным законам, а не по земным. Эти люди уже сейчас живут по законам божьего царства. Это позволяет преодолеть Августину проблему раннего христианства: проблема второго пришествия. Уже сейчас человек сможет сделать выбор: жить по земным законам или по законам божьим.

3. Возрождение

Гуманистическое мировоззрение, распространившееся в Европе в XIV - XVI вв., нашло свое отражение и в создании социально-политических учений. Наиболее яркие и своеобразные идеи в области общественной жизни высказали итальянский политический мыслитель Никколо Макиавелли (1469 - 1527) и английский политический, и государственный деятель Томас Мор (1478 - 1535), два мыслителя совершенно противоположного свойства, но оба воспитанные на изучении древности и черпавшие из нее самую сущность своих воззрений. Один является мечтательным идеалистом, наподобие Платона, который служил ему образцом, другой держится практической мудрости Аристотеля, не возвышаясь, однако, как последний, к сознанию философских начал и жертвуя нравственностью государственной пользе. Поэтому противоположность между Мором и Макиавелли выступает гораздо резче, нежели между Платоном и Аристотелем.

Николло Макиавелли на ютьюбе11:25

Н. Макиавелли (1469-1527 гг.) родился в деревне Сан-Кашано, рядом с городом-государством Флоренция, в 1469 году. В юности Никколо не получил широкого образования, в отличие от большинства других гуманистов, однако эти недостатки он восполнил самостоятельно - с одной стороны, путем самообразования, а с другой стороны, наблюдая за реальной жизнью современной ему Флоренции и подробно анализируя результаты своих наблюдений.

Этот реальный жизненный опыт и оказался, может быть, главным источником всего творчества Макиавелли. Недаром, говоря о самом себе, он однажды написал: "Сначала жить, потом философствовать".

Уже в молодые годы он оказался приближенным к республиканским властям Флоренции. Занимая пост секретаря комиссии Десяти - фактического правительства Флорентийской республики - Макиавелли оказался в самой гуще европейской политики, неоднократно исполняя различные политические и дипломатические поручения. На этом посту Макиавелли проявил недюжинные организаторские и дипломатические способности, уже тогда прославившись, так сказать, как "человек действия".

В 1512 году, после свержения республиканского строя во Флоренции, Макиавелли оказался в опале, а в следующем, 1513 году, по подозрению в участии в заговоре он был даже арестован и подвергнут пыткам.

В итоге, Макиавелли запретили проживание во Флоренции и он был удален в свое небогатое поместье. Находясь в вынужденном бездействии, он занялся литературным и философским творчеством, написав несколько сочинений -"Рассуждение на первую декаду Тита Ливия", "История Флоренции", а также трактат под названием "Государь", ставший наиболее известным из всех его работ и принесший ему посмертную мировую славу.

Произведения Макиавелли необходимо рассматривать как закономерное выражение его эпохи. Условия, в которых он жил, определялись противоречиями в трех сферах: в пределах Флорентийской республики (необходимость развития города-государства), внутри Италии (междоусобная борьба итальянских государств и папства), в рамках Европы (торговая конкуренция, участие итальянских республик в большой европейской политике).

Каково же было в то время состояние Италии? Она перестала быть государством. Все ее части завоевали суверенитет, многие превратились в сеньории. При этом строе сохранились внешние формы республиканского строя, но фактически города-государства управлялись представителями одного знатного рода, передававшего власть по чисто династическому принципу. Италия превратилась в беспорядочное смешение независимых государств, внутри которых по воле случая устанавливалось монархическое, аристократическое или демократическое правление. Италия стала ареной войн, которые иноземные державы стали вести за ее земли. Немцы, французы, швейцарцы постоянно нападали на Италию и грабили ее.

В эти страшные годы и появилось произведение «Государь», к чтению которого нужно подходить с точки зрения тех исторических событий. В своем произведении, вызвавшем массу споров, Макиавелли не идет на поводу у тех, кто предлагал умилительный идеал государя, обладающего лишь превосходными положительными качествами. Он рисует картину качеств реалистических, которыми обладали и обладают реальные правители. И совет - каким нужно быть новому государю в реальной жизни - он дает аргументированно, ссылаясь на действительные события мировой истории. Новый Государь Макиавелли - это не просто человек, обладающий набором качеств и свойств, не просто идеальный образ. Макиавелли основательно, тщательно, бережно и продуманно выстраивает зримый, живой и притягательный образ Нового Государя. Макиавелли обстоятельно рассматривает такие категории и понятия, как щедрость и бережливость, жестокость и милосердие, любовь и ненависть.

Рассматривая щедрость и бережливость, Макиавелли замечает, что те государи, которые стремились быть щедрыми, за короткое время тратили все свои богатства. После истощения казны они были вынуждены поднимать уже существующие и устанавливать новые налоги, что вело к ненависти подданных. Поэтому Макиавелли советует государю не бояться прослыть скупым. Но тут же автор рассматривает некоторые возможные ситуации, когда подобный совет будет не полезен, а вреден. И, как и в течение всего произведения, приводит конкретные исторические факты, иллюстрирующие его утверждения.

Ведя речь о таких качествах, как жестокость и милосердие, Макиавелли сразу же пишет, что «каждый государь желал бы прослыть милосердным, а не жестоким». Другое дело, что часто, для удержания власти, правителю приходится проявлять жестокость. Если стране грозит беспорядок, то государь просто обязан не допустить этого, даже если придется учинить несколько расправ. Зато по отношению к многочисленным подданным эти казни станут актом милосердия, поскольку беспорядок принес бы горе и страдания именно им.

Именно из-за этой части произведения Макиавелли обвинили в призыве к жестокости и в неразборчивости в выборе средств.«Государь» является трактатом о роли, месте и значении главы государства, а его объявили пособием для абсолютных монархов и диктаторов. Но Макиавелли был не пропагандистом жестокости и лицемерия, а исследователем методов и сущности единовластия. К тому же обвинители «не замечали» в той же главе такие слова автора: «Однако новый государь не должен быть легковерен, мнителен и скор на расправу, во всех своих действиях он должен быть сдержан, осмотрителен и милостив». Применение жестоких мер Макиавелли оправдывал лишь при неизбежных обстоятельствах. При этом, как истинный идеолог буржуазии, Макиавелли объявляет неприкосновенность частной собственности, жилища и семьи граждан. Все остальное зависит от самого государя, которому Макиавелли советует опираться только на то, что зависит то него самого.

Советует государю Макиавелли и не быть в политике романтиком. Нужно быть реалистом. Это касается и того, нужно ли правителю держать данное им слово. Надо, но только если это не идет в разрез с интересами его государства. Государь должен поступать так, как диктуют ему обстоятельства. «Итак, из всех зверей пусть государь уподобится двум: льву и лисе». То есть пусть он будет силен, как царь зверей, и в то же время хитер и изворотлив, как лиса. Макиавелли призывает государя к бдительности.

Преобладание общих государственных интересов над частными, общеполитических целей над любыми другими определяет характер психологии нового государя. Много внимания уделяет Макиавелли отношениями нового государя с народом.

Прежде всего, он предупреждает, чтобы правитель не совершал поступков, которые могли бы вызвать ненависть или презрение подданных. Государь может вызвать презрение к себе непостоянством, легкомысленностью, изнеженностью, малодушием.Государю ни в коем случае не следует нарушать эти священные права, так как это быстрее, чем что-либо, приведет к ненависти к правителю со стороны народа.

Правителю, по утверждению автора «Государя», может грозить лишь две опасности: извне и изнутри. Против опасности извне можно защититься оружием и доблестью. А против заговоров изнутри есть одно важнейшее средство - «не быть ненавистным народу».

Макиавелли четко делит подданных государя на знать и народ. Он считает достижение равновесия между этими группами одной из важнейших задач мудрого правителя. Причем небезосновательно считает, что народ гораздо большая сила, чем знатные подданные.

Макиавелли учил не только устанавливать власть, но и придавал большое значение тому, как эту власть сохранить. В вопросе сохранения власти после ее завоевания Макиавелли рассматривает большое количество подходящих способов: выбор друзей и советников, постройка или, наоборот, разрушение крепостей, содержание армии и т.д.

Почитание и уважение государя подданными - одно из главных условий сохранения им власти в стране. «Ничто не может внушить к государю такого почтения, как военные предприятия и необычайные поступки», утверждает Макиавелли. По существу, он излагает своеобразный кодекс поведения и действий нового государя, которые должны быть направлены на повышение его авторитета внутри страны и за рубежом, на прославление его имени, добродетелей и доблестей.

«Государя уважают также, если он открыто заявляет себя врагом или другом», то есть не колеблется, если нужно выступить за или против.

Не обходит автор стороной и такой важный вопрос, как советники правителя - его ближайшее окружение. Хороши они или плохи, «зависит от благоразумия государей». Именно то, каких людей правитель приближает к своей особе, говорит о его мудрости. Макиавелли считает, что первая ошибка или, наоборот, первая удача правителя, это выбор советников.Выбрав хороших советников, государь должен стараться удержать их преданность с помощью богатства и почестей.

В одной из глав своего произведения Макиавелли пытается предостеречь государя от льстецов. Уберечься от них, не попасть под их влияние, не потеряв почтения, не так просто, как кажется.

Макиавелли опровергает и распространенное мнение, что мудрость государя во многом зависит от добрых советов. Это не так, наоборот, «государю, который сам не обладает мудростью, бесполезно давать благие советы».

Наделяя нового государя неограниченной властью, Макиавелли, в строгом соответствии с этим, возлагает на него всю ответственность за состояние государства, за сохранение и укрепление власти. Меньше полагаться на судьбу советует автор правителю, а больше уделять внимание правлению, мудрому и умелому. Государь должен рассчитывать прежде всего на свое умение управлять государством и на созданное войско, а не на судьбу.

Не раз и не два, в различных главах различной тематики, Макиавелли возвращается к вопросу о войске государя. Любое войско можно отнести, по его мнению, к одной из четырех групп: собственное, наемное, союзническое и смешанное. И постоянно, рассматривая различные исторические ситуации, автор приходит к выводу, что наемные и союзнические войска опасны для правителя. Макиавелли считает, что собственная сильная армия просто необходима любому правителю, который не хочет потерять власть. Собственную армию автор рассматривает «как подлинную основу любого военного предприятия, потому что нельзя иметь более хороших солдат, чем свои».

Одно из самых важных достижений Макиавелли - вычленение политики в самостоятельную науку. Политика, согласно убеждениям Макиавелли, есть символ веры человека, и поэтому она должна занимать господствующее положение в мировоззрении.

Исходя из требований своего времени, Макиавелли формулирует важную историческую задачу - создание единого унитарного итальянского государства. По ходу мысли Макиавелли приходит к выводу, что вести народ к построению нового государства может лишь государь. Не конкретно-историческая личность, а нечто отвлеченное, символическое, обладающее такими качествами, которые в совокупности своей недоступны никакому живому правителю. Именно поэтому Макиавелли большую часть своего исследования посвящает вопросу: каким должен быть государь, чтобы выполнить историческую задачу - построение нового государства.

Исследование построено строго логически, объективно. Макиавелли исходит из реального жизненного опыта и пытается возводить свои теоретические построения на фундаменте этого опыта. «Государь» является живой картиной того времени.

Макиавелли раскрывает взаимоотношения государя, знати и народа между собой, их интересы и цели. Власть приобретается благодаря расположению народа или знати. Знатные хотят угнетать народ, а народ не хочет, чтобы его угнетали. В итоге или знатные выдвигают из своих рядов правителя, или народ вручает этот титул своему избраннику. Власть, полученную от народа, Макиавелли считает гораздо более прочной, так как от знати государь может себя обезопасить, но от враждебно относящегося к нему народа - нет.

Содержание «Государя» составляет основной стержень мировоззрения Макиавелли. Его сочинения, как высшая точка развития политической мысли позднего Возрождения, сыграли большую роль в истории политического и идеологического развития многих стран Европы.

В историю философской мысли Томас Мор вошел прежде всего, как автор книги, ставшей своего рода триумфом гуманистической мысли. Написал ее Мор в 1515-1516 гг. и уже в 1516 году, при активном содействии Эразма Роттердамского, вышло в свет первое издание под названием "Весьма полезная, а также занимательная, поистине золотая книжечка о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия". Уже при жизни это сочинение, кратко называемое "Утопией", принесло Мору всемирную славу.

Само слово "Утопия" придумано Томасом Мором, составившем его из двух греческих слов: "ou" -- "не" и "topos" -- "место". Буквально "Утопия" означает "место, которого нет" и недаром сам Мор переводил слово "Утопия" как "Нигдея".

Утопия - остров, лежащий около берегов Америки. На острове находится 54 города; каждому из них отмежевано известное пространство земель. Поля распределяются по семействам; везде устроены дома, которые жители занимают по очереди. Каждое семейство состоит, по крайней мере, из сорока человек и двух приписанных к нему рабов. Из них двадцать ежегодно выселяются в город, уступая свое место другим, так что каждые два года происходит полное передвижение. Все нужное для хозяйства семейства берут из города, откуда правители отпускают им все даром. В городах жители точно так же меняют дома, но только через десять лет и по жребию; сады же у всех общие. Управление городов все основано на выборном начале.

У всех жителей острова есть один общий промысел: земледелие. Кроме того, каждый занимается известным ремеслом, обыкновенно переходящим из рода в род. У кого с детства оказывается влечение к иному, тот усыновляется другим семейством, которое занято этим ремеслом. Впрочем, никому не запрещается, кроме своего занятия, иметь и другие. Но никому недозволяется оставаться праздным; начальники смотрят, чтобы каждый исполнял свое дело. Только ученые и литераторы, имеющие специальное призвание, освобождаются от физического труда, чтоб иметь возможность посвящать себя исключительно умственной работе. Вообще утопийцы не удручены трудом. Они работают всего шесть часов в день, остальное же время проводят в отдохновении, в собраниях, а более всего в литературных занятиях, развивающих ум. Шестичасовой физической работы совершенно достаточно для удовлетворения всех нужд, ибо:

1) здесь нет праздных людей, как в других государствах, где существует огромное количество монахов и священнослужителей, воинов, богачей, ничего не делающих, нищих, наконец, женщин, которые в Утопии работают так же, как мужчины.

2) Здесь нужд гораздо менее: никто не трудится для удовлетворения пустых прихотей. Все носят одинаковую одежду, сделанную из грубой ткани; дома не перестраиваются беспрестанно по фантазии владельцев; золото и серебро хранятся единственно на случай внешних войн, а в мирное время из них делаются цепи для рабов и самые низкие сосуды, чтобы показать к ним презрение; драгоценные же камни служат игрушками для детей. Таким образом, вещей, нужных для жизни, всегда избыток. Но для того, чтобы количество народонаселения не превышало средств пропитания, излишек сил в одном городе переводится в другие, более скудные людьми, а излишек населения целого острова высылается в колонии.

Все свои произведения семейства сносят в общие дома, откуда каждый берет, что хочет; ибо зачем отказывать в чем бы то ни было, когда всего в изобилии и никому нет причины брать лишнее, так как всякий уверен, что у него никогда ни в чем не будет недостатка? Любостяжание проистекает либо из опасения нужды, либо из тщеславия; но ни того, ни другого нет в Утопии. На общий рынок сносятся и съестные припасы; там берут их начальники, заведующие общими обедами, соображаясь с числом гостей. Не запрещается, впрочем, обедать и дома; но никто этого не делает. Только в деревнях каждый обедает у себя. Такое же общение имуществ существует и между городами: если у одного есть в чем недостаток, он берет у другого без всякого вознаграждения. Избыток же, остающийся сверх припасов, продается правительством за границу по сходной цене. За это получаются золото и серебро, которые хранятся на случай войны. В утопии признается и рабство, необходимое при коммунизме. Есть неприятные работы, которых никто не хочет исполнять: на них употребляются рабы. Но таковыми считаются не военнопленные, а осужденные за преступления - как свои граждане, так и купленные у других народов. Кроме того, в услужении находятся добровольно нанимающиеся из иностранцев.Чем объясняется в «Утопии» Т. Мора необходимость существования рабства?Есть неприятные работы, которых никто не хочет исполнять: на них употребляются рабы.

Чужая помощь нужна утопийцам и на войне. Вообще,они стараются со всеми жить в мире, не заключая ни с кем союзов, которые они считают излишними и подающими только поводы к обману. Войны они предпринимают для собственной защиты или для отмщения обид или, наконец, для избавления других народов от тирании. Цель их не завоевание, а единственно восстановление права. В войско поступают только желающие; но так как своих граждан следует беречь, то утопийцы большей частью употребляют наемные дружины, которых выставляют на все опасности. Впрочем, они стараются вести войну более хитростью, нежели силою, ибо сила составляет принадлежность всех животных, а разум - одного человека. С этой целью они подсылают убийц к военачальникам неприятеля и хвастаются не кровавыми победами, а удачей козней. Рассказывая о добродетелях жителей Утопии, Томас Мор, устами Рафаэля Гитлодея, излагает опять же гуманистическую "апологию наслаждения". Ведь в понимании гуманистов сами человеческие добродетели были напрямую связаны с духовными и телесными наслаждениями. По сути дела, Утопия - это гуманистический образ совершенного общежития. В этом образе гармонично сочетаются торжество индивидуального с общественными интересами, ибо само общество и создано для того, чтобы дать возможность расцветать человеческим талантам. В то же время, каждый утопиец прекрасно понимает - его благополучие и духовная свобода напрямую связаны с тем общественным строем всеобщей справедливости, который установлен на Утопии. Самый образ утопийского общежития, где упразднены частная собственность, денежное обращение, привилегии, производство роскоши и т.д. стал своего рода кульминацией гуманистических мечтаний об "идеальном государстве".

4. Политические концепции философии Нового времени

В натуралистических теориях, получивших широкое распространение в XVII - XVIII вв., общество рассматривается как высшее, но далеко не самое удачное творение природы, а человек - как самое несовершенное живое существо, у которого уже в генах заложено стремление к разрушению и насилию. Необходимость государства в соответствии с социально-философской концепцией Томаса Гоббса (1588 - 1679) связана с предотвращением «войны всех против всех», обусловленной абсолютной свободой каждого индивида. Шарль Луи Монтескье (1689 - 1755) считал, что человеческое общество прогрессирует в своем развитии, а различные стороны и ступени исторического процесса причинно связаны между собой, составляя единое целое. Иоганн Готфрид Гердер (1744 - 1803), как и Ш.Монтескье, основой исторической жизни считал климат, почву и вообще географическую среду. Однако, если Монтескье пытался объяснить возникновение и развитие политических учреждений, Гердер сосредоточил свое внимание на культурно-исторической деятельности человечества. Гердер впервые поставил вопрос о преемственности в развитии культуры и на основе этого положения приходит к идее единой всемирной истории. Он рассматривал человека и общество как единое органическое целое. Главным стимулом общественного развития, по мнению Гердера, является деятельность людей, направленная на удовлетворение их потребностей, а его высшим критерием - принцип гуманности.

Жан-Жак Руссо (1712 - 1778) пытался выяснить происхождение, сущность и пути преодоления социального неравенства. Он сформулировал и обосновал мысль о том, что частная собственность является причиной общественного неравенства и возникновения государства. Государство, возникшее в результате появления общественного неравенства, в свою очередь обусловило дальнейшее углубление неравенства. Ж.-Ж. Руссо отмечал, что главная задача общественного договора состоит в поиске такой формы ассоциации, которая защищала бы общей силой личность и собственность каждого члена общества и в которой каждый, соединяясь с другими, оставался бы в тоже время свободным.

Клод Анри Сен-Симон (1760 - 1825), анализируя развитие общества, исходил из того, что идея закономерности и принцип детерминизма, эффективно применяемый в естествознании, необходимо использовать и в сфере социального познания. С идеей закономерности и исторического детерминизма тесно связана идея исторического прогресса, который Сен-Симон воспринимал как поступательное движение от низших общественных форм к высшим. Он полагал, что возможно создание рационального общественного строя как «промышленной системы», под которой он подразумевал экономическую деятельность людей и соответствующие ей формы собственности и общественные классы. Создание такого общества, по мнению Сен-Симона, возможно лишь при всемерном развитии производительных сил и искоренении всяческого паразитизма, при наибольшем расцвете промышленного и сельскохозяйственного производства, основанного на разумном государственном регулировании. Считая, что «промышленная система» в перспективе будет системой максимально возможного равенства, он осуждал «страсть к полному равенству», которая противоречит природным задаткам человека, его способности и склонности к труду.

Таким образом, в ходе эволюции социально-философской мысли от античности до начала XIX века постепенно происходит выделение общества в качестве специального, самостоятельного объекта исследования. Данная эволюция сопровождалась как расширением круга исследуемых проблем различных сторон жизни общества, так и попыткой выяснения сущности общества, как единого, взаимообусловленного организма.

Наиболее авторитетной, аргументированной и разделяемой большинством ученых-обществоведов концепцией по философии истории является концепция, согласно которой история человечества представляет собой единый закономерный процесс, в котором все явления и процессы тесно взаимосвязаны и взаимообусловлены. Это так называемый монистический взгляд на историю. Представителем такого взгляда был и Гегель.

Очень плодотворной и богатой глубокими мыслями оказалась его «Философия духа», или учение об обществе, изложенное не только в названном произведении, но и в «Философии права» (1821), а также в изданных после смерти Гегеля лекциях по философии истории, эстетике, философии религии. У современников Гегеля наибольшей популярностью пользовалась его философия истории, в которой он обосновал с позиций объективного идеализма принципиально новую и оригинальную концепцию об истории как о закономерном процессе, в котором каждый период и эпоха, какими бы своеобразными и необычными они ни были, в совокупности представляют собой определенную закономерную ступень в развитии человеческого общества.Поскольку история человечества есть проявление «мирового духа», развивающегося строго логично и закономерно, то, очевидно, что она не может рассматриваться как набор случайных событий. В ней также есть определенный порядок, последовательность, закономерность, т.е. «разум». Мировой разум или дух, движущийся в мировой истории, имеет явно выраженную цель - свободу и он (разум) является субъектом, носителем свободы во всемирной истории. «В ходе развития духа (а дух и есть то, что не только витает над историей, как над водами, но действует в ней, составляет ее единственный двигатель) свобода, т.е. развитие, … является определяющим началом». Свобода составила главный предмет в «Философии духа», в «Философии права», в «Философии истории» и других работах Гегеля.

Гегель различает четыре основных периода всемирной истории: восточный мир (Китай, Индия, Египет); греческий мир; римский мир; германский мир. Страны Востока, по Гегелю, не знают свободы, они знают, что свободен лишь один человек, да и тот деспот. Греки уже поднимаются до осознания свободы человека, но она серьезно ограничена. Римский мир ставит проблему свободы в рамки правовых отношений. Но лишь германские народы в конце концов осознают в полной мере тот факт, что свобода составляет основное свойство человеческой природы, является неотъемлемым правом каждого человека. Этот завершающий этап человеческой истории, по Гегелю, также имеет свою периодизацию. При этом решающими, переломными событиями этой эпохи философ считает Реформацию в Германии и Великую французскую революцию 1789 года. Такова общая схема всемирной истории, сконструированная Гегелем для мирового духа.

Нарастание степени свободы в сменяющих друг друга исторических эпохах свидетельствует о том, что дух неуклонно движется к своей цели, воплощаясь попеременно в конкретном «духе» того или иного народа, который своим характером, государственным строем, а также искусством, религией, философией способен наиболее полно представить, выразить требования мирового духа.

Важная характеристика исторической концепции Гегеля - высокая оценка активности и даже творческой роли народа в развитии истории. Человеческая деятельность, мотивированная самыми разными побуждениями, интересами, аффектами, является тем единственным «орудием и средством», которым дух добивается нужного ему результата. Причем результат этот зачастую превосходит все мыслимые ожидания действующих лиц. Эта мысль для начала XIX века, конечно, не так уж и нова. Еще А. Смит, к примеру, в XVIII веке восхищался чудесами рыночной экономики, в которой каждый индивид действует на свой страх и риск во имя собственной выгоды, а в результате растет благосостояние всего народа, о котором индивидуалы-рыночники помышляют меньше всего. Гегель объясняет подобные чудеса «хитростью разума», скрывающего под мнимым произволом индивидов порядок и закономерность исторического развития.

Однако подлинный творец истории, мировой разум бывает у Гегеля не только хитер, но и коварен: зачастую вроде бы благие побуждения и действия людей оборачиваются против них же самих. Таков, например, феномен отчуждения - процесса, в котором созданные людьми предметы, организации, институты начинают жить своей самостоятельной жизнью, порабощая своих создателей. Никакое, скажем, государство не может возникнуть без явно выраженной воли многих людей, но вряд ли эта воля предполагает, что, возникнув, государство начнет работать «на себя», изобретая все новые и новые «государственные интересы», стремясь к тотальному контролю чуть ли не над всеми сторонами жизни своих граждан.

«Частный интерес страсти неразрывно связан с обнаружением всеобщего, потому что всеобщее является результатом частных и определенных интересов и их отрицания. Частные интересы вступают в борьбу между собой, и некоторые из них оказываются совершенно несостоятельными. Не всеобщая идея противополагается чему-либо и борется с чем-либо; не она подвергается опасности; она остается недосягаемой и невредимой на заднем плане… Частное в большинстве случаев слишком мелко по сравнению со всеобщим: индивидуумы приносятся в жертву и обрекаются на гибель. Идея уплачивает дань наличного бытия и бренности не из себя, а из страстей индивидуумов».

Прогресс в сознании свободы, составляющий у Гегеля смысловой стержень истории, ни в коем случае нельзя понимать чисто субъективно, т.е. как изменение «мнений», мышления конкретных людей. Чтобы стать реальной, идея должна объективироваться, вылиться во что-то внешнее. Такой объективацией свободы становятся у Гегеля семья, гражданское общество, государство.

Отношение немецкого мыслителя к государству характеризуется особым пиететом. Достаточно сказать, что народы, которые по каким-то причинам государства не образовали, у Гегеля не могут претендовать на вхождение во всемирную историю, они - неисторичны (мировой дух о них, наверное, забыл). «Государство, - объявляет Гегель, - это - шествие Бога в мире; его основанием служит власть разума, осуществляющего себя как волю».

Таким образом, всемирная история по Гегелю - это шествие мирового духа, результат его деятельности. История человечества - это воплощение мирового духа и ее общей целью является развитие свободы духа, применительно к человеку и обществу. Свобода, считает Гегель, является сама в себе целью, к реализации которой стремится дух. Мировая история есть не что иное, как воплощение этой цели, ради достижения которой в течение многих веков приносились неисчислимые жертвы. Именно эта цель, главным образом, реализуется и воплощается в истории, и именно она лежит в основе всех, происходящих в мире людей, изменений.

5. Новые социальные идеи в философских теориях XIX-XX веков

Значительный вклад в разработку ряда проблем социальной философии внес Огюст Конт (1798 - 1857), которого считают основателем социологии. Рассматривая общество как сложный целостный организм, отличающийся от составляющих его индивидов, он выделял социальную статику и социальную динамику. В качестве предмета социальной статики в концепции О.Конта выступают устойчивые условия существования и законы функционирования социальных систем. Анализируя социальную динамику, он пытается раскрыть законы развития и изменения общества. О.Конт сформулировал закон трех стадий общественного развития, которые соответствуют трем ступеням умственного развития человечества: теологическую, когда все явления объясняются на основе религии; метафизическую, когда разрушаются старые верования и развивается критика; позитивную, когда возникает наука об обществе и его рациональной организации.

Карл Маркс (1818 - 1883) и Фридрих Энгельс (1820 - 1895) разработали диалектико-материалистическую концепцию общества, впервые распространив материализм на объяснение самой сложной формы движения материи - социальной. В соответствии с данной концепцией все компоненты общества, образующие противоречивое диалектическое единство, определяются материальными, производственными отношениями, совокупность которых составляет базис, т.е. экономическую основу общества. Тип общества, формирующийся на общей экономической основе и обладающий особым отличительным характером, К.Маркс определял, как общественно-экономическую формацию. Смену общественно-экономических формаций он рассматривал как закономерный, естественно-исторический процесс, обусловленный диалектикой производительных сил и производственных отношений. Согласно марксистской концепции, история является процессом порождения коммунизма - общества всеобщего равенства, где общественные богатства польются полным потоком и осуществится принцип «от каждого - по способностям, каждому - по потребностям». К.Маркс считал, что новое общество, как и все предшествующие формации, не возникает автоматически, а является результатом классовой борьбы и ее высшей формы - социальной революции. Марксизм рассматривает историю общества в первую очередь как историю борьбы классов.