double arrow

Прекращение обязательства


Литература: Мейер, Русское гражданское право, стр. 555–561; Победоносцев, Курс гражданского права, т. III, стр. 147–217; Анненков, Система русского гражданского права, т. III, стр. 444–490; Адамович, Встречный иск (к учению о зачете), 1899.

I. Исполнение. Обыкновенным и нормальным способом прекращения обязательства является точное его исполнение, соответствующее договорным или законным условиям. Обязательство прекращается только тогда, когда оно исполнено тем лицом и тому лицу, кому следовало, в надлежащее время и в надлежащем месте, наконец, надлежащим образом. Наш закон не указывает на этот способ прекращения, но такое указание совершенно излишне, потому что оно вытекает из существа обязательственного отношения и не могло бы быть даже устранено законом. Притом в гражданском процессе ответчик может, по словам закона, ссылаться на то, что самое право на иск прекратилось и погашено прежде начатия иска исполнением обязательства (уст. гр. суд., ст. 589). С исполнением главного обязательства теряют свою силу и сопутствовавшие ему дополнительные отношения. Если между данными лицами существовало несколько обязательственных отношений, содержание которых заключалось в передаче денежных сумм, то вопрос о том, к какому из них следует отнести платеж известной суммы денег при молчании должника, должен быть решен судом на основании всех обстоятельств дела. Правила, выработанные римским правом по этому вопросу, не могут у нас иметь обязательного и даже руководящего значения, как не вполне отвечающие логике. По мнению Сената, платежи, произведенные по заемному обязательству без объяснения, производятся ли они в уплату капитала или же процентов, зачисляются в уплату процентов (79, 103). [Проект кн. V для зачисления платежа в счет разных долгов пользуется именно презумпциями римского права. Статья 108 в случае невозможности определить, к какому долгу относится произведенный должником платеж, зачисляет его прежде всего в погашение того долга, который подлежит уплате раньше других, а если несколько долгов подлежат уплате в одно время, то долга, менее других обеспеченного; если все долги обеспечены одинаково, то более обременительного для должника; при одинаковой обременительности долгов – старейшего по времени возникновения, и, наконец, при одновременном возникновении всех долгов – в погашение каждого из них по соразмерности. По ст. 109 платеж, недостаточный для погашения капитальной суммы долга вместе с процентами и издержками, зачисляется, за отсутствием иного соглашения, прежде всего в погашение издержек, затем процентов, а в остальной части в погашение капитала].




II. Замена исполнения. Правило о необходимости точного исполнения содержания обязательств для прекращения их силы не исключает возможности прекращения обязательств исполнением иного действия, если только между верителем и должником состоится соглашение по этому поводу. В таком случае подобное действие вполне заменяет то действие, которое составлял содержание обязательства. Но без согласия и против воли верителя исполнение должником другого действия не способно прекратить обязательства. Замена исполнения может состоять в предложении одних вещей вместо других, например, при поставке ценных бумаг к известному сроку по определенной цене должник вместо них предлагает верителю денежную сумму в размере разности между условленной и рыночной ценою в срок исполнения; купец, оказавшийся не в состоянии заплатить за приобретенный товар, предлагает продавцу взять товар обратно с некоторою доплатою деньгами. Замена может состоять также в предложении личных услуг вместо передачи денежной суммы, например, крестьянин предлагает помещику в уплату долга свезти с поля хлеб на гумно. Допустимость такого способа прекращения обязательств по нашему законодательству может быть обоснована тем, что договаривающиеся стороны могут уничтожить договор по обоюдному согласию (ст. 1545), предполагается на каких угодно условиях (ст. 1530), а следовательно, и на условии замены одного действия другим.



III. Новация. Под именем новации понимается прекращение обязательственного отношения посредством установления с этой целью нового обязательства. Новация не является превращением одного обязательства в другое, а представляет прекращение одного и установление другого. Новое обязательство а) или устанавливается между теми же лицами, отличаясь от прежнего по своему содержанию, например, адвокат, задолжавший за квартиру, принимает на себя доверенность от домохозяина по ведению его процесса; b) или устанавливается между иными лицами при сохранении прежнего содержания, причем перемена может относиться только к пассивной стороне, например, сын поступает на фабрику, чтобы отработать за отца. Перемена в обязательстве с активной стороны, составлявшая для римлян новацию при их взгляде на обязательство, с современной точки зрения не имеет характера новации.



Новация требует наличности известных условий. а) Она предполагает прежде всего существование обязательства, которое послужит основанием для нового обязательства. Это обязательство должно быть вполне действительно, в противном случае и второе обязательство будет недействительно, как лишенное основания. Если первое обязательство только опровержимо, то действительность новации будет в зависимости от опровержения новируемого обязательства. b) Необходимо, чтобы второе обязательство соответствовало всем требованиям закона, в противном случае недействительность второго обязательства восстановит силу первого, так как соглашение о прекращении его состоялось в предположении действительности второго отношения. с) Прекращение одного обязательства с целью установить новое основывается на соглашении между субъектами первого обязательства. Этим рассматриваемый вид новации отличается от принудительной новации, какая производится силою судебного решения, изменяющего прежнее отношение между истцом и ответчиком, послужившее поводом к спору, в обязанность подчиниться решению. Такая судебная новация признана нашею практикою: после постановления судебного решения об исполнении по договору существовавшие между сторонами в силу договора отношения должны быть признаваемы заменившимися новыми, установленными вступившим в законную силу решением, а потому договор не может уже служить основанием для требования неустойки за новое нарушение (80, 256). d) Соглашение должно содержать в себе намерение подвергнуть обязательство новации. Прекращение одного и установление другого обязательства не являются только последовательными действиями, но находятся в причинной связи: прежнее прекращается, потому что имеется в виду установить другое, новое обязательство устанавливается, потому что имеется в виду прекратить первое.

Хотя наше законодательство и не упоминает о новации, но возможность ее в русском быту не подлежит сомнению, если принять во внимание, что указанные правила вытекают непосредственно из свободы договора и что на волю сторон предоставляется включать в договор всякие условия, законам не противные (ст. 1530). [По проекту кн. V, если по договору установляется взамен прежнего новое обязательство, то в случае признания такого договора недействительным восстановляется сила прежнего обязательства (ст. 178)].

IV. Отмена по соглашению. Всякое обязательственное отношение, основанное на договоре, на правонарушении или на неосновательном обогащении, может быть во всякое время прекращено соглашением между верителем и должником. Такой договор имеет своим результатом обогащение должника и как вид дарения требует на то его согласия. Как новый договор, соглашение о прекращении обязательства предполагает дееспособность сторон, а потому такая сделка, совершенная лицом несостоятельным, не достигнет желаемого результата, т.е. не прекратит обязательства. Возможность рассматриваемого способа прекращения обязательственных отношений с точки зрения нашего законодательства не подлежит никакому сомнению, так как договаривающиеся стороны могут уничтожить договор по обоюдному согласию во всякое время (ст. 1545). Если сторона, имеющая по договору право требовать исполнения, отступится добровольно от своего права в целом договоре или в части, тогда действие договора в целом его составе или в части прекращается. Но такая уступка недействительна, если она учинена во вред третьему лицу (ст. 1547), а такой случай может представиться, если впоследствии веритель объявлен будет несостоятельным.

V. Невозможность исполнения. Невозможность исполнения того действия, которое составляет содержание обязательства, смотря по причинам ее наступления, или прекращает обязательственное отношение, или, напротив, осложняет его. Невозможность исполнения бывает: 1) первоначальная, когда она существовала при самом установлении обязательства, и 2) последующая, когда она наступает после этого момента. Как та, так и другая представляют два вида: 1) объективная и 2) субъективная невозможность. Первая имеет место в том случае, когда исполнение обязательства с самого начала или впоследствии оказывается невозможным для каждого вообще человека. Вторая, субъективная невозможность обнаруживается тогда, когда исполнение действия, возможное вообще, невозможно только для данного должника. Наконец, невозможность исполнения различается, смотря по тому, наступает ли она: 1) случайно или 2) по вине самого должника. Первоначальная объективная невозможность делает недействительным обязательство, а потому и прекращение его представляется излишним. Первоначальная субъективная невозможность не влияет на силу обязательства и может быть позднее, при исполнении, совершенно устранена. Последующая объективная невозможность прекращает обязательственное отношение, если она наступила случайно, и не прекращает, если она наступила по вине должника. Последующая субъективная невозможность не влияет вовсе на прекращение обязательства, а создает для должника за невозможностью исполнить условленное действие обязанность возместить весь причиненный тем ущерб. Невозможность исполнения обязательства одною стороною освобождает от исполнения в двустороннем обязательстве и другую сторону от лежащей на ней обязанности, а в случае если она уже исполнила свою обязанность, то создает право потребовать обратно переданное без достаточного основания (герм. гражд. улож., § 275, швейц. обяз. закон, § 119); так, например, покупщик освобождается от обязанности платить цену купленной, но еще не переданной вещи, все равно погибла ли она случайно или по вине продавца; наниматель освобождается от обязанности платить арендную плату, если сгорел наемный дом по вине хозяина или случайно.

Наше законодательство, не давая общего положения о прекращения обязательства вследствие последующей объективной и случайной невозможности, дает только отдельные указания по настоящему вопросу. Так, например, приемщик освобождается от обязанности возвратить вещь, отданную ему на хранение, если она погибла от пожара, наводнения или иного несчастного события (ст. 2106). Договор запродажи прекращается вследствие невозможности совершить формальный акт продажи (ст. 1689). Такие же указания дает закон по поводу договоров подряда и поставки, заключаемых казною (пол. о каз. подр. и пост., ст. 216). [Наша практика, комбинируя случайные указания закона с общими началами теории, различает субъективную и объективную невозможность (07, 76; 10, 29). Проект кн. V объявляет договор, имеющий своим предметом действие невозможное, недействительным и обязывает сторону, знавшую при заключении договора о невозможности, к возмещению убытков другой стороне (ст. 21). При последующей невозможности исполнения должник считается виновным и отвечает за убытки, кроме случаев невозможности, обусловленной событием случайным (ст. 123)].

VI. Зачет. Под зачетом или компенсацией понимается способ прекращения обязательства посредством взаимного погашения двух однородных по содержанию прав требования. Если должник по одному обязательству имеет в то же время право требовать от своего кредитора в силу другого обязательства исполнения такого же самого действия, то представляется совершенно излишним заставлять его исполнить свою обязанность в пользу того лица, которое само обязано сейчас исполнить то же самое. Освобождение должника от необходимости исполнить требуемое действие является средством удовлетворения кредитора, потому что последний сохраняет у себя то, что он должен был бы отдать и потом получить. Наше законодательство не дает правил для зачета, но самое понятие о нем ему не чуждо (уст. гр. суд., ст. 1166; уст. о пром. труде, ст. 507; уст. суд. торг., ст. 494). Наша практика, применяясь к общим началам гражданского права, признала допустимость зачета в обязательственных отношениях (82, 19; 84, 127; 08, 107; 09, 37).

Зачет возможен только при наличности известных условий, необходимость которых вызывается самою природою обязательства и зачета. 1) Необходимо существование двух обязательственных отношений между теми же лицами, притом так, чтобы должник по одному был кредитором по другому, и наоборот. Не подходит поэтому под понятие зачета тот случай, когда для погашения одного обязательства предоставляется кредитору право требования по другому обязательству между иными лицами, например, должник предлагает в уплату своего долга принадлежащий ему вексель. По той же причине должник малолетнего не может представлять к зачету свое требование к опекуну, должник товарищества – свое требование к одному из товарищей. 2) Содержание обязательств, представляемых к зачету, должно быть однородно. Это вытекает из того положения, что кредитор не обязан принимать исполнения, не соответствующего точно условленному. Если представлять себе зачет как сопоставление ценностей, тогда необходимо допустить его в пользу всех обязательств, так как каждое обязательство имеет ценность. Но если иметь в виду указанное юридическое основание зачета, то зачету могут подлежать только обязательства, имеющие однородное содержание. Чаще всего поводом к зачету служат обязательства, имеющие своим содержанием платеж денежных сумм. Особенное применение имеет зачет к чекам в операциях расчетных палат. 3) То и другое обязательства должны быть готовы к исполнению, т.е. должен наступить уже срок их исполнения (97, 48). Нельзя обязательству, исполнение которого просрочено, противополагать обязательство, которому срок еще не наступил, а может быть, и никогда не наступит по каким-либо обстоятельствам. Но этом же основании кредитор по безусловному обязательству не обязан принимать к зачету условное обязательство. 4) Предполагается, что оба обязательства, подвергающиеся зачету, бесспорны, т.е. не возбуждают никакого сомнения в их силе. Конечно, заявление кредитора, которому представляют к зачету его обязательство, о спорности его не может иметь значения, пока сам суд не признает сомнительности. Несправедливо было бы прекратить право требования кредитора на основании обязательства, возбуждающего сомнения в его действительности. В нашей практике обнаружилось стремление присоединить еще одно условие – заявление должника кредитору о желании произвести зачет, но Сенат признал, что необходимость такого заявления не вытекает из наших гражданских законов (08, 107, ср., однако, 07, 6).

Действие зачета состоит в прекращении силы зачитываемых обязательств, насколько они совпадают по своей ценности. Если долгу за купленную лошадь в 200 руб. противополагается заемное письмо в 150 руб., то продавец сохраняет право требования на 50 руб. Но действие зачета проявляется не само по себе. Суд не вправе собственною властью лишить кредитора удовлетворения на основании его обязательства, потому что это было бы нарушением состязательного начала. Вопрос о зачете может быть возбужден только по воле должника. Зачет находит себе выражение или в договоре, например, два купца условливаются взаимно погашать платежи по пересылаемым товарам, или же во встречном иске.

Действие зачета должно быть устранено при несостоятельности, потому что оно встречается здесь с другим положением, в силу которого кредиторы несостоятельного должника получают не полное, а только соразмерное удовлетворение. Поэтому дозволение должнику несостоятельного противопоставить его требование к последнему было бы равносильно установлению в пользу одного кредитора, на основании случайного обстоятельства, преимуществ, которых не имеют все другие кредиторы (93, 81). Несмотря на то, наше законодательство допускает возможность полного зачета в конкурсном производстве (уст. суд. торг., ст. 494). [Согласно ст. 169 кн. V Проекта для производства зачета требуется заявление судебное или внесудебное о том одной стороны другой. Не подлежат зачету требования, возникшие из права на получение содержания или вознаграждения за вред, причиненный умышленным деянием (ст. 175)].

VII. Слияние. Обязательственное отношение предполагает наличность двух субъектов, активного и пассивного. Поэтому если пассивный субъект приобретает право требования по обязательству, должником которого является он сам, то отношение прекращается за отпадением элементов, необходимых для существования обязательства. Обстоятельством, вызывающим совпадение в одном лице активного и пассивного субъектов, до этого времени разъединенных, служит общее преемство. Вследствие наследования прежний должник наследодателя становится субъектом всех прав последнего, а следовательно, и права на собственное действие. Частое преемство не может привести к такому результату, потому что оно представляет собою исполнение, а не слияние, например, когда вексель переходит к самому векселедателю, уплатившему вексельную сумму последнему векселедержателю.

Слияние как способ прекращения обязательства основывается на существе последнего, а потому и не нуждается в подтверждении со стороны закона. Тем не менее наше законодательство указывает на слияние в том случае, когда один из сыновей-наследников был верителем наследодателя, а потому до раздела он должен выступить должником на свою долю по тому обязательству, верителем которого является он сам (ст. 1260). Этот частный случай служит подтверждением общего правила о действии слияния (69, 1292). Применительно к случаю, указанному законом, а также к случаю, когда один из наследников был должником наследодателя, следует признать, что слияние происходит в той части, в какой веритель или должник наследодателя является в то же время его наследником. [Проект кн. V называет слияние совпадением и определяет, что если требование и обязательства, возникшие из одного и того же договора и вообще из одного и того же основания, совпадают в одном лице, то они прекращаются (ст. 177)].

VIII. Смерть. В значительном большинстве случаев содержание обязательства настолько мало связано с индивидуальностью того или другого субъекта, что нет никаких препятствий к переходу права и обязанности на наследников (ст. 1258 и 1259). Следовательно, смерть активного или пассивного субъекта не прекращает обязательственного отношения, так как его место занимается наследником. Однако это общее правило допускает исключение в тех обязательствах, которые тесно связаны с личностью верителя или должника, содержание которых обусловливается личными качествами обязанного лица. Поэтому-то наш закон постановляет, что договоры о действиях личных, как-то: о найме в услуги и тому подобные, имеют силу только для лиц, заключивших их, и не распространяются на наследников (ст. 1544), другими словами, такие обязательственные отношения прекращаются со смертью того субъекта, которого индивидуальность имела существенное значение для обязательства. Так, например, смерть домашнего врача прекращает договор личного найма и не переходит на его наследников, так как совершение обязательства заключалось в услугах и советах именно этого лица. Напротив, смерть одного из членов этой семьи или даже главы ее не прекращает отношения, как не имеющая существенного значения. Однако если врачебные услуги предполагали одного только члена семьи, то смерть его прекращает обязательство. В случае смерти комиссионера обязательственное отношение по данному ему поручению прекращается, разве бы правопреемники или представитель комиссионера продолжали ведение его торговых дел; напротив, в случае смерти комитента комиссионер обязан продолжать свои действия по данному ему поручению (уст. торг. по Прод. 1910 г., ст. 5424 и 5435).

Такое же последствие, как смерть, имеют и другие обстоятельства, с которыми по закону соединяется необходимость выбыть из отношения, как лишение всех прав состояния, пострижение в монашество (ст. 1223, 1553).

IX. Давность. На прекращение обязательства оказывает влияние также давность. Если в течение 10 лет с того момента, как веритель мог требовать исполнения, обязательство не было исполнено и право требования не было предъявлено ко взысканию, то обязательство прекращается (ст. 1549). Кроме общего, десятилетнего, срока существуют в нашем законодательстве и другие, более короткие сроки для прекращения некоторых обязательств, основанных на договоре или на правонарушении. Если по срочному обязательству произведена уплата части долга, то закон удлиняет срок давности и требование платежа остальной суммы исчисляет не по истечении 10 лет со времени срока платежа, а по истечении 10 лет со времени позднейшей уплаты (ст. 1550), хотя это нельзя признать правильным.

Сила давности распространяется на всякие обязательства совершенно независимо от того, было ли обязательство обеспечено или нет. Между тем в нашей практике было высказано мнение, будто давности не подлежат обязательства, обеспеченные закладом, пока он находится в руках кредитора. "Сущность правоотношений, вытекающих из закладного права, заключается в том, что должник передает кредитору движимость в обеспечение своего долга, и пока этот заклад остается в обладании закладодержателя, действие договора о закладе продолжается, ибо заклад не перестает служить обеспечением долга, а затем не может быть речи о давности, так как начало срока давности должно исчисляться со дня окончания действия контракта, а при нахождении заклада в руках кредитора действие договора о закладе не прекращалось, а следовательно, не наступало начало срока, с которого давность могла бы начать свое течение" (91, 26). В этом решении сразу бросается в глаза полное смешение основного отношения (долгового) и дополнительного (закладного). Сенат упустил из виду, что сила дополнительного договора находится в зависимости от силы главного, что прекращение обязательства, обеспеченного закладом, стоит в зависимости от обстоятельств, не имеющих ничего общего с судьбою заклада, что все рассуждения Сената о сохранении силы закладного права построены на совершенном игнорировании главного обязательства. Представим себе, что сделан был заем в 100 руб., сроком на два года, и в обеспечение долга был передан кредитору серебряный самовар. Течение давности для заемного обязательства начнется с наступлением срока платежа, т.е. через два года по совершении договора. Через 10 лет с этого момента, если исполнение не последовало, долговое обязательство теряет свою силу за истечением давности. С погашением главного обязательства теряют силу и дополнительные, а потому должник вправе потребовать обратно свой самовар, находящийся в руках кредитора без всякого юридического основания. [Проект кн. V вводит ряд сокращенных сроков давности для исков из договорных и внедоговорных оснований обязательств].







Сейчас читают про: