double arrow
А. Именные формы

1. Различными стилистическими возможностями обладают категории и формы существительного. Так, некоторые формы рода существительных свойственны ограниченным сферам употребления и в связи с этим несут на себе определенную функционально-стилистическую окраску. Например, употребление форм либо мужского, либо женского рода по отношению к лицу женского пола (в сочетании с именем собственным) имеет различную стилевую окраску: в официальной речи - лаборант Иванова, в разговорной - лаборантка Иванова. Только в разговорно-просторечной сфере используются формы докторша, секретарша, профессорша и т. п.

Неодинакова употребительность существительных того или иного рода в функциональных стилях. Так, наиболее отвлеченно-обобщенный по своему грамматическому значению и по лексическому наполнению средний род закономерно оказывается наиболее употребительным в научной речи. Здесь особенно часты абстрактные существительные среднего рода. Реже они встречаются в художественной и разговорной речи.

Особенно разнообразно представлены стилистические возможности категории рода в художественной литературе. Слова разного рода используются для создания олицетворений при ассоциативном переносе на грамматическое понятие рода различий существ мужского и женского пола. Этот прием весьма распространен в поэзии и в устном народном творчестве. Замечательный образец анализа этого явления стилистики представлен в известной статье Л. В. Щербы, посвященной сравнительному анализу двух стихотворений: «Сосна» Лермонтова и стихотворение Гейне.




Т. В. Шанская отмечает использование категории рода в более ограниченных целях - как яркое средство выразительности для создания определенного художественного образа (а не метафорического каркаса целого лирического произведения - как «Сосна» Лермонтова, «Роза и Кипарис» П. Вяземского, «Рос на опушке рощи клен» Я. Шведова и др.). Так, разница в грамматическом роде слов соловей и весна послужила основой для создания А. С. Пушкиным выразительной перифразы, равнозначной существительному соловей: Там соловей, весны любовник, всю ночь поет.

Стилистическое употребление категории рода может преследовать и юмористические цели. Ср. использование слова нимф (м. р.) от обычного нимфа (ж. р.) И. Ильфом и Е. Петровым: Три «нимфа» переглянулись и громко вздохнули.



Число существительных также обладает определенными стилистическими возможностями. Например, множественное число отвлеченных и вещественных существительных-терминов имеет функциональную окраску научной и профессиональной речи: температуры, стоимости, деятельности, минимумы, максимумы; стали, масла, соли, кислоты и т. д.

Множественное число некоторых отвлеченных существительных имеет оттенок разговорности. Последнее касается тех случаев, когда эти формы выступают со значением длительности, повторяемости явления - холода, морозы, времена.

Иногда множественное число отвлеченного существительного используется в экспрессивных целях как образная конкретизация выражения (Всем смертям назло - К. Симонов).

Форма множественного числа некоторых вещественных существительных со значением большого количества используется терминологически в профессиональной речи: пески, солончаки, воды и т. д.

В основном для разговорной речи характерно образование множественного числа от собственных имен (Побольше бы Яшиных в наших футбольных командах!). Подобное явление с оттенком обобщенности известно и публицистической речи (Никаким гитлерам не сломить нашей силы!), и поэтической с оттенком риторичности (...может собственных Платонов И быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать - Ломоносов).

Весьма характерно для публицистической речи использование единственного числа существительных - названий лиц по профессии, общественному положению и другим социальным признакам - в собирательном и обобщенном значениях: Ученик и учитель: их взаимопонимание; Что волнует зрителя?, Хлебороб! Повышай темпы уборки урожая, «Мать и дитя» (заглавие рубрики).

Русскому языку свойственна синонимия падежных форм и падежных конструкций, о которой мы уже упоминали (стакан чаю - чая; кусок сахару *- кусок сахара; в отпуске - в отпуску *; в цехе - в цеху *; слесари - слесаря; цехи - цеха; килограмм помидор* - помидоров; дверьми* - дверями и др.). Все эти случаи при сопутствующих им иногда различиях в оттенках семантики характеризуются и стилистическими окрасками: нейтрального или книжного характера, с одной стороны, и разговорного - с другой. Кроме того, выделяются синонимические падежные конструкции, различающиеся оттенками смысла и стилистически, что определяет возможности их выбора, например: принести отцу - для отца; оставить мне* - для меня; насыпать соль - соли*; не закрыл трубу* - не закрыл трубы; проходили полями - по полям; утрами* - по утрам; формы, связанные с проявлением категории одушевленности - неодушевленности: купить двух коров -купить две коровы; изучать бактерий - бактерии *. Звездочкой помечены варианты разговорного характера (в последнем примере - разговорно-профессионального).

2. В качестве стилистических ресурсов прилагательного обычно отмечается синонимия полных и кратких форм; синонимия и дублеты среди кратких форм; синонимия степеней сравнения и, наконец, синонимия прилагательного и падежной формы существительного. Некоторые из этих параллелей различаются экспрессивными и функциональными окрасками, другие лишь семантическими оттенками.

Как известно, синонимическое использование полных и кратких форм прилагательных возможно, когда они выступают в функции сказуемого. При этом нормой является выражение постоянства признака полными формами (с усилением оттенка качественности) и временности, эпизодичности краткими (с оттенком состояния). Ср.: Мать больная и Мать больна; Человек веселый и Человек весел. Однако это правило не абсолютно. Так, в научной речи употребительны краткие формы, выражающие постоянное свойство или качество предметов и явлений: газ легок; белки сложны; кислоты двуосновны и т. п. Краткая форма в данном функциональном значении приобретает стилистическую окраску.

Стилистические окраски сопутствуют смысловым оттенкам, когда полная форма, сравнительно с синонимичной ей краткой, менее категорично выражает признак и оценку, оказывающуюся «смягченной». Полная форма в этих случаях более свойственна разговорной речи, тогда как краткая - книжной. А. М. Пешковский демонстрирует это различие на тексте чеховских «Трех сестер», в котором фразы «Ты, Машка, злая»; «О, глупая ты, Оля», звучат, по мнению ученого, мягче, чем возможные к ним варианты: зла, глупа.

Сами по себе краткие формы сравнительно с полными осмысляются как более книжные.

Богаты стилистические возможности степеней сравнения прилагательных. Среди них наблюдаются не только случаи различной семантики форм и функциональных ограничений, но и выражения экспрессивно-эмоциональных оттенков.

Простая (синтетическая) форма сравнительной степени в целом нейтральна, употребительна во всех стилях, а сложная (аналитическая) отличается некоторой книжностью: холоднее - более холодный; крепче - более крепкий. Различаются оттенком книжности либо разговорности параллельные формы простой сравнительной степени: бойче, звонче имеют несколько книжный характер, тогда как бойчее, звончее - разговорно-просторечный. Книжным характером отличаются варианты: смелее, сильнее по сравнению с нейтральным - сильней, смелей. Образования с префиксом по-, носящим оттенок «несколько», «немного»:повыше, посолидней, покрепче - свойственны преимущественно речи разговорной.

Сложная форма превосходной степени, являясь общеупотребительной, нейтральна (самый глубокий, самый тесный), а простая (глубочайший, теснейший),обладая окраской книжности, в то же время заключает в себе экспрессию «интенсивности» в выражении признака и оценки его, нередко вместе с изменением значения. Экспрессивным характером отличаются и такие префиксальные образования, как предобрейший, наиотличнейший, и такие гиперболизированные сочетания, как слаще сладкого, яснее ясного, сильнейший из сильных, имеющие, кроме того, окраску разговорности. Публицистической и научной речи более, чем другим речевым разновидностям, свойственны книжные образования превосходной степени с наречием наиболее: наиболее продуманный, наиболее ответственный.

Преимущественно семантическими оттенками и лишь отчасти стилистическими различаются прилагательное и падежная форма существительного в роли определения. Это касается, в частности, притяжательных прилагательных. Причем, например, сочетания отцов дом, дедушкина книга более употребительны в разговорной и художественной речи; отцовский дом, дом отца, книга дедушки имеют книжный оттенок.

3. Стилистика местоимений касается, естественно, не столько их формообразования и синонимики, сколько особенностей употребления, а именно случаев использования одних личных местоимений вместо других и экспрессии отдельных видов местоимений.

Экспрессивно-стилистические функции личных местоимений довольно разнообразны. Здесь и передача через мы, наш единства говорящего с другими лицами (Победим мы, рабочие! - Горький), и лекторское «мы» как выражение общности с аудиторией (Этой механикой мы и займемся - Столетов; т. е. мы с вамизаймемся), и экспрессия противопоставления: «мы - вы», «наш - ваш», при подчеркивании двух противоположных лагерей, двух мнений, столь свойственное публицистике, и обобщающее «ты», в которое включается указание на любое лицо, в том числе и говорящего (Били за то, что ты русский, что на белый свет еще смотришь - Шолохов). Как известно, плеонастическое употребление личного местоимения (наряду с подлежащим-существительным) не соответствует нормам литературной речи. Однако такое употребление допустимо как ораторский или поэтический прием с экспрессией торжественности: Эта возвышенность стиля, глубина мысли, полнейшая искренность - они присущи только подлинному таланту. Широко известно и употребительно, особенно в научной речи, а также в публицистической, так называемое авторское «мы» (как обозначение 1-го лица ед. числа - говорящего): В результате исследования мы установили... (=я установил); Мы уже упоминали... (=я упоминал).

Употребление местоимения я при глаголе-сказуемом ведет к подчеркиванию личности говорящего, поэтому, чтобы избежать нескромности, обычно яопускают. Однако в некоторых случаях, например в деловой речи - в приказах, этот пропуск я придает высказыванию категорический характер (Приказываю...).

Можно указать и на ряд случаев переносного использования одних личных местоимений в значении других, например: он, она в значении я: Это удивительно... как она мила (Наташа Ростова о себе); мы в значении вы с оттенком сочувствия к собеседнику: Ну, как мы отдохнули?

Местоимения других разрядов, в частности определительные, возвратные, неопределенные, имеют синонимы, различающиеся семантически и стилистически. Так, при выборе местоимения из ряда: всякий - любой - каждый - следует учитывать различия в их семантике. В винительном падеже женского рода из двух вариантных форм саму - самоё последняя имеет книжный оттенок; она постепенно выходит из активного употребления.

В заключение отметим, что разные местоимения неодинаково употребительны в различных речевых разновидностях. Так, в разговорной и художественной речи высокочастотны все личные местоимения, а в научной ты и вы почти не используются. Ограничено здесь и употребление я, вместо которого выступает авторское мы. В официально-деловой речи местоимения я, мы, ты, вы почти совершенно отсутствуют (кроме я в приказах и заявлениях).






Сейчас читают про: