double arrow

Мечтающий бог (мечты)


Это не я! Это кто-то другой! Это не я! Мэрилин Мэнсон - своему телохранителю Аарону Дилксу в алкогольном угаре при переезде из Лейпцига в Берлин.

Это то, о чем я никому никогда не рассказывал. Я перенесся в Кэнтон, Огайо. Я мчусь в машине по Пятьдесят Второй улице, а сотни оживших мертвецов пытаются остановить меня. Я прорываюсь сквозь их ряды, и как только моя машина касается их, они рассыпаются в прах. Со мной в машине Мисси, и я стараюсь, чтобы мертвецы не схватили ее и не вытащили из машины. Я останавливаю машину и выхожу из нее, но повсюду вижу огромных собак, скалящихся и рычащих на меня. В конце улицы вижу группу людей, приближающуюся к нам. Впереди группы - Трэйси Лордс. Ее кожа не менее желтая, чем у мертвецов, а поперек лица сияет неоновый крест. Она движется словно кукла. Ее глаза безумно вращаются, а рот постоянно открывается и закрывается… В своих снах я постоянно возвращаюсь в Кэнтон. Обычно я оказываюсь в своей спальне в подвале, который вызывал во мне не меньший ужас, чем подвал деда. В детстве я очень часто вскакивал от внезапного приступа ужаса и бежал вверх по лестнице, причем это случалось не обязательно ночью. Я никогда не чувствовал себя спокойно в своей комнате и зачастую спал с включенным телевизором, который должен был заглушать звуки, которые я боялся услышать. Каждую ночь мой разум сопротивляется тому, чтобы быть снова унесенным туда, чтобы чувствовать, будто я никогда не выбирался оттуда. Но мой разум также и блокирует дверь вверху лестницы, и я никогда не могу открыть ее, а порой и не добираюсь до нее, поскольку чьи-то руки хватают меня за ноги через щели между ступеньками. В других снах я не могу покинуть подвал, так как невидимая и неведомая мне сила буквально припечатывает меня спиной к стене, или моя кошка - рыжая зверюга, которую я нашел на ступенях Христианской школы - нападает на меня, если я хочу сбежать. Зачастую в подвале перегорает лампа, и я судорожно пытаюсь ввинтить новую, но она тоже моментально гаснет. Есть куча простых объяснений подобных снов, но ни одно из них не устраивает меня. Насколько я помню, я выбрался из подвала только в одном сне. На сей раз пол комнаты не покрыт ковром, он просто цементный, и я иду из одного угла в другой. Я прохожу мимо пыльных, покрытых паутиной коробок, в которых лежат какие-то вещи, связанные с моим детством, и дико боюсь, что какое-нибудь существо - паук, крыса, змея или лев - набросится на меня и укусит. В одной маленькой коробочке я нахожу куклу Любознательного Джорджа. Но как только я стараюсь взять ее в руки, что-то начинает двигаться в комнате, какая-то теплая тяжелая масса, которая прижимает меня к стене, а кукла оживает и начинает бегать вокруг меня, поджигая коробки. Я стараюсь вырваться, но не могу бежать. Я буквально ползу к ступеням, сопротивляясь чудовищному весу, давящему на меня. Я вырываюсь изо всех сил и в конце концов оказываюсь на верхней ступени, я распахиваю дверь и вижу женщину. Она похожа на мою маму и на одну из девчонок из школы одновременно. Ее руки исписаны какими-то словами, я стараюсь прочитать их, но не могу. В очередном сне мы с мамой находим какую-то коробку и пытаемся открыть ее. Открыв, находим внутри огромное количество насекомых. Мы полностью открываем крышку, и сонм богомолов выпрыгивает оттуда и начинает кружить над моей головой. Мы заглядываем в коробку снова и видим большого хрустального паука. Он полностью прозрачен, так что видны все его внутренние органы. Я прошу маму облить его спреем от насекомых, пока он не напал на меня. Но как только на него брызгают, паук превращается в женщину, одетую во все черное. Она переносит меня из подвала на берег, окруженный скалами. Внутри каждой скалы прячется по пауку, ждущему своего часа, чтобы выбраться оттуда. В ту ночь я видел целый ряд кошмаров. Я увидел свою бабушку по маминой линии лежащей в моей комнате на больничной койке. Прозрачные трубки торчат из каждой части ее тела, а множество проводов опоясывают ее, приклеенные к коже скотчем. Круглая емкость, закрепленная над кроватью, закачивает в нее воздух, а куча электрических приборов поддерживают в ней жизнь. Слышится какой-то шум, соседняя дверь отворяется, и я вижу своего отца, также лежащего в постели. На вид ему лет тридцать, его волосы всклокочены, и он выглядит полностью безумным. Я начинаю разговаривать с бабушкой, и она говорит мне, что все в порядке и что она не беспокоится за меня. Ее глаз закрыт повязкой, но она вдруг сползает. Я вижу желтый гной, он стекает по ее лицу и впитывается в подушку, делая ее также желтой. Я склоняюсь над бабушкой и вижу, что у нее нет глаза. Я верю в сны. Я верю, что сны - способ путешествия во времени. Я верю, что ты можешь посетить прошлое, настоящие и будущее в снах. Я верю, что видел ту часть своей жизни, которой еще не было. Я не верю в случайности. Я верю в вещи, которые говорю, и верю в изменение мира вокруг себя. Я верю, что моя жизнь настолько важна, что она влияет на жизни окружающих. Я верю, что я Бог. Я верю, что каждый - Бог для самого себя. Мне снилось, что я - Антихрист, и я верю в это. Я думал об этом еще в Христианской школе. В Библии слово "антихрист" используется исключительно по отношению к людям, которые не верят в учение Иисуса из Назарета. Это не Зверь из Откровений, это личность, личность, не принимающая Христианскую догму. Но за много лет Христианство превратило множество антихристов в одного Антихриста, предвестника апокалипсиса, пугало, которым стращают людей сильнее, чем детей поощряют Санта Клаусом. Антихрист - это характер, метафора, которая присутствует практически в каждой религии под различными именами, и, наверное, в этом есть своя правда, правда того, что подобный персонаж просто нужен. Но с другой точки зрения, такой персонаж нужен не как пугало, а как последний герой, спасающий человечество. Апокалипсис не приходит с огнем и разрушениями, он происходит на персональном уровне. Если ты веришь, что ты центр своей собственной вселенной, и ты хочешь увидеть эту вселенную разрушенной, достаточно одной пули. Когда сны об Антихристе стали посещать меня все чаще и чаще, я понял, что являюсь этой фигурой. В детстве мне снилось, что я стою перед тысячами людей, и в данное время это не является неправдой. В конце концов чудища апокалипсиса тоже были рождены во снах, во снах Апостола Иоанна, известных как Откровения, и считаются неоспоримым фактом. В одном из моих собственных откровений - они есть у всех нас - мне привиделся последний день мира. Судный День, и это был гигантский парад в Нью-Йорке. Люди кидались овощами и тухлым мясом. Я был распят на огромном кресте, установленном на внушительных размеров помосте, покрытом человеческой кожей и звериными шкурами. Мы приближались к Тайме Сквер, и чернильное небо озарялось вспышками фейерверков. Люди были счастливы, что наконец подходят к смерти. Еще одно действо происходило во Флориде. Большинство людей на Земле превратились в зомби для развлечения небольшой кучки элиты. В одном из стрип-клубов воскрешенные женские трупы танцевали обнаженными в блестящих клетках. Их тела покрывали язвы и паутины синих вен, а волосы сыпались с голов. Их рты были накрепко зашиты, чтобы они не могли откусить члены парням, мастурбирующим вокруг них. Мир скатился к Содому и Гоморре, и пришествие Антихриста было столь близко. Я оставлю вас с одним из моих последних снов. Мне приснились слэшеры, фанатки, вырезающие на себе имена кумиров. Я лежу в постели с Джанетт, на ее груди вырезано "Мэрилин", и каждая буква кровоточит. Мы занимаемся сексом, смеясь при этом, поскольку нам кажется, что мы не должны этого делать. Ее подруга, Элисон, сидит рядом, и слово "Мэнсон" также кровоточит на ее груди. Одна ее бровь отбелена перекисью, губы утыканы серьгами, она одета в черное платье, чулки и сапоги до колен. Похоже, она сходит с ума от того, что не может делать со мной то же самое, что и Джанетт. Когда мы заканчиваем наши развлечения, они приглашают меня разделить с ними трапезу. Мы спускаемся в мрачный подвал, больше похожий на темницу. Это вполне мог быть подвал моих родителей, но это также и ресторан. Официант - высокий, худой арийского типа гей - подносит черные металлические котлы, в каждом из которых я вижу живую птицу, похожую на ворону. Другой блондинистый парень подходит к столу, держа в руках гигантские ножницы, отрезает птицам головы и сдирает с них кожу. Но они все еще живы. Парень берет одну из голов и пьет кровь, после чего предлагает мне взять кусочек кожи. Я напуган, так как боюсь подцепить какую-нибудь болезнь, но все равно делаю это. Я выпиваю всю кровь из птицы и вдруг чувствую боль в шее. Я резко оборачиваюсь и вижу, что второй официант пытается отрезать мне голову, чтобы подать ее к другому столу, который намного выше моего роста, а клиенты сидят за ним на высоких стульях. Ножницы в его руках больше напоминают крокодильи челюсти. Я пытаюсь протестовать, но понимаю, что это бесполезно, так как вишу вниз головой и один из клиентов пьет кровь из моей разрезанной шеи. Я видел собственную смерть в подобных снах, и это помогает мне больше ценить жизнь. Я также видел свою жизнь во снах, и это помогает мне больше ценить смерть.














Сейчас читают про: