double arrow

Документ 1. Белгородская Л.В. Из истории создания Энциклопедического словаря Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона // Триста лет печати Санкт-Петербурга. СПб., 2011.


В исторической литературе к сегодняшнему дню сложилось два подхода к оценке уровня энциклопедий России, вышедших из печати на рубеже XIX-XX вв. Первый подход был сформирован в советскую эпоху, когда тезис о наличии глубокого системного кризиса империи, подкреплялся примерами из разных сфер общественной жизни, включая и книгоиздательскую. Другой подход (мы разделяем эту точку зрения), состоит в признании выдающихся достижений российского книгоиздания в эти годы, затронувшего периодическую печать и реализацию таких крупных книгоиздательских проектов, как выпуск Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона, который стал оригинальным справочным трудом мирового класса, символом модернизации российского общества, его успешной трансформации в либеральное общество. Примечательно, что издательство «Брокгауз-Ефрон» и после Октябрьской революции выпускало исторические, литературоведческие, искусствоведческие и краеведческие издания, серию биографий «Образы человечества», детские книги.

Акционерное издательское общество «Брокгауз-Ефрон» было основано в 1889 г. в результате соглашения, заключенного петербургским типографом И.А. Ефроном и немецким издательством «Ф.А. Брокгауз». Словарь печатался в двух вариантах. Первый, более роскошный, состоял из 41 солидного тома, второй, демократический, больше известный современным читателям, состоял из 82-х полутомов. Энциклопедия выходила в свет с 1890 по 1904 г., а с учетом подготовки 4-х полутомов, содержавшим новую информацию и сведения о деятелях общественного движения начала века, до 1907 г. Тиражи томов сильно колебались: от 15 до 25, 50 и даже 75 тыс. экземпляров. Энциклопедия содержала в окончательном виде 121 240 статей, 7800 иллюстраций и 235 карт. Предприимчивые производители мебели оценили «ценность и цельность» издания и стали выпускать специальные этажерки для размещения полного комплекта издания. Был отлит специальный красивый шрифт, выбран удачный формат. Небольшие по размеру полутома (и тома) энциклопедии более удобны в работе, чем тяжелые тома современной «Большой Российской энциклопедии».




Первоначальный замысел издателей был весьма скромным - перевод на русский язык немецкой энциклопедии. От этого проекта пришлось скоро отказаться, редакция привлекла к работе выдающихся отечественных специалистов в разных областях научного знания. Сравним программную статью первого редактора энциклопедии профессора-правоведа Санкт-Петербургского университета, преподавателя императора Александра III Ивана Ефимовича Андреевского с заключительным обращением к читателям редакции. В первом томе читаем: «В основу положено немецкое издание Брокгауза…, те же статьи его Лексикона, которые не могут удовлетворить предъявлению строгих требований, я предоставляю себе изменять, дополнять и совершенно заменять новыми статьями, на основании других Энциклопедий, Британской, Французской, прежних русских, и самостоятельных научных сочинений и специальных работ». Действительно, тома до буквы «В» были почти дословными переводами из немецкого Брокгауза. Смерть редактора и неудовлетворенность качеством труда привели к изменению концепции издания. Работу редактора продолжили академик Петербургской АН по разделу изящной словесности К.К. Арсентьев и профессор Ф.Ф. Петрушевский. Отделы возглавили выдающиеся ученые – С.А. Венгеров (история литературы), А.И. Войеков (география), Н.И. Кареев (история), Д.И. Менделеев (химико-технологический и фабрично-заводской отдел), В.С. Соловьев (философия), И.И. Янжул (отдел политэкономии и финансов). В 82-м томе редакция удовлетворенно констатировала, что «переводы и компиляции по предметам сколько-нибудь выдающимся уступили место самостоятельным статьям, часто имеющим характер монографий».



Особый интерес исследователей вызывает изучение «Русского мира» энциклопедии. В современном мире принято, что до 40% материалов национальной энциклопедии может быть отведено сюжетам национальным. Самыми популярными полутомами издания были 54-й и 55-й, содержащие огромный материал «Россия». Энциклопедический словарь и сейчас поражает глубокой разработанностью сюжетов, посвященных географии России. При чтении старого издания заметно, что изучение географии до революции имело богатые традиции. При этом речь велась не только о так называемой физической географии. В Словаре Брокгауза и Ефрона описание географических характеристик империи заняло 100 (!) столбцов. «Российская империя, растянувшись главным образом по широте, занимает всю восточную часть Европы и северную часть Азии, причём её поверхность составляет 0,42 площади этих двух материков». Так начинался этот большой материал. В советский период задачи исторической географии сводились почти исключительно к учебным целям, наука на долгие десятилетия была отлучена от гуманитарных наук, прочно заняв место в семье наук естественных. Пренебрежение проявлялось даже в отношении к историко-географическим разделам обзорных энциклопедических работ. Только в последние годы новый импульс к развитию получили гуманитарная и историческая география.



Материалы энциклопедии отразили успехи модернизации России на рубеже XIX-XX вв. Достижения в развитии печати и книгоиздания отражены в названном выше томе «Россия». Лидером в издательской деятельности империи начиная с XVIII в. был Санкт-Петербург. В столице в 1894 г. выпускались 75 периодических изданий, в Москве только 16, в провинциальных городах – 70. Автор материала Н.М. Лисовский подчеркивал, что выпуск учебной и справочной литературы вырос за XIX в. в пять раз – с 5,67% до 25% общего объема печатной продукции. Тема России отражена не только в статьях о русской музыке, балете, литературе, драматургии, но и в материалах о балалайке, русских сапогах, национальной кухне. Словарь содержал статьи о творчестве визуализировавших русский стиль жизни художниках В.М. Васнецове, А.К. Саврасове, В.И. Сурикове.

Для русского сознания в это время идея общественного служения стояла на первом месте при идентификации новой социальной группы – интеллигенции. Американский историк с российским корнями М. Раев много пишет о русской интеллигенции, которая «отказалась от участия в производственной деятельности, отреклась от социального происхождения, не желала иметь ничего общего с правительством. Интеллигенция нашла своё призвание в том, что стала носителем идеологии преобразования, она должна была направлять будущее народа».

Примечательно, что российская энциклопедия получила высокие международные оценки сразу после выхода в свет. В 11-м издании Британской энциклопедии (1910-11 гг.), которое традиционно оценивается как наиболее удачное издание энциклопедии на английском языке, сказано следующее: «Русская энциклопедия начата в 1890 г. как русская версия Лексикона Брокгауза, но с самых первых томов она стала монументальной энциклопедией и действительно неисчерпаемым источником информации обо всем русском». Эта оценка тем более ценна, что в нынешней версии Wikipedia российская энциклопедия представлена только как контрпроект по отношению к 11-му изданию Британской энциклопедии. Это не соответствует действительности хотя бы уже потому, что английское издание выходило в свет позднее. В ряде современных зарубежных изданий (в частности, в новейшей Британнике 15-го издания) акцентируется внимание том, что материалы русского Энциклопедического словаря носили компилятивный и вторичный характер, что можно признать справедливым только применительно к самым первым томам.

Находящиеся в научном обороте данные о составе творческого коллектива энциклопедии, сведения о тиражах книги, её переиздание в постсоветской России, наличие и постоянное использование комплектов в большинстве отечественных и зарубежных библиотек, превращение названия издательства «Брокгауз и Ефрон» в устойчивую лексему, ассоциируемую с объективностью и полнотой подачи материала, позволяют сделать вывод о том, что это издание является более ста лет сильным и действенным инструментом в межкультурной коммуникации. Изученная нами история создания, передачи, использования, хранения универсальной национальной энциклопедии в России и за рубежом позволяет сделать вывод о том, что этот энциклопедический труд должен рассматриваться как крупное общественное явление, выходящее за рамки исключительно академической истории научной мысли, один из самых ценных книжных продуктов.







Сейчас читают про: