double arrow

Объективный биологический метод» изучения поведения животных в трудах В. А. Вагнера


Владимир Александрович Вагнер (1849—1934) внес большой вклад в сравнительное изучение природы инстинктов и разработку самой методологии «биопсихологических», по его терминологии, исследо­ваний. Хорошо известны, например, его работы о «строительном» поведении десятков видов пауков, городской ласточки и других жи­вотных. Эти работы принесли Вагнеру большую известность как есте­ствоиспытателю. Он был также блестящим лектором и педагогом.

В докторской диссертации «Биологический метод в зоопсихоло­гии» (1902; см. 1997) Вагнер сделал первую сводку своих работ по психологии животных. Он подчеркивал огромное значение зоопсихо­логии в поиске путей эволюции психических способностей в живот­ном мире — эволюции, которая приводит в конце концов к понима­нию генезиса нашего собственного «Я». «Объективный биологичес­кий метод» Вагнера отвергал изучение психики человека как пути к пониманию психики животных. Основные идеи диссертации были за­тем развиты в работе «Биологические основания сравнительного ме­тода», где ученый анализировал специальные методологические под­ходы к предмету исследования:




* филогенетический подход, в соответствии с которым особенно­сти инстинктов данной группы животных следует оценивать в сопоставлении с поведением видов — ближайших родственни­ков исследуемого; на основе такого сравнения можно просле­дить последовательную эволюцию инстинктов у разных групп животных;

» онтогенетический подход, в соответствии с которым происхож­дение инстинкта можно понять, анализируя его индивидуаль­ные проявления и развитие у отдельной особи; это, по его мнению, важно для понимания эволюционных изменений ин­стинктивного поведения.

В. А. Вагнер был одним из первых русских ученых, пытавшихся анализировать проблему индивидуально-приобретенного поведе­ния и его роль в жизнедеятельности животных. Согласно традици­ям своего времени он называл его «разумом», включая в это по­нятие результаты научения, накопление опыта в форме ассоциа­ций и подражание.

Вагнер отмечал, что, поскольку индивидуально-приобретенное поведение всегда связано с биологически важными ситуациями, про­вести границу между ним и врожденным поведением трудно, но в этом могут помочь предложенные им критерии (Вагнер, 1997):

* анатомо-физиологический;

* онтогенетический;

* биопсихологический.

Однако применение анатомо-физиологического критерия сразу же привело самого автора к ошибочному заключению. Он утверждал, что «разумные» способности есть только у животных, обладающих корой, хотя уже в то время были известны многочисленные факты успешно­го обучения разных видов беспозвоночных животных. Способность к обучению позвоночных со слабо развитой корой также свидетельству­ет об ограниченности подобного критерия. Возможно, что именно здесь лежат истоки бытовавшего вплоть до недавнего времени пред­ставления о том, что у птиц преобладают инстинктивные формы по­ведения, а способность к обучению ограничена, поскольку у них прак­тически отсутствует новая кора.



Онтогенетический критерий предполагает, что развития инстинк­тов, как такового, не происходит. Инстинкты, по Вагнеру, имеют последовательные возрастные стадии, которые сменяют друг друга, тогда как «разумные» способности развиваются постепенно.

Биопсихологический критерий оценивает возможность животного выбирать, какое из действий совершить: «разумные действия» отож­дествляются с таким выбором (в противоположность жесткости ин­стинктивных движений). Кроме того, в отличие от инстинкта, «разум­ные» действия могут быть очень сложными и осуществляться доста­точно редко. Следует отметить, однако, что этот критерий нельзя считать удачным, потому что (как уже было известно в начале XX ве­ка и хорошо известно сейчас) многие инстинктивные действия отли­чаются большой сложностью, содержат много элементов, жестко со­единенных между собой, и могут осуществляться, например, всего

один раз в год, занимая совсем небольшой промежуток времени. В ка­честве примера можно привести многие эпизоды поведения птиц в период размножения.

В. А. Вагнер полностью отрицал способность животных к каким бы-то ни было проявлениям зачатков разума в прямом смысле этого слова. Он считал, что эти явления можно вполне объяснить формированием навыков. Он подробно проанализировал полученные В. Келером (гл. 4) первые экспериментальные доказательства того, что индивидуально-приспособительная деятельность животных не ограничивается только способностью к обучению и включает также элементы разумных ре­шений. Отдавая должное методам В. Келера, Вагнер, тем не менее, считал его выводы неверными (и в этом ошибался!). Столь же оши­бочной была и его оценка способности животных к обобщению по признаку сходства, обнаруженная Ладыгиной-Коте (1925) в экспе­риментах на шимпанзе (см. 5.4).



Свои выводы и общетеоретические заключения Вагнер строил на основе наблюдений, многие из которых были поистине замечатель­ными Однако он не был экспериментатором, и это, возможно, опре­делило характер многих его выводов. В. А. Вагнер отказывал животным в наличии у них зачатков разума, он также считал, что способность к научению как таковая не является особой формой поведения. Сооб­щества социальных насекомых, в частности шмелей, он рассматри­вал как специальную форму симбиоза (!). Это, как мы знаем, также не соответствует действительности, и уже в то время социальная струк­тура сообществ перепончатокрылых была известна.

в Работы Вагнера оказали существенное влияние на развитие j отечественной науки о поведении. Введенный им «.объективный U биологический метод» был воспринят и получил широкое приме-С нение в работах отечественных зоопсихологов.

Этот метод использовали Н. Н. Ладыгина-Коте (1935; 1959), Н. Ю. Войтонис (1949), Н. Ф. Левыкина (1947), Н. А. Тих (1955; 1970), Г. 3. Рогинский (1948), С. Л. Новоселова (1997), К. Э. Фабри (1976). Эти ученые изучали психику человекообразных обезьян с точки зрения биологических предпосылок антропогенеза, возникновения и разви­тия человеческого сознания (см.: Фабри, 1976; 1993) Объектами их исследований были манипуляционная активность и орудийная дея­тельность, сложные навыки и интеллект, стадное поведение обезьян как предпосылка зарождения социальности и языка человека.







Сейчас читают про: