double arrow
ФЛАГ-ОФИЦЕРАМ, КАПИТАНАМ И КОМАНДИРАМ КОРАБЛЕЙ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА, КОИМ СИЕ БУДЕТ ПРЕДЪЯВЛЕНО 13 страница

В 8 часов по пеленгу W заметили землю, очевидно, остров. К этому времени самая юго-западная часть земли была на SW.

В 9 часов к нам подошли пять каноэ, в одном из них было более 40 вооруженных человек. По их поведению поняли, что они явились не с дружественными намерениями. Я был в это время очень занят и не имел возможности находиться на палубе, чтобы наблюдать за их действиями, поэтому приказал выстрелить картечью с перелетом. Это заставило пришельцев немного отступить, а затем снова собраться вместе не то с тем, чтобы посоветоваться о дальнейших действиях, не то для того, чтобы осмотреться. Приказал выстрелить из пушек в воздух. Туземцы так испугались, что, как я полагаю, только тогда почувствовали себя в безопасности, когда достигли берега.

Мы назвали мыс, недалеко от которого произошло это столкновение, Ранавэй [мыс Отступления]; он находится на 37°32' ю.ш. и 181°50' з.д., в 17—18 лигах к западу от мыса Ист-Кейп. В 4 лигах к востоку от него лежит залив, которому я дал имя Хикса — лейтенанта, который первым заметил этот залив.

Среда, 1 ноября. Шли вдоль берега при небольшом ветре переменного направления, видели много обработанных полей. Земля здесь разбита на равные огороженные участки — верное доказательство, что почва плодородна, а местность густо заселена. Несколько каноэ отошли от берега, но к нам не приблизились.

В 8 часов легли в дрейф в 3 милях от берега. Земля, усмотренная нами вчера на W и вновь показавшаяся сегодня, оказалась островом. Он от нас на SW, в 8 лигах. Я назвал его островом Уайт.




В 5 часов утра шли вдоль берега на SW при слабом ветре от OSО и облачной погоде. В 8 часов заметили 40—50 каноэ. Несколько из них подошли к самому борту, и туземцы предложили нам омаров, моллюсков и двух морских угрей. Их примеру последовали и другие, но ничего, кроме моллюсков, [209]нам предложено не было. Туземцы считали должным отдавать нам лишь малую часть того, что у них было, полагая, что они вправе взять все, что мы им вручили, ничего не давая взамен. В конце концов они похитили полотно, висевшее на борту, и не пожелали возвратить его, несмотря на наши требования. Тогда я выстрелил из мушкета, затем из другого, заряженного дробью, но они не испугались, только немного отступили и стали махать веслами в нашу сторону. Я выстрелил еще раз, пуля ушла в воду недалеко от каноэ, и туземцы лишь тогда решили с большей пользой употребить свои весла, но затем, считая себя в безопасности, собрались вместе и опять стали грозить нам.



Я немного повернул судно, пришлось пустить в действие четырехфунтовую пушку; туземцы после этого убрались восвояси, а мы продолжали идти вдоль берега при слабом ветре от OSO. В полдень широта 37°45' S, пеленг острова Уайт NW 29°, в 8 лигах от нас.

Четверг, 2-е. Слабый ветер от NW с переходом на OSO, ясно. В 2 часа дня заметили довольно высокий остров, лежащий к W от нас, а в 5 часов утра к западу от него еще острова и скалы. Держали круто к ветру, чтобы обойти рифы, но убедившись, что не сможем сделать этого до темноты, приспустились по ветру и прошли между рифами и берегом. В 7 часов приблизились к первому острову, откуда к нам направилось большое двойное каноэ, набитое до отказа туземцами. Это было первое судно подобного рода, с которым мы здесь встретились. Туземцы оставались у корабля, пока не стемнело, затем ушли, швырнув предварительно в нас несколько камней.

От них мы узнали, что этот остров называется Моутохора (местное название Мотухора, современное — Уэйл]. В окружности он невелик, но высокий и лежит в 6 милях от суши. К югу от него на глубине 14 саженей есть якорная стоянка. К SWtS от острова на материке и, видимо, недалеко от моря возвышается круглая гора, которую я назвал Маунт-Эджкамб; она расположена в центре большой равнины и сразу же бросается в глаза. Широта 37°59' S. Долгота 183°07' W.

Держась к западу, заметили, что глубина постепенно уменьшалась от 17 до 10 саженей. Еще до наступления темноты недалеко от нас показались небольшие островки и рифы. Сперва я решил, пройдя их, на ночь лечь в дрейф, но затем счел более разумным лавировать до утра у острова Моутохора, где, как я знал, не было опасных мест.

Мы поступили правильно, ибо утром, отойдя на запад, обнаружили впереди нас рифы — подводные и возвышающиеся над поверхностью. Они лежали в 1,5 лигах от острова [210]Моутохора, в 9 милях от земли, к NNO от горы Эджкамб. Прошли между рифами и берегом; глубины от 7 до 10 саженей.

Двойное каноэ, которое подходило к нам вчера вечером, весь день шло под парусом за нами, держась на траверзе корабля. В течение часа с туземцами разговаривал Тупиа, но под конец они стали бросать в судно камни и удалились только тогда, когда в них выстрелили из мушкета.

В 10.30 прошли между низким равнинным островом и берегом; расстояние между ними 4 мили, глубина 10, 12 и 15 саженей. В полдень пеленги острова были от NO до OtN1/2O, в 5—6 милях от нас; обсервованная широта 37°39' S, долгота 183°30' W. Берег земли лежит между замеченным нами равнинным островом и Моутохорой. Последний находится в 10 лигах отсюда; он умеренной высоты, ровный, почти безлесный, с множеством возделанных полей и селений; они расположены на возвышенностях близ моря и защищены со стороны суши валом и рвом, окружены со всех сторон частоколом, кроме того, в некоторых из них возведены укрепления. Еще раньше кое-где на побережье мы видели небольшие обнесенные частоколом сооружения, построенные на возвышенностях и склонах холмов; Тупиа пояснил нам, что это марае, или места поклонения богам 94. Мне, однако, кажется, что эти сооружения возведены скорее для защиты поселений от врагов: некоторые из них, по-видимому, построены весьма неплохо и приспособлены для этой цели.

Пятница, 3-е. Днем очень крепкие ветры от NOtO, мгла. В 2 часа прошли небольшой холмистый остров [Карева], лежащий в 4 милях от высокого круглого утеса на материке [Маунт-Маунгану]. От него берег тянется на NW насколько хватает глаз и кажется изрезанным и холмистым. Так как над сушей стояла густая мгла и дул свежий ветер, держались круто к ветру на самый наветренный видимый нам остров, лежащий в 6—7 лигах на NNO. Ночь провели близ него при свежем ветре от NO и NOtO, мгле и дожде; назвал его Майор. В 7 часов утра он был на SO 47°, в 6 лигах, а группа маленьких островков и скал на NtO1/2N, в 1 лиге от нас. Дул слабый ветер, погода ясная.

Группу островков и скал назвали Корт-оф-Олдермен [Совет Старейшин], они раскинулись во все стороны на пространстве в пол-лиги и расположены в 5 лигах от берега. Между ними и прочими островами лежат скалы, большей частью обнаженные и очень сходные между собой по виду, некоторые чрезвычайно малы в окружности, но вздымаются на значительную высоту. Острова лежат на 36°57', ю.ш., некоторые из них обитаемы.

В полдень они были на SO 60°, в 3—4 лигах, а скала, напоминающая замок и лежащая недалеко от берега, — на NW [211]40°, в 1 лиге от нас. Обсервованная широта 36°58' S. Курс со вчерашнего полудня NNW1/2W, прошли около 20 лиг. Глубина 28 саженей, кругом множество островков к скал. Берег изрезанный, холмистый и обнаженный, не видно ни полей, ни чего-либо другого, указывающего на то, что местность эта густо населена.

Суббота, 4-е. Днем и вечером слабый ветер от ONO, ясная погода, к утру свежий ветер от NNW; туман, дождь. В час дня от берега к кораблю направились три каноэ. Покружив вокруг, туземцы метнули в нас два копья; одно попало в нашего человека как раз в тот момент, когда тот собирался бросить пришельцам канат, полагая, что они поднимутся на борт, другое ударило в борт. Выстрелив из мушкета, мы отогнали туземцев прочь. Все каноэ сделаны из цельных древесных стволов и лишены каких бы то ни было украшений; люди, сидевшие в них, были почти совершенно обнажены.

В 2 часа дня заметили вход в залив или бухту, поспешили туда, чтобы стать на якорь. Глубина постепенно уменьшалась с 41 до 9 саженей; в это время были в полутора милях от высокой башневидной скалы, близ южной точки залива. Скала и самый северный остров из группы Корт-оф-Олдермен по пеленгу SO 61°.

В 7.30 отдали якорь на глубине 7 саженей у южного входа в залив. За нами шло несколько каноэ, они оставались у корабля до наступления темноты. Прежде чем отправиться обратно, туземцы благородно предупредили, что нападут на нас утром. Правда, некоторые нанесли нам визит уже ночью, очевидно полагая, что все будут спать; однако убедившись в своей ошибке, ушли.

Причиной моей остановки здесь была надежда найти хорошую бухту. Кроме того, я хочу 9 числа наблюдать прохождение Меркурия, которое здесь отчетливо будет видно, если выпадет ясный день. В таком случае нам удастся более точно определить долготу этого места.

Между 5 и 6 утра со всех концов острова к нам подошли каноэ; в них было около 130 или 140 человек. По всем признакам, они прибыли сюда, чтобы атаковать нас, ибо были вооружены с ног до головы. Однако туземцы не решились напасть на нас, и, пробыв около трех часов близ корабля, торгуясь с нами и пытаясь сыграть какую-либо шутку, они ушли, но не раньше, чем мы выстрелили из нескольких мушкетов и большой пушки. Стреляли мы, совершенно не думая причинять им зло, а просто чтобы показать, каким оружием мы располагаем и как можем ответить на любое нападение. Любопытно, что туземцы не обратили почти никакого внимания на стрельбу из мушкетов, хотя одна из пуль пробила каноэ, что же касается пушки, [212] то не знаю, какой она произвела эффект, ибо выстрел был дан, когда каноэ уже отошли далеко.

В 10 часов погода немного прояснилась, и мы отправились на двух шлюпках измерить глубину залива и поискать более удобную якорную стоянку; в одной из шлюпок был штурман, в другой я. Вначале мы пошли к северной части побережья, откуда навстречу нам вышло несколько каноэ, но когда мы приблизились, туземцы отступили к берегу, приглашая нас следовать за ними. Видя, что они все вооружены, я счел неблагоразумным принять их приглашение, поэтому, поторговав с ними прямо из шлюпок, мы отправились дальше к входу в залив.

На возвышенности я заметил укрепление, но смог разглядеть только часть сооружений. Поскольку я намерен ознакомиться с ними поближе, не буду здесь останавливаться на их описании. Выбрав стоянку неподалеку от того места, где мы отдали якорь, я вернулся на борт.

Воскресенье, 5-е. Ветры от NNW, туман, ночью дождь. В 4 часа дня снялись с якоря и приблизились к южному берегу, бросили якорь на глубине 4,5 саженей; дно мелкое, песчаное. Южная оконечность залива на востоке в одной миле от нас, а река (куда при низкой воде могут входить шлюпки) на SSO, в полутора милях.

Утром к кораблю приблизились туземцы, но вели себя совсем не так, как вчера, торговля с ними (сделки были не очень велики) велась на истинно дружественных началах. Двое туземцев поднялись на борт, и каждому я подарил по куску английской ткани и несколько гвоздей. После ухода гостей мы на катере и баркасе отправились к реке, захватив с собой невод. Штурмана я послал на яле измерить глубину залива и наловить сеткой рыбы. Невод забрасывали несколько раз, но удалось поймать лишь несколько голавлей. Около полудня вернулись на борт.

Понедельник, 6-е. Умеренный ветер от NNW, туман, ночью дождь. Днем отправились с неводом в другую часть залива, но поймали еще меньше, чем вчера, штурману же при помощи сетки удалось вытащить не больше полведра раковин. Туземцы доставили к кораблю и продавали экипажу маленьких гребенок, двухстворчатых раковин и моллюсков; множество таких раковин можно увидеть здесь на песчаных берегах реки.

Утром послал в залив нескольких человек на баркасе с неводом на рыбную ловлю, офицера с группой матросов на заготовку дров, но ни одно из предприятий не увенчалось успехом. Туземцы в некоторой степени возместили нам неудачу, доставив несколько ведер сушеной и выпотрошенной рыбы, правда не из лучшей, но я приказал купить все, чтобы поощрить торговлю. [213]

Вторник, 7-е. В первой половине суток ясная погод я, умеренный ветер, к ночи — свежий, северный, слякоть, туман, дождь. Днем баркас доставил на борт воду. Улов сегодня очень скромный. Здесь очень много сельдерея; каждый день, как обычно, варим его для экипажа.

Среда, 8-е. Днем свежий ветер от NNW, туман, дождливая погода, к вечеру легкий ветер от WSW, ясная погода. Утром креновали корабль и чистили оба борта. Послал на берег группу матросов нарубить леса и набрать еще воды. Туземцы привезли и обменяли нам на небольшие куски ткани такое количество рыбы, что ее хватило на весь экипаж. Рыба эта похожа на .макрель и вкуснее, чем любая из тех, что нам доводилось есть раньше. В полдень квадрантом определили зенитное расстояние солнца на меридиане, что позволило определить широту — 36°47'43" S. Наблюдения велись на реке, недалеко от южного входа в залив.

Четверг, 9-е. Легкий ветер переменного направления, ясная погода. Как только рассвело, появились туземцы с макрелью и привезли ее так много, что мы не знали, что с ней делать. Несмотря на это, я приказал закупить все, чтобы поощрить их к такого рода торговле.

В 8 часов м-р Грин и я с инструментами сошли на берег, чтобы наблюдать за прохождением Меркурия, которое должно было произойти в 7 часов 20 минут 58 секунд истинного местного времени, но только м-ру Грину удалось провести наблюдения 95. В то же время я измерил высоту солнца для определения истинного времени. Результаты определений следующие:

М-р Грин Внутреннее касание 12 час. 8'58" После полудня
Внешнее касание 12 час. 9'55"
Я Внутреннее касание 12 час. 8'45"
Внешнее касание 12 час. 9'43"

В полдень обсервованная шпрота была 36°48'28" S. Таким образом, среднее значение широты места наблюдения по сегодняшним и вчерашним наблюдениям 36°48'5 1/2"S, склонение 11°9' О.

Пока мы проводили наши наблюдения, пять каноэ (два больших и три маленьких) подошли к борту. В одном было около 50 человек, в других поменьше. Этих туземцев мы ранее не видели: судя по всему, они пришли сюда не с дружественными намерениями. Все были вооружены до зубов копьями, дротиками, камнями и т.п. Однако они не предпринимали никаких [214]враждебных действии, возможно их соплеменники, торговавшие в это время у борта рыбой, предупредили их, с кем они имеют дело. Тогда вновь прибывшие вплотную подошли к борту и стали продавать экипажу кое-что из своего вооружения, а один туземец предложил даже хаахоу [накидку]. Лейтенант Гор, бывший в это время вахтенным начальником, послал в каноэ кусок ткани. Туземец согласился взять его в обмен на свой хаахоу,но как только материя очутилась у него в руках, он не пожелал расстаться со своей собственностью и оттолкнул каноэ от корабля, а затем стал с угрозами махать в нашу сторону веслами. М-р Гор выстрелил в него из мушкета и, как выяснилось позже, убил туземца. Вскоре все остальные ушли.

Я описал этот случай со слов м-ра Гора и должен признаться, что сам не одобрил его, считая, что наказание было слишком суровым для такого незначительного проступка. Мы достаточно долго были среди этих людей, чтобы узнать, как следует их наказывать за подобные пустячные провинности, не отнимая у них жизнь 96.

Пятница, 10-е. Днем слабые ветры переменного направления; к вечеру сильный ветер от ONO, туман. Утром я в сопровождении м-ра Бенкса и других джентльменов на двух шлюпках отправился к реке, впадающей в залив, чтобы осмотреть ее. Около корабля не было видно ни одного туземца, полагаю, из-за плохой погоды.

Суббота, 11-е. Очень крепкий ветер от ONO, облачная туманная погода с дождем.

Между 7 и 8 вечера вернулся с реки, пройдя 4—5 миль вверх по течению; могли бы продвинуться еще дальше, если бы благоприятствовала погода. Я высадился на восточном берегу и поднялся на возвышенность, откуда видел (или по крайней мере мне казалось, что я вижу) верховье реки. Она распадается на рукава, где имеется несколько очень низких плоских островов, поросших мангровыми деревьями; по обеим сторонам реки берег покрыт мангровыми зарослями.

На песчаных берегах множество гребенок, двухстворок, а кое-где попадались и устрицы. Здесь очень много диких птиц-бакланов, кроншнепов, уток и черных птиц величиной с ворону, с длинным острым клювом красновато-желтого цвета. В реке водится рыба, но какая она — не знаю.

Местность, особенно на восточном берегу, пустынная и большей частью безлесная, не заметил здесь и каких-либо иных признаков плодородия, но на западном берегу природа, видимо, богаче, местами виднеется лес. Мы встретили нескольких туземцев и видели их множество. Вдали в глубине страны заметали дым; однако нигде близ берегов залива не заметно каких бы то ни было следов обработки почвы. Местные жители, [215]должно быть, питаются лишь раковинами, рыбой и корнями папоротника, которые они едят как хлеб. В устье реки, в 2—3 милях вверх по течению на глубине 4—5 саженей имеются очень надежные и хорошие якорные стоянки и удобные места для кренгования корабля, так как при полнолунии вода поднимается на 7 футов. Я не знаю, есть ли у реки сколько-нибудь значительные притоки в глубине страны, однако в нее впадает несколько небольших ручейков, берущих начало на соседних холмах.

Несколько выше устья, на восточном берегу, на высоком мысе или полуострове, сохранились развалины какого-то укрепленного пункта. Самый опытный европейский инженер не мог бы избрать лучшего местоположения — здесь горсть людей может обороняться от значительно более сильного противника; сооружение это неприступно не только благодаря удачному расположению, но также, и даже в большей степени, благодаря искусству его строителей.

Оно доступно только со стороны суши, да и оттуда защищено валом и рвом, причем от вершины вала до дна рва около 22 футов, глубина же последнего достигает 14 футов, ширина пропорциональна глубине.

На валу установлен ряд заостренных кольев, а другой размещен с внешней стороны рва. Колья эти глубоко вбиты в землю, а верхняя, скошенная часть нависает над канавой. Это укрепление было сожжено, возможно, противником, захватившим его. У туземцев, обитающих на этой стороне залива, по-видимому, нет постоянных жилищ, они спят под открытым небом, под деревьями или небольшими временными навесами. По всем признакам, население другого берега живет лучше, но у них мы не были.

Утром шел дождь, и так как была слякоть, я думал, что туземцы не принесут рыбы. Однако, полагая, что кто-либо все же появится на берегу, я послал шлюпку с товарами. Около полудня она вернулась, нагруженная устрицами, которые удалось достать у островитян, собиравших их на реке, прямо против нашей стоянки. Рыбы у туземцев наши люди не приметили.

Воскресенье, 12-е. Днем штормовой ветер от NO, туман, дождливая погода; утром свежий ветер от NW, ясно. Приняли на борт воду, после этого послал баркас к реке за устрицами. Сам с м-ром Бенксом и д-ром Соландером на катере и яле направился к северному берегу залива, чтобы осмотреть окрестности и укрепление, возвышающееся там. Мы высадились в миле от него и по дороге встретили местных жителей, которые, выражая истинное дружеское расположение, проводили нас к крепости и показали ее. [216]

Крепость стоит на высоком мысу, на северном берегу, близ входа в залив. В некоторых местах укрепление совершенно неприступно, в других очень трудно добраться до него. Более или менее уязвима лишь сторона, обращенная к узкой холмистой гряде. Здесь сооружение защищено двойным рвом, валом и двумя рядами кольев. Внутренний ряд кольев проходит повалу но не у самого верхнего его края, поэтому люди могут передвигаться между кольями и рвом. Внешний ряд кольев расположен между двумя рвами, нависает над внутренним рвом, глубина которого от верха вала до дна 24 фута.

Сразу же за внутренним частоколом расположена площадка высотой 30, длиной 40 и шириной 6 футов, на крепких столбах; с нее кидают дротики в нападающих. Справа от площадки в нескольких шагах имеется другая платформа такой же формы и величины; находится она также за внутренним частоколом и построена с той же целью, то есть для того, чтобы бросать камни и дротики в противников, поднимающихся на холм. Ее можно использовать и для защиты небольших внешних сооружений и строений, находящихся за пределами крепости, на том же склоне холма. Эти внешние сооружения не были форпостами — в них жили туземцы, которым не хватало места внутри форта. Помимо укреплений, описанных выше, поселение обнесено со стороны суши рядом крепких кольев, которые располагаются по склону холма. Площадь, на которой расположено поселение, неровная, но туземцы разделили ее на маленькие участки и выровняли их; террасы образуют амфитеатр, и каждая из них обнесена частоколом. Участки соединены друг с другом узкими проходами или маленькими калитками, которые можно легко закрыть, так что если противнику удастся проникнуть за внешний ряд кольев, он встретит внутренний частокол. Взять селение можно, лишь преодолев одну за другой все эти преграды. Главный путь к укреплениям проходит по самому крутому склону холма; проход этот узкий, длиной 12 футов, расположен он под одной из площадок; я не заметил ни двери, ни ворот, но и без них вход можно быстро загородить.

Одним словом, я считаю, что это очень сильная и удачно расположенная крепость, в которой горсть смелых вооруженных людей может в течение долгого времени выдержать осаду превосходящих сил противника. Все, казалось, было здесь подготовлено для длительной защиты — большие запасы корней папоротника, сушеной рыбы. Правда, свежую воду можно достать только из ручья, протекающего как раз у подножия холма. Так, я думаю, туземцы и поступали, а хранили они воду во время осады в тыквенных бутылях (gourds).

Внизу у самого мыса, на котором стоит крепость, видны две скалы, одна из них отдалена от берега, другая примыкает [217] к нему. Обе они невелики и скорее кажутся пристанищем для птиц, чем для людей. Все же там есть жилые постройки и укрепления. В миле к востоку от них мы заметили еще группу укрепленных скал, связанную с берегом узкой полоской суши, на которой располагается небольшое туземное поселение.

Во всех частях побережья, на островках, скалах и склонах холмов мы встречали много таких сооружений и, кроме того, немало укрепленных селений, по всем признакам, более обширных, чем то, которое я описал. Судя по этому, думается, что туземцам приходится вести частые и долгие войны и они, видимо, основательно привыкли к ним, иначе не создавали бы таких сильных укреплений, сооружение которых потребовало огромного труда при тех деревянных и каменных орудиях, которыми они располагали 97.

Удивительно, что у столь воинственных людей, какими несомненно являются туземцы, нет луков, стрел, пращей и т.п., которые не так трудно смастерить и которые можно встретить в любой части земного шара. Они применяют в бою копья или пики около 5 футов длиной. У некоторых копий наконечники подобны лезвию алебарды, у других же круглые или острые, причем противоположный конец широкий, напоминающий лопасть весла. Существует и другой вид копья, около 4 1/2 футов длиной, одному его концу придана форма секиры, а другой заострен.

Видели мы и дубинки из дерева, кости или камня, которые-туземцы называют патту-патту. Деревянным патту-патту придают различные формы; среди костяных и каменных нам встречалась только одна форма: круглая ручка, широкая лопасть, толстая посередине и суживающаяся к краю. Ими туземцы разбивают головы и добивают раненых. Во время боя они швыряют камни и дротики; последние длиной в 10—12 футов, делаются они из твердого дерева и снабжены зазубренными наконечниками. С большой ловкостью обращаются местные жители со своим оружием, особенно с длинными пиками или копьями. У нас, если исключить мушкеты, нет оружия, равного этим копьям 98.

Понедельник, 13-е. Днем слабые ветры от NW, ясная погода. Около 5 часов, познакомившись с местностью и нагрузив обе шлюпки сельдереем, которого близ берега очень много, вернулись на борт; в это время с реки пришел баркас, доверху нагруженный устрицами.

Если позволит ветер и погода, утром выйдем в море. Ночью ветер от SO, весь день дождливая погода, слякоть, туман. Нечего было и думать об отплытии. Находясь в хорошей бухте, я чувствовал себя великолепно.

Семюэль Джонс, в прошлую субботу заключенный под стражу за отказ выйти на палубу по команде «все наверх» [218]и за неподчинение приказам офицеров, утром был наказан 12 ударами плети и снова водворен под стражу.

Вторник, 14-е. Очень крепкий восточный ветер, слякоть, дождливая погода.

Среда, 15-е. Вечером вышел на катере и высадился на одном из островов, лежащем недалеко от южного входа в залив, чтобы взглянуть, нет ли здесь подводных скал или каких-либо иных препятствий; в это время на море было сильное волнение.

Остров, на котором мы высадились, очень невелик, все же на нем имеется селение, жители которого приняли нас радушно. Эта маленькая туземная деревня разбита на прямоугольные участки, каждый из них обнесен частоколом. На острове нет пресной воды, доступен он с одной лишь стороны, и я заключил, что они избрали его лишь в силу его выгодной позиции.

В 7 часов утра подняли якорь и с легким ветром от W при ясной погоде вышли из залива, взяв курс на NO, к самой северной группе островов, лежащих близ северного мыса. Эти острова различной величины и простираются параллельно материку на NW насколько хватает глаз. Вначале я опасался подходить к ним, полагая, что там нет надежного прохода, но затем передумал и решился бы на это, но ветер от NW помешал нам; были вынуждены взять мористее.

В полдень находились в широте 36°46' S. Пеленг самого северного острова, о котором упоминалось выше, был 14, в полулиге от нас; острова Корт-оф-Олдермен были на SOtS, в 6 лигах, а залив, где мы стояли и который я назвал в память наблюдений, произведенных здесь, Меркьюри на SWtW, в 6 милях от нас.

Бухта Меркьюри находится на 36°47' ю.ш. и 184°4' з.д. и простирается на SW, на 2—3 лиги. К северу и югу от нее лежит несколько островов, а в центре прохода, ведущего в залив, находится высокий остров или скала; вблизи него глубина не превышает 8—9 саженей. Лучшая якорная стоянка находится в песчаной бухте, лежащей как раз у южного мыса (глубина 4—5 саженей), между ним и скалистым башневидным островком. Здесь есть удобные места для заготовки дров и пополнения запасов воды, а река изобилует маленькими устрицами и раковинами. Это, пожалуй, единственная достопримечательность реки, поэтому я назвал ее Ойстер-Ривер (река Устриц) [Пуранги].

Самая удобная и надежная стоянка находится в устье другой реки, в глубине залива; здесь имеется все необходимое. Входя в реку, на всем протяжении пути следует держаться южного берега. Мы не знаем местного названия реки, поэтому [219]я назвал ее Ривер-оф-Мангровс (Мангровой рекой) [местное название Витианга] из-за огромного количества мангровых деревьев, растущих по берегам. Юго-восточный берег реки и бухты пустынный, бесплодный, только кое-где попадается папоротник и другие растения, довольствующиеся столь скудной почвой. Северо-западный берег покрыт лесом, почва здесь более плодородна и могла бы производить все необходимое для жизни, если ее обрабатывать.

Однако эта местность не так богата, как земли, которые мы видели на юге; то же самое можно сказать и об ее многочисленных обитателях, которые куда беднее других своих соплеменников; они не обрабатывают поля, и единственный их вид питания — корни папоротника и рыба. Их каноэ грубы, без всяких украшений; жилища построены кое-как, то же можно сказать о любой принадлежащей им вещи. Возможно, в этом повинны частые войны, которые, несомненно, приходится вести туземцам; убедительные тому доказательства мы видели воочию. Местные жители, располагающиеся поблизости от того места, где мы заготовляли дрова, спали под открытым небом. Они укладывались так, чтобы в любой момент отразить внезапное нападение врага. Туземцы не подчиняются Тирату, здешнему эри-де-хи, заявляя, что он уничтожит их, если будет царствовать здесь 99. Кроме того, они подтвердили, что у них действительно существует обычай поедать своих врагов, так что можно больше не сомневаться в этом. Еще раньше я заметил, что у многих здешних обитателей нет постоянного местожительства. Позже мы узнали, что у них есть укрепленные форты, или хиппа, где они укрываются в минуту опасности.

На берегу нашли немного железистого песка 100, который приносят сюда небольшие ручейки. Очевидно, неподалеку в глубине страны должна быть руда. Но туземцам не известно, как используется железо, они не знают цену ему, предпочитая гвоздю или другому железному орудию любую безделушку. Перед тем как покинуть залив, мы вырезали на одном из деревьев близ источника название корабля и дату, вывесили британский флаг, и я от имени Его Величества вступил в формальное владение этой местностью.

Четверг, 16-е. Свежий ветер от NW до SW, хорошая погода. В час дня, находясь близ группы островов [острова Д’Оссе], лежащих у северного входа в бухту Меркьюри, весь день держались круто к ветру и шли на север, чтобы подойти к материку, крайнюю северо-западную оконечность которого мы видели в полдень. Пришлось идти между вышеупомянутыми островами и другими, лежащими на WtN, в 6—8 лигах от нас. Обсервованная широта 36°33' S. [220]

Примечание. Я забыл упомянуть, что из мангровых деревьев получают вещество, очень похожее на смолу. Мне говорили, что нечто подобное добывают в Ост- и Вест-Индии. Впервые мы обнаружили небольшие комочки смолы на морском берегу, а затем на коре мангровых, деревьев; так мы определили откуда эта смола взялась 101.






Сейчас читают про: