double arrow

А. Интеллектуальное искажение источника

Интеллектуальное искажение подлинного исторического источника производится в том случае, когда он исправляется или сокращается таким образом, чтобы дополнить реально отраженные в нем факты прошлого не существовавшими деталями или же изменить его действительный смысл.

Неполная аутентичность источника представляет собой сокращение текста письменного источника, которое меняет смысл его содержания, делает его фальсифицированным и приводит к катастрофическим в мировом масштабе последствиям. Примером может служить т. н. «эмская депеша».

Например, к концу 60-х годов ХIХ в. империя Наполеона III искала повод к «удачной» войне, которая укрепила бы позиции императора. В широких кругах Франции росло недовольство политикой Бонапарта, которая выразилась в проведении репрессий, подавлении оппозиции, введении жесткой цензуры, преследований за убеждения, вмешательстве в учебный процесс на всех уровнях, попытке регулирования идеологии в области художественной литературы, в предоставлении полиции чрезмерных полномочий. Повод к войне скоро нашелся.

В 1867 г. произошло объединение северогерманских государств в союз во главе с прусским королем Вильгельмом I и заключение им военного соглашения с южно-германскими государствами, которые подготовил своей политикой прусский канцлер 0. Бисмарк.

Переоценивавший военную мощь Франции ее император в начале июля 1870 г. выразил протест против избрания на испанский престол представителя боковой линии прусской правящей династии Гогенцоллернов Леопольда. Наполеон III сослался на то, что этим создается угроза французской безопасности с востока и юга.




Этот протест был на руку 0. Бисмарку. Тот тоже стремился развязать войну, рассчитывая в случае успеха, в котором он был уверен, объединить Германию под прусским правлением. Если бы Пруссия стала жертвой агрессии, это обеспечивало бы в предстоящей войне нейтралитет России, которая была недовольна предшествовавшей экспансионистской политикой Франции. Оставалось ожидать дальнейшего развития событий.

Вопреки дипломатическому порядку французский посол в Пруссии В. Бенедетти был направлен в курортный городок Эмс, в котором тогда находился на лечении прусский король. Монарху было настойчиво предложено, чтобы тот заставил своего дальнего родственника отказаться от испанского престола. Король Пруссии очутился в трудной с точки зрения престижа ситуации. Он ответил уклончиво. Тем не менее, Вильгельм I порекомендовал Леопольду отказаться от короны, что тот незамедлительно и сделал.



В Париже сочли это недостаточным. Вильгельму I было предъявлено новое, явно провокационное требование, чтобы тот обязался в будущем не давать согласия на то, чтобы Гогенцоллерны выдвигали свою кандидатуру на испанский престол. Вполне естественно, что король ответил, что не вправе давать обязательства подобного рода.

Вечером того же дня В. Бенедетти потребовал письменных гарантий. Ему было отказано в просьбе. На следующий день король уезжал из Эмса и французский посол, вопреки этикету, прибыл на вокзал, где услышал от Вильгельма I, что тот считает дискуссию завершенной, но что переговоры будут продолжены в Берлине.

Соответствующая информация была переслана телеграфной депешей из Эмса 0. Бисмарку в прусскую столицу. Канцлер получил «Эмсскую депешу», обсудил с присутствовавшими при этом руководителями вооруженных сил положение дел и внимательно перечитал текст телеграммы.

Как 0.Бисмарк позже вспоминал, он «взял карандаш и смело зачеркнул все то место, где было сказано, что Бенедетти просил о новой аудиенции; от депеши я оставил только голову и хвост». В предназначенном для публикации депеши тексте совсем не упоминалось то, что коренным образом меняло характер события. Слова Вильгельма I о том, что переговоры будут продолжаться в Берлине в Министерстве иностранных дел, не вошли в окончательный текст. Выходило, что король указал французскому дипломату на дверь. «Это будет красный платок для галльского быка», — заявил 0.Бисмарк своим гостям, прочитав им сфальсифицированную депешу[4].

Канцлер передал этот текст для сообщения прессе. 0.Бисмарк, как и Наполеон III, получил то, к чему стремился. Война сделалась неизбежной. И правительственные, и оппозиционные депутаты парламентов Пруссии и Франции одобрили военные кредиты и объявление войны. В результате этой подделки и последовавшей за ней войны Франция потерпела поражение, а в XX веке еще два раза велись кровопролитные реваншистские войны между Францией и Германией, в которые были вовлечены многие государства мира.

И подделка источника, и интеллектуальное искажение подлинного источника рассматриваются как подлог, то есть овеществленное (материализованное) искажение истины с целью ввести кого-нибудь в заблуждение[5].

Примером меняющей смысл содержания вставки в текст может служить приписывание императору Нерону (54-68) приказа поджечь Рим. Современник событий Тацит (55-120) не обвинял императора. Он писал: «Наступает пожар, вызванный или случаем, или из-за преступления цезаря, это не ясно, потому что авторы говорят и так, и эдак об этом»[6].

Жившие позже историки Светоний (69/70-140) и Диан Кассий (II в.) обвинили Нерона в организации пожара. Казалось бы, версию вины Нерона подтверждают слова современника событий Плиния Старшего (23/24–79) в его «Естествознании», когда тот пишет о дубах, «которые росли на римском форуме до времен цезаря Нерона, который повелел сжечь Рим». При исследовании оказалось, что слова «оторый повелел сжечь Рим» были позднейшей вставкой переписчика, который был уверен в вине Нерона[7].

Подобные вставки переписчиков в копируемые ими подлинные тексты получили название «интерполяций».






Сейчас читают про: