double arrow
Уголовное право.. Уголовные постановления отличались, пожалуй, даже несколько большей жесткостью, чем то было в средневековом земском германском праве. Практически не

Уголовные постановления отличались, пожалуй, даже несколько большей жесткостью, чем то было в средневековом земском германском праве. Практически не признавались различия между умышленно и неумышленно совершенным. Оценка преступления производилась в главном по тому, что сделано и какова степень общественной опасности – безразлично, в прямом смысле или в переносном (т.е. пагубном для ценностей морали и городского общежития). По-видимому, теснота городской жизни, большая взаимозависимость горожан, жизненная необходимость строже придерживаться некоего минимума взаимоотношений и коммерческой честности стали предпосылками своеобразия уголовных санкций в городском праве. От ответственности однозначно освобождались только дети в возрасте до 12 лет – их надлежало наказывать родителям.

Уголовный закон сохранял возможность даже общественной саморасправы с преступником в случае явных и злостных преступлений: поджога, открытого убийства (подобно обыкновению, принятому в городах Северной Италии). Смертная казнь также применялась широко и в самых разнообразных видах: сожжение, повешение, самым распространенным было отсечение головы мечом. Она назначалась за колдовство, убийство, нападение на дом, повлекшее смертельный исход у хозяев, изнасилование. Наравне с объективно опасными преступлениями высшей мерой наказания охранялся установленный нравственный порядок: за двоеженство также полагалось отсечение головы. Применяли членовредительские наказания – главным образе за тяжкие телесные повреждения. Причем здесь как бы возрождался принцип символического талиона древности: за нанесение ран, увечий полагалось отсечь руку. В менее тяжких преступлениях наказание налагалось по привычному древнегерманскому праву правилу композиции – штрафа, который выплачивался строго самому потерпевшему.




Особому преследованию подвергалась кража. Охрана любого – как движимого, так и недвижимого – имущества составляла очевидную необходимость всего строя городской жизни. В отличие от феодального земского уклада и правовой культуры, городской житель в большей степени был связан со своим движимым добром, с богатством в реальном воплощении. Борьба с любыми посягательствами на имущество стала поэтому особой чертой городско права. В праве различались мелкая (на сумму менее 5 золотых гульденов) кража и значительная. За любую значительную кражу полагалось повесить вора. За мелкую – судья мог назначить наказание по своему усмотрению, в зависимости от личности или иных обстоятельств. Безусловно отягчающим обстоятельством считалась кража на пожаре. Борьба с ворами представлялась делом общественного интереса: в законах Любека специально предусматривалось вознаграждение – до 1/3 от стоимости украденного – тому, кто схватит вора или грабителя.



К тяжелым последствиям и, соответственно, наказаниям вели разного рода нарушения правил торгового оборота и коммерции. Регулирование этой правовой сферы составляло еще одну отличительную черту всего городского права. Продажа фальшивых товаров влекла безусловную их конфискацию и сожжение. Преследовались нарушения таможенных правил, рыночной торговли, установленных порядков пользования весами, мерами. Применявшиеся в торговле весы и меры должны были быть зарегистрированы в магистрате и, соответственно, помечены клеймом. Каждый торговец обязан был иметь строго собственные меру и вес и отвечал за них персонально. Даже временная передача другому своих торговых принадлежностей считалась проступком. Еще более строгим правилам подчинялось монетное дело в городах. Города, как правило, чеканили собственную монету или в качестве привилегии от сеньора, или как знак собственной самостоятельности. В обоих случаях городские законы содержали строгий перечень обязанностей денежных мастеров и даже правила о порядке обращения монеты в городах.

При всем сходстве с современным ему феодальным правом городское отличалось целым рядом важных особенностей. Оставаясь вполне сословным, городское было почти полностью светским правом, свободным от влияния канонического. Это в наибольшей степени проявилось в германском городском праве позднего средневековья, когда в одном городе зачастую сосуществовали протестантские и католические городские общины. Городское право с самого своего возникновения было исключительно писаным правом, зафиксированным в записях судебных решений или даже особо систематизированных кодексах. При этом эти кодификации складывались по собственной системе, создавая особую, отличную от римской кодификационную традицию. Взаимосвязь правил городского права с учреждениями городского самоуправления и общим статусом города и горожан (причем применительно к каждому отдельному городу) придавала этому праву своего рода конституционный характер – не только охраняя правопорядок и его стабильность, но и формируя в праве главные черты городского юридического быта.






Сейчас читают про: