double arrow

Церковная реформа

Русская православная церковь занимает значительное место в истории русского государства. Православие определило этническое самосознание русского народа в период борьбы с монголо-татарским игом, что вместе с общерусской церковной организацией и наряду с социально-экономическими факторами способствовало политическому объединению земель и созданию единого Московского государства.

В XVI-XVII вв. церковь, опираясь на государство, подавила многочисленные ереси, проникшие в высшие слои административного аппарата и имевшие достаточно широкую социальную базу. В исторической науке эта борьба рассматривалась как подавление свободомыслия, течений общественной мысли, аналогичных западной реформации. Церковная история трактует разгром ересей как защиту веры, православной самобытности русского народа и российской государственности, причем размах и жестокость борьбы с ересями в России превосходили деятельность инквизиции или протестантских церквей.

Церковь и монастыри обладали значительной экономической мощью, развитым и эффективным хозяйством, были культурными центрами. Монастыри строились часто в стратегически важных местах и имели огромное значение в обороне страны. Церковь была в состоянии выставлять до 20 тыс. ратников. Эти обстоятельства создали материальную базу для авторитета церкви (своего рода государства в государстве), который тем не менее не использовался в противостоянии светской власти.

Освященный собор как орган церковного управления принимал активное участие в работе Земских соборов. В годы Смуты патриаршество (учреждено с 1589 г.), несмотря на некоторые колебания, сыграло большую роль в борьбе с самозванцами и польско-шведской интервенцией (трагическая судьба патриарха Гермогена, гибель монахов при защите православных святынь, материальная поддержка ополчения и т. п. ). Патриарх Филарет фактически управлял Россией, являясь соправителем царя Михаила Романовича, укреплял самодержавие и новую династию, с одной стороны, и роль церкви — с другой.

В середине XVII в. начинается переориентация в отношениях между церковью и государством. Ее причины исследователями оцениваются по-разному. В исторической литературе преобладает точка зрения, согласно которой процесс становления абсолютизма вел с неизбежностью к лишению церкви ее феодальных привилегий и подчинению государству. Поводом для этого стала попытка патриарха Никона поставить духовную власть выше светской. Церковные историки отрицают такую позицию патриарха, считая Никона последовательным идеологом «симфонии власти»[2]. Инициативу в отказе от этой теории они усматривают в деятельности царской администрации и влиянии протестантских идей.

Важным фактом русской истории XVII в. был церковный раскол, явившийся результатом церковной реформы патриарха Никона.

В понимании раскола в литературе существуют две основные традиции. Одни ученые — А.П. Щапов, Н.А. Аристов, В.Б. Андреев, Н.И. Костомаров — склонны видеть в нем социально-политическое движение в религиозной форме.

Другие исследователи усматривают в расколе и старообрядчестве прежде всего религиозно-церковное явление. Среди историков такое понимание раскола характерно для С.М. Соловьева, В.О. Ключевского, Е.Е. Голубинского, А.В. Карташева, среди русских мыслителей — для В.С. Соловьева, В.В. Розанова, Н.А. Бердяева, протоиерея Георгия Флоровского. Современные исследователи А.П. Богданов, В.И. Буганов, С.В. Бушуев не отрицают социально-политических устремлений, но считают их не главными и определяющими, а подчиненными в теме раскола.

Причины проведения церковной реформы:

  • церковная реформа диктовалась необходимостью укрепить дисциплину, порядок, нравственные устои духовенства;
  • требовалось введение одинаковой церковной обрядности во всем православном мире;
  • распространение книгопечатания открывало возможность унификации церковных книг.

В конце 40-х гг. XVII в. в Москве сложился Кружок ревнителей древнего благочестия. В него вошли видные церковные деятели: царский духовник Стефан Вонифатьев, настоятель Казанского собора на Красной площади Иоанн, царский постельничий Ф. Ртищев, выдающиеся деятели церкви нижегородцы Никон и Аввакум и др.

Сын мордовского крестьянина Никон (в миру Никита Минов) сделал стремительную карьеру. Приняв монашеский постриг на Соловецких островах, Никон вскоре стал игуменом (главой) Кожеозерского монастыря (район Каргополя). Никона связывали знакомство и дружба с царем Алексеем Михайловичем, чьей поддержкой он долго пользовался. Никон становится архимандритом московского Новоспасского монастыря — родовой усыпальницы Романовых. После короткого пребывания митрополитом Новгородским (как раз во время новгородского восстания 1650 г.) Никон в 1652 г. избирается московским патриархом.

Именно патриарх Никон начал реформу по унификации обрядов и установлению единообразия церковной службы. За образец были взяты греческие правила и обряды.

Наиболее существенными из нововведений, принятыми патриархом Никоном и церковным собором в 1654 г., были замена крещения двумя пальцами троеперстием, произнесение славословия Богу «аллилуйя» не дважды, а трижды, движение вокруг аналоя в церкви не по ходу Солнца, а против него.

Потом патриарх обрушился на иконописцев, начавших использовать западноевропейские приемы живописи. Кроме того, по примеру восточного духовенства в церквах начали читать проповеди собственного сочинения. Здесь тон задавал сам патриарх. Русские рукописные и печатные богослужебные книги велели везти на просмотр в Москву. Если там находили расхождение с греческими, то книги уничтожали, взамен печатали и рассылали новые. И хотя все изменения были чисто внешними и не затрагивали православного вероучения, они воспринимались как посягательство на саму веру, ибо нарушали традиции (веру отцов и их предков).

Никон боролся с новшествами, но именно его реформы часть московского народа восприняла как новшества, посягавшие на веру. Церковь раскололась на никонианцев (церковная иерархия и большая часть верующих, привыкших подчиняться) и старообрядцев.

Активным противником Никона и одним из основоположников старообрядческого движения становится протопоп Аввакум — одна из наиболее ярких личностей в русской истории. Человек огромной силы духа, в полной мере проявившейся во время его гонений, он с детства приучался к аскетизму и умерщвлению плоти. Отвращение от мира и стремление к святости он считал настолько естественным для человека, что не смог ужиться ни в одном приходе из-за неустанного преследования им мирских потех и отступлений от обычаев церкви. Многие считали его святым и чудотворцем. Он участвовал вместе с Никоном в исправлении богослужебных книг, но вскоре был отстранен из-за незнания греческого языка.

Приверженцы старой веры — старообрядцы — спасали и прятали «неправильные» богослужебные книги. Светские и духовные власти преследовали их. От гонений ревнители старой веры бежали в леса, объединялись в общины, основывали в глуши скиты. Не признававший никонианства Соловецкий монастырь сидел в осаде с 1668 по 1676 г., пока воевода Мещеряков не взял его и не повесил всех мятежников (из 600 человек в живых осталось 50).

Вожди старообрядцев протопопы Аввакум и Даниил писали челобитные царю, но, видя, что Алексей не защищает «старину», объявили скорый приход конца света, потому что в Россию явился Антихрист. Царь и патриарх — «два рога его». Спасутся лишь мученики — защитники старой веры. Родилась проповедь «очищения огнем». Раскольники запирались в церквах и сжигали себя заживо.

Старообрядцы не расходились с православной церковью ни в одном догмате (основном положении вероучения), а лишь в некоторых обрядах, которые отменил Никон, поэтому они были не еретиками, а только раскольниками.

В расколе соединились самые разные социальные силы, выступавшие за сохранение в неприкосновенности традиций русской культуры. Тут были князья и бояре, такие как боярыня Ф.П. Морозова и княгиня Е.П. Урусова, монахи и белое духовенство, отказывавшиеся от исполнения новых обрядов. Но особенно много было рядовых людей: горожан, стрельцов, крестьян, видевших в сохранении старых обрядов способ борьбы за древние народные идеалы «правды» и «воли». Наиболее радикальным шагом старообрядцев было принятое в 1674 г. решение о прекращении молитв за здоровье царя. Это означало полный разрыв старообрядцев с существующим обществом, начало борьбы за сохранение идеала «правды» внутри своих общин.

Священный собор 1666–1667 гг. предал раскольников проклятию за непокорность. Ревнители старой веры перестали признавать отлучившую их церковь. Раскол не преодолен и по сей день.

Предводители старообрядчества Аввакум и его единомышленники были сосланы в Пустоозерск, в низовье Печоры, и провели 14 лет в земляной тюрьме, после чего были сожжены заживо. С тех пор старообрядцы часто подвергали себя «огненному крещению» — самосожжению.

Трагически сложилась и судьба главного врага старообрядцев патриарха Никона. Добившись титула «великого государя», святейший патриарх явно переоценил свои силы. В 1658 г. он демонстративно покинул столицу, заявив, что не хочет быть патриархом в Москве, а останется патриархом Руси.

В 1666 г. церковный собор с участием александрийского и антиохийского патриархов, которые имели полномочия от двух других православных патриархов — константинопольского и иерусалимского, сместил Никона с поста патриарха. Местом его ссылки стал знаменитый Ферапонтов монастырь под Вологдой. Уже после смерти Алексея Михайловича Никон возвратился из ссылки и умер (1681) неподалеку от Ярославля. Он похоронен в Воскресенском Ново-Иерусалимском монастыре под Москвой (г. Истра).

Таким образом, церковная реформа и раскол явились крупным социальным и духовным переворотом, который не только отразил тенденции к централизации и определенной унификации церковной жизни, но и повлек за собой существенные социокультурные последствия. Он всколыхнул сознание миллионов людей, заставив их усомниться в легитимности существующего миропорядка, породил раскол между официальной светской и духовной властью и значительной частью общества. Нарушив некоторые традиционные устои духовной жизни, раскол дал толчок общественной мысли и подготовил почву для грядущих преобразований.

Кроме того, церковный раскол, ослабивший церковь в XVII в., послужил предпосылкой для последующего подчинения церкви государственной власти, превращения ее в идеологический придаток абсолютизма.


Сейчас читают про: