double arrow

Тема 6. Бухгалтерский учет в социалистическом обществе

Вопрос

Вопрос

Вопрос

Вопрос

Исследования петербургских ученых-экономистов Я.В. Соколова, В.В. Ковалева, Н.В. Валебникова показывают, что в эпоху Петра I не избежала коренного изменения и постановка бухгалтерского учета.

У великого преобразователя не сразу «дошли руки» до упорядочения учета, но уже в 1710 г. в газете «Московские ведомости» появилось загадочное и малопонятное слово «бухгалтер». Радетели чистоты родного языка предложили вместо него русское слово «книгодержатель», но оно не прижилось.

В это время учету и контролю стало уделяться большое внимание, начали издавать инструкции по организации учета как государственные акты.

Первый государственный акт, в котором нашли место вопросы учета, датируется 2 января 1714 г. Его положения требовали: своевременности записи и чтобы «счет был скорый»; ежедневного ведения приходно-расходных книг; строгого персонального подчинения ответственных лиц.

Крупнейшим событием в истории русского учета было создание Регламента управления адмиралтейства и верфи от 5 апреля 1722 г. Регламент предусматривал строгую систему натурально-стоимостного учета материалов.

В управлении адмиралтейства велась книга, которая называлась «Приходная материалам по алфавиту книга». Здесь учет вели по наименованию, количеству, цене и сумме. На складе магазин-вахтер (кладовщик) вел две магазин-вахмистерские материальные книги. Обе книги были прошнурованы, листы их пронумерованы, опечатаны и подписаны кладовщиком и контролером. Первая - книга-журнал хронологической записи, в ней записывались приходные и расходные операции. При оприходовании материалов сдатчику нужно было выдать квитанцию. Отпуск материалов был возможен только при наличии приказа на отпуск, подписанного контролером. В журнале и приказе кладовщик и получатель расписывались. Специальная книга открывалась для учета выполнения договоров с подрядчиками.

Принципы документирования соблюдались на уральских металлургических, на винокуренных казенных заводах и в других государственных хозяйствах, где были введены для материального учета приходно-расходные книги.

В петровские времена промышленный учет имел огромные достижения. На предприятиях впервые была обеспечена:

сплошная документация по всем фактам хозяйственной жизни;

регулярность проведения инвентаризаций и составление отчетности;

более совершенная методика исчисления затрат;

применение линейной записи в учете;

аналитичность информации, необходимой для управления отдельными структурными подразделениями предприятий.

Вместе с тем промышленный учет не знал еще системы двойной записи, ибо психологически бухгалтерам были более понятны натуралистические учетные идеи, когда все затраты фиксируются в том измерении, в котором они возникают.

В первой половине 19 века в бухгалтерскую жизнь России вошли идеи, которые обсуждаются и поныне, благодаря трудам четырех выдающихся ученых, которые и заложили начала российской бухгалтерской науки. Это К.И. Арнольд, И. Ахматов, Э.А. Мудров, И.С. Вавилов. К. Арнольд приехал в Россию из Германии и был первым в Москве преподавателем бухгалтерского учета. И. Ахматов – родом из Франции, был служащим петербургской торговой фирмы. Э. Мудров преподавал математику и физику в Олонецкой (г. Петрозаводск) гимназии.

Арнольд (1775-1845 гг.) писал о бухгалтерии как о «сей столь важной, впрочем, многими пренебрегаемой науке». Он, может быть, первым стал различать теорию и практику бухгалтерского учета. Под первой он понимал «способность составлять счета, их вести и пересматривать», а под второй – «круг всех к счетам принадлежащих дел»; первая выступает как «счетная наука», вторая – как «счетная часть».

Цель бухгалтерии, согласно Арнольду – вскрыть причины изменений в составе имущества. В дальнейшем Арнольд дал определение предмета с экономической точки зрения. «Оборот частей имения, - писал он, - будучи собственным занятием купца, производит беспрестанную перемену в количестве и цене оного, т.е. беспрестанное увеличение или уменьшение каждой части капитала».

«Счет, - учил Арнольд, - есть подробное показание прихода и расхода определенной суммы». Арнольд делил все счета на личные (расчетов) и безналичные. Последние делились на имущественные, включая счет капитала, и результативные. Их называли счетами приращений и уменьшений.

Несколько по-другому к этой проблеме подходил Ахматов. Он выделил три основания для построения трех классификаций по степени обобщения: основные (синтетические и вспомогательные (аналитические); по содержанию фактов хозяйственной жизни – товаров, личные (дебиторов и кредиторов), счета за границей; по характеру сальдо (дебетовые – активные и кредитовые – пассивные).

Мудров развивал идеи Арнольда, он подчеркивал, что предметом бухгалтерского учета выступает «всякий промысел, всякий труд, имеющий целью прибыль». Счета Мудров делил на имущественные, личные и вспомогательные, к которым он относил счета собственных средств и результатов, и, как и другие бухгалтеры, открывал счета счетом капитала.

Мудров указывал на два основных варианта организации промышленного учета:

1) раздельный учет капиталов и материалов, т.е. выделение учета производства и калькуляции в особый цикл, не связанный с общим учетом;

2) учет производства включается в единый учетный цикл. Он также считал, что необходимо распределять накладные расходы пропорционально весу готовых изделий.

Все факты хозяйственной жизни уже тогда отражались на бухгалтерских счетах методом двойной записи. При определении двойной записи Ахматов предложил делить все хозяйственные операции на четыре типа, не связывая эту классификацию с балансом. Впоследствии на этих же типах была основана балансовая теория.

Мудров последовательно проводил идею оценки ценностей по себестоимости. Арнольд исходил из идеи реальности баланса, сопоставимости денежных единиц.

Арнольд внес значительный вклад в создание русской бухгалтерской терминологии. Это он ввел формулу «счет – счету», которая господствовала в нашей литературе и практике вплоть до 30-х годов 20 века. Это он дал понятие ведомости как учетного регистра, ввел термин «рекапитуляция» как понятие группировки учетных данных, а также глаголы «сторнировать», «дебетовать» и предопределил последующую терминологию, введя такие термины, как «дебет» и «кредит».

Вавилов И.С. был выразителем бухгалтерской мысли, которая получила развитие в торговом учете.

Таким образом, можно отметить, что первая половина 19 века была временем, когда западная бухгалтерская мысль в ее немецком (Арнольд) и французском (Ахматов) вариантах была усвоена в России. При этом она была переработана и развита. И не случайно Иван Ахматов писал, что бухгалтерский учет «находится ныне на самой высокой степени совершенства».

В конце 19 века в двух культурных центрах России – в Москве и Петербурге – сформировались две школы бухгалтеров. Между ними возникло много методологических различий в трактовке учебных проблем.

Первым и наиболее глубоким было различие в понимании природы бухгалтерского баланса. Москвичи (Р.Я. Вейцман, Н.С. Лунский, А.М. Галаган и др.) считали баланс преображенным, сокращенным и перегруппированным инвентарем. Согласно их взглядам бухгалтер брал опись имущества предприятия, группировал его по сильно агрегированным рубрикам и получал актив баланса, которому противопоставлял пассив, понимаемый как кредиторская задолженность. Полученная разность характеризовала объем собственных средств капитала: А – П = К. Если эту формулу трансформировать, то А = К + П – так возникла модель бухгалтерского баланса. Далее все счета рассматривались как вытекающие из баланса, ибо на каждую его статью должен был открываться отдельный синтетический счет для отражения текущих операций. Статьи баланса рассматривались как модифицированное сальдо счетов.

Затем делались существенные выводы о порядке преподавания. Москвичи настаивали на том, что начинать обучение надо от баланса к счету и от счета к документу. В развитие этого взгляда Г.А. Бахчисарайцев ввел понятие закона баланса, согласно которому двойная запись вытекает из необходимости поддерживать равенство между левой и правой сторонами баланса, а структура баланса обусловливает то, что все счета делятся на активные и пассивные. При этом значение дебета и кредита меняется в зависимости от того, идет ли речь об активном или пассивном (капитальном) счете.

Бухгалтеры Санкт-Петербурга (А.М. Вольф, Е.Е. Сивере, Н.А. Блатов и др.) не разделяли этих взглядов, они видели в таком подходе опасность сведения учета к набору чисто формальных процедур, превращение бухгалтера в регистратора или счетовода.

Прежде всего они возражали против фетишизации роли баланса. По их мнению, инвентарь – такой же первичный документ, как и любой другой (накладная, фактура, акт и т.п.), и, следовательно, в основе учета лежит отнюдь не баланс, а первичные документы, которые организуются планом счетов.

Петербуржцы выделили денежные, материальные и условные ценности (к последним относятся счета расходов). Они считали, что двойная запись – это не процедурная выдумка людей, которые изобрели баланс, а следствие объективного закона двойной записи. Дебет и кредит – это не поля, меняющие смысл по произволу счетовода-регистратора, а четко определяемые бухгалтерские категории, смысл которых вытекает из знаменитого правила Э. Дегранжа: «Тот, кто получает – дебетуется, тот, кто выдает – кредитуется». Каждывй отражаемый в учете факт хозяйственной жизни непременно подпадает под это правило. Е.Е. Сивере вслед за своим предшественником А.М. Вольфом утверждал, что в основе закона двойной записи лежит обмен между участниками хозяйственного процесса, а обмен может быть только эквивалентным, отсюда должно быть равенство дебетовых и кредитовых оборотов.

Все это приводило петербуржцев к выводу, что баланс не является причиной построения счетов. Не счета вытекают из баланса, а наоборот: баланс является следствием ведения счетов; счета – только основа для составления баланса. Далее они ссылались на определение Леоте и Гильбо: «Баланс – синтез не закрывшихся счетов». Отсюда изучение надо строить не от баланса, а по схеме: документы, счета и только потом – баланс.

Московская школа бухгалтеров в целом отличалась интернациональным подходом к бухгалтерскому учету, его теории и практике, а в Санкт-Петербурге были весьма заметны славянофильские тенденции, которые прежде всего сказались в желании русифицировать учетную терминологию. Москвичи в основном просто усваивали западные слова, а в Петербурге эти слова пытались непременно перевести на «природный язык». Очень любопытно выглядит сопоставление московской и петербургской терминологии:

актив – средства; пассив – погашение; ремиссы – векселя к получению; тратты – векселя к погашению; акцептованы – приняты к платежу; сальдо – остаток; дебет – приход; кредит – расход; баланс – учет; бухгалтер – счетовод; бухгалтерия – счетоводство; регистры – ведомости; кредиторы - доверители; дебиторы – заборщики.

В Санкт-Петербурге бухгалтеры называли главный результативный счет – «Прибыли и убытки», а в Москве предпочитали писать «Убытки и прибыли».

В декабре 1894 года инициативная группа русских бухгалтеров праздновала 400-летие выхода в свет книги Л. Пачоли и предложила создать в России по примеру Англии и Уэльса институт присяжных бухгалтеров. Однако многие причины, в частности отсутствие достаточного числа квалифицированных бухгалтеров, бюрократизм российской администрации и другое помешали созданию института присяжных бухгалтеров в России.

1. Возникновение социалистического учета

2. Развитие учета в период развитого социализма


Сейчас читают про: