double arrow

Вступление. Танец в сумраке

1

Сладкий флирт 3. История Ивон Сорель.

Освобождение от влияния религии (секуляризация).

Ислама

102. Идеология и практическая деятельность, ориентированная на создание государства, основанного на исламских нормах, прописанных в Шариате – это………. (исламизм)

103. Характерным и закономерным для современности процессом развития общественного сознания является его:

попадание в зависимость от религии;

неизменность

2000г.    

«… представьте себе, что у каждого человека есть свой собственный мир, в котором его мысли могут материализовываться. Интересно, что тогда случится в реальном мире? И остались бы те, кто предпочёл серую действительность воздушному замку? Если да, то вряд ли количества «живых» хватит, чтобы населить хотя бы маленький городок.

Мой мир… Если бы у меня был такой, то как сильно он отличался от моей действительности? Мне всегда снится один и тот же город: небольшой, с пустынными улицами, где в полумраке, нарушаемом лишь тусклым светом фонарей, носятся маленькие светящиеся пылинки. Стоит коснуться одной из них, и она издаст мелодичный звук. На них можно сыграть бесчисленное количество мелодий, ни одна из которых не будет похожа на другую. Для меня каждая из этих пылинок – чья-то душа, чей-то образ. А, может, это частички моей души?




Я почему-то крадусь, хотя вокруг нет никого, кроме меня, и я точно знаю, что не появится, если не пожелаю. Зачем-то напоминаю себе, кто я. Наверное, чтобы точно знать, что я остаюсь собой…»

Представиться? Меня зовут Ивон Сорель. Девушка-привидение, живущая в городе-призраке. Немного иронично, не правда ли? Но, так или иначе, этот сон – отражение моего подсознания.

«…мои мысли скачут от темы к теме, ни на одной надолго не останавливаясь. Я могу раздумывать часами над чем-то, но здесь не могу сосредоточиться.

Может, эти пылинки – мои мысли?

Осторожно касаюсь одной из них. Вспыхнув золотым огнём, она издала высокий дребезжащий звук и взорвалась. Исчезла, будто её никогда не существовало. Через пару мгновений мимо уже проплывала совершенно другая пылинка, так похожая, но в то же время не являющаяся первой.

Если посмотреть на это под другим углом, то можно сказать, что этот серый город – весь мир, а пылинки – люди. Каждую пылинку можно заменить другой точно такой же, и никто не заметит разницы. Но у них свои мелодии, которые уже никому никогда не повторить. Наверное, в этом заключается индивидуальность, сокрытая глубоко в душе каждого человека. Внешне он может казаться совершенно идентичным всем вокруг, но на самом деле…»

Проснулась я сразу, без «раскачки». Просто открыла глаза и увидела перед собой потолок. Серый, идеально ровный, без единой трещинки или пятнышка. Неестественный.



Я могла бы сладко потянуться и воскликнуть: «Какое прекрасное утро!», но у меня никогда не было настроения или желания изображать диснеевскую принцессу. Пусть этим занимаются другие мои сверстницы, которые изображают из себя этакое солнышко, никогда не устающее и не угасающее. Мне не понять их глупость, они не поймут моего омута. Так и должно быть.

Сев на кровати, я, наконец, поняла, что было не так: никто не лежал у меня в ногах. Странно, обычно Юки просыпается вместе со мной. Даже непривычно немного…

Дверь в комнату с тихим скрипом отворилась, и сюда вошла, слегка покачиваясь и смешно морща мордочку, Юки. Где ты была? В полумраке её ярко-голубые глаза светятся, что, до сих пор пугает «гостей» дома. Но что удивительнее, её чёрно-белая шерсть всегда совершенно незаметна, и этого псевдо-волка невозможно заметить.

Даже в этом мы похожи: при довольно-таки выделяющейся внешности нас практически не замечают. Впрочем, в этом есть свои плюсы: никто не лезет, можно насладиться тишиной и покоем.

- Доброе утро, Юки, - я не смогла сдержать улыбки, поглаживая её по голове.

Она радостно лизнула меня в ладонь и отошла от кровати, позволяя встать.



Только седьмой час, и город наверняка ещё спит. Просто идеальное время для утренней прогулки. Чуть отодвигаю шторы в сторону и выглядываю на улицу. Дождя не было, но всё равно достаточно сыро и прохладно. Придётся одеться потеплее.

Быстро натягиваю спортивный костюм, застёгиваю толстовку и, максимально закутавшись в любимый шарф, оставляя только пространство для обзора, выхожу из комнаты. По коридору пришлось идти на цыпочках, чтобы никого не разбудить. Не люблю красться в собственном доме, но, раз у нас ночуют такие «важные» гости…

Беру с полки поводок и, пропустив Юки вперёд, выхожу на улицу.

Так тихо… люблю свой город именно в это время, когда на его пустынных улицах нет практически никого. Только редкие полусонные прохожие. Ни громко гудящих машин, ни кричащих маленьких детей, ни шумных подростков…

Как только оказываемся в парке, отстёгиваю поводок и отпускаю Юки погулять самой, а сама неспешным шагом иду за ней следом.

Мы будто сёстры: слушаем одну и ту же музыку, не любим шум и лишних людей вокруг, терпеть не можем лук. А ещё мы без ума от банановых кексов с шоколадом. Наше любимое место – этот парк, где и днём можно найти укромный уголок, куда никто не заходит: небольшая заросшая площадка у заброшенного и давно уже не работающего фонтана. Мы отличаемся, пожалуй, только в одном: оказавшись на улице, Юки спешит побегать и исследовать местность вокруг, и только через некоторое время успокаивается и приходит ко мне, чтобы отдохнуть.

Первым делом она направляется к одной из самых новых частей парка: центральному фонтану с широкой покрытой светлой галькой площадью. Именно там и любят собираться большинство посетителей, поэтому только тогда, когда никого нет, мы можем тут быть.

Завтра начнётся учебный год. Если будет дождь, церемонию открытия перенесут в спортзал, а там шума будет в разы больше. Уж лучше на улице, где можно отойти подальше от толпы или уйти в школьный парк вовсе. Всё равно речь директрисы одна и та же, да и меня явно никто не хватится: присутствие учеников на церемонии чисто символично, поэтому можно спокойно отправляться сразу в классный кабинет.

В этом году я всё-таки решила сменить профиль. Программа экономического факультета менее напряжённая, к тому же, намного меньше уроков, чем на химико-биологическом. Мне, если честно, без разницы, какие предметы сдавать; с экзаменами, если пожелаю, могу справиться на «отлично».

Второй класс старшей школы… Наверняка будут донимать всякой социально значимой работой для школы и города в целом, старший класс, в конце концов. Не знают уже, чем мучить старшеклассников.

Если я правильно помню, в моём классе будут учиться довольно-таки неспокойные личности. Взять хотя бы Натаниэля, изображающего из себя эдакого всеугождающего принца из сказок. Или шумную новенькую, Арианну Озборн, о которой мне вообще ничего не известно, кроме того, что она – главный источник неприятностей для всех окружающих. Но они хотя бы не те гламурные курочки, что были в моём классе. И это будущие медики? Если такими будут врачи, я больше никогда не буду обращаться в больницу…

Юки, закончив исследование территории, подошла ко мне и уткнулась носом в бедро. Что, уже устала? Или замёрзла? Скорее всего, второе. На улице ещё холоднее, чем я думала, даже в достаточно тёплой одежде я чувствую ветер каждым миллиметров кожи.

Пора возвращаться домой.

По пути подходим к булочной. Главный вход, как и запасной, закрыты, однако у последней двери лежит небольшой бумажный пакет с прикреплённой к нему запиской:

«На сегодня ободряющие шутки закончились, так как мой мозг съел пришелец, решивший урезать мне премию».

Неужели снова попался за подкармливанием домашних животных? Хорошо, что Билл достаточно ценный работник этой забегаловки, а то бы его давно уже уволили.

Юки облизнулась и радостно взглянула на меня, взмахнув хвостом. Видимо, классические банановые кексы, хотя… будет вполне естественно, если Билл добавил туда какую-нибудь «изюминку».

Прижимая пакет с кексами к груди одной рукой, и второй ведя Юки за поводок, наблюдаю за тем, как быстро просыпается город. Только час назад было так тихо и спокойно, а сейчас уже стало так людно и душно. И даже утренняя прохлада уже не так ощутима и свежа.

На кухню снова иду крадучись. Наливаю молоко в стакан и открываю пакет с кексами. Боже, какой изумительный аромат! Вкус оказывается не менее великолепным: оказалось, что Билл добавил в кексы ваниль. Просто чудесно!.. Нет, мне всё-таки нужно выведать у него рецепт.

Юки аккуратно тянет меня за край футболки, напоминая о том, что и она ждёт угощения. Если бы не это, я наверняка бы забыла оставить остаток… Забавно.

- Держи, - улыбнувшись, я протянула ей кекс.

Юки, облизнувшись, схватила его и нарочито медленно съела, словно тоже наслаждаясь вкусом. Вижу по её взгляду, что ей безумно нравится. Ну, что ж, подруга, ещё один тебе точно не повредит!..

***

Под вечер, когда все приготовления к завтрашней церемонии были завершены, а Юки была помыта едва ли не до ослепляющего блеска, как это часто показывают в мультиках, у моей матери неожиданно проснулось чувство голода. Ну, как проснулось: просто она обнаружила, что налички на её любимый ресторан уже недостаточно, а дома в холодильнике мышь повесилась. Она, разумеется, могла бы одеться, сходить на соседнюю улицу к банкомату за деньгами и по пути что-нибудь купить, но зачем это делать, если есть я?

В общем, о своей миссии я догадалась ещё до того, как в мою комнату ворвалась мать.

- Ивон, милая, не сходишь в магазин? – улыбнулась она вроде бы мило и доброжелательно, но я-то знаю, что представление «любящая мать» - её любимая часть домашнего спектакля. На самом деле она приказывает.

- Да, - тяжело вздохнув, кивнула я. На улыбку не хватило ни сил, ни желания.

- Вот, держи список, - она положила на стол лист из записной книжки и поспешила выйти из моей комнаты.

В конце длиннющего списка покупок (ещё и на обороте есть!..) была оставлена заметка, смысл которой был в том, что на всё у меня есть ровно час. Тогда нужно не терять времени.

Быстро одевшись и взяв карточку матери из шкатулки, куда она её обычно «прятала», я поспешила выйти из квартиры. Юки жалостливо посмотрела на меня и склонила голову набок.

- Мне тоже жаль, но взять я тебя не могу. Вернусь, и тогда погуляем уже хорошенько, - пообещала я, потрепав сестрёнку по голове.

Юки провела носом мне по ладони в знак ободрения и шумно выдохнула.

У супермаркета я оказалась достаточно быстро, учитывая, что прогулочным шагом до него было минут пятнадцать. Но что поделать, если это единственный нормальный магазин во всей округе, где можно купить буквально всё. Конечно, если знаешь, что и где нужно брать, а то местный хозяин любит подсовывать неопытным покупателям «сюрпризы».

Я стояла у полки с печеньем, до которого я не могла дотянуться, когда услышала громкий вскрик, идущий откуда-то из мясного отдела. В следующий миг кто-то проревел «Ну, берегись, камикадзе!», а ещё через несколько секунд передо мной на невероятной скорости пролетел смутно знакомый брюнет и рыжеволосая девушка, которая была больше похожа на ведьму в нынешнем состоянии.

Стоп.

Это разве не Арианна Озборн из моего будущего класса и Эдвард Найт из физико-математического?..

Кажется, я начинаю понимать, почему директриса так странно улыбалась, когда подписывала моё заявление о смене профиля…

Тем временем Арианна, уже вооружённая водным пистолетом, выкрикивая нечто неразборчивое, похоже, на английском, от кого-то убегала. За ней, хохоча, мчался Эдвард, а после него нарочито спокойным шагом шёл.. Кастиэль, кажется. Судя по его яростному взгляду и мокрой рубашке, ему тоже досталось от своих друзей, вот только он не спешил вооружаться пистолетом и впадать в детство.

Впрочем, их проблемы – не моё дело. Раз в их правилах и привычках рушить всё, что их окружает, - пусть будет так. Главное, чтобы это не касалось меня. Вот только большая часть этого сумасшедшего дома – мои будущие одноклассники, поэтому мне остаётся лишь надеяться, что в школе они будут вести себя спокойнее.

А, хотя… Глядя, как Арианна швыряет курицей в нашего учителя истории, я понимаю, что явно ошиблась со своими выводами.

Нужно уезжать. Куда-нибудь подальше.

Говорят, на Марсе есть немножко места? А что: тихо, спокойно, никто не шумит, да и от Земли далековато. Просто идеальное место.




1




Сейчас читают про: