double arrow

Введение. Сорок девятый рассказ


Десять быков

Какуан

Сорок девятый рассказ

Дополнение Амбаня

Почтенный наставник чань Мумон составил сорок восемь рассказов и высказал свои суждения об образцовых примерах древних мудрецов. Он уподобился торговцу лепешками, который силком запихивает свои изделия в рот прохожим, а те не могут ни проглотить их, ни выплюнуть. И хотя занятие это докучливое, Амбань хотел бы бросить на раскаленную жаровню еще одну лепешку, доведя их число до "великого изобилия", а потом, подобно всем прочим, предложить ее свету. Не знаю, окажется ли она по зубам почтенному наставнику. Если он сможет разжевать ее, свет сойдет с небес и земля содрогнется. А если нет, пусть он снова положит ее к остальным сорока восьми и поджаривает до тех пор, пока она обуглится. Пусть говорит скорей! Пусть говорит скорей!

В сутре сказано: "Прекрати, прекрати - об этом не скажешь. О моей утонченной истине нельзя даже помыслить".

Комментарий Амбаня. Откуда берется истина? Где скрывается утонченность? А если кто-нибудь назовет их, что случится? Разве один Фэнгань распускал свой язык? Ведь и сам Будда был болтлив. Проделки этого старика сбили с толку не одну сотню поколений его потомков. Истину его причудливых речей ни ложкой не выловишь, ни в котелке не сваришь. Как ни старайся их понять, ошибки не избежишь. Люди вокруг спрашивают, как же нам быть в конце концов? Амбань, смиренно сложив ладони, отвечает: "Прекрати, прекрати - об этом не скажешь. О моей утонченной истине нельзя даже помыслить". А теперь я выделю кружками слова "нельзя помыслить" и покажу их каждому. Все пять тысяч свитков канона и врата недвойственности Вималакирти сходятся в них.




Если тебе скажут, что огонь в фонаре,

Отвернись и не соглашайся.

Только вор сразу узнает вора:

Он все поймет с одного вопроса.


(стадии осознавания)

Просветление, к которому направляет дзен, ради которого он существует – приходит само. Подобно осознаванию, которого не было и которое вдруг, через мгновение – есть. Но человек во плоти своей движется в милосердном времени даже, когда идет по грязи, волоча ноги и свою истинную природу.

Поэтому даже в дзен должен быть компромисс и признание постепенности осознавания, его ступеней или этапов, подводящих к самому моменту просветления. Вот о чем эта книга.

В XII веке китайский мастер Какуан, отправляясь от давней традиции даосов, нарисовал картинки десяти быков и написал к ним приводимые здесь комментарии в стихах и прозе. Вариант Какуана был чисто в духе дзен и шел дальше прежнего, кончавшегося пустой восьмой картинкой. С тех пор быки Какуана были постоянным источником вдохновения учеников, за прошедшие столетия их было нарисовано огромное множество.



Бык – это извечная первооснова жизни, это истина в действии. Десять быков здесь представляют собой последовательные этапы осознавания ищущим своей настоящей природы.

Эта последовательность этапов убедительна и эффективна сегодня так же, как и во времена Какуана. Здесь, в Америке, через восемь столетий, мы также работаем, вскармливая и воодушевляя этого быка (то же делает Токурики в Киото).

Понимание этой животворной первоосновы преодолевает любое время и расстояние. «Десять быков» - это больше, чем поэзия, больше, чем живопись. Это откровение духовного раскрытия человека, о котором повествуют все священные писания, все книги о высшем человеческом опыте.

Возможно, читатель, как и китайский патриарх, разыщет следы своего скрытого я, и с посохом целеустремленности в одной руке, и с кувшином истинного желания в другой, станет выходить на рыночную площадь и просветлять других.

Пол Репс








Сейчас читают про: