double arrow

Из Букваря: появление зловещего барона; дисциплинарные методы Берта; заговор против барона; практическое применения почерпнутых из Букваря идей; бегство


За воротами Темного замка злая мачеха по-прежнему жила в свое удовольствие и принимала гостей. Раз в неделю из-за горизонта приплывал корабль и бросал якорь в бухточке, где отец Нелл держал прежде рыбацкую ладью. Важного гостя доставляла на берег лодка, и он на несколько дней, недель или месяцев останавливался у мачехи Нелл. Под конец они всегда начинали лаяться, так что крики долетали до Гарва и Нелл даже сквозь толстые стены замка. Когда гостю это надоедало, он садился на корабль и уплывал, а злая мачеха бегала по берегу в слезах и заламывала руки. Принцесса Нелл сперва ненавидела мачеху, но теперь стала ее жалеть, ведь та сама заточила себя в темницу, еще более жуткую и ледяную, чем даже Темный замок.

Однажды в бухте появилась баркентина под алыми парусами, и с нее сошел рыжеволосый, рыжебородый человек. Как и прежние гости, он поселился с королевой, однако, в отличие от них, заинтересовался Темным замком. Каждые день-два он подъезжал на коне к воротам, дергал ручки, ходил под стенами и поглядывал на высокие башни.

На третью неделю принцесса Нелл и Гарв в изумлении услышали, что двенадцать запоров открываются один за другим. Рыжебородый вошел в ворота и при виде детей изумился не меньше их.




– Кто вы такие? – спросил он низким, грубым голосом.

Нелл хотела ответить, но Гарв ее остановил.

– Ты – гость, – сказал он, – назови прежде свое имя.

Пришелец стал темнее своей бороды; он шагнул вперед и ударил Гарва по лицу закованным в броню кулаком.

– Я – барон Джек, – сказал он, – а это – моя визитная карточка.

Потом, просто для смеху, нацелился стальным башмаком в принцессу Нелл, но тяжелые латы мешали ему двигаться быстро, и принцесса Нелл, помня уроки Динозавра, легко увернулась.

– Значит, вы – отродье, о котором говорила королева. Вас давно должны были съесть тролли. Не беда, съедят сегодня, и замок станет моим!

Он схватил Гарва и начал скручивать ему руки толстой веревкой. Принцесса Нелл, помня свои уроки, попыталась отбить брата, но барон ухватил ее за волосы и тоже связал. Вскоре оба они, беспомощные, лежали на земле.

– Посмотрим, как вы сегодня сразитесь с троллями! – сказал барон Джек, и, немного попинав их для забавы, вышел в ворота и замкнул все двенадцать запоров.

Принцессе Нелл и Гарву пришлось долго ждать, пока зайдет солнце и оживут Ночные друзья. Когда наконец это случилось, и детей освободили от пут, Нелл объяснила, что у злой мачехи – новый друг, который решил завладеть замком.

– С ним надо сразиться, – сказала Мальвина.

Принцесса Нелл и остальные друзья очень удивились, потому что Мальвина всегда была спокойная, мудрая и отговаривала от драк.

– В мире много оттенков серого, – объяснила она, – и многажды больше тайных путей ко благу; но есть чистое зло, и с ним надо бороться на смерть.



– Будь он всего лишь человек, я бы раздавил его одной пяткой, – сказал Динозавр, – но не при свете дня. Даже ночью это не удастся: королева – злая колдунья, и друзья ее дюже сильны. Нам нужен план.

В тот вечер пришла расплата. Кевин, мальчишка, которого Нелл обыграла в мяч, научился своим подлым штучкам ни у кого иного, как у самого Берта – тот долго жил с матерью Кевина и, вероятно, был даже его отцом. Кевин наябедничал Берту, будто Нелл с Гарвом побили его вместе. В тот вечер Гарва и Нелл отлупили, как никогда в жизни. Это продолжалось так долго, что мама вмешалась и хотела угомонить Берта. Однако Берт съездил маме по лицу и швырнул ее на пол. Наконец он затолкал Нелл и Гарва в комнату, выпил несколько банок пива и включил рактюшник про Громилу Стадда. Мама выбежала из квартиры, куда – неизвестно.

Один глаз у Гарва совершенно заплыл, рука не сгибалась. Нелл ужасно хотела пить, а когда сходила по-маленькому, струйка потекла красной. Руки, там, где Берт прижигал их сигаретами, болели все сильнее.

Они слышали Берта за стеной, откуда доносилась рактивка про Громилу Стадда. Гарв определил, когда Берт уснул: одиночная рактивка, если перестаешь играть, встает на паузу. Когда они уверились, что Берт спит, они пробрались на кухню к МС.

Гарв сделал повязку для руки и примочку на глаз, потом попросил у МС что-нибудь от ссадин и ожогов, чтобы не воспалились. МС выдал целое меню медиаглифов. Большинство лекарств были платные, несколько – даровые. Одно даровое лекарство оказалось вроде крема, оно давилось из тюбика, как зубная паста. Нелл с Гарвом унесли его в комнату и намазали друг дружку.



Нелл тихо лежала в постели, дожидаясь, когда Гарв уснет. Потом она вынула "Иллюстрированный букварь для благородных девиц".

Когда на следующий день барон Джек пришел в замок, он разозлился, увидев вместо обглоданных костей только кучу веревок. Он выхватил меч и бросился в замок, крича, что сам убьет Гарва и принцессу Нелл, но, вбежав в трапезную, изумленно замер: большой стол ломился от яств. Здесь были буханки черного хлеба, горшки со свежайшим маслом, жареные гуси, молочный поросенок, виноград, яблоки, сыр и вино. У стола стояли Гарв и принцесса Нелл в одежде прислужников.

– Добро пожаловать в ваш замок, барон Джек, – сказала принцесса Нелл. – Ваши слуги приготовили скромное угощение. Надеюсь, оно придется вам по вкусу.

(На самом деле все это испекла Уточка, но сейчас был день, и она, как все Ночные друзья, обратилась в тряпичную игрушку.)

Барон Джек жадно посмотрел на стол и гнев его немного утих.

– Ладно, попробую, – сказал он, – но ежели мне не понравится, или вы будете недостаточно расторопны, я насажу ваши головы на копья вот так! – И он растопыренными пальцами ткнул Гарву в глаза.

Гарв разозлился и чуть все не испортил, но Нелл вспомнила слова Мальвины, что скрытный путь – лучший, и сказала сладким-пресладким голоском: – Если мы вам не угодим, то ничего иного и не заслуживаем.

Барон Джек начал есть, и так вкусно Уточка приготовила, что, раз начавши, он уже не мог остановиться. Он гонял детей на кухню и обратно за все новыми и новыми блюдами и, хотя все время находил, к чему придраться, вставал со стула и лупил их, видимо, решил все-таки, что живые они полезнее мертвых.

– Иногда он еще прижигал их сигаретами, – прошептала Нелл.

Буквы на странице изменились.

– Писы в горшочке у принцессы Нелл стали красные, – сказала Нелл, – потому что барон – очень плохой. И зовут его вовсе не барон Джек, а Берт.

Как только Нелл сказала эти слова, история в Букваре изменилась.

– А у Гарва одна рука не работала, и ему приходилось носить еду другой, а все потому, что Берт – очень плохой, и дерется по правде сильно, – продолжала Нелл.

Наступило долгое молчание, потом Букварь заговорил снова, только приятный викторианский голос, читавший сказку, стал хриплым и часто запинался посреди фразы.

Барон Берт ел весь день, и наконец село солнце.

– Заприте дверь! – раздался тонюсенький голос. – Или нас съедят тролли!

Говорил маленький человечек в костюме и цилиндре, который только что вошел в зал и теперь тревожно смотрел на закат.

– Кто тут пищит, мешает мне обедать?! – взревел барон Берт.

– Наш сосед, – сказала принцесса Нелл. – Он заходит к нам каждый вечер. Пожалуйста, разрешите ему сесть у огня.

Барон Берт взглянул с подозрением, но в этот самый миг Гарв поставил перед ним творожный торт с клубникой, и он совсем забыл о человечке, пока через несколько минут пронзительный голос не заговорил снова:

Вот так барон по имени Берт!

Самый острый меч его не берет,

Медведя осилит, но скажем не робко,

Что с первой же стопки

Его, словно маленького, развезет.

– Кто смеет насмехаться над бароном?! – взвыл барон Берт и взглянул на пришельца, который, опершись на тросточку, дерзко салютовал ему бокалом.

Величество ваше проделали путь

Неблизкий, и хочет, небось, отдохнуть.

Житейское дело! Пожалуй, с устатку

Пора вам в кроватку,

А то ведь недолго и лужу надуть.

– Принесите мне бочку эля! – вскричал барон Берт. – И вторую этому хвастуну! Посмотрим, кто кого перепьет!

Гарв вкатил в комнату две бочки крепкого эля. Барон Берт поднес свою к губам и опорожнил одним глотком. Человечек сделал то же самое.

Внесли два бурдюка с вином. Снова и Берт, и человечек легко их осушили.

Наконец внесли две бутыли с крепкой наливкой. Барон и человечек, в свой черед, отпивали по глотку, и вскоре обе бутыли опустели. Барон дивился стойкости человечка; тот ни мало не захмелел, в то время как сам барон был уже очень пьян.

Наконец человечек вынул из кармана фляжку и сказал:

Эль пьет молодой, коли храбр и влюблен,

Вино – кто сединами убелен,

Наливка годится

Царям и царицам,

Но всех их забористее самогон!

Он откупорил фляжку и отпил глоток, потом протянул барону Берту, тот только пригубил и сразу заснул, где сидел.

– Готово, – сказал человечек, отвешивая низкий поклон и снимая цилиндр, так что стали видны длинные мохнатые ушки. Разумеется, это был Питер собственной персоной.

Принцесса Нелл побежала на кухню рассказать все Динозавру, который сидел у огня с длинной палкой, тыкал ей в угли и поворачивал, чтобы конец стал острый-преострый.

– Он спит! – прошептала принцесса Нелл.

Миранда в театре "Парнас" почувствовала огромное облегчение, увидев на суфлере следующую реплику. Она глубоко вдохнула, закрыла глаза и постаралась мысленно перенестись в Темный замок. Она заглянула принцессе Нелл в глаза и вложила в строку все свое умение и талант.

– Хорошо, – сказал Динозавр. – Теперь вам с Гарвом пора уходить из Темного замка! Ступайте тихо, как мышки! Я вас догоню.

Пожалуйста, уходи. Беги, прошу тебя. Беги из этой комнаты ужасов, в которой ты живешь, Нелл, в сиротский приют, в полицию, а я тебя отыщу. Где бы ты ни была, я тебя найду.

Миранда уже все придумала: она сделает лишний матрас, положит Нелл у себя в спальне, Гарва – в гостиной. Лишь бы знать, где они.

Принцесса Нелл не отвечала. Она задумалась, совсем не ко времени. Уходи! Беги!

– А зачем ты держишь палку в огне?

– Мой долг – навсегда избавить вас от злого барона, – прочла Миранда с суфлера.

– А зачем тебе палка?

Пожалуйста, не надо! Сейчас не время!

– Торопись! – прочла Миранда, вкладывая в слова всю силу убеждения. Однако принцесса Нелл играла с Букварем уже года два и привыкла задавать бесконечные вопросы.

– Зачем ты остришь палку?

– Так мы с Одиссеем победили циклопа.

Черт. Все не туда.

– Кто такой циклоп? – спросила Нелл.

На соседней странице появилась картинка: одноглазый великан пасет овечье стадо.

Динозавр рассказал, как Одиссей ослепил циклопа такой же палкой, какую он сейчас острит на барона Берта. Нелл потребовала рассказать, что было дальше. Одна история цеплялась за другую. Миранда старалась говорить как можно быстрее, скучным нетерпеливым голосом, что не было несложно – она сама готова была запаниковать. Надо вытащить Нелл из квартиры, пока Берт не очнулся от пьяного сна.

Небо на востоке начало розоветь...

Черт! Беги, Нелл!

Динозавр дошел до середины рассказа о злой волшебнице, которая превращала мужчин в свиней, как вдруг – хлоп! – он обернулся плюшевой игрушкой. Солнце встало.

Нелл немного опешила. Она закрыла книгу и какое-то время сидела в темноте, прислушиваясь к сопению Гарва и храпу Берта за стенкой. Она-то ждала, что Динозавр убьет барона Берта, как Одиссей – циклопа. Теперь ничего этого не будет. Барон Берт проснется, поймет, что его обдурили, и отлупит их еще больнее. Они навсегда останутся в Темном замке.

Нелл устала от Темного замка. Ей хотелось наружу.

Она открыла Букварь.

– Принцесса Нелл знала, что ей делать, – сказала Нелл. Она закрыла Букварь и оставила его на подушке.

Читать она умела еще плохо, но нужный медиаглиф на МС нашла почти сразу. Такую штуку она видела в старых пассивках и еще у маминого приятеля Брэда в Городе Мастеров. Это называется отвертка, и МС предлагал отвертки самой разной формы: длинные, короткие, толстые, худые.

Она велела сделать самую длинную и худую. Когда МС закончил и по обыкновению зашипел, ей почудилось, что Берт в соседней комнате ворочается.

Она заглянула в гостиную. Берт по-прежнему лежал с закрытыми глазами, но рука его уже шарила по матрасу. Он повернул голову, и Нелл увидела, как блеснул за полуприкрытым веком зрачок.

Сейчас он проснется и отлупит ее еще больнее.

Она выставила отвертку, как копье, и побежала на Берта.

В последнее мгновение рука у нее дрогнула, отвертка соскочила и царапнула Берту лоб. Нелл так испугалась при виде красной дорожки, что бросила отвертку и отскочила назад. Берт замотал головой.

Он открыл глаза и посмотрел прямо на Нелл, потом медленно провел рукой по лбу и удивленно воззрился на кровь. Он сел, по-прежнему ничего не понимая. Отвертка скатилась с одеяла и упала на пол. Берт поднял ее, увидел окровавленное острие и перевел взгляд на Нелл, которая от ужаса забилась в угол.

Нелл понимала, что все сделала не так. Динозавр сказал ей бежать из замка, а она приставала к нему с вопросами.

– Гарв! – позвала она, но получился неслышный мышиный писк. – Летим!

– Ага, щас вы у меня полетите, – сказал Берт, скидывая ноги с дивана. – Прям в е...нное окошко и полетите.

Вышел Гарв. Здоровой рукой он держал Букварь, а под мышкой зажал нунчаки. Книга раскрылась. На картинке дети бежали из Замка, Берт гнался за ними по пятам.

– Нелл, твоя книга заговорила со мной, – сказал он. – Она велела нам бежать.

Тут он увидел, что Берт встает с дивана, а в руках у него – окровавленная отвертка.

Гарв не стал возиться с нунчаками. Он рванул через комнату, бросил Букварь, освобождая здоровую руку, и распахнул дверь. Нелл вылетела из угла и устремилась к выходу, как пущенная с тетивы стрела, на бегу подхватив Букварь. Они выскочили в коридор, Берт – за ними.

До лифтов было довольно далеко. Нелл, повинуясь порыву, остановилась и села на корточки, прямо у Берта на пути. Гарв обернулся и обомлел. "Нелл!" – крикнул он.

Берт с разгону налетел на Нелл, качнулся вперед, грохнулся и проехался по полу, к самым ногам Гарва. Тот развернулся и пустил в ход нунчаки. Он несколько раз ударил Берта по голове, но страх мешал соображать. Берт поймал цепь, которой соединялись палки. Нелл уже вскочила, забежала Берту за спину и впилась зубами в мясистый большой палец. Дальше все происходило очень быстро и непонятно: Нелл покатилась по полу, Гарв рывком поднял ее на ноги, она потянулась к Букварю, который опять выронила. Они вылетели на черную лестницу и понеслись в туннеле изрисованных, залитых мочой стен, через груды мусора, через спящего в странной позе человека, вниз. Берт отставал на пару пролетов. Он решил для скорости махнуть через перила, как в рактивке, но пьяное тело рассудило по-своему, и он пересчитал десятка два ступенек до следующей площадки, ругаясь и вопя, осатаневший от боли и ярости. Нелл и Гарв продолжали бежать.

Дурость Берта дала им приличную фору. Они вылетели в холл, оттуда на улицу. Едва светало. Нормально в это время здесь бродили бы тучи маньков и локаторов наркофабрики, но сейчас они куда-то подевались. На весь квартал был только один человек: здоровенный китаец с бородкой и коротко стриженными волосами, в национальных синих штанах и черной кожаной шапочке. Он стоял посреди улицы, спрятав руки в рукава, и проводил детей заинтересованным взглядом. Нелл не обратила на него внимания: она мчалась со всех ног.

– Нелл! – позвал Гарв. – Нелл, смотри!

Она боялась смотреть. Она бежала.

– Нелл! Стой! Посмотри! – кричал Гарв упоенно.

Наконец Нелл забежала за угол дома, остановилась и с надеждой выглянула.

Она видела пустую улицу перед домом, в котором прошла вся ее жизнь. В конце квартала большой медиатронный щит светился рекламой Кока-Колы в издревле принятых этой компанией багрово-красных тонах.

На его фоне четко вырисовывались два силуэта: Берта и круглоголового китайцы.

Они танцевали.

Нет, танцевал только китаец. Берт просто шатался, как пьяный.

Нет, китаец не танцевал. Он делал упражнения, которые Самбо показывал Нелл. Он двигался плавно и красиво, и лишь на какой-то миг все его мускулы соединились в одно взрывное движение. И взрыв этот был направлен на Берта.

Берт упал и с трудом поднялся на колени.

Китаец собрался в одно черное семя, взмыл в воздух и распустился в цветок. Нога его коснулась Бертова подбородка, но не остановилась, а продолжала двигаться. Берт рухнул, как выплеснутая из бочки вода. Китаец замер, выровнял дыхание, поправил шапочку и кушак. Потом он повернулся к детям спиной и пошел по середине улицы.

Нелл открыла Букварь. На картинке Динозавр, черный на фоне красных замковых окон, стоял над поверженным бароном Бертом. В зубах он держал дымящуюся жердину.

Нелл сказала:

– Мальчик и девочка убежали в Страну-за-морями.







Сейчас читают про: