double arrow

Тулку Ургьен Ринпоче


Два основных принципа сущностных учений Дзогчен — это пространство и осознавание (по-тибетски — йинг и ригпа). Йинг определяется как несозданное пространство, свободное от понятий, в то время как ригпа — это наше «знание» этого основного пространства (то есть пространства, являющегося основой всего сущего).

В контексте «практики тройного пространства» внешний йинг определяется как чистое небо без трёх помех — облаков, тумана и дымки. Это находящееся снаружи нас небо является примером действительного «внутреннего» йинга и используется как опора для распознавания этого состояния. Внутренний йинг — это природа ума, состояние изначально пустое. Тайный йинг (или основное пространство) — это осознание природы будды. На самом деле сущностный йинг — это и есть ригпа, само недвойственное осознавание.

Мы используем безоблачное внешнее пространство в качестве примера из-за того, что в нём нет опоры; в нём нет ничего, за что сознание могло бы ухватиться, на чём могла бы остановиться мысль. В отличие от всех остальных элементов пространство ни на что не опирается. Ясное чистое небо идеально для практики — оно безгранично, открыто, и мыслям в нём не за что зацепиться. Иногда говорят, что для этой цели подходит также океан (или большое озеро) с тихой и неподвижной поверхностью воды. Спокойная гладь воды тоже может служить «объектом без опоры».

Причина, по которой небо обязательно должно быть чистым, в том, что наш взгляд ни на чём не должен останавливаться. Это сложнее сделать, когда в небе есть облака (хотя на самом деле разницы нет никакой, потому что небо — это только пример). Пространство (или небо), находящееся перед нами, — даже если это пространство маленькой комнаты — не имеет в себе опоры (для мыслей). Пространство по сути своей открыто и свободно. Поскольку для нас сейчас и небо и гладь озера — лишь примеры, их конкретная форма не имеет значения; важно осознать суть.

Повторим ещё раз: «внешнее» пространство — это чистое небо. Внутреннее пространство — это безначальная чистота пустой сути сознания. Тайное пространство — осознавание этого; другими словами — само недвойственное осознавание. Когда вы тренируетесь с пространством, не погружайтесь в мысли, погружайтесь в осознавание.

Термин йинг означает также «невозникающее, непребывающее и непрекращающееся». По большому счёту все явления, внешнюю сторону которых мы воспринимаем, находятся вне «возникновения, пребывания и прекращения». Сознание, воспринимающее их, тоже обозначается как йинг в том смысле, что оно само по себе пусто. Оно — вне возникновения, пребывания и прекращения. Оно ниоткуда не приходит, нигде не остаётся и никуда не уходит. Так описывается внутренний йинг.

Всё воспринимаемое нами в виде «объектов» по большому счёту — не что иное, как йинг, основное пространство.

Само собой, обычно вещи не кажутся нам такими. Поэтому мы и не используем в качестве примеров другие четыре элемента (землю, воду, огонь и ветер); мы берём пространство в качестве примера, поскольку ясно видим, что оно пусто. Тем не менее остальные четыре элемента тоже пусты по своей природе. Если мы начнём исследовать, откуда появились земля, вода, огонь и ветер, мы не найдём их источника. Посмотрите внимательно: существует ли такое место, из которого появилась земля? А откуда взялась вода? Откуда появились огонь и ветер? А сейчас, вот в этот самый момент, — существует ли абсолютное место, где находятся эти четыре основных элемента? Попытайтесь найти его. А попробуйте-ка обнаружить место, куда эти элементы исчезают. Разве можно сказать: «Они исчезли туда-то и туда-то»? На самом деле эти элементы находятся вне возникновения, пребывания и прекращения. Так описывается внешний йинг, основное пространство всего воспринимаемого. Когда мы обнаруживаем, что все внешние объекты, состоящие из четырёх элементов, не имеют никакого отношения к возникновению, пребыванию и прекращению, то обнаруживаем и то, что абсолютно всё сущее ниоткуда не возникает, нигде не находится и никуда не пропадает, — это называется «обнаружением основного пространства всех внешних явлений».

Аналогичным образом рассмотрим сознание: «тот, кто думает» — откуда он берётся? Где он живёт? Куда он девается? Рассуждая таким образом, мы обнаруживаем внутреннее пространство, находящееся абсолютно вне возникновения, пребывания и прекращения. Идём далее: если внешнее пространство вне возникновения, пребывания и прекращения, внутреннее — тоже, то как же нам отличить одно от другого? Любое различие здесь — лишь разница в наименованиях.

Всё воспринимаемое нами состоит из образов, звуков, запахов, вкусов и тактильных ощущений. Посмотрите на них внимательнее и задумайтесь: «Откуда они берутся? Где они находятся? Куда пропадают?» Когда мы действительно глубоко рассматриваем этот вопрос, нам становится ясно, что нет таких явлений, как «возникновение», «пребывание» и «прекращение». На грубом уровне — четыре основных элемента (земля, вода, огонь и ветер); на более тонком уровне восприятия — все воспринимаемые объекты: формы, звуки, вкусы, запахи и тактильные ощущения — все они по своей природе не имеют никакого отношения к возникновению, пребыванию и прекращению. А когда выясняется, что и воспринимаемые объекты, и воспринимающий субъект никак не связаны с возникновением, пребыванием и прекращением, когда выясняется, что все они полностью и совершенно пусты — тогда всё оказывается основным пространством. Это и называется йинг (на санскрите — дхату). Йинг и еше, основное пространство и пробуждённость, — изначально нераздельны, поскольку нашим основным состоянием является единство пустотности и восприятия. Это называется единством пространства и пробуждённости. Свойство ясности восприятия в этом единстве может называться ригпа, или осознавание.

Это основное состояние, то есть нераздельность того, что мы абсолютно пусты и вместе с тем всё воспринимаем, — является центральным фактом жизни всех живых существ. Оно изначально присутствует в мышлении, происходящем в каждом живом существе в каждый момент времени. Всем живым присуща эта природа, являющаяся единством шуньяты и пробуждённости; но поскольку они этого не знают, этот факт ничем не может им помочь. Вместо того чтобы пребывать в состоянии самоосознаю-щей ригпа, живые существа запутываются в разделении на объект и субъект, тем самым постоянно и бесконечно воспроизводя сансарный круговорот. Всё это происходит из-за незнания своей собственной природы.

Иногда единство шуньяты и пробуждённости называют Самантабхадра, Изначальный Защитник. Некоторые люди считают, что основное пространство просто полностью пусто, а сознание — это нечто совершенно иное, не имеющее к пространству никакого отношения. Но это не так. Основное пространство и пробуждённость едины. Можно сказать, что основное пространство — вода, а пробуждённость — влажность этой воды. Кто сможет отделить воду от её влажности? Если бы пространство было пламенем, пробуждённость была бы жаром. Кто отделит огонь от его жара? Точно так же основное пространство всегда сопровождается пробуждённостью. Пробуждённость всегда сопровождается пространством. Одного без другого не бывает; считать иначе было бы непониманием. Скажу ещё раз: если бы пространство было сахаром, пробуждённость была бы «сладостью» этого сахара. Они вечно неразделимы. «Дхату» (основное пространство) — единство шуньяты и восприятия. Ригпа также есть не что иное, как единство шуньяты и ясности восприятия.

Когда мы знаем эту природу, находящуюся вне сложности и умопостроений, это знание и называется ригпа. Будда — это пустое по своей природе восприятие, наделённое осознаванием; а сознание живых существ — это пустотное восприятие, облачённое в неведение, незнание. Нельзя сказать, что есть хоть одно живое существо, чьё сознание в сути своей не является единством шуньяты и восприятия. Но незнание этого единства приводит к тому, что их сознание находится в состоянии пустого восприятия, облачённого в неведение.

Вернёмся к тройной небесной практике. Прежде всего пустое внешнее пространство — это просто безбрежное открытое пространство прямо перед нами. Внутреннее пространство пустого сознания — просто шуньята, пустотное качество нашего ума. Тайное пространство пустой ригпа, недвойственного осознавания, — это момент, в традиции называемый «Четвёртое без трёх». Это именно то, что нам указывает гуру. Пытаться практиковать тройное пространство, не получив указующих наставлений и не распознав ригпа, — это пытаться смешивать два типа пространства вместо необходимых трёх. Есть только два пространства, так как (замечаете вы это или нет) пространство вне вас всегда пусто. Пространство сознания всегда и навечно пусто. Сделано ли внешнее пространство из чего-либо? Состоит ли ваше сознание из каких-либо конкретных вещей? То, что не содержит в себе вещей, называется «пустым». Практиковать это, не узнав ригпа, — значит просто смешивать друг с другом два, а не три пространства. Именно это происходит, когда обычный человек расслабляется и глядит в небо.

Но практика, о которой мы говорим, называется «слияние тройного пространства»; речь идёт не о двух, а о трёх пространствах. Однажды познав ригпа, мы можем смешивать друг с другом внешнее, внутреннее и тайное пространства. Иначе это становится интеллектуальным упражнением, в котором мы думаем: «Вот пустое небо вне меня; вот пустое пространство внутри меня. Отлично, теперь мне не помешало бы пространство ригпа, чтобы смешать их все вместе». Всё совсем не так. Практика такого рода называется «смешением трёх измышлений». Получается, у нас есть «небо снаружи», «сознание внутри» и третье представление — что каким-то образом откуда-то должна появиться пустая ригпа. В действительности всё обстоит так: не нужно пытаться контролировать небо снаружи. Не нужно контролировать и сознание внутри. Просто и полностью оставьте в покое все три: и пространство снаружи, и пространство внутри, и тайное пространство ригпа. Не нужно брать и смешивать их; они и так всегда нераздельны.

Вашим глазам требуется контакт с небом, поэтому не смотрите вниз, на землю — устремите свой взгляд вверх, в пространство. Наверняка известно, что сознание по своей сути пусто, поэтому просто оставьте это пустое сознание в состоянии ригпа. Это называется «уже состоявшимся слиянием трёх пространств». В этом состоянии есть возможность быть свободным от фиксации; но имейте в виду, что любая сознательная попытка смешать воедино три пространства всегда сама по себе уже является фиксацией — мы думаем о пространстве снаружи, думаем о пространстве внутри, а потом добавляем: «Мне нужно смешать одно с другим, а потом добавить ригпа». Это нельзя назвать «слиянием трёх пространств»; напротив, это — «смешивание трёх представлений». А если мы приравниваем эти три представления, концепции, к состоянию ригпа, то получается, что концепции кажутся более важными, чем сама ригпа, неконцептуальное осознавание.

В чём смысл занятий практикой тройного пространства? Само по себе пространство ничем не ограничено. У пространства нет ни центра, ни края. Устремить взгляд в пустое пространство — хороший способ для того, чтобы позволить себе испытать, насколько же безгранично и вездесуще состояние ригпа.

Внешнее пространство — вне «появления, пребывания и прекращения»; оно является хорошей аналогией для сознания, которое, как и пространство, вездесуще, пусто и безгранично. Поэтому — объедините метод и знание.

Пусть узнанное вами состояние ума спокойно сольётся с неограниченным внешним пространством. «Метод» здесь — это небо, пространство; «знание» — осознавание, указанное вашим учителем. Когда вы пребываете в этом состоянии, уже нет необходимости пытаться сливать воедино пространство и восприятие — они и так слиты воедино.

В абсолютном смысле пространство и осознавание — одно и то же. Помещая нефиксированное осознавание в незаземлённое пространство, мы оказываем поддержку своему воззрению. Вот почему говорится, что лучше всего созерцать на открытом воздухе. А самое лучшее — практиковать на вершине горы; так, чтобы с того места, где вы сидите, вам везде открывался простор неба, даже вокруг вас и ниже вас. Огромное открытое пространство очень помогает развить в себе воззрение. Великий лама Лорепа из линии друкпа-кагью провёл тринадцать лет на острове, находящемся посреди одного из четырёх великих тибетских озер. Он говорил, что использование водной глади в качестве опоры для практики принесло ему огромную пользу.

Повторю ещё раз: воспринимаемое нами — внешние явления — пусто. Воспринимающее — сознание — тоже пусто. Соответственно, йинг и ригпа - одно и то же. В настоящий момент, однако, мы расщепили йинг и ригпа, отделили их друг от друга, получив «это — здесь» и «то -там», так что единство в нас отсутствует. Мы ведь считаем, что внешние явления и наше сознание — две разные вещи, не правда ли? Всё видимое нами в настоящее время кажется нам двойственным: воспринимаемые объекты и воспринимающее их сознание; и такое восприятие будет продолжаться до тех пор, пока мы сохраняем двойственное мышление. Вот почему в тибетском буддизме так много говорится о единстве пространства и осознавания.

Следует понимать йинг в смысле как внешнего, так и внутреннего пространства. Четыре основных элемента полностью лишены «возникновения, пребывания и прекращения». Сознание — тоже. Поскольку и то и другое находятся вне «возникновения, пребывания и прекращения», они представляют собой единство. Как нам это понять? Подумайте о пространстве внутри и снаружи вазы — и представьте себе, что происходит, когда ваза разбивается. В молитве «Да реализуем мы единство пространства и осознавания!» заключён очень большой смысл.

Всё, имеющее конкретную субстанцию, называется формой; все формы представляют собой единство видимости и шуньяты — вот что имеется в виду, когда говорят «ваджрное тело». Все звуки звучат, и, однако, они пусты; это «ваджрная речь». Когда мы открываем своё осознавание, то понимаем, что оно свободно от «возникновения, пребывания и прекращения»; это — «ваджрный ум». Всё, свободное от «возникновения, пребывания и прекращения», пусто. Именно это имеется в виду в знаменитых словах из «Чо Йинг Дзо»: «Всё видимое, слышимое и мыслимое является украшением пространства и является нам как непрерывность просветлённого тела, речи и ума». Короче говоря, всё сущее, вплоть до последней пылинки, имеет природу трёх ваджр.

Возьмём в качестве примера мою налу (чётки). Малу можно бросить на стол, и будет казаться, что она имеет физическую форму. Аналогичным образом земля, вода, огонь и ветер тоже, на первый взгляд, имеют физическую форму; но, как говорил Будда, «форма есть пустота». Нам может казаться, что формы существуют, но истинного существования они не имеют; они пусты. Факт в том, что все они могут разрушиться. В конце концов всё уничтожится: вселенная и все её элементы. Все они когда-то сформировались, все какое-то время существовали; в конце концов все они уничтожатся, после чего наступит период, когда вообще ничего не будет существовать. Эти четыре периода — формирование, пребывание, распад и небытие — имеют приблизительно одинаковую продолжительность.

Даже сейчас, рассматривая что-то, что кажется нам формой, мы легко можем убедиться, что эта форма пуста; доказательством этого служит тот факт, что эта форма подвержена распаду. «Форма есть пустота» означает, что, какие бы формы мы ни воспринимали, какими бы твёрдыми и прочными эти формы ни казались нам, они пусты, они не содержат в себе изначально присущего бытия. Следующей фразой Будды было: «А пустота есть форма»; это значит, что хотя все вещи пусты, нам они кажутся имеющими форму. Нам сложно в это поверить. Это совершенно противоречит нашему восприятию, да и не очень легко для понимания. Но все вещи пусты. По большому счёту они никогда не возникали, нигде не пребывали и поэтому никуда не исчезают — то есть находятся «вне возникновения, пребывания и прекращения».

Есть ещё одна известная фраза: «Объекты чувств — не более чем наше восприятие, и поэтому не имеют конкретного существования». Очень важно помнить это. Все объекты чувств — «просто фрагменты восприятия», и поэтому не существуют. Всё, возникающее в силу определённых причин и условий, — не более чем момент, или фрагмент восприятия. А восприятие никогда ниоткуда не возникало, нигде не находится и поэтому не прекращается. Отсюда следует, что всё сущее — это йинг, основное пространство, находящееся вне «возникновения, пребывания и прекращения». Все воспринимаемые нами внешние объекты в действительности — пространство, которое никогда не возникало, нигде не пребывает и никогда не прекращается. В то же время воспринимающее сознание — тоже вне «возникновения, пребывания и прекращения». Оно не есть некая «вещь», которая возникает где-то, пребывает некоторое время, а потом пропадает. Нельзя считать, что сознание пусто, а объекты — реальны и конкретны. Если бы дело обстояло так, не могло бы идти и речи о слиянии воедино пространства и осознавания. Всё внешнее и внутреннее, всё воспринимающее и воспринимаемое — вне какого-либо возникновения, продолжения и прекращения. Следовательно, есть возможность практиковать смешивание воедино пространства и осознавания.

Привыкание49


Сейчас читают про: