double arrow

Мотивация политического поведения


Мотивация поведения включает комплекс свойственных отдель­ному человеку или группе людей разнородных, но взаимосвязан­ных внутренних побуждений к определенным действиям. В этот комплекс входят доминирующие (центральные) и подчиненные (периферийные) побуждения. Мотив представляет собой возни­кающий на основе потребности непосредственный стимул дейст-вия [Леонтьев А. Н. Потребности, мотивы, эмоции. М., 1971. С. 6].

Следует учитывать, что мотивы, наряду с внешней средой и по­требностями людей, являются частью механизма политического поведения [Шестопал, 2000, 130]. Они связывают потребность и Действие, способствующее ее удовлетворению. В зависимости от

[219]

воздействия внешних и внутренних факторов центральные и пери­ферийные мотивы могут меняться местами и вся их иерархия может переструктурироваться.

Вначале мы рассмотрим общие мотивы участия/неучастия в по­литической жизни, а затем — мотивы голосования на выборах. Если не принимать во внимание случайные обстоятельства, то главными причинами абсентеизма в России служат [Представи­тельная демократия и электорально-правовая культура, 161] отсут­ствие интереса к выборам и убежденность в бесполезности лично­го участия в них («мой голос ничего не изменит»). К этому нужно добавить мотивы: «нет подходящего кандидата» и «из чув­ства протеста» (Экономические и социальные перемены. Монито­ринг общественного мнения. ВЦИОМ. 1995. № 2. С. 11]. Основ­ным мотивом участия в голосовании служит стремление оказать воздействие на формирование органов власти, повлиять на поло­жение дел в стране, выразить свое отношение к власти и отстоять свои интересы (Представительная демократия и электорально-пра­вовая культура, 167].

Не менее важно знать основные мотивы, лежащие в основе электоральных предпочтений людей. Представление об этом дают материалы всероссийского опроса, проведенного Институтом сравнительных социальных исследований (рис. 40).

Источник: Представительная демократия и электорально-правовая культура. М., 1997. С. 171.

[220]

В верхней и нижней частях гистограммы расположены рацио-альные мотивы (связанные с ожиданием определенного поведения

кандидата), в средней части — оценочные мотивы (основанные на мнении избирателей о качествах кандидата). В данном случае перевес был на стороне рациональных мотивов. К ним нужно до­бавить эмоциональные мотивы (основанные на ощущениях: симпа-тИИ/антипатии, надежде/сомнении и др.). О соотношении этих мо­тивов на президентских выборах 1996 г. можно судить на основе данных телефонного опроса ЦЭПИ СПбГУ, проведенного в мае 1996 г. В этом опросе использовался перечень мотивов, составлен­ный на базе обработки ответов респондентов на открытый вопрос: «Почему вы намерены голосовать за этого человека?» К эмоцио­нальным относились мотивы: «Он мне нравится» (1.1) и «Не хочу перемен» (1.2), к рациональным — «Меня устраивает его програм­ма» (2.1) и «Он знает, как решить проблемы страны» (2.2), к оце­ночным — «Я ему доверяю» (3.1) и «Ему нет достойной замены» (3.2). В таблице сопряженности этих суждений с намерением го­лосовать за одного из кандидатов содержались следующие значе­ния стандартизованных остатков (табл. 28).

Таблица 28

Значения стандартизованных остатков, характеризующие мотивы голосования за кандидатов в Президенты России *

За кого проголосуете? Почему вы намерены голосовать за этого человека?
1.1** 1.2** 2.1** 2.2** 3.1** 3.2**
Ельцин -3,3 (43) 8,0 (174) -4,7(22) -2,9(42) - 3,9 (26) 4,7 (106)
Зюганов -0,2 (13) - 4,3 (0) 0,9 (14) 3,7 (26). 4,3 (29) -2,2(5)
Явлинский 3,4 (41) -5,6(1) 5,5 (44) 1,6 (30) 0,4 (26) -3,4(7)

* Опрос (1037 человек) проведен на базе случайного отбора избирательных участ­ков и телефонных номеров избирателей с контролем квот по полу, возрасту, обра­зованию и типу занятости.

'* Цифрами обозначены номера суждений. В скобках указаны наблюдаемые час­тоты.

Анализ этой таблицы позволяет сделать вывод о том, что у сто­ронников Ельцина преобладали эмоционально-оценочные мотивы, У сторонников Зюганова — рационально-оценочные мотивы, у сторонников Явлинского — рационально-эмоциональные мотивы. Мотивы, по которым стандартизованные остатки имеют знак

[221]

«плюс», можно считать главными у сторонников соответствующего кандидата. Мотивы, по которым стандартизованные остатки имеют знак «минус», можно считать второстепенными. Так, из 423 изби­рателей, намеренных голосовать за Ельцина, 174 человека назвали мотив «Не хочу перемен» и 106 — мотив «Ему нет достойной за­мены». Это составило 66,3% всех респондентов, намеренных голо­совать за Ельцина. Люди, выбравшие мотивы: «Он мне нравится» (43 человека), «Он знает, как решить проблемы страны» (42 чело­века), «Я ему доверяю» (36 человек) и «Меня устраивает его про­грамма» (22 человека), среди сторонников Ельцина были в явном меньшинстве.

Кластерный анализ перечисленных выше переменных дает ана­логичную структуру распределения различных типов мотивации го­лосования в 1996 г. между отдельными кандидатами в Президенты России (рис. 41).

Воспроизводство сходной конфигурации эмоциональных, раци­ональных и оценочных элементов электорального выбора с помо-цью двух разных методов анализа данных не может быть случай­ном. Оно свидетельствует о существовании особых структур моти­вации голосования у сторонников отдельных политиков.

Применение метода многомерного шкалирования позволило нлявить обособленные скопления переменных, характеризующих сказанные выше мотивы голосования, а также партийные предпо-пгения и персональные политические установки (доверие кандидатам и ощущение близости их взглядов) сторонников отдельных :андидатов в Президенты России (рис. 42).

На графике можно выделить три скопления точек, отделенных (руг от друга в двумерном пространстве. Центрами притяжения

[222]

этих точек служат переменные, обозначающие кандидатов, за ко­торых были намерены голосовать избиратели в июне 1996 г. Мы видим, что мотивы голосования, характерные для сторонников Ельцина: «Не хочу перемен» (1.2) и «Ему нет достойной замены» (3.2), располагаются довольно далеко друг от друга, хотя и в рам­ках ельцинского скопления, включающего в себя голосование за НДР («партия власти» в тот период), доверие Ельцину и иденти­фикацию с его взглядами. Это подтверждает правомерность сде­ланного ранее вывода об эмоционально-оценочном характере мо­тивации голосования за Ельцина.

У сторонников Зюганова четко выделяются мотивы голосования за кандидата: «Я ему доверяю» (3.1), «Он знает, как решить про­блемы страны» (2.2), а также голосование за КПРФ, доверие Зю­ганову и идентификация с его взглядами. Это вполне согласуется со сделанными ранее выводами о рационально-оценочной структу­ре мотивации голосования за Зюганова.

У сторонников Явлинского преобладают мотивы: «Он мне нра­вится» (1.1) и «Меня устраивает его программа» (2.1), а также го­лосование за объединение «Яблоко», доверие Явлинскому и иден­тификация с его взглядами. Результаты многомерного шкалирова­ния подтверждают вывод о рационально-эмоциональном характере мотивации голосования за Явлинского. Кроме того, они позволя­ют сделать вывод о том, что структура мотивации голосования за основных кандидатов в Президенты России на выборах 1996 г. была связана с политическими установками избирателей.

Важную информацию о мотивах голосования дает опрос на вы­ходе из избирательных участков (exit-poll). В одном из таких опро­сов, проведенных 19 декабря 1999 г. ДЕССИ, изучались мотивы го-

[223]

лосования за партии [Андреенкова Е.В. Социальная структура актив­ного электората и мотивы голосования // Россия в поисках страте­гии.., 278—280]. Факторный анализ полученных данных позволил установить, что избирателей движения «Единство» привлекала его проправительственная ориентация, избирателей объединения «Яб­локо» и движения «Отечество — Вся Россия» — оппозиционность (в 1999 г.) этих блоков Правительству, избирателей КПРФ — ори­ентация этой партии на социализм, избирателей СПС — ориента­ция на демократию и капитализм [Там же, 279]. На основе обоб­щения результатов исследования А. В. Андреенкова сделала важ­ный в теоретическом и практическом отношении вывод о тенден­циях российского электорального процесса в конце 90-х годов. Первая тенденция заключается в образовании у избирателей уста­новки на сотрудничество исполнительной и законодательной влас­ти, вторая — в формировании устойчивого электората каждой из ключевых российских политических партий [Там же, 280]. Это со­здает благоприятные условия для окончательного оформления пар­тийной системы и повышения социальной эффективности деятель­ности различных властей. Ощущение консолидации власти порож­дает у населения страны надежды на улучшение жизни. Это пред­положение подтверждается результатами мониторинговых опросов ВЦИОМ (рис. 43).

[224]

На графике видно, что с 1999 г. началось увеличение доли лЮДей) испытывающих чувство надежды, и уменьшение доли людей, испытывающих чувство страха, растерянности, озлоблен­ности и безразличия. Мы видим, что состояние политической сферы жизни людей оказывает влияние на их социальное самочув­ствие. В то же время политическое поведение людей зависит от их социальных характеристик.


Сейчас читают про: