double arrow

История развития российского законодательства в информационной сфере


Десять лет назад – 20 февраля 1995 г. был принят Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации». Незадолго до этого вступил в силу Гражданский кодекс Российской Федерации, который в состав объектов гражданских прав включал информацию.

Предполагалось, что эти два закона создадут фундамент для дальнейшего развития правового регулирования в области информации и информатизации. Закон «Об информации, информатизации и защите информации» как бы признал приоритет гражданского кодекса в части регулирования имущественных отношений относительно информационных ресурсов. Для специалистов в области информатизации принятие такого закона было большим событием, завершившим острые дискуссии и ожидания. Закон открыл путь к формированию специальной отрасли законодательства Российской Федерации.

Закон сразу получил нарицательное имя – трехглавый, а позже – базовый. Трехглавым назывался потому, что в нем ясно прослежены три предмета внимания: информационные ресурсы, информационные технологии и тема защиты информации и прав субъектов в информационной сфере. Базовым он стал называться потому, что уже тогда было ясно, что одного закона в этой сложной сфере отношений недостаточно и что положено начало развитию информационного законодательства в том объеме, который будет востребован обществом. Одновременно возродились и споры относительно предмета и методов регулирования правовых отношений в информационной сфере.

Они касались двух проблем. Первая связана с применением к объектам информационного характера института собственности, хотя уже и тогда никто не сомневался, что открывается особая сфера рынка и легализации нового предмета отношений и объекта правового регулирования. Противовесом в рассуждениях относительно природы информации и ее различных форм представления, в том числе и документальных, как результата творческой, интеллектуальной деятельности, была и остается до сих пор проблема защиты авторских прав создателя информационного продукта, обладающего признаками произведения, включаемого в активную информационную среду.

Была и остается еще одна позиция данного закона, которая неоднозначно оценивается правоприменителями. Некоторым кажется необоснованным сужение сферы действия закона до области правоотношений, связанных только с документированной формой информации, а не со «всякой» информацией. Тем не менее ясно, что закон охватил достаточно большую часть информационного пространства и что есть основания подвести некоторые итоги его места и роли в упорядочении отношений в области информатизации страны, с одной стороны, и его места и роли в самой системе законодательства Российской Федерации.


Сейчас читают про: