double arrow

Религиозная политика центральной власти в крае. Начало христианизации нерусских народов


Среди нерусских народностей также увеличивался феодальный гнет. Резко ухудшила положение башкир и других нерусских народностей края крепостническая помещичья и заводская колонизация. Она сопровождалась расхищением башкирских земель, ростом налогов и повинностей. Башкир заставляли выполнять строительную, подводную, постройную, дорожную и другие повинности, а также привлекали к несению военной службы на пограничной линии. Произвол властей, взяточничество, незаконные поборы разоряли трудовой люд, вызывали нескончаемые жалобы на «крайнее изнеможение, разорение и гибель». Росло повсеместное недовольство и протест, усиливалось национально-освободительное движение.

В Башкирии вслед за выступлением 1735–1740 гг. вспыхнуло в 1755 г. восстание под руководством Батырши. В начале 70-х годов назрело новое массовое выступление трудового населения Башкирии.

Задачам искоренения «крамолы», «умиротворения» была подчинена и политика царского правительства по отношению к казачеству и нерусским народностям Оренбургского края. Чтобы вытравить из сознания народа память о событиях грозной «пугачевщины», правительство указом от 15 января 1775 г. р. Яик переименовало в Урал, а Яицкое казачье войско — в Уральское. Было строжайше запрещено упоминать даже имя Пугачева.




Стремясь подчинить казачество своим интересам, превратить его из зачинщика народных движений в карательную силу, царизм, опираясь на казачью атаманско-старшинскую верхушку, делает некоторые уступки казачьему управлению и вместе с тем постепенно реформирует казачество на армейский лад. Казачьим верхам предоставляются офицерские чины и дворянство, право владеть крепостными людьми.

Царское правительство способствовало проникновению крепостничества среди нерусских народностей края. Указом 22 февраля 1784 г. было закреплено одворянивание местной национальной феодальной верхушки. Татарским и башкирским князьям и мурзам разрешено воспользоваться «вольностями», выгодами и преимуществами российского дворянства, включая и право владеть крепостными, правда, только мусульманского вероисповедания. Самыми крупными из мусульманских помещиков были Тевкелевы, наследники известного переводчика и дипломата, впоследствии генерала Тевкелева. В их владении было более тысячи крепостных татар и башкир.

Однако, опасаясь новых народных выступлений, царизм не решился полностью закрепостить нерусское население края. Башкиры и мишари были оставлены на положении военно-служилого населения. В 1798 г. было введено кантонное управление в Башкирии. В образованных 24 областях-кантонах управление осуществлялось на военный лад.

После подавления Крестьянской войны 1773–1775 гг. не наступало «умиротворения» Оренбургского края. Борьба трудящихся здесь, как и по всей стране, продолжалась. Ее порождали нарастающий крепостнический гнет и ухудшающееся положение трудового люда в условиях разложения феодального строя.



Народ не смирился с мыслью о поражении Пугачева. Упорно ходили слухи, что «Пугачев жив», что «на место Пугачева есть другой — Максим Железо, или Железняков». Передавались рассказы об атамане Заметаеве (Метелкине): «Пугачев попугал дворян, а Заметаев их окончательно выметит».

В 1779–1781 гг. вспыхнуло волнение приписных крестьян Авзяно-Петровских металлургических заводов Демидова. Крестьяне отказывались платить недоимки, исполнять заводские работы, требовали возврата их в привычное крестьянское состояние.

С 1796 г. начался резкий подъем борьбы помещичьих крестьян за освобождение от крепостной зависимости и переход в казенное ведомство. В Оренбуржье наиболее крупные волнения произошли в имениях помещика Тевкелева в 1797–1799 гг., Нагаткиной в 1797 — 1805 гг. и др.







Сейчас читают про: