Р. Л. СТАЙН
ДЕСЯТЬ ИСТОРИЙ УЖАСА
НЕ САДИТЕСЬ НА ГРОНКА
– Он не работает.
– Дай взглянуть, Брэд. – Моя пятнадцатилетняя сестра вцепилась в «Уокмен», который я держал в руках, и рванула его с такой силой, что чуть не оторвала мне голову.
– Э-э-э! Секундочку! Дай наушники хоть выну! – крикнул я.
Было это рождественским утром. Мама, папа, Келли и я сидели вокруг елки в гостиной и открывали подарки.
Мама с папой подарили мне этот самый «Уокмен», но он оказался сломан. Из наушников не доносилось ни звука.
– Ты их не в то гнездо воткнул, – нахмурилась Келли. – Хоть бы инструкцию на коробке сперва прочел. Вот бестолочь!
– Я не бестолочь! – заорал я.
– А я говорю – бестолочь!
– А я говорю – нет! – еще громче завопил я
– Не называй брата бестолочью. Это нехорошо, – укоризненно сказала мама.
– А я тут причем? Правда глаза колет, – заявила сестра.
– Довольно, – остановил ее папа.
Я засмеялся.
Папа повернулся ко мне:
– Не смейся. Твоя сестра права.
ЧТО?!
– Тебе следовало сперва прочесть инструкцию, – продолжал папа.
– Твой отец прав. Ты вечно ленишься читать инструкции, – сказала мама.
– Ладно. Ладно, – проворчал я. – Все правы.
Я заметил, как Келли ехидно ухмыльнулась мне, пока папа доставал из-под елки последний подарок.
– Этот для тебя, Брэд!
Я потянулся за небольшой коробкой, завернутой в блестящую красную бумагу. Все свои подарки я уже открыл, и подарок от папы и мамы вообще-то должен был оказаться последним.
Я посмотрел на прикрепленную к коробке карточку. Там была надпись: «Для Брэда». А больше – ничего.
– От кого это? – спросил я.
Никто не знал.
Я сорвал бумагу, открыл коробку и заглянул внутрь.
– А-а-а-а-а. Всего лишь Кушбол.[1]
– Я его возьму, – Келли выхватила у меня коробочку.
– А ну отдай! Это мое! – я выхватил ее обратно.
У меня этих Кушболов не меньше сотни, но черта с два я позволю дуре-сестрице присвоить что-нибудь мое.
Я вытащил голубой Кушбол из коробки.
Я замахнулся, метя им в Келли.
Но тут же остановился.
Какой-то он был не такой.
Теплый на ощупь.
Я уставился на него – и у меня перехватило дух.
– Смотрите! – крикнул я. – Он… он шевелится!
– Мы, Брэд, на твои убогие шуточки не поведемся, – заявила Келли.
– Говорю вам, он шевелится!
Я разглядывал мячик. Размером и весом он напоминал теннисный. Я смотрел на его голубые резиновые нити. А, понял я, и правда не шевелится. Это просто нити у меня в руке подрагивают. Нормальный Кушбол.
Я пробежался по нитям рукой. Они раздвинулись, а под ними я увидел крохотные пупырышки.
– Эй, глядите! Этот не такой, как все. Должно быть новая модель.
– Как ты меня достал… – Келли вскочила и поспешила вон из комнаты.
А я все смотрел на пупырчатый мячик.
Погодите-ка. Кажется, только что я заметил движение?
Я прищурился.
Да! Я не ошибся!
– Он шевелится! – воскликнул я. – Кажется, он дышит!
Келли вернулась в комнату. Она заглядывала мне через плечо, пока я наблюдал за мячиком. Наблюдал, как он вздымается и опадает, вздымается и опадает. Незначительные движения, но это точно было дыхание!
– Он живой! – воскликнул я.
– Брось его! – взвизгнула Келли, шарахнувшись назад. – Он живой!
– Бросить его? Ты что, сдурела? – Я нежно пропустил резиновые пряди сквозь пальцы – и маленький мячик издал негромкое мурлыканье.
– Это уж слишком! – Келли попятилась еще дальше.
Подошли мама с папой и уставились на мячик у меня в ладони.
– И точно, шевелится, – сказала мама.
– Это какое-то живое существо, – сказал папа. – Хотел бы я знать, что это. – Он почесал в затылке.
– Это потрясающе! Могу я его оставить? – спросил я.
Мама посмотрела на папу.
Папа пожал плечами.
– Почему бы и нет? – решила, наконец, мама. – Разумеется, если будешь хорошо о нем заботиться.
– Класс! – Я водрузил существо на охапку остальных подарков и побежал к себе в комнату.
– Что ты такое? – я присел на кровать и снова взял существо. Я пробежался пальцами по мягким голубым прядкам – и оно хихикнуло!
Ух ты!
Вот это потряс!
Я раздвинул прядки и поискал глаза, нос, рот и уши.
Похоже, таковых не имелось – во всяком случае, я не нашел.
Надо позвонить Роско и рассказать ему, подумал я. Роско – мой лучший друг. У него дома есть хомяк, которого он считает невероятно клевым. Ха! Постойте, вот увидит этого!
Я принялся укладывать странное существо в коробку, как вдруг заметил на дне оранжевый листок бумаги. Я прочел его вслух:
– «Как заботиться о вашем Гронке».
– Вот ты, значит, кто! – сказал я маленькому созданию. – Ты – Гронк.
Я небрежно отбросил бумажку. Аккуратно посадил Гронка обратно в коробку и поспешил к телефону.
Едва заслышав о Гронке, Роско прибежал на него посмотреть.
– Вау! Вот это круто! – воскликнул он, глядя на существо в коробке.
– Давай возьмем его на улицу! – Я подхватил Гронка, и мы выскочили во двор.
– Дай подержать! – крикнул Роско.
Я кинул ему существо через весь двор.
– Эй! Ему вроде понравилось! – Роско поймал Гронка. – Я вроде смешок слышал!
На улице был кусачий мороз, и я опасался, не слишком ли холодно для Гронка. Но ему все было нипочем – даже пронизывающий зимний ветер. Каждый раз, как мы его кидали, он издавал тоненький радостный смешок. До чего же здорово!
Роско швырнул мне Гронка – слишком высоко, тот пролетел прямо у меня над головой.
О нет!
Я подался назад – и поймал его!
Я облегченно вздохнул.
Гронк вихлял от блаженства всем телом. Его резиновые пряди щекотали мои ладони.
– Эй, а ты прав! – сказал я Роско. – И впрямь кайфует!
Мы кидали Гронка взад-вперед. Взад и вперед… пока я не уронил его!
– Не-е-е-ет! – вскрикнул я, когда он вывалился у меня из руки.
Я стремительно нагнулся – и поймал его прежде, чем он стукнулся о землю! Но что-то было не так.
– В чем дело? – подбежал ко мне Роско.
– Он… он стал тяжелее, – пробормотал я. – Я потому и уронил – не ожидал, что он потяжелеет.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Роско.
– Говорю, он вдруг будто прибавил в весе.
Я поднял и опустил руку с Гронком.
– Да. Он точно потяжелел. Вот. – Я протянул его Роско. – Что думаешь?
Роско взял у меня Гронка и тут же вскрикнул:
– Да он растет!
– Да быть не может! – Я выхватил у него существо… и почувствовал, что все его тело пульсирует. Пульсирует, сжимаясь и разжимаясь в мерном ритме. Пульсирует и растет.
– Он растет! – выдохнул я.
Я с трепетом смотрел, как по резиновым прядям волнами пробегает дрожь. Он шевелился и рос. Становился все больше и больше.
Я оцепенело стоял, глядя, как существо растет в моих руках – пока оно не вымахало размером с шар для боулинга.
– Вау! Вот теперь он реально тяжелый. Подержи! – я сунул его Роско, но тот шарахнулся назад.
Гронк упал на землю – и подскочил!
– Эй, клево! – воскликнул я.
Я поймал Гронка на подскоке и повел по снегу, как баскетбольный мяч.
Гронк громко хохотнул!
Я перекинул его Роско.
Роско повел его, потом сделал передачу мне. А Гронк знай себе похохатывал!
Я застучал Гронком по подъездной дорожке.
Чем больше я его гонял, тем выше он подскакивал!
Чем больше я его гонял, тем громче он смеялся!
– Вот это класс! – прокричал я и погнал его к баскетбольной корзине за гаражом.
Я подбежал к корзине. Бросил Гронка вверх – и в яблочко!
Едва проскочив сквозь обруч, Гронк снова начал расти!
– Ух ты! Он теперь с баскетбольный мяч! – воскликнул я.
Мы еще немножко покидали Гронка в корзину.
Мы играли один против одного. Под конец игры я снова поймал существо и растерянно покачал головой.
– Роско, смотри, он стал еще больше! Он уже больше баскетбольного мяча!
Роско не находил слов.
Мы прогнали Гронка по улице до самого дома Роско – и всю дорогу он продолжал расти!
– Я больше не играю, – пропыхтел Роско, переводя дух. – Эта штуковина слишком большая. И весит, небось, изрядно.
Я посмотрел на Гронка. Он уже вымахал с мой пляжный мяч. Только гораздо, гораздо тяжелее. Я нагнулся и попробовал его поднять. Не смог.
– Жуть какая-то, – Роско бросил взгляд на Гронка. – Пойду-ка я. Уже поздно. – Он повернулся и поспешил в дом.
Я стоял возле Гронка. Я склонился над ним и толкнул в сторону дома.
Он не сдвинулся с места.
Я уперся в него обеими руками и толкнул снова. Он медленно покатился вперед.
Мама с папой глазам своим не поверят, подумал я, толкая существо.
Я и сам-то не мог поверить. Роско был прав – что-то в этом было жуткое.
Обратный путь с Гронком отнял у меня все силы.
Пыхтя, я принялся толкать сильнее.
– Я должен поскорее показать тебя маме и папе, – сказал я, взглянув на существо. – Надо показать им, как быстро ты растешь. Может, они поймут, что с тобой творится.
К тому времени, как я, наконец, докатил Гронка до парадной двери, я ужасно запыхался.
Я открыл дверь. Потом склонился над существом и с трудом затолкал его в дом.
– Мам! Пап! Идите, посмотрите! – крикнул я. Но из комнаты никто не вышел.
– Мам? Пап? – я обежал весь дом. Они куда-то ушли.
Я бросился в гостиную.
О, нет! Гронк вымахал еще больше!
Я ворвался в комнату Келли.
– Келли! Скорее! Ты должна пойти со мной!
– Не видишь – по телефону разговариваю?! – рявкнула она.
– Пожалуйста! – взмолился я.
– Исчезни.
Я побежал обратно в гостиную.
Ну и что мне с тобой делать? Я уставился на существо. Ты громадина! Кряхтя, я покатил Гронка в спальню. Там я сразу повалился на кровать.
Гронк басовито замурлыкал и снова начал расти!
– Вау! – воскликнул я. – Да ты уже размером с кресло!
Я соскочил с кровати – и уселся на него.
– Эй, а ты удобный! – я погладил Гронка. – Прямо кресло-мешок!
Гронк вздрогнул – и хихикнул.
Я откинулся назад и погрузился в него поглубже.
Гронк опять хихикнул.
Я заложил руки за голову. Я еще немного откинулся назад, а Гронк завибрировал и вырос еще больше!
Мимо моей комнаты, даже не заглянув внутрь, прошла Келли.
Гронк продолжал разбухать. Он подымал меня все выше и выше. И выше!
– Стоп! – завопил я. – Это уж слишком! Кончай расти!
Гронк, тем не менее, продолжал. Его раздавшаяся туша уже занимала большую часть моей спальни.
– Пожалуйста, хватит! – вопил я. – Ты слишком большой!
А Гронк все рос.
– Келли, на помощь!
– Чего тебе? – Ее шаги простучали по коридору. Она заглянула ко мне – и взвизгнула.
– Брэд! Что это?!
– Это то мелкое создание! – я скатился с Гронка и грохнулся на пол между ним и стеной. – Только больше оно не мелкое!
Я попытался встать. Но тварь с силой хлестнула меня резиновыми плетьми, и я снова рухнул.
Келли дотянулась до меня и поволокла к двери. Я протиснулся мимо огромной туши и, наконец, смог выползти в коридор.
– Что же нам делать? – взвыл я. – Он растет и растет!
Келли оглядела мою комнату. Ее взгляд остановился на оранжевом листке бумаги, лежавшем у меня на постели.
Она перегнулась через Гронка и потянулась за бумажкой. Тянулась, пока не смогла-таки ее схватить.
– Ты это читал? – требовательно спросила она, держа бумажку – инструкцию – в руках.
– Нет. Не читал, – признался я.
Гронк басовито хохотнул и еще немного прибавил в размерах.
– Пошли отсюда! – Келли схватила меня за руку, и мы помчались по коридору.
БУМ. БУМ. БУМ.
Гронк поскакал за нами.
– Читай инструкцию! – закричал я, когда мы ворвались в гостиную.
Дрожащим голосом Келли начала читать:
– Гронк будет восхитительным питомцем до тех пор, пока вы выполняете три несложных правила…
БУМ. БУМ. БУМ.
Гронк медленно катился к гостиной.
– Скорее, Келли! Читай! – вопил я, отступая в угол.
– Правило номер один, – торопливо читала она. – Гронк будет сохранять свой маленький размер, пока вы держите его в доме. НИКОГДА не выносите его на улицу, иначе он начнет расти с невероятной скоростью.
– О, не-е-е-е-е-е-ет! – простонал я.
БУМ. БУМ. БУМ.
Гронк приближался.
– Читай! – крикнул я. – Дочитывай правила!
Келли нервно взглянула на двери гостиной. Оранжевый листок ходуном ходил в ее трясущихся руках.
– Правило номер два. НИКОГДА не используйте его вместо мяча, потому что это сделает его игривее, чем обычно.
– Поздно! – заорал я. – Поздно уже! Читай дальше!
– Правило номер три. НИКОГДА не садитесь на Гронка, потому что… Брэд, осторожно! – взвизгнула Келли и запрыгнула на диван.
Гронк ворвался в комнату. Сейчас он подскакивал быстро-быстро.
Он покатился ко мне. Он загнал меня в угол. И начал вжиматься туда сам.
– Почему на него нельзя садиться?! – выкрикнул я. – Дочитай инструкцию! Дочитывай!
– НИКОГДА не садитесь на Гронка… – читала Келли срывающимся голосом.
– Ой! – вскрикнул я, когда Гронк пихнул меня к стене. – Читай, Келли! Читай! – Я сполз на пол. Гронк навис надо мной.
– НИКОГДА не садитесь на Гронка, – по новой начала читать Келли, – потому что… потому что тогда он захочет сесть на ВАС!
ЧВАК.