double arrow

Проективный литературный тест


Проективные методы широко применяются при исследовании личности, поскольку они обладают боль­шими возможностями и относительно просты в при-



Белянин В. Психологическое литературоведение



менении. Как известно, они построены на возможнос­ти множественных интерпретаций эксперименталь­ной ситуации испытуемыми. Проективный метод по­зволяет выявлять уникальную систему личностных смыслов (проекций), равно как и когнитивный стиль испытуемых.

Среди большого разнообразия проективных мето­дов, находящихся в арсенале психологов, различают: визуальные (задача которых стимулировать у испытуе­мых создание зрительных образов); интерпретацион­ные (предполагающие истолкование ситуации); экс­прессивные (рисунки человека, фантастических существ, животных, с которыми испытуемый себя отождествля­ет) и др. (Соколова, 1980; Батаршев, 2004; Елисеев, 1999; Романова, 2004, и др.).

Особого внимания психологов заслуживают диаг­ностические возможности, связанные с различными вербальными проявлениями личности, прежде всего на уровне слова, а также рассказов и пересказов. Большое внимание в последнее время уделяется также микро­семантическому анализу.

Проективные тесты, использующие словесный ма­териал, получили особое распространение и приме­нение в психологии с развитием психолингвистики. Психолингвистика различает объективную и субъек­тивную семантики. Первая является семантической системой значений языка, вторая представляет собой ассоциативную систему, существующую в сознании ин­дивидуума. В связи с этим семантические признаки подразделяются на принадлежащие семантическим компонентам лексики, взятой в абстрактно-логичес­ком (объективном) плане (значения), и на относящи­еся к области ассоциаций (субъективные смыслы). Психолингвистическое понятие «семантическое поле» представляет собой совокупность слов вместе с их ассоциациями. Существует целый ряд методик, выяв­ляющих смыслы.

Ассоциативный эксперимент показывает наличие в значении слова (а также предмета, обозначаемого сло­вом) психологического компонента, давая возможность


I


Глава 3. Индивидуально-психологические особенности... 237

построить семантическую структуру слова. Он вскры­вает существующие в психике носителя языка семан­тические связи слов. Поэтому он широко известен и активно используется в психолингвистике, психологии, социологии, психиатрии.

Метод семантического дифференциала, предложен­ный Ч. Осгудом, служит для построения субъективных семантических пространств и относится к методам шкалирования. В качестве объекта при этом могут вы­ступать как физические, так и социальные процессы, в том числе слова. Этот метод позволяет осуществлять количественное (и одновременно качественное) ин­дексирование значения слова с помощью двухполюс­ных шкал, на каждой из которых имеется градация с парой антонимических прилагательных.

Методика дополнения, или восстановления. Сущ­ность ее состоит в деформации речевого сообщения и последующем его предъявлении испытуемым для вос­становления. Интересно, что лица, дающие в свобод­ном ассоциативном эксперименте большое количество редких ассоциаций, хуже восстанавливают поврежден­ный текст. Кроме того, тексты, написанные такими ис­пытуемыми, указывают на их повышенную тревож­ность.

Методика неоконченных предложений заключает­ся в том, что испытуемым предлагается либо устно, либо письменно закончить начатые экспериментато­ром предложения.

Методы косвенного исследования семантики за­ключаются в том, что испытуемых просят высказаться относительно истинности или ложности некоторого суждения или объяснить значение псевдослова.

Градуальное шкалирование. Испытуемым предлага­ется расположить ряд слов одной семантической груп­пы «по порядку». Результаты этих экспериментов по­зволяют создавать «градуальные словари», представля­ющие практическую ценность, в частности, для состав­ления рекламных текстов.

Методика определения грамматической правиль­ности позволяет получить статистически достоверный



Белянин В. Психологическое литературоведение



материал в отношении грамматически допустимых, с точки зрения носителей языка, высказываний.

Методика прямого толкования слова представляет собой описание содержания и объема значения слова.

Наиболее близки нам психосемантические мето­ды, которые позволяют моделировать пространство ба­зисных категорий сознания. Это направление очень глубоко развивается В.Ф. Петренко (Петренко, 1983, 1987; Шмелев, 1983).

Основным методом экспериментальной психосе­мантики является метод реконструкции субъектив­ных семантических пространств. Семантическим про­странством В.Ф. Петренко называет совокупность оп­ределенным образом организованных признаков, опи­сывающих и дифференцирующих объекты (значения) некоторой содержательной области. При этом он вы­деляет некоторое правило группировки отдельных при­знаков (дескрипторов) в более емкие категории, ко­торые и являются исходным алфавитом этого реду­цированного языка — семантического пространства. Этому определению удовлетворяют, в частности, про­цедуры контент-анализа или информационно-поис­ковые языки, применяемые в информатике для фор­мализации и упорядочивания информации в рамках больших информационных массивов, как, например, формализованная запись содержания книг и распре­деление их по различным тематическим разделам в библиотечном деле. В более узком смысле слова се­мантическим пространством называется такое про­странство признаков, для которого правила объеди­нения отдельных признаков-дескрипторов заданы ста­тистическими процедурами. В качестве примера наи­более известного и простого варианта семантическо­го пространства можно привести методику семанти­ческого дифференциала Ч. Осгуда. Математически по­строение семантического пространства является пе­реходом от базиса большей размерности признаков описания к базису меньшей размерности (категори­ям-факторам). Семантически категории-факторы, яв­ляясь формой обобщения исходного языка описания,


Глава 3. Индивидуально-психологические особенности... 239

выступают метаязыком описания значений, позволя­ющим разложить (описать) значения в фиксирован­ном алфавите категорий-факторов, выносить сужде­ния об их сходстве и различии и т.п.

С учетом возможностей и ограничений коротко описанных выше методов был создан Проективный литературный тест (далее ПЛТ). Он представляет со­бой набор небольших текстов, созданных на основе реальных произведений художественной литературы, которые были типологизированы на основании отра­женных в них акцентуаций.

В ПЛТ представлены следующие типы текстов: «ве­селые» (маниакальность), «светлые» (паранойяльность), «красивые» (истероиодность), «темные» (эпилептоид-ность), «печальные» (депрессивность) и «сложные» (ши-зоидность). Кроме того, в стимульный материал вошли дополнительные типы текстов, о чем подробнее речь пойдет дальше.

Опираясь на гипотезу о сходстве читателя и пи­сателя Геннекена—Рубакина, мы выдвинули предпо­ложение, которое заключалось в том, что читатели оп­ределенного типа выбирают для чтения произведе­ния авторов той же акцентуации. Иными словами, читатели с депрессивной акцентуацией будут пред­почитать «печальные» тексты, эмоционально-смысло­вая доминанта которых отражает депрессивность ав­тора, читатели с истероидной акцентуацией — «кра­сивые» тексты, и т.п. Причем речь идет не всегда имен­но о предпочтении (поскольку человеку в состоянии, допустим, депрессии совсем ни к чему читать печаль­ные тексты, а в состоянии маниакальности вообще не до чтения), а скорее об адекватности интерпретации. Тексты, которые соответствуют их акцентуации, будут интерпретироваться максимально адекватно автор­скому замыслу.

В список текстов вошли произведения, имеющие признаки выбранных акцентуаций (см. описание прин­ципов отбора в главе 3). Кроме того, произведения не должны были быть известны испытуемым. Для этого привлекались тексты, которые издатели только соби-



Белянин В. Психологическое литературоведение



рались печатать Основным источником нам служили материалы аннотированного издания для переводчи­ков «Современная зарубежная художественная лите­ратура». Их содержание было сжато в соответствии с их доминантой до размеров высказываний-микротек-стов, или аннотаций.

Об этом следует сказать несколько больше. Отсут­ствие стандартизированных процедур компрессии ху­дожественных текстов делает необходимым использо­вание такого «объективного критерия» компрессии, как интуиция. Так, теоретически трудноосуществимое сжа­тие художественного текста с легкостью, однако, совер­шается в повседневной жизни каждый раз, когда, на­пример, кто-то пересказывает содержание прочитан­ного произведения. При этом почти всегда можно убе­диться в справедливости утверждения Н.И. Жинкина, который писал: «В конечном счете во всяком тексте, если он относительно закончен и последователен, вы­сказана одна мысль, один тезис, одно положение. Все остальное подводит к этой мысли, развивает ее, аргу­ментирует, разрабатывает» (Жинкин, 1982, с. 250).

При создании аннотаций основным способом ком­прессии было упоминание о действующих лицах и ос­новных событиях, в которых участвует главный герой (так называемый метод сюжетных схем — Везе, 1985) Например, содержание одного политического романа (Р. Кондон «Зима убивает») было представлено следу­ющим образом: «Пытаясь выяснить, кто убил его бра­та-президента, герой романа узнает, что в этом был за­мешан не только его отец, но и огромный механизм секретных служб».

В аннотациях, как правило, указывались время дей­ствия, имена и социальный статус основных действую­щих лиц. Например: «Испанская танцовщица Кароли­на Карассон — подруга и любовница Наполеона III — завоевывает всемирную известность благодаря свет­ским, политическим и финансовым успехам» («Пре­красная Отера»).

Иногда можно было ограничиться указанием на тематику произведения: «Роман о веселой и шумной


Глава 3. Индивидуально-психологические особенности... 241

жизни цыганского табора» («Цыгане»). В некоторые аннотации было включено указание на жанр произве­дения: «Герой романа — корреспондент — осмелива­ется вступить в борьбу с кровавым режимом и траги­чески гибнет» («Ярмарочный столб»).

Особое внимание при создании аннотаций прида­валось тому, чтобы итоговая аннотация представляла собой целостное законченное высказывание. Эдгар По, описывая процесс создания поэмы «Ворон», отмечал, что начало поэмы было определено им после того, как был найден эмоциональный тон (тоска и меланхолия) и конец стихотворения (цит. по Арнаудов, 1970, с. 407— 408). Поэтому предложенные испытуемым аннотации содержали в себе и описание развязки произведения, например: «Юноша убежал из дому. Вернувшись через два месяца, он без всякой видимой причины убивает мать, брата, любимую девушку и бросается под колеса автомобиля» («Душа мальчика»).

Создавая аннотации вместе с психиатром Л.Т. Ям-польским, мы стремились сохранить оценочные клю­чевые прилагательные и эмоционально нагруженные слова, которые присутствовали в авторском тексте: «Сын игрока, обаятельный Дарси Дансер, стремился выйти победителем из всех жизненных трудностей, очаровать всех женщин, выиграть на всех скачках»; «Главная мысль романа — столкновение естественного и ясного мироощущения людей пустыни с обманом и неспра­ведливостью современного цивилизованного общества». Иными словами, мы стремились передать «эмоциональ­но-чувственное состояние», заложенное в тот или иной тексты автором.

Иногда для этого приходилось прибегать непос­редственно к цитате: «"Я не знаю, как я должна жить. И как должны жить другие... Я знаю только, как живу я. Как улитка без раковины. А так не проживешь", — го­ворит главная героиня, умеющая хорошо работать, но неудачливая и беспомощная в личной жизни».

При создании аннотаций важно было избегать лю­бой дополнительной оценки содержавшихся в ориги­нале эмоциональных структур. Они включались толь-

16 Литературоведение



Белянин В. Психологическое литературоведение



ко в том случае, если непосредственно в нем присут­ствовали: «Парикмахерша мечтает о роскошной жиз­ни, но не может вырваться из круга безрадостных обя­занностей».

К сожалению, это не всегда удавалось, в результа­те чего появлялись, например, такие аннотации: «Этот поэтический цикл пронизывает холодное отчаяние от ощущения уходящей жизни: надо от всего отка­заться, ибо уже измерен срок и сосчитаны шаги и удары сердца».

В целом аннотации были составлены на основе описанной выше типологии текстов, что позволяло сочетать интуитивную оценку эмоциональных струк­тур текста с языковыми фактами (показателями ак­центуации), имевшимися в самом произведении. По­лученные 80 аннотаций были распечатаны в случай­ном порядке. Они имели последовательную нуме­рацию.

Примерами «темных» текстов являются следую­щие: «Роман повествует о карательной экспедиции, целью которой является расправа над жителями мя­тежной деревни»; «Юноша убегает из дома. Вернув­шись через два месяца, он без всякой видимой причи­ны убивает мать, брата, любимую девушку и бросается под колеса автомобиля»; «Капитан полиции Грегори-ус допрашивает преступников ударами по почкам, ко­леном в пах, кулаком в солнечное сплетение и таким образом раскрывает преступления».

В качестве «печальных» текстов выступали тексты следующего содержания: «Безысходно текут дни оди­ноко живущего пенсионера. Все чаще он думает о том, чтобы принять снотворное и уснуть навеки»; «Этот поэтический цикл пронизывает холодное отчаяние от ощущения уходящей жизни: надо от всего отказаться, ибо уже измерен срок и сосчитаны шаги и удары серд­ца»; «У могилы матери героиня впервые ощущает пу­гающую пустоту своей внешне благополучной жизни, горечь мыслей о навсегда упущенной возможно­сти понять и согреть сочувствием близкого ей чело­века».


* Глава 3. Индивидуально-психологические особенности... 243

«Веселые» тексты были представлены сюжетами сле­дующего характера: «Герой романа — парашютист — влюблен в свою профессию и полон отваги при совер­шении подвига»; «Роман о силе духа и мощи челове­ческой личности отважных молодых ребятах-шоферах, пробивающихся с важным грузом сквозь снежные за­носы».

В качестве «красивых» текстов использовались та­кие: «Молодой клерк мечтает о "пути наверх", рисует в воображении машины лучших марок, дорогие укра­шения, модные наряды»; «Отец считает сына ленивым и легкомысленным. А тот, рискуя жизнью, спасает по­павшую в снежную бурю группу туристов и становится героем фильма»; «Богатый граф полюбил героиню за ее необыкновенную душу и не замечаемую никем кра­соту. Героиня спасает жизнь графу, и он в знак благо­дарности делает ей предложение».

«Светлые» тексты были представлены так: «Сме­лые изобретения ученого наталкиваются на косность, непонимание и зависть. Однако, несмотря на неудачи (увольнение с работы, уход жены к другу и т.п.), он не отказывается от своих исследований и в результате добивается всеобщего признания»; «История финан­сового консультанта, человека честного и принципи­ального, который стремится вывести на чистую воду всех недобросовестных клиентов и из-за этого подвер­гается преследованию»; «Движимый сознанием соб­ственного долга перед своей страной, герой романа претворяет в жизнь программу распространения куль­туры. Но это вызывает злобу членов правительства, ко­торые пытаются его запугать».

«Сложные» тексты — это, как правило, научные тек­сты. В художественной литературе они встречаются реже и связаны, как отмечалось ранее, с мистикой, религиоз­ной (а в настоящее время околорелигиозной и фило­софской) тематикой, могут быть написаны в жанре научной фантастики или быть сугубо формальными упражнениями (конкретная поэзия). Примером «слож­ных» текстов, использованных в ПЛТ, может послужить следующий: «В мертвом городе имеется суд, которому

16*



Белянин В. Психологическое литературоведение



некого судить. Осознав, что он никогда не выйдет от­сюда, молодой юрист убивает председателя суда и за­читывает перед новым судьей приговор себе». Или та­кой: «Пара влюбленных замечает на берегу моря не то червячка, не то жучка, который интересно светится. Раз­ноцветными световыми импульсами этот червячок пытается сообщить им нечто чрезвычайно важное, но непонятное. Но влюбленные не видят того чуда, кото­рое живет и светится рядом, и, проходя, наступают на него».

Подводя итоги описанию стимульного материала, подчеркнем, что наше внимание было сконцентриро­вано на наиболее явно выраженных текстовых при­знаках обсуждаемых акцентуаций. Очевидно, что даль­нейший анализ позволит детализировать, расширить и углубить представление об этих признаках, уточнить их распределение, равно как и смыслы одних и тех же понятий (например, запах, цвет, смерть, смех) в различ­ных типах текстов.


Сейчас читают про: