double arrow

Становление образования и науки


Молодому государству требовались национальные кадры, в пер­вую очередь государственных и хозяйственных руководителей, вра­чей и учителей. Сложность состояла в том, что в стране, вследствие низкого уровня грамотности населения и отсутствия отлаженной системы образования, обучение управленческих кадров было невоз­можно. Поэтому в 1925 г. на учебу за пределы Тувы направили две группы тувинцев: 10 чел-в Москву в Коммунистический универ­ситет трудящихся Востока (КУТВ), 17 — в партшколу Улан-Батора. Таким образом, наметились две линии подготовки кадров.

В основном обучение национальных кадров осуществлялось в СССР, поскольку ТНР с первых дней оказалась связанной с ним мно­жеством торговых, финансовых, культурных и политических связей. Немаловажным для Тувы фактором являлось и то, что на первых по­рах все расходы, связанные с учебой, брала на себя советская сторона.

Особую роль в деле подготовки национальных государственных кадров сыграл Коммунистический университет трудящихся Востока, организованный по постановлению ВЦИК при Народном Комисса­риате по делам национальностей. В его стенах за 1925-1944 гг. про­шли обучение более 200 чел. КУТВ не был обычным университетом, а представлял собой советскую партийную школу, где обучение ве­лось на более высоком уровне по сравнению с другими совпартшко­лами. КУТВ готовил кадры руководящего звена для национальных республик, преимущественно из представителей коренных нацио­нальностей. Цель создания подобного университета недвусмыслен­но указана в самом его названии - распространение идей комму­низма на Восток. По свидетельству австрийского ученого О. Менхен-Хельфена, «сотни юных восточников: якуты, монголы, тувинцы, узбеки, корейцы, афганцы, персы - воспитываются там в продолже­ние трех лет для того, чтобы у себя на родине взорвать все старое. В три года шаманисты становятся атеистами, поклонники Будды - поклонниками трактора».




Отбор будущих студентов велся целенаправленно. Контингент обучавшихся в СССР в основном составляла молодежь, зачастую ма­лограмотная или неграмотная, но обязательно состоявшая в рядах ТРСМ или ТНРП. Двумя основными поводами для отказа в приеме на учебу служили политическая неграмотность или слабое здоровье. Будущие «строители» коммунизма должны были быть крепки телом и духом, правильно понимать линию партии.

В КУТВ кадры готовили прежде всего на основном трехгодич­ном отделении. Кроме того, с 1929 по 1933 г. для ускоренной подго­товки низовых работников при университете организовали годич­ные, а затем двухгодичные кожуунные курсы, на которых прошли обучение 83 чел.

Учебная программа предполагала серьезные нагрузки. На пер­вом курсе студенты изучали общеобразовательные дисциплины: географию, биологию, математику, естествознание, историю стра­ны и всеобщую историю, родной и русский языки. На втором курсе добавлялись обществознание, история революционного движения, животноводство, радиодело, государственное и партийное строи­тельство, на третьем — экономика ТНР и гигиена. Ежегодно в лет­ний период студенты-второкурсники выезжали на практику в Туву, где помогали в работе местным руководителям разных уровней, подмечая как их достижения, так и недостатки. По завершении практики студенты собирались на заключительную конференцию, на которой получали оценку своей работы от ЦК партии.



В КУТВ действовала ячейка ТНРП, которая активно проводила партийную работу среди студентов-тувинцев. Политическая пас­сивность или беспартийность могли послужить поводом для ис­ключения из университета. Тувинская номенклатура готовилась по образу и подобию советской в привилегированных условиях. Так, несогласный с этим преподаватель КУТВ Х.М. Сейфулин в письме к С.К. Тока отмечал: «...в КУТВе кормят 5 раз в день, зачем это, вполне хватит три раза в день. Почему студентов нужно отправлять курьерским поездом, когда скорый поезд дешевле, почему в театре сидеть на первом или втором ряду, вполне можно с большой пользой сидеть в 10-15 ряду и т.д.».

Из первого набора тувинцев в КУТВ, произведенного в 1925 г., полный курс обучения завершили в 1929 г. только двое, в том числе С.К. Тока, сыгравший затем важную роль в истории республики. Вторым выпускником стал Шагдыр-Сюрюн, работавший председа­телем Центрального совета профсоюзов, а позднее начальником Горного управления. Из-за недостатка подготовленных кадров часть учащихся после первого и второго года обучения приходилось отзывать на работу в республику. Среди них были Таня Камова-заведующая женотделом ЦК ТНРП и член правительства, Тарлажик- директор Совтувтранса, Арта -председатель Кызылского горпо, Киров- заведующий организационно-плановым отделом ТЦК и мн. др.



Не удивительно, что выпускники Коммунистического универси­тета после обучения занимали руководящие партийно-государствен­ные посты: для этого их и готовили. В разные годы в КУТВ учились Соян Ойдуп- министр животноводства и земледелия, Седип-оол Та­нов- министр культуры, Оюн Полат - министр внутренних дел, Анчымаа Хертек (с 1973 г. Анчымаа Тока), в течение многих лет избирав­шаяся председателем Президиума Малого Хурала ТНР. К числу выпу­скников КУТВ принадлежали также Сат Лопсан - председатель правления ТЦК, Иргит Бадра - секретарь ЦК ТРСМ, Ховалыг Базыр - Сат - секретарь ЦК ТНРП по пропаганде и агитации, Ондар Хавакчап — посол ТНР в СССР, Степан Сарыг-оол — народный писа­тель, Александр Чымба (Сарыг-Тонгак) — председатель Совмина ТНР, Монгуш Самбуу — министр финансов, Оюн Охемчик — секре­тарь Верховного суда ТНР, Оюн Ензак — начальник строительно-до­рожного управления, Самба-Люндуп — редактор газеты «Шын», Салчак Парчын — заместитель министра внутренних дел и мн. др. При остром недостатке кадров выпускники КУТВ постоянно перемещались на различные должности, «бросались на прорыв», едва поработав на одном месте два-три года.

Немало тувинцев обучалось в Ойротской областной совет­ско-партийной школе (СПШ). Так, уже в 1925 г. здесь учились 14 тувинцев. Малограмотность поступающих создавала большие проблемы в обучении студентов, поэтому в 1926 г. при образцо­во-показательной школе второй ступени с. Улалы (ныне — Гор­но-Алтайск) организовали специальный интернат для тувинских учащихся, где они получали знания в пределах школьной програм­мы. Выпускники интерната поступали затем в СПШ с. Улалы, по окончании которой направлялись в Туву в качестве учителей или партийно-государственных работников. В 1929 г. при областной СПШ открывается специальное тувинское отделение, существовав­шее до 1939 г. Готовились также и специалисты для работы в тор­говле — в Улалинской школе кооперативного ученичества, где в 1930 г. обучались 4 тувинца.

Помимо обучения национальных кадров для Тувы Горный Ал­тай направлял в республику своих учителей. Так, в 1929 г. трое учите­лей-алтайцев — А.И. Арбанаков, К.А. Бедреев, И.П. Анаев — при­ступили к работе в качестве консультантов при Министерстве куль­туры. В их обязанности входили также преподавание в тувинских школах и организация курсов переподготовки учителей. Близость алтайского и тувинского языков, безусловно, помогала им в работе.

Важный вклад в подготовку кадров специалистов внес Монгол-рабфак, открытый в 1930 г. в Верхнеудинске (ныне — Улан-Удэ) спе­циально для представителей Монгольской и Тувинской республик. Такая связь не случайна, поскольку Бурятия, Монголия и Тува имели общие культурные, прежде всего, духовно-религиозные традиции. Продолжительность обучения на рабфаке составляла 6 лет: 2 года на подготовительном отделении и 4 — на основных курсах. Преподава­ние велось на русском и монгольском языках. Всего на Монголрабфак были направлены две группы тувинцев (44 и 26 чел.).

За 1925-1940 гг. различные высшие и средние учебные заведения Москвы, Ленинграда, Иркутска, Новосибирска, Улан-Удэ окончили 826 чел. Активными участниками культурной революции в Туве ста­ли учителя М.Д. Биче-оол, С.С. Бакук, СТ. Даваа, Х.Н. Даржаа, К. Туваа-Хуу, A.M. Белек-Баир, Л.Б. Чадамба, О.О. Толгар-оол и другие, кто после окончания высших учебных заведений отдал много сил воспитанию молодого поколения Тувы. Многие студенты, одна­ко, по разным причинам не смогли пройти полный курс обучения: одних отозвали на работу, для других программа оказалась непосильной. Но почти все они работали на разных должностях во всех звеньях власти, составив новую правящую элиту Тувы. При их непосредственном участии принимались важнейшие решения, направленные на социально-политическое, экономическое и культурное развитие станы.







Сейчас читают про: