double arrow

А.Н.Леонтьев


СТАДИЯ ПЕРЦЕПТИВНОЙ ПСИХИКИ1

Следующая за стадией элементарной сенсорной психики, вторая ста­дия развития, может быть названа стадией перцептивной психики. Она характеризуется способностью отражения внешней объективной действи­тельности уже не в форме отдельных элементарных ощущений, вызывае­мых отдельными свойствами или их совокупностью, но в форме отраже­ния вещей.

Переход к этой стадии развития психики связан с изменением стро­ения деятельности животных, которое подготовляется еще на предшеству­ющей стадии.

Это изменение в строении деятельности заключается в том, что уже наметившееся раньше содержание ее, объективно относящееся не к само­му предмету, на который направлена деятельность животного, но к тем условиям, в которых этот предмет объективно дан в среде, теперь выделя­ется. Это содержание уже не связывается с тем, что побуждает деятель­ность в целом, но отвечает специальным воздействиям, которые его вы­зывают.

Так, например, если млекопитающее животное отделить от пищи пре­градой, то оно, конечно, будет обходить ее. Значит, как и в описанном выше поведении рыбы в условиях перегороженного аквариума, в деятельности этого животного мы можем выделить некоторое содержание, объективно относящееся не к самой пище, на которую она направлена, но к преграде, представляющей одно из тех внешних условий, в которых протекает данная деятельность. Однако между описанной деятельностью рыб и млекопитаю­щих животных существует большое различие. Оно выражается в том, что, в то время как у рыб при последующем убирании преграды это содержание деятельности (обходные движения) сохраняется и исчезает лишь постепен-

1 Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. 2-е изд. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. С. 240—248.


362 Тема 4. Возникновение и развитие психики

но, высшие животные в этом случае обычно направляются прямо к пище. Значит, воздействие, на которое направлена деятельность этих животных, уже не сливается у них с воздействием со стороны преграды, оба выступа­ют для них раздельно друг от друга. От первого зависят направление и ко­нечный результат деятельности, от второго — то, как она осуществляется, т. е. способ ее осуществления, например путем обхода препятствия. Этот особый состав или сторону деятельности, отвечающую условиям, в которых дан побуждающий ее предмет, мы будем называть операцией.

Именно выделение в деятельности операций и указывает на то, что воздействующие на животного свойства, прежде как бы рядоположенные для него, начинают разделяться по группам: с одной стороны, выступают взаимосвязанные свойства, характеризующие тот предмет, на который на­правлена деятельность, а с другой стороны, выступают свойства предметов, определяющих самый способ деятельности, т.е. операцию. Если на стадии элементарной сенсорной психики дифференциация воздействующих свойств была связана с простым их объединением вокруг доминирующего раздражи­теля, то теперь впервые возникают процессы интеграции воздействующих свойств в единый целостный образ, их объединение как свойства одной и той же вещи. Окружающая действительность отражается теперь живот­ным в форме более или менее расчлененных образов отдельных вещей.

На разных уровнях стадии перцептивной психики стоит большинство существующих ныне позвоночных животных. Переход к этой стадии, по-видимому, связан с переходом позвоночных к наземному образу жизни.

Возникновение и развитие у животных перцептивной психики обус­ловлено рядом существенных анатомо-физиологических изменений. Глав­нейшее из них заключается в развитии и изменении роли дистантных (дей­ствующих на расстоянии) органов чувств, в первую очередь зрения. Их развитие выражается в том, что меняется как их значение в общей системе деятельности, так и форма их анатомических взаимосвязей с центральным нервным аппаратом. Если на предшествующей стадии развития дифферен­циация органов чувств приводила к выделению среди них доминирующих органов, то у позвоночных животных ведущие органы все более становятся органами, интегрирующими внешние воздействия. Это оказывается воз­можным благодаря одновременно происходящей перестройке центральной нервной системы с образованием переднего мозга, а затем и мозговой коры (впервые у рептилий). <...>

Одновременно развиваются и органы внешних движений — эти «ес­тественные орудия» животных, позволяющие осуществлять сложные опера­ции, требуемые жизнью в условиях наземной среды (бег, лазание, преследо­вание добычи, преодоление препятствий и т.п.). Двигательные функции животных так же все более кортикализуются (переходят в кору головного мозга), так что полное развитие операций у животных происходит уже в связи с развитием коры.


Леонтьев А.Н. Стадия перцептивной психики 363

Таким образом, если у низших позвоночных их деятельность еще свя­зана преимущественно с нижележащими центрами (подкорковые ганглии), то в дальнейшем она становится все более зависящей от коры, изменения в строении которой и отражают собой все последующее ее развитие.

Выделение операций, характеризующее стадию перцептивной психи­ки, дает начало развитию новой формы закрепления опыта животных, зак­реплению в форме двигательных навыков, в узком смысле этого термина.

Иногда навыком называют любые связи, возникающие в индивиду­альном опыте. Однако при таком расширенном понимании навыка это понятие становится весьма расплывчатым, охватывающим огромный круг совершенно различных процессов, начиная от изменений реакций инфу­зорий и кончая сложными действиями человека. В противоположность такому ничем не оправданному расширению понятия навыка мы будем называть навыками лишь закрепленные операции.

Это определение навыка совпадает с пониманием навыков, впервые выдвинутым у нас В.П.Протопоповым, который экспериментально пока­зал, что двигательные навыки у животных формируются из двигательных элементов преодоления преграды, что содержание навыков определяется характером самой преграды, стимул же (т.е. основное побуждающее воз­действие) влияет на навык только динамически (на быстроту и прочность закрепления навыка) и на его содержании не отражается1.

Двигательные элементы, входящие в состав навыков животных, мо­гут иметь различный характер: это могут быть как движения видовые, врожденные, так и движения, приобретенные в предшествующем опыте; наконец, это могут быть движения, закрепленные в процессе тех случай­ных двигательных проб, которые совершает животное в процессе форми­рования данного навыка.

Ясно выраженные навыки в собственном смысле наблюдаются впер­вые лишь у животных, имеющих кору головного мозга. Поэтому фи­зиологической основой образования навыков следует считать механизм образования и закрепления систем именно кортикальных условных нерв­ных связей.

При переходе к стадии перцептивной психики качественно изменя­ется также и сенсорная форма закрепления опыта. У животных впервые возникают чувственные представления.

Вопрос о существовании у животных представлений до сих пор слу­жит предметом споров. Однако огромное число фактов убедительно сви­детельствует о том, что животные имеют представления. <...>

Таким образом, вместе с изменением строения деятельности жи­вотных и соответствующим изменением формы отражения ими действи­тельности происходит перестройка также и функции памяти. Прежде, на

1 См. Протопопов В.П. Условные образования моторных навыков и их физиологи­ческая характеристика. Харьков; Киев, 1935.


364 Тема 4. Возникновение и развитие психики

стадии элементарной сенсорной психики, эта функция выражалась в дви­гательной сфере животных в форме изменения под влиянием внешних воздействий движений, связанных с побуждающим животное воздействи­ем, а в сенсорной сфере — в закреплении связи отдельных воздействий. Теперь, на этой более высокой стадии развития мнемическая функция выступает в моторной сфере в форме двигательных навыков, а в сенсор­ной сфере — в форме примитивной образной памяти.

Еще большие изменения претерпевают при переходе к перцептив­ной психике процессы анализа и обобщения внешней среды, воздейству­ющей на животных.

Уже на первых ступенях развития психики можно наблюдать процес­сы дифференциации и объединения животными отдельных воздействий. Если, например, животное, прежде одинаково реагировавшее на два различ­ных звука, поставить в такие условия, что только один из этих звуков будет связан с биологически важным воздействием, то другой постепенно переста­ет вызывать у него какую бы то ни было реакцию. Происходит дифферен­циация этих звуков между собой; животное реагирует теперь избиратель­но. Наоборот, если с одним и тем же биологически важным воздействием связать целый ряд разных звуков, то животное будет одинаково отзывать­ся на любой из них — они приобретут для него одинаковый биологический смысл. Происходит их примитивное обобщение. Таким образом, в пределах стадии элементарной сенсорной психики наблюдаются процессы как диф­ференциации, так и обобщения животными отдельных воздействий, отдель­ных воздействующих свойств. При этом важно отметить, что эти процессы определяются не абстрактно взятым соотношением воздействий, но зави­сят от их роли в деятельности животного. Поэтому-то будут животные лег­ко дифференцировать между собой различные воздействия или нет и про­изойдет или не произойдет их обобщение, зависит не столько от степени их объективного сходства, сколько от их конкретной биологической роли. Так, например, пчелы легко дифференцируют формы, близкие к формам цветка, но затрудняются в выделении даже ясно различающихся отвлеченных форм (треугольник, квадрат и т.д.).

Это положение сохраняет свою силу и на дальнейших этапах раз­вития животного мира. Собаки, например, реагируют даже на ничтожные по силе запахи животного происхождения, но не реагируют на запах цве­тов, одеколона и т.п. (Пасси и Бине)1. Вообще если данный запах приоб­ретает для собаки биологический смысл, то она способна очень тонко раз­личать его; по данным специальных исследований собака различает в экспериментальных условиях запах органических кислот в ничтожном растворе — 1:1 000 000.

См. Henning H. Geruchversuche am Hund // Zeitsch. fur Biol. 1921. Bd. 70.


Леонтьев А.Н. Стадия перцептивной психики 365

Главное изменение в процессах дифференциации и обобщения при переходе к перцептивной психике выражается в том, что у животных воз­никают дифференциация и обобщение образов вещей. <...>

<...> Мы наблюдаем двоякие взаимосвязанные процессы: процессы переноса операции из одной конкретной ситуации в другую, объективно сходную с ней, и процессы формирования обобщенного образа вещи. Возни­кая вместе с формированием операции по отношению к данной вещи и на ее основе, обобщенный образ этой вещи позволяет в дальнейшем осуще­ствиться переносу операции в новую ситуацию; в этом процессе благодаря изменению предметных условий деятельности прежняя операция вступает в некоторое несоответствие с ними и поэтому необходимо видоизменяется, перестраивается. Соответственно перестраивается, уточняется и как бы вби­рает в себя новое содержание также и обобщенный образ данной вещи, что, в свою очередь, приводит к возможности дальнейшего переноса операции в новые предметные условия, требующие еще более полного и правильно обобщенного отражения их животными.


А.Н.Леонтьев СТАДИЯ ИНТЕЛЛЕКТА1

Психика большинства млекопитающих животных остается на ста­дии перцептивной психики, однако наиболее высокоорганизованные из них поднимаются еще на одну ступень развития.

Эту новую, высшую, ступень обычно называют стадией интеллекта (или «ручного мышления»).

Конечно, интеллект животных — это совсем не то же самое, что ра­зум человека; между ними существует, как мы увидим, огромное качествен­ное различие.

Стадия интеллекта характеризуется весьма сложной деятельностью и столь же сложными формами отражения действительности. Поэтому, прежде чем говорить об условиях перехода на стадию интеллекта, необ­ходимо описать деятельность животных, стоящих на этой стадии разви­тия в ее внешнем выражении.

Интеллектуальное поведение наиболее высокоразвитых животных — человекоподобных обезьян — было впервые систематически изучено в экс­периментах, поставленных Келером.

Эти эксперименты были построены по следующей схеме.

Обезьяна (шимпанзе) помещалась в клетку. Вне клетки, на таком расстоянии от нее, что рука обезьяны не могла непосредственно дотянуть­ся, помещалась приманка (банан, апельсин и др.). Внутри клетки лежала палка. Обезьяна, привлекаемая приманкой, могла приблизить ее к себе только при одном условии: если она воспользуется палкой. Как же ве­дет себя обезьяна в такой ситуации? Оказывается, что обезьяна прежде всего начинает с попыток схватить приманку непосредственно рукой. Эти попытки не приводят к успеху. Деятельность обезьяны на некоторое вре­мя как бы угасает. Животное отвлекается от приманки, прекращает свои попытки. Затем деятельность начинается вновь, но теперь она идет уже по другому пути. Не пытаясь непосредственно схватить плод рукой, обе-

1 Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. 2-е изд. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. С. 249—261.


Леонтьев А.И. Стадия интеллекта 367

зьяна берет палку, протягивает ее по направлению к плоду, касается его, тянет палку назад, снова протягивает ее и снова тянет назад, в результате чего плод приближается и обезьяна его схватывает. Задача решена.

По тому же принципу были построены и другие многочисленные задачи, которые ставились перед человекоподобными обезьянами; для их решения также необходимо было применить такой способ деятельности, который не мог сформироваться в ходе решения данной задачи. Напри­мер, в вольере, где содержались животные, на верхней решетке подвеши­вались бананы, непосредственно овладеть которыми обезьяна не могла. Вблизи ставился пустой ящик. Единственно возможный способ достать в данной ситуации бананы заключается в том, чтобы подтащить ящик к месту, над которым висит приманка, и воспользоваться им как подстав­кой. Наблюдения показывают, что обезьяны и эту задачу решают без за­метного предварительного научения.

Итак, если на более низкой ступени развития операция формирова­лась медленно, путем многочисленных проб, в процессе которых удачные движения постепенно закреплялись, другие же, лишние движения, столь же постепенно затормаживались, отмирали, то в этом случае у обезьяны мы наблюдаем раньше период полного неуспеха — множество попыток, не приводящих к осуществлению деятельности, а затем как бы внезапное нахождение операции, которая почти сразу приводит к успеху. Это пер­вая характерная особенность интеллектуальной деятельности животных.

Вторая характерная ее особенность заключается в том, что если опыт повторить еще раз, то данная операция, несмотря на то что она была осуще­ствлена только один раз, воспроизводится, т.е. обезьяна решает подобную задачу уже без всяких предварительных проб.

Третья особенность данной деятельности состоит в том, что найден­ное решение задачи очень легко переносится обезьяной в другие условия, лишь сходные с теми, в которых впервые возникло данное решение. На­пример, если обезьяна решила задачу приближения плода с помощью пал­ки, то оказывается, что если теперь ее лишить палки, то она легко исполь­зует вместо нее какой-нибудь другой подходящий предмет. Если изменить положение плода по отношению к клетке, если вообще несколько изме­нить ситуацию, то животное все же сразу находит нужное решение. Ре­шение, т.е. операция, переносится в другую ситуацию и приспосабливает­ся к этой новой, несколько отличной от первой ситуации.

Среди многочисленных данных, добытых в экспериментальных иссле­дованиях человекоподобных обезьян, следует отметить одну группу фактов, которые представляют некоторое качественное своеобразие. Эти факты го­ворят о том, что человекоподобные обезьяны способны к объединению в единой деятельности двух различных операций.

Так, например, вне клетки, где находится животное, в некотором от­далении от нее кладут приманку. Несколько ближе к клетке, но все же вне пределов досягаемости животного, находится длинная палка. Другая


368 Тема 4. Возникновение и развитие психики

палка, более короткая, которой

можно дотянуться до длинной палки, но нельзя достать до при­манки, положена в клетку. Зна-

ОООООООООООООООООООО чит, для того чтобы решить задачу,

обезьяна должна раньше взять бо-

________________________ „ лее короткую палку, достать ею

О длинную палку, а затем уже с по-

мощью длинной палки пододви­нуть к себе приманку (см. рис. 1). Рис. 1. Схема двухфазной задачи Обычно обезьяны справляются с

подобными «двухфазными» задачами без особого труда. Итак, четвертая особенность интеллектуальной деятельности заключается в способности решения двухфазных задач. <...>

Келер считал, что главный признак, который отделяет поведение этих животных от поведения других представителей животного мира и который сближает его с поведением человека, заключается именно в том, что опера­ции формируются у них не постепенно, путем проб и ошибок, но возника­ют внезапно, независимо от предшествующего опыта, как бы по догадке1. Вторым, производным от первого признаком интеллектуального поведения он считал способность запоминания найденного решения «раз и навсегда» и его широкого переноса в другие, сходные с начальными условия. Что же касается факта решения обезьянами двухфазных задач, то Келер и идущие за ним авторы считают, что в его основе лежит сочетание обоих моментов: «догадки» животного и переноса найденного прежде решения. Таким об­разом, этот факт ими рассматривается как не имеющий принципиального значения.

С этой точки зрения, для того, чтобы понять все своеобразие интел­лектуальной деятельности обезьян, достаточно объяснить главный факт — факт внезапного нахождения животным способа решения первой исход­ной задачи.

Келер пытался объяснить этот факт тем, что человекоподобные обе­зьяны обладают способностью соотносить в восприятии отдельные выде­ляемые вещи друг с другом так, что они воспринимаются как образующие единую «целостную ситуацию».

Само же это свойство восприятия — его структурность — является, по мысли Келера, лишь частным случаем, выражающим общий «принциг структурности», якобы изначально лежащий не только в основе психик! животных и человека и в основе их жизнедеятельности, но и в ochobi всего физического мира.

С этой точки зрения «принцип структурности» может служить объяс нительным принципом, но сам далее необъясним и не требует объяснения

1 См. Келер В. Исследование интеллекта человекоподобных обезьян. М., 1930.


Леонтьев А.Н. Стадия интеллекта 369

Разумеется, попытка раскрыть сущность интеллекта, исходя из этой идеа­листической «гештальттеории», оказалась несостоятельной. Совершенно ясно, что привлечение структурности восприятия для объяснения своеобра­зия поведения высших животных является недостаточным. Ведь с точки зрения сторонников «принципа структурности» структурное восприятие свойственно не только высшим обезьянам. Оно свойственно и гораздо ме­нее развитым животным; однако эти животные не обнаруживают интел­лектуального поведения.

Неудовлетворительным это объяснение оказалось и с другой сторо­ны. Подчеркивая внезапность интеллектуального решения и изолируя этот факт от содержания опыта животного, Келер не учел целый ряд об­стоятельств, характеризующих поведение обезьян в естественных услови­ях их жизни.

К. Бюлер, кажется, первым обратил внимание на то, что имеется не­что общее между приближением плода к себе с помощью палки и привле­чением к себе плода, растущего на дереве, с помощью ветки. Далее было обращено внимание на то, что обходные пути, наблюдаемые у человекооб­разных обезьян, тоже могут быть объяснены тем, что эти животные, живя в лесах и переходя с одного дерева на другое, должны постоянно предва­рительно «примериваться» к пути, так как иначе животное может оказать­ся в тупике того естественного лабиринта, который образуется деревьями. Поэтому не случайно, что обезьяны обнаруживают развитую способность решения задач на «обходные пути»1.

В позднейших работах психологов и физиологов мысль о том, что объяснение интеллектуального поведения обезьян следует искать прежде всего в его связи с их обычным видовым поведением в естественных условиях существования, стала высказываться еще более определенно.

С этой точки зрения интеллектуальное «решение» представляет со­бой не что иное, как применение в новых условиях филогенетически вы­работанного способа действия. Такой перенос способа действия отличает­ся от обычного переноса операций у других животных только тем, что он происходит в более широких границах.

Итак, согласно этому пониманию интеллектуального поведения обезь­ян, главные его признаки, выделенные Келером, должны быть соотнесены друг с другом в обратном порядке. Не факт переноса найденного решения следует объяснять особым его характером (внезапность), но, наоборот, сам факт внезапного решения экспериментальной задачи нужно понять как результат способности этих животных к широкому переносу операций.

Такое понимание интеллектуального поведения обезьян хорошо со­гласуется с некоторыми фактами и обладает тем достоинством, что оно не противопоставляет интеллект животного его индивидуальному или видо-

1 См. Бюлер К. Основы психического развития. М., 1924.

24 Зак. 2652


370 Тема 4. Возникновение и развитие психики

вому опыту, не отделяет интеллект от навыков. Однако это понимание интеллектуального поведения встречается и с серьезными затруднениями. Прежде всего ясно, что ни формирование операции, ни ее перенос в новые условия деятельности не могут служить отличительными признаками по­ведения высших обезьян, так как оба этих момента свойственны также животным, стоящим на более низкой стадии развития. Оба эти момента мы наблюдаем, хотя в менее яркой форме, также и у многих других жи­вотных — у млекопитающих, у птиц. Получается, что различие в деятель­ности и психике между этими животными и человекоподобными обезья­нами сводится к чисто количественному различию: более медленное или более быстрое формирование операции, более узкие или более широкие переносы. Но поведение человекоподобных обезьян отличается от поведе­ния низших млекопитающих и в качественном отношении. Употребле­ние средств и особый характер их операций достаточно ясно свидетель­ствуют об этом.

Далее, приведенное выше понимание интеллекта животных оставля­ет нераскрытым самое главное, а именно то, что же представляет собой наблюдаемый у обезьян широкий перенос действия и в чем заключается объяснение этого факта.

Чтобы ответить на эти вопросы, нужно еще раз поменять местами указанные Келером особенности интеллектуального поведения животных и сделать исходным для анализа третий характерный факт, не имеющий, по мнению Келера, принципиального значения, — способность обезьян решать двухфазные задачи.

В двухфазных задачах особенно ясно обнаруживается двухфазность всякой интеллектуальной деятельности животного. Нужно раньше дос­тать палку, потом достать плод. Нужно раньше оттолкнуть плод от себя, а затем обойти клетку и достать его с противоположной стороны. Само по себе доставание палки приводит к овладению палкой, а не привлекаю­щим животное плодом. Это — первая фаза. Вне связи со следующей фа­зой она лишена какого бы то ни было биологического смысла. Это есть фаза подготовления. Вторая фаза — употребление палки — является уже фазой осуществления деятельности в целом, направленной на удовлетво­рение данной биологической потребности животного. Таким образом, если с этой точки зрения подойти к решению обезьянами любой из тех задач, которые им давал Келер, то оказывается, что каждая из них требует двух­фазной деятельности: взять палку — приблизить к себе плод, отойти от приманки — овладеть приманкой, перевернуть ящик — достать плод и т.д.

Каково же содержание обеих этих фаз деятельности обезьяны? Пер­вая, подготовительная фаза побуждается, очевидно, не самим предметом, на который она направлена, например не самой палкой. Если обезьяна увидит палку в ситуации, которая требует не употребления палки, а, на­пример, обходного пути, то она, конечно, не будет пытаться взять ее. Зна-


Леонтьев А.Н. Стадия интеллекта 371

чит, эта фаза деятельности связана у обезьяны не с палкой, но с объектив­ным отношением палки к плоду. Реакция на это отношение и есть не что иное, как подготовление дальнейшей, второй фазы деятельности — фазы осуществления.

Что же представляет собой эта вторая фаза? Она направлена уже на предмет, непосредственно побуждающий животное, и строится в зависимо­сти от определенных объективно-предметных условий. Она включает, сле­довательно, в себя ту или иную операцию, которая становится достаточно прочным навыком.

Таким образом, при переходе к третьей, высшей, стадии развития животных наблюдается новое усложнение в строении деятельности. Прежде слитая в единый процесс деятельность дифференцируется теперь на две фазы: фазу подготовления и фазу осуществления. Наличие фазы подготовления и составляет характерную черту интеллектуального пове­дения. Интеллект возникает, следовательно, впервые там, где возникает процесс подготовления возможности осуществить ту или иную операцию или навык.

Существенным признаком двухфазной деятельности является то, что новые условия вызывают у животного уже не просто пробующие движения, но пробы различных прежде выработавшихся способов, операций. Как, на­пример, ведет себя курица, если ее гнать из-за загородки? Пробуя выйти на­ружу, она слепо мечется из стороны в сторону, т.е. просто увеличивает свою двигательную активность, пока, наконец, случайное движение не приведет ее к успеху. Иначе ведут себя перед затруднением высшие животные. Они тоже делают пробы, но это не пробы различных движений, а прежде всего пробы различных операций, способов деятельности. Так, имея дело с запер­тым ящиком, обезьяна раньше пробует привычную операцию нажимания на рычаг; когда это ей не удается, она пытается грызть угол ящика; потом применяется новый способ: проникнуть в ящик через щель дверцы; затем следует попытка отгрызть рычаг, которая сменяется попыткой выдернуть его рукой; наконец, когда и это не удается, она применяет последний метод — пробует перевернуть ящик (Бойтендейк).

Эта особенность поведения обезьян, которая заключается в том, что они могут решать одну и ту же задачу многими способами, представляется нам важнейшим доказательством того, что у них, как и у других живот­ных, стоящих на той же стадии развития, операция перестает быть непод­вижно связанной с деятельностью, отвечающей определенной задаче, и для своего переноса не требует, чтобы новая задача была непосредственно сход­ной с прежней.

Рассмотрим теперь интеллектуальную деятельность со стороны от­ражения животными окружающей их действительности.

В своем внешнем выражении первая, основная, фаза интеллектуаль­ной деятельности направлена на подготовление второй ее фазы, т.е. объек­тивно определяется последующей деятельностью самого животного. Зна-


372 Тема 4. Возникновение и развитие психики

чит ли это, однако, что животное имеет в виду свою последующую опера­цию, что оно способно представить ее себе? Такое предположение является ничем не обоснованным. Первая фаза отвечает объективному отношению между вещами. Это отношение вещей и должно быть отражено живот­ным. Значит, при переходе к интеллектуальной деятельности форма пси­хического отражения животными в действительности изменяется лишь в том, что возникает отражение не только отдельных вещей, но и их отно­шений (ситуаций).

Соответственно с этим меняется и характер переноса, а следователь­но, и характер обобщений животных. Теперь перенос операции является переносом не только по принципу сходства вещей (например, преграды), с которыми была связана данная операция, но и по принципу сходства от­ношений, связей вещей, которым она отвечает (например, ветка — плод). Животное обобщает теперь отношения и связи вещей. Эти обобщения жи­вотного, конечно, формируются так же, как и обобщенное отражение им вещей, т.е. в самом процессе деятельности.

Возникновение и развитие интеллекта животных имеет своей ана-томо-физиологической основой дальнейшее развитие коры головного моз­га и ее функций. Какие же основные изменения в коре мы наблюдаем на высших ступенях развития животного мира? То новое, что отличает мозг высших млекопитающих от мозга нижестоящих животных, — это отно­сительно гораздо большее место, занимаемое лобной корой, развитие ко­торой происходит за счет дифференциации ее префронтальных полей.

Как показывают экспериментальные исследования Джекобсена, эк­стирпация (удаление) передней части лобных долей у высших обезьян, ре­шавших до операции серию сложных задач, приводит к тому, что у них ста­новится невозможным решение именно двухфазных задач, в то время как уже установившаяся операция доставания приманки с помощью палки пол­ностью сохраняется. Так как подобный эффект не создается экстирпацией никаких других полей коры головного мозга, то можно полагать, что эти новые поля специфически связаны с осуществлением животными двухфаз­ной деятельности.

Исследование интеллекта высших обезьян показывает, что мышле­ние человека имеет свое реальное подготовление в мире животных, что и в этом отношении между человеком и его животными предками не су­ществует непроходимой пропасти. Однако, отмечая естественную преем­ственность в развитии психики животных и человека, отнюдь не следует преувеличивать их сходство, как это делают некоторые современные зоо­психологи, стремящиеся доказать своими опытами с обезьянами якобы извечность и природосообразность даже такого «интеллектуального пове­дения», как работа за плату и денежный обмен1.

1 CM.Wolfe Y.B. Effectivennes of Token Rewardes for Chimpanzees // Сотр. Psycho]. Monog. 1936. V. XII.


Леонтьев А.Н. Стадия интеллекта 373

Неправильными являются также и попытки резко противопос­тавлять интеллектуальное поведение человекообразных обезьян пове­дению других высших млекопитающих. В настоящее время мы распо­лагаем многочисленными фактами, свидетельствующими о том, что двухфазная деятельность может быть обнаружена у многих высших жи­вотных, в том числе у собак, енотов и даже у кошек (правда, у последних, принадлежащих к животным-«поджидателям», — лишь в очень своеобраз­ном выражении).

Итак, интеллектуальное поведение, которое свойственно высшим мле­копитающим и которое достигает особенно высокого развития у человеко­образных обезьян, представляет собой ту верхнюю границу развития психи­ки, за которой начинается история развития психики уже совсем другого, нового типа, свойственная только человеку, — история развития человечес­кого сознания.


Трудовая деятельность и возникновение созна­ния. Сравнение психики животных и человека


Сейчас читают про: