double arrow

НА БАЛУ У ИЗВРАЩЕНЦЕВ


25 лет, декабрь

Вечером мы с Вовой собираемся пойти на бал. Вообще-то этот бал не совсем бал. Скорее, масштабная встреча извращенцев. С распитием алкоголя и шоу-программой. Проводится она пару раз в год. Собирает около двухсот человек из России и заграницы.

Надо сказать, что мир официального, «правильного» российского БДСМа довольно тесен и авторитарен. Сводится к нескольким московским группам. Самая многочисленная – тусовка одного старейшего ресурса Ошибка! Недопустимый объект гиперссылки. . Подумать только – ему больше пяти лет! (Это ирония). Именно здесь и обитает узкий круг «царских особ». Приблизиться к ним обычному новичку почти немыслимо. Один из верных способов затесаться в ряды «настоящих БДСМ-щиков» – купить за сто евро билет на бал. И тогда вам посчастливится откушать в одном помещении с «отцами».

Каждый год организаторы бала меняются. Нынешний проводит «конкурирующая» Ошибка! Недопустимый объект гиперссылки. контора – клуб «Грешные Поползновения». У этих ребят пафоса поменьше, задора побольше. Сходим.

Местом проведения выбрали уютный ресторан в заброшенном месте. Заходим внутрь, предъявляем билеты. У гардероба встречает собака на цепи. Предлагает нам глинтвейна и желает хорошего вечера. Под пятнистой шкуркой скрывается человеческая женская особь. Поднимаемся на второй этаж. Народу полный зал. Мы опоздали на два часа, но действо только началось. Садимся за свободный столик, заказываем выпить.

Оглядываюсь по сторонам. В центре зала – импровизированная сцена, по бокам – куча столиков. Люди одеты кто во что горазд. Вечерние платья и смокинги, латексные и кожаные костюмы. Одна парочка меня удивляет. С головы до пят затянута в резиновые черные комбинезоны. С ума сойти. Долго ли ребята протянут? Внутри жарче, чем в русской парилке.

С удовольствием смотрю на Вову. Он здесь самый привлекательный мальчик. Особенно в этом бархатном пиджаке на голое тело и шипастом ошейнике. Стараюсь смотреть на моего спутника без вожделения. Накануне мы в очередной раз решили делать в наших отношениях акцент на дружбу.

Подходит официант. Я заказываю мартини, Вова – воду без газа. Тем временем начинается шоу-программа. Под заунывную музыку грациозной чередой выходят девушки в стилизованных под Древний Египет нарядах. Шлепают по холодному блестящему полу босыми ногами. Им, наверное, холодно. В руках свечи. Ходят они из угла в угол несколько минут. Я слегка привстаю. В центре сцены – лавка, накрытая атласом. Изображает алтарь.

На нем – голая женщина. Появляется жрец. Одна за другой девушки подают ему свечи. И становятся на колени, касаясь лбом пола. Высоко задранные задницы смотрят на зрителей. Мужчина наклоняет свечи над животом лежащей. Капает на тело горячим воском. Жертва изгибается, явно имитируя боль. Смысл сей пантомимы мне не ясен. Скорее всего, «артисты» просто хотят показать какие-то элементы БДСМа.

Вскоре жрецу преподносят рулон тонкой клеенки. Он медленно обматывает ею девушку с головы до пят, незаметно проделав две дырочки возле носа. Пусть дышит. Добренький. Мне надоедает стоять на полусогнутых ногах, и я снова усаживаюсь.

Мимо проходит мужчина в белых брюках и здоровается. Киваю. Не помню, кто это такой. Мало ли. Ведущие говорят что-то пафосное и банальное. Как на вручении «Оскара». Под музыку привязывают толстую девушку к колонне. Другая толстая девушка подходит к ней с кнутом в руке и начинает хлестать по спине. Это длится минут пять. Зрители, затаив дыхание, наблюдают. Мне становится скучно. Я вижу несколько знакомых. Шепнув Вове, иду к ним. Кто-то задевает меня плечом и извиняется. Это снова мужчина в белых брюках.

– Извините, Оксана.

– Мы знакомы?

– Нет, просто видел ваши фото. Если вы не против, давайте познакомимся. Меня зовут Илья.

Оглядываю его с ног до головы. Вполне привлекательный. Лет 30– 35. Высокий, голубоглазый. Не в моем вкусе, как обычно.

– Можно угостить вас? – спрашивает он. Осторожно берет меня под руку и направляет к бару.

– Почему бы нет?

Пока на сцене идет очередной номер – показ корсетов, мы стоим возле стойки и потягиваем мартини. Илья говорит что-то малозначительное.

– Расскажи что-нибудь о себе лучше, – прерываю его.

– Хм… Я бы с удовольствием послушал о вас.

– А что обо мне слушать? Я садистка.

– Я знаю.

– Какой ты, а… Так много знаешь.

– Мое хобби – информация.

– А профессия твоя – шпион?

– Практически.

– В этом месте я должна закрыть рот рукой и понимающе закивать?

– Вы ничего не должны, Оксана, я так думаю.

– Мне нравится, как ты думаешь. А что ты думаешь по поводу боли?

– Признаться, я не очень часто о ней думаю. Мне ближе подчинение, нежели мазохизм. Однако я уверен, что все можно изменить. Было бы ради кого меняться.

Мне определенно приятны его слова. Правильные. Общаемся еще минут пять. Но он успевает рассказать очень многое. Как только увидел он мое фото в Интернете, сразу же решил обязательно со мной познакомиться. И на бал пришел только ради меня. Опыт в «теме» у него не большой. Но желание было с детства. Спрашивает, с кем я на балу. Отвечаю, что с моим другом.

– Вернее, мы сейчас учимся быть друзьями. Но у нас это пока плохо получается.

– Вот как? То есть вы на завершающей стадии ваших отношений?

– Я не назвала бы это завершающей стадией. Скорее, переходом к иной форме. Хотя я не хочу сейчас об этом.

– Извините, не хотел вас раздражать.

– Ладно, проехали.

– Оксана, а можно задать вам вопрос?

– Конечно.

– Как вы думаете, возможна ли такая вещь, как тематический брак?

– То есть, когда оба партнера в «теме»?

– Да.

– Такой глупый вопрос. Конечно, возможен. И таких семей очень много. Мой будущий муж обязательно будет мне подчиняться. По крайней мере, в спальне. С иным я просто не уживусь. Да и вообще, мне не интересны мужчины с традиционными желаниями.

– Как здорово, Оксана. Так хорошо то, что вы говорите.

– Не знаю, хорошо или плохо. Зато знаю, чего хочу.

– А детей?

– Само собой. В свое время. Близнецов.

– Да вы что? А у меня есть брат-близнец. Удивленно вскидываю брови:

– Надо же. И вы с ним очень похожи?

– На фото я порой не всегда могу понять, где он, а где я.

– И вы с ним дружите? Обо всем говорите?

– Да.

– А ты ему рассказывал о своих наклонностях?

– Да… Его это, между прочим, тоже интересует. Хотя и не в столь выраженной форме.

– Слушай, прикольно, давай подробности!

Мы разговариваем еще пять минут. И я вспоминаю о Вове. Когда я к нему подхожу, он строит обиженное лицо.

– Извини, рыбочка, немного заговорилась. Но думала только о тебе. И у нас не романтический ужин. Это все-таки тусовка. Мне интересно пообщаться с давними приятелями.

– Я видел, как ты увлеченно беседовала с одним таким у бара.

– Родной, ты что, ревнуешь? Очень странное у тебя поведение!

Еще полчаса я убеждаю его в своей бесконечной преданности. Меня удивляет и радует его мини-истерика. То требует меньше любви и больше дружбы, то недоволен, когда я так и веду себя. Это значит, что… Это что-то да значит… Улыбаюсь про себя и глажу Вову по волосам.

Полночь. Звучит вальс. Самые отважные выходят на сцену и начинают танцевать. Мы с Вовой тоже направляемся туда. Он говорил, что хорошо знает этот танец. Проверим. После трехминутного позора возвращаемся за столик. Не могу сдержать смех:

– Вовочка, ну ты хоть бы заранее меня предупредил, что понятия не имеешь, как двигаться в вальсе. Я бы хоть тебя подучила маленько, – смотрю, как он напрягает скулы. Мне становится еще веселее.

Бал в самом разгаре. Шоу-программа окончилась. Теперь в различных уголках зала начали работать плей-зоны. Это минимально оборудованные места, где желающие могут устроить короткий публичный экшен. Желающих оказывается много. Эксгибиционизм вообще распространенное явление. А уж в среде извращенцев и подавно. Мы с Вовой решаем ехать домой. Ко мне подходит Илья.

– Оксана, можно вас на минутку? Отхожу в сторону и вопросительно молчу.

– Можно я вам позвоню? Задумываюсь на пару секунд и диктую ему свой телефон.


Сейчас читают про: