double arrow

Незваный гость. – Настька! Насть, я к тебе обращаюсь


– Настька! Насть, я к тебе обращаюсь! – перекрикивая громкую музыку, заорала на ухо своей подруге Валерия. – Настя, посмотри, столы уже почти пустые. Надо запасы продуктов пополнить. Да и выпивка тоже – вон как убыла! Давай еще принесем!

– Лера, ты обалдела? Куда еще выпивку? По-моему, парни и без того уже окосели. Если они такими темпами пить будут, то ничем хорошим это точно не закончится. Их развезет здесь всех на жаре. И в итоге не праздник будет, а полевой госпиталь. А нам еще и завтрашний день тут зависать.

– Не боись! Не развезет! Закусывают они цивилизованно. Вон, все бутерброды разошлись. Водку с пивом, как на прошлый Новый год, не мешают. Да и жары, как таковой, уже тоже нет. Видишь, солнце село! – девушка махнула рукой в западном направлении. – А «водолазы» сейчас с реки вернутся. Наверняка голодные! На реке аппетит разыгрывается, у-ух! Чем их кормить будем?

– Так вот тогда и сходим за продуктами.

– Это чтобы в это время кто-нибудь наши с тобой места занял? Нет уж, пойдем сейчас!

Валерия, не желая слушать еще какие-то отпирательства, потащила свою подругу за руку к летней кухне.

– Ой! Я оглохну сегодня от их музона! – вновь прокричала она, минуя музыкальные колонки. – Бедные соседи!

Выпускницы, зажимая уши, прошли мимо дома и остановились у небольшого строения, именуемого летней кухней.

Кухня на дачном участке занимала выгодное положение. С одной стороны – она стояла в отдалении от центральной поляны, предназначенной для отдыха, и не бросалась в глаза ни хозяевам, ни гостям. Закрытая тенью яблонь, она образовывала собой определенный островок умиротворения, тишины и прохлады. Здесь, будучи никем не потревоженным, можно было спокойно колдовать над приготовлением варенья, или в одиночестве насладиться чашечкой кофе. С другой стороны – кухня удобно располагалась между домом и теплицами. Она имела два входа, которые в случае необходимости позволяли выйти на нужный участок, не обходя по тропинкам лишние площади.

Валерия смело распахнула двери, включила свет, а затем хозяйской походкой дошла до холодильника.

– Та-а-ак-с. Ну, и что мы понесем с тобой на столы? – больше сама у себя, чем у Анастасии, спросила она, пританцовывая в такт доносившейся музыки и разглядывая переполненные продуктами полки. – Давай, что ли, пиццу, а?

– Ну, не знаю, – Анастасия согласилась. – Давай пиццу.

– Да, пусть это будет пицца! – Валерия вытащила из холодильника коробки и составила их стопкой на стол. – Нужно ее только разогреть в микроволновке. Я обожаю расплавленный сыр… Насть, ну что за неуверенность? Ты вообще когда-нибудь решительной бываешь или нет? Уверяю тебя, мы всю эту гору съедим, еще и мало покажется! Или что – хочется два раза бегать?

– Нет, не особо.

– Вот и я говорю: сразу все принесем на стол и будем дальше праздновать. А ты видела, как на меня Колька смотрел, мм? – Валерия подошла к угловой стойке с микроволновой печью и попыталась ее включить. Печь оказалась отсоединенной от электрической розетки, и девушка тут же принялась искать провод.

– Как?

– Да фиг его знает! Загадочно как-то. И Ваня сегодня мне весь вечер улыбается. Я сдуру с ними обоими заигрываю. А вдруг они мне оба собираются предложение сделать? Вот попаду я в ситуацию!

– Держи, мечтательница! – Настя протянула вперед найденный ею провод. – Парни сегодня всем улыбаются.

– Это так, – Валерия кивнула, запихала в печь первую коробку с пиццей и нажала на «старт». – Ах ты, блин! – громко воскликнула она, ударяя себя больно ладонью по плечу и прибивая комара. – Нет, ну что делается, а? Вот это комарище! Он же у меня пол-литра крови, наверно, высосал! Вот гад! Глянь, какой волдырь вскочил!

Девушка скорчила страдальческую гримасу.

– Надо чем-то прижечь, а то чесаться будет, – посоветовала Анастасия.

– Надо. Слушай, Насть. Ты пока пиццу разогревай, а я до домика сбегаю. И духами этот укус прижгу. И какую-нибудь кофту на плечи наброшу. Хорошо? А то я боюсь, что этот комар был хоть и первым, но далеко не единственным, кто здесь летает и зарится на мои открытые плечи.

– Ладно. Надолго только не пропадай. Я одна это не понесу на своих каблуках. А ты еще хотела и напитками стол пополнить.

– Я все помню. Я быстро!

Валерия покинула летнюю кухню в надежде найти себе новый вечерний наряд.

Анастасия осталась в одиночестве. Таймер в микроволновой печи отмерял заданное время. А девушка немного растерянно глядела на стопку коробок с пиццей, которую требовалось разогреть, и в целом осматривалась кругом, изучая окружающую ее обстановку и тот бардак, что царил повсюду.

– Да, родителям Николая и Вани не позавидуешь, – негромко произнесла она, констатируя тот факт, что избыток гостей в доме – не меньшее зло, чем пожар или наводнение. – Это же какой погром ребята здесь устроили! Неделю нужно будет прибираться после такой вечеринки.

В кухне, и правда, все было развалено.

У одной двери, через которую заходили Настя и Валерия, горой были составлены пакеты с продуктами, какие-то коробки и банки. Прямо по центру, на столе вперемешку находились чистая и грязная одноразовая посуда, кульки, салфетки, намытая зелень и порезанный и уже слегка зачерствевший хлеб. С противоположной стороны летней кухни, у двери, ведущей к теплицам, тоже все было развалено. Здесь, между плитой и шкафом, на полу валялись полотенца, прихватки, пакеты с приправами. Немного в отдалении стояла доска, очевидно, еще совсем недавно служившая полкой в шкафу. Весь пол был заляпан темно-серой студенистой жидкостью, словно кто-то здесь разливал кисель или неаккуратно раскладывал холодец.

– Кто и что тут делал? – опять недоуменно спросила Настя и, все еще держа в одной руке коробку с пиццей, которую следовало в порядке очереди отправить в микроволновую печь, второй рукой подняла с пола пакетики с приправой, подошла к шкафу и открыла одну дверцу. – Ах!

Пицца и приправы полетели на пол, тогда как Анастасия и то существо, что пряталось в шкафу, одновременно вздрогнули, испуганно глядя друг на друга.

– А-а-а-а! – истошно заверещала девушка, призывая себе хоть кого-нибудь на помощь.

Но громкая музыка, орущая на всю округу, заглушила ее крик, а сильный испуг разом парализовал мышцы, не оставляя возможности убежать с этого страшного места. Выпускница оказалась лицом к лицу с неземным существом, которое теперь неотрывно на нее смотрело своими огромными, как два блюдца, черными глазами.

То, что перед Настей находился сейчас «чистой воды» инопланетянин, сомневаться не приходилось. Он был невысокого роста и имел какое-то детское, на вид очень хрупкое телосложение. Одет он был в серый облегающий костюм. Почти такого же мышиного цвета у него была большая лишенная волос круглая голова. Треугольная впадина в том месте, где у людей выступает нос, белые, едва различимые губы, и эти ужасные, занимающие добрую половину лица, глаза. Никакого намека на уши, брови, ресницы.

Анастасия, будучи не в силах пошевелиться или хоть что-то предпринять, растерянно продолжала таращиться на незваного гостя.

«Как неправдоподобно! Что-то общее с глупыми комиксами и мультфильмами… Маленький, серый, жуткий. Такие огромные глаза, а сам весь такой щупленький и… раненый?».

Взгляд девушки переместился ниже, на туловище пришельца, и она замерла от еще большего удивления и страха. Да. Существо было раненым. Его грудная клетка была то ли пробита, то ли оплавлена. Одну руку с очень длинными фалангами пальцев существо прижимало к своей груди, но из раны все равно проступала светло-серая студенистая жидкость. Капля за каплей, отрываясь от тела, она стекала на пол. Теперь уже было очевидно, что пришелец явился сюда не для того, чтобы испугать Настю или войти в разумный контакт с кем-нибудь из землян, а просто из чувства самосохранения. Это именно он выбросил из шкафа часть продуктов и одну полку, чтобы иметь возможность спрятаться где-нибудь в укромном месте и сделать себе что-то типа перевязки.

Сейчас, по вине девушки, местоположение инопланетянина стало раскрытым. И он тоже с ужасом смотрел на незваную гостью, пытаясь предположить или иным образом рассчитать наиболее вероятное поведение Насти. Заметив, что первый шок от встречи с неизведанным у девушки прошел, и она начала медленно пятиться к дверям, догадываясь, что еще мгновение – и девушка снова начнет кричать, призывая сюда других землян, сероголовый выхватил откуда-то предмет, похожий на пистолет, и направил его на Анастасию.

«У него по шесть пальцев на руках. По три длинных и три коротких, – отчего-то невпопад подумала Настя. – Боже! О чем я? Он же убьет меня сейчас!».

Взгляд девушки с мольбой вернулся к черным глазам-тарелкам:

– Нет, не стреляй, прошу тебя! – прошептала она, подавляя внутреннюю панику. «Что же делать? Орать – никто не услышит из-за музыки. Убежать от выстрела не удастся – позади стол и продукты…». – Я… Я не хотела тебя тут находить! Это не намеренно. Я… Я хочу жить, понимаешь?

Инопланетное существо вдруг тоже проявило свои способности к речевой функции, повторяя низким металлическим голосом последнюю часть обращенной к нему просьбы:

– Я хочу жить. Понимаешь?

Настя испугалась еще больше.

– Не убивай меня, пожалуйста! – вновь горячо повторила она, неотрывно глядя на пистолет сквозь проступившие слезы.

– Не убивай меня, пожалуйста! – буква в букву, даже с идентичной интонацией в голосе вторил ей пришелец.

– Я… – Анастасия осеклась, лихорадочно соображая, что это сейчас было: механический повтор ее фраз или просьба, адресованная именно ей? – Я не причиню тебе вреда. Я – друг! Друг!

И вновь инопланетное существо идентично повторило ее обращение:

– Я не причиню тебе вреда. Я – друг! Друг!

– Настя! Лера! – с улицы, на фоне вдруг заметно тише звучащей музыки, раздались громкие призывы Николая. – Ребята, где у нас Настя с Леркой потерялись? Почему их нет на нашей танцплощадке? Никто их не видел?

– На летнюю кухню уходили вроде бы.

– На летнюю кухню? Лера! Настя! Вы на кухне? – опять, перекрикивая всех, спросил староста курса.

Анастасия оглянулась через плечо на закрытую дверь, а затем снова обернулась к пришельцу:

– Он идет сюда. Это наш староста. И он хозяин этого дома. Ну, сын хозяев дома. Сейчас он будет здесь. Ты… Ты убьешь нас обоих?

Сероголовый, казалось, уловил смысл всего происходящего. Многозначительно посмотрев на свое оружие, он перевел взгляд на Настю. А затем, отнимая руку от кровоточащей раны, с трудом прикрыл дверцу шкафа изнутри. Намек, понятный без любых комментариев.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ


Сейчас читают про: