double arrow

Полис-Плаза


А тем временем на Полицейской площади кипела жаркая битва. Враг стоял у порога. В буквальном смысле. Капитан Келп метался между позициями и старался подбодрить своих подчиненных:

– Не волнуйтесь, ребята, эти двери им своими старыми лазерами не пробить. Разве что какой-нибудь ракетой…

В этот самый момент двери вспучились, будто надуваемый ребенком бумажный пакет, но выдержали. Едва-едва.

Из помещения командного пункта выскочил Дубин, поблескивая желудями майора на груди. Когда Совет утвердил его назначение, он стал первым в истории Легиона майором, которому присвоили это звание дважды.

– Что это было?

Труба вызвал вид с полицейских камер на мониторы. Одна из камер запечатлела гоблина с большой трубой на плече.

– Какой-то гранатомет. По-моему, это одна из древних крупнокалиберных пушек системы «тупорыл».

Дубин хлопнул себя по лбу.

– Ничего не понимаю! Все эти штуки должны были отправиться на переплавку. Будь проклят коварный кентавр! И как только ему удалось украсть все это железо прямо у меня из-под носа?

– Не вините себя, сэр, – успокоил его Келп. – Он и нас тоже обвел вокруг пальца.




– Сколько таких выстрелов мы выдержим?

– Немного, – пожал плечами Труба. – Может, еще парочку. Остается надеяться, что у них была всего одна ракета.

Как говорится, надежда умирает последней. В данном случае она скончалась слишком уж быстро. Дверь снова вздрогнула от мощного удара, на пол посыпались куски мраморных колонн.

Труба поднялся с пола. Глубокая рана на его лбу быстро затягивалась – вот что значит магия.

– Санитары, проверить раненых. Наше оружие еще не зарядилось?

К нему подбежал Шкряб, сгибаясь под тяжестью двух электрических винтовок.

– Все готово, капитан. Тридцать две винтовки, по двадцать импульсов в каждой.

– О’кей, раздать самым лучшим стрелкам. Стрелять только по моей команде!

Шкряб кивнул, лицо его было хмурым и бледным.

– Отличная работа, капрал, свободен.

Выждав, когда брат удалится на приличное расстояние, Труба тихо прошептал майору Дубину:

– Не знаю, что и сказать вам, майор. Враг взорвал Атлантидский туннель, так что помощи ждать неоткуда. И во временное поле гоблинов не заключишь – их слишком много. Мы полностью окружены, перевес в живой силе и огневой мощи на стороне врага. Если Б’ва Келл прорвется сюда, все будет кончено через несколько секунд. Нам остается одно: как можно быстрее проникнуть в оперативный центр и нейтрализовать этого кентавра. Там есть какие-нибудь успехи?

Дубин покачал головой.

– Техники работают не покладая рук, – ответил он. – Каждый квадратный сантиметр поверхности вокруг оперативного центра тщательно изучается. Но боюсь, эту защиту нам не сломать. Быть может, мы рано или поздно подберем нейтрализующий ее код, но только благодаря чистой случайности.



Труба устало потер глаза.

– Нужно время… Мы должны каким-то образом потянуть время…

Дубин достал из-под кителя белый флаг.

– Есть один способ, – сказал он.

– Майор! Вы хотите пойти туда? Да ведь это – самоубийство!

– Возможно, – согласился майор. – Но если я не выйду, все мы погибнем через несколько минут. Зато если поступим, как я говорю, выиграем немножко времени. Кто знает, а вдруг мы все-таки перехитрим этого кентавра?

Труба обдумал предложение. Дубин был прав – другого выхода нет.

– И что вы хотите им предложить?

– Заключенных «Гоблинской тишины». Может, мне удастся договориться о поэтапном освобождении.

– Совет никогда не пойдет на это.

Услышав его слова, Дубин выпрямился в полный рост.

– Сейчас не время для политики, капитан! – пролаял он. – Сейчас нужно действовать!

Честно говоря, Труба был поражен. Таким Шипса Дубина он никогда не видел. Не эльф, а настоящий гигант. Он даже ростом как будто выше стал. Не зря, не зря ему вернули желуди майора…

Труба тяжело дышал от переполнявших его чувств. Одним из них было чувство, которого он никогда не испытывал по отношению к Шипсу Дубину, и чувство это звалось уважением.

– Откройте дверь, – приказал майор стальным голосом. Жеребкинс с удовольствием запечатлел бы этот момент на камеру. В компанию к предыдущей записи. – Я пойду и поговорю с этими рептилиями.

Труба велел приоткрыть одну из дверей и про себя поклялся, что обязательно, обязательно добьется того, чтобы майора Дубина наградили за отвагу Золотым Желудем. Пусть даже посмертно.







Сейчас читают про: