double arrow

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА


Современный «человек умелый» (homo faber) — человек квалифицированный, специализирующийся в какой-либо сфере трудовой деятельности. В обществе каждый взрослый человек, добывающий средства к существованию через труд, находит свою «нишу» в социально-профессиональной пирамиде, вклю­чающей ныне в себя около сорока тысяч специальностей — от грузчика до специалиста, имеющего квалификацию «ака­демик». Ныне нашему обществу нужны миллионы грузчиков и лишь сотня-другая академиков, поэтому внутренне строение этой пирамиды таково, что она восходит вверх от простого, низшего к сложному, а профессиональные группы отличаются друг от друга уровнем оплаты труда, образованностью, пат­тернами (стандартами) потребления, ценностно-нормативными координатами повседневного, трудового и общественного поведения, профессиональной культурой. Иными словами, эти группы отличаются друг от друга укладом, уровнем, качеством и стилем жизни (в целом — образом жизни). Это состояние и традиционно, но и весьма динамично. Разумеется, жизнен­ные миры некоторых людей, включенных в те или иные профессиональные группы, могут сильно отличаться от социально-типичного, присущего всей группе образа их реальной жизни. Поэтому пирамида профессий формируется так, что «нижние» теснят «верхних», постепенно повышая свою ква­лификацию и находя соответствующее признание в обществе (по статусу, престижу, материальному обеспечению). В общес­тве, где труд, его качество и количество обусловливают меру потребления, профессиональная пирамида движется в направ­лении социального равенства.




Однако опыт социализма показал, что всякие волевые усилия, преодолевающие естественные границы между груп­пами, ведут к дисгармонии и падению интереса у людей к повышению своей квалификации, что в целом чревато де­градацией общества, т.е. падением культуры труда и произ­водства. Поскольку все общества в мире находятся на таком историческом этапе развития производительных сил, когда труд для большинства людей является лишь средством к существо­ванию и стимулируется извне, то всякие государственно-по­литические усилия по искусственному преодолению неравен­ства в сфере труда ведут к экономической деградации. Но и переход к принципу «каждому — по собственности» (рабочая сила — товар), осуществляемый ныне в России, не приводит пока к успеху. Мониторинг социально-трудовой сферы (1992—1994 гг.) позволил выявить, что работниками устойчиво снижаются оценки положения дел на предприятии, где они заняты[110]. За этими общими оценками стоят проблемы скрытой безработи­цы, спада производства, ухудшения финансовой ситуации на предприятиях, неуверенности в завтрашнем дне, снижения научного обслуживания предприятий, повышения квалифика­ции и т.д. Например, система профессиональной подготовки кадров до перестройки (1985 г.) обеспечивала каждому рабочему, занятому в народном хозяйстве, обучение или переобучение один раз в 2,8 года, а в 1992—1993 гг. — один раз лишь за 11 лет. В металлургии этот период достиг 20 лет, в нефте­перерабатывающей промышленности — 18 лет[111]. В сферу купли-продажи ушло более 4 млн. трудоспособного населения, в сферу охраны «новых русских» — около 1 млн. Это в основном молодые люди, остающиеся без профессионального образования и труда, что весьма неблагоприятно сказывается на криминогенной ситуации в обществе.



Реальная заработная плата в 1993 г. в расчете на одного занятого в целом по народному хозяйству составила по от­ношению к декабрю 1991 г. всего лишь 1/3. Минимальная зарплата составила 12% стоимости потребительской корзины, а численность населения с денежными доходами ниже про­житочного уровня к началу 1994 г. составила 38,2 млн. человек, или 26,7% от общей численности. «Уход» государства от контроля за народным хозяйством привел к тому, что сейчас отсутствует экономический механизм, стимулирующий улучше­ние условий труда, сохранения здоровья работников. В отрас­лях легкой промышленности и в машиностроении неудовлет­воренность жизнью высказали среди рабочих соответственно 83 и 73%, а среди служащих — 61 и 70%[112].



За последние пять лет спад производства составил 50%, по производству сельскохозяйственной продукции страна скати­лась с 7-го места в мире на 36-е, т.е. оказалась среди сла­боразвитых стран. Состояние культуры можно проиллюстри­ровать одной лишь цифрой — в 1995 году по книгоизданию Россия оказалась на уровне 1940 года.

Неумело проводимые реформы, отягощенные политически­ми пристрастиями, связанные с настроениями социального реванша, ведут в конечном счете к деградации «человека умелого» в нашей стране, к превращению его в человека, «выживающего физически», которому уже не до повышения своей трудовой квалификации. Чем дольше затянется такой «переходный период», тем глубже будет падение в историчес­кую бездну, тем большее число работников станет дешевой неквалифицированной рабочей силой, в чем заинтересованы прежде всего иностранные компании, стремящиеся к макси­мальной прибыльности своих инвестиций.







Сейчас читают про: