double arrow

Влияние разрядки международной напряженности на ситуацию в ГДР


Общественно-политическая ситуация: от стабильности к кризису

«Режим СЕПГ» в первой половине 1970-х гг. Под руководством Хонеккера СЕПГ существенно укрепила свои ряды путем усиления идейно-политического воспитания кадров и повышения требований к партийной дисциплине, учитывая уроки «Пражской весны» 1968 г. и распространение идей «еврокоммунизма» в ряде западноевропейских компартий. При этом в кадровой политике усилилось недоверие к интеллигенции, ее представителям вступление в СЕПГ было затруднено. Существенно укрепилась и расширилась служба госбезопасности — «щит и меч» режима СЕПГ. Для усиления «превентивной» деятельности была увеличена численность неофициальных сотрудников штази: с середины 1970-х на каждые 100 человек населения ГДР приходился 1 неофициальный сотрудник министерства госбезопасности. Всего в 1989 г. на службе в МГБ состояли 91 тыс. официальных и 173 тыс. неофициальных сотрудников. О повышении роли штази свидетельствовало избрание главы министерства госбезопасности Эриха Мильке членом политбюро.

Важным инструментом режима СЕПГ было «социалистическое воспитание», в первую очередь это касалось подрастающего поколения. В детском саду, затем в рядах пионерской организации и Союза свободной немецкой молодежи насаждалась официальная идеология. Общественно-политические взгляды, наряду с социальным происхождением, стали главными критериями при переходе на расширенную ступень обучения в школе, которая открывала доступ в вуз. В то же время политика по отношению к молодежи была достаточно гибкой с целью обеспечить доверие и поддержку новых поколений существующему режиму. СЕПГ в 1970-1980-е гг. отказалась от запретов джаз- и рок-музыки как «идеологической диверсии». Большое внимание уделялось проведению массовых развлекательных мероприятий для молодежи, а также развитию спорта, действовали многочисленные кружки и клубы по интересам. Была создана сеть магазинов с молодежной одеждой.




Заключение договоров с ФРГ обусловило усиление идейно-пропагандистской деятельности СЕПГ в целях укрепления «идентичности ГДР» на основе теории о «двух нациях», призванной стать противовесом позиции правительства СДПГ — СвДП о «двух государствах, одной нации». В новой редакции конституции 1974 г. говорилось не о «немецкой», а о «социалистической нации». Из названий органов, институтов, организаций было изъято слово «германский», и даже гимн ГДР, текст которого содержал строки «Германия, единое отечество», исполнялся без слов. Политическое образование и воспитание в разных формах — от регулярных политинформаций в трудовых коллективах до массовых мероприятий по случаю государственных праздников — охватывали широкие слои населения.



Благодаря использованию различных инструментов, от социальной политики до пропаганды и контроля, Хонеккер в середине 1970-х гг. достиг вершины своей власти. Подписанием от имени ГДР Заключительного акта СБСЕ в Хельсинки в 1975 г. он приобрел международный авторитет. IX съезд СЕПГ в 1976 г. провозгласил Хонеккера генеральным секретарем партии, вскоре он стал также председателем Государственного совета ГДР и председателем Национального совета обороны. Партийно-государственная и хозяйственная номенклатура переживала расцвет своих привилегий.

С середины 1970-х гг. настроения в обществе начинают меняться, поскольку повседневная жизнь заметно отличалась от заявлений официальной пропаганды. Это касалось и реального повышения уровня жизни, но в большей степени было связано с состоянием прав человека в ГДР. Толчком к этому стало подписание в Хельсинки Заключительного акта, и его публикация в центральном органе СЕПГ газете «Нойес Дойчланд». Особое внимание общественности было привлечено к так называемой «третьей корзине» — разделу, посвященному правам человека. Было очевидно, что ряд основных свобод (слова, вероисповедания, выезда из страны) нарушаются. Подписанием одного из основополагающих международно-правовых документов (а также в духе договоров с ФРГ) власти ГДР были вынуждены «приоткрыть» возможность выезда. В 1975 г. было выдано 13 тыс. разрешений, в 1976 г. — уже 20 тыс., однако число подавших заявление о переселении в ФРГ было намного больше.



Разрешение на посещение родственников или переселение получали в основном пенсионеры, власть пыталась препятствовать выезду лиц трудоспособного возраста и не создавать угрозу для экономики, как это было в 1950-е гг. Переселение и даже временное посещение ФРГ стали серьезными дестабилизирующими факторами для режима СЕПГ. В 1972 г. более 1 млн восточных немцев посетили ФРГ и Западный Берлин, в 1987 г. —- более 5 млн. Впечатления от поездок, сравнение условий жизни в ФРГ и ГДР подрывали доверие к официальной пропаганде, порождали скептические настроения.

Выдача разрешений на выезд сопровождалась мерами по укреплению границ ГДР с ФРГ и Западным Берлином. В 1982 г. был принят новый закон, ужесточивший наказание за незаконное пересечение границы. Общее число погибших со стороны ГДР жителей при попытке пересечения германо-германской границы составило около 900 человек.

Непростыми оставались отношения СЕПГ с церковью. Свобода вероисповедания в ГДР была ограничена не только господством официальной идеологии, но и тем, что верующие сталкивались с различными ограничениями, например в профессиональной карьере.

В условиях обострения международной ситуации в конце 1970-х — начале 1980-х гг. ГДР, находившаяся на стыке НАТО и Варшавского договора, оказалась в особенно уязвимом положении. Церковные круги с тревогой реагировали на возросшую угрозу миру и обращали на нее внимание общественности. Руководство церкви разработало программу мероприятий «Воспитание для мира», в которых приняли участие десятки тысяч человек, прежде всего молодых людей.

Церковь была в ГДР единственным несоциалистическим общественным институтом, свободным от идеологического контроля СЕПГ. Церковь предоставляла помещения для собраний, печатную технику для издания воззваний о мире, листовок экологического содержания. Она играла, по существу, роль «оппозиционной партии» в условиях идеологической монополии СЕПГ.

Оппозиционные группы были малочисленны и разрознены; организованного оппозиционного движения, подобного «Хартии-77» в Чехословакии или «Солидарности» в Польше, в ГДР до осени 1989 г. не существовало. Диссиденты не выступали с радикальных позиций; многие из них оставались в рамках коммунистической идеологии и говорили о демократических реформах социализма, а СЕПГ предпочитала выпускать диссидентов на Запад, не прибегая к массовым репрессиям.

Основной формой оппозиции оставался выезд из ГДР на Запад. Число подавших заявление на выезд в ФРГ за 1980-1989 гг. увеличилось в шесть раз, в 1984-1988 гг. ежегодно подавали заявления около 40 тыс. человек. Главными мотивами при этом были отсутствие личной свободы и права выбора, а также неудовлетворенность материальными условиями жизни. В то же время основная часть населения была настроена конформистки и приспособилась к существующей системе. ГДР была в определенном смысле «обществом ниш», в котором граждане искали возможность в повседневной жизни избегать прямого контроля и регламентации со стороны режима, оставаясь при этом пассивно лояльными. СЕПГ всеми средствами пыталась поддерживать общественный консенсус, пусть даже формальный.







Сейчас читают про: