double arrow

Ну как тебе выступление? – Заинтересованно спросила Би’Джей, плотнее запахивая тёплую куртку. – Понравилось или нет?


Тьфу ты чёрт! – В сердцах плюнул Джек. – Послушал, называется. Рокеров поддержал. Эх, ладно, самое главное это присутствие. – Растроенно произнёс он и неторопливой ровной походкой направился к выходу. Через десять минут на улице появилась улыбающаяся напарница.

Агент Харрисон вынырнув из глубокой пучины своих рассуждений с досадным удивлением обнаружил две не совсем приятные вещи – успевшую затихнуть тяжёлую музыку и покидающих эстрадную площадку её исполнителей – профессионально играющий сплочённый коллектив именуемый «Ночные призраки».

Велика сила искусства… - Задумчиво проговорил Джек, поглаживая указательным пальцем усы, и естественно себя не услышав. – Но вот теперь я ни капельки не сомневаюсь в том, что убийца, которого мы так усердно ищем, работает именно здесь, в ночном клубе «Поющие сумерки». И я знаю точно – мы обязательно его найдём.

Когда с нарастающей динамичностью ринулись в бой гитарные риффы тяжеловатого проигрыша, Каролина подошла к самому концу сцены и, вскинув над головой изящные руки, начала ритмично, в такт равномерно чередующимся барабанам отхлопывать. Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре! Между приподнимающимися краями маслянисто поблескивающей жилетки и поясом брюк выглядывали, а затем прятались небольшие участки её молочно-белой кожи. Готы в ответ вокалистке «Ночных призраков» тоже кричали, размахивая, кто сорванными футболками, кто нататуированными до плеч конечностями.




Сладкий сон – кромешный ад.

Кто добр, тот подарит ближним радость, Кто зол, её заменит лишь на смерть. Но ты иной, ты яда вкусишь сладость, Чтобы прожить всю жизнь свою во сне.

Под бархатным плащом Царицы ночи, Наш город засыпает сладким сном.

Постепенно гул оваций затих, после чего наступила очередь самого интересного. Вступительная часть программы началась со спокойных, даже лирических синтезаторных аккордов и дружных аплодисментов огромной аудитории.

Отлично! – Девушка лучезарно улыбнулась. – Сейчас мы исполним для вас очумительную композицию, называющуюся «Лабиринты сновидений»! У-а-а-а-у!!!

Да-а-а!!! – Эхом громыхнул зал.

Так значит «Ночные призраки» в вас не ошиблись, верно?! – Продолжала Каро. – И правильно сделали, что приехали сюда в «Поющие сумерки» к подлинным готам, а?! Я спрашиваю да?!

Чёрная кожаная жилетка и из такого же материала, чёрные похожие на растопленную смолу блестящие брюки, шли ей нисколько не хуже, чем строгий рабочий синий костюм, в котором она ежедневно появлялась в стенах Федерального бюро.

Колышущаяся толпа в ответ ей радостно отозвалась. «Ну да, конечно…» – Согласно подумал Джек. – «В этом превосходном наряде она выглядит потрясающе, как самая настоящая «прожжённая» рокерша. Не то, что я, в джинсиках».



Каролина, расхаживая по сцене, подмахивала руками, при этом выкрикивая зрителям – слушателям подбадривающие слова. Медленная интродукция неожиданно сменилась разрезающим уши звучанием «взведённой бензопилы». Джек Харрисон никогда особо не любивший игру на электрогитарах чуть заметно поморщился. «И как только она там не глохнет?» – Удивлялся агент. За жестковатым вступлением к песне последовала мелодичная расплывчивость вокальной партии. Каролина Би’Джей стала петь:

Кому-то снятся ангельские очи,
Кому-то вспышки молнии и гром.

Даже для женского голоса, обладающего широким диапазоном, это исполнение являлось достаточно сложноватым. Ей приходилось брать довольно высокие ноты. Однако девушка справлялась с данной задачей неплохо:

Далее шёл красиво выстроенный из аккордов переход, и куплет «очумительной» композиции плавно перетекал в забойный припев:

Лабиринты сновидений,
Сотни жертв ищут спасений.
Не найти пути назад,

- У-а-а-а-у!!! – Звонко протянула Би’Джей, перекрывая скрежет беспощадно терзаемых инструментов. «И как только у них струны не рвутся?»







Сейчас читают про: