double arrow

Нашествие Чжурчжэней

Проведение преобразований, направленных на устранение сотрясавшего страну жесткого кризиса и спасших династию от краха, не смогло, однако, решить острейших проблем внутри- и внешнеполитического характера. По-прежнему, чтобы сохранить мир на границе, приходилось выплачивать дань северным соседям. Кроме того, в 20—30-е гг. XII в. повстанческое движение вновь охватило юг и центр Китая. В восстании в Чжэцзяне и 1120—1122 гг. участвовало более 1 млн человек. Недовольство порядками империи подогревалось проповедью тайной организации «Учение о свете» с элементами манихейских, буддийских и даосских верований. Поводом к выступлению послужил правительственный указ об обложении налогом традиционных промыслов, связанных с разработкой в горах мрамора, резьбой по дереву и камню, выращиванием ценных пород деревьев, что приносило местным жителям дополнительный доход.

Вождь восставших Фан Ла — состоятельный хозяин и владелец участка лаковых деревьев — в своих воззваниях обличал расточительность и продажность властей. Но особенно резко он вы ступил против выплаты дани киданям и тангутам. Повстанцы получали поддержку в деревнях и городах 14 округов Чжэцзяна, Аньхуэя и Цэянси. В 1121г. они овладели Ханчжоу. В длительной упорной борьбе восстание было с трудом подавлено. Одновременно с восстанием в Чжэцзяне в провинциях Хэбэй, Хэнань, Шаньдун, на севере Цзянсу и в Аньхуэе действовали повстанческие армии Сун Цзяна и 36 его соратников. В их ряда.ч сражались крестьяне и арендаторы, рыбаки и матросы, бродят и мелкие чиновники, монахи и торговцы. Восстание, охватившее столичную провинцию Хэнань, представляло особенную опас ностьдля властей. Тайными убежищами повстанцев стали островки, затерявшиеся среди озер и болот. История этого движения, паролем которого было «Все люди — братья», запечатлена не только в фольклоре, но и стала темой популярного романа «Речные заводи» Ши Найаня (XIV в.).




Китайское правительство, обеспокоенное народными выступлениями и испытывающее огромные финансовые трудности и связи с уплатой дани, начало переговоры с чжурчжэнями. Эти племена, обитавшие на северо-восточной границе Китая, занимались скотоводством, охотой и издавна торговали с Китаем, доставляя в обмен на шелк, железо и оружие своих лошадей, кожи, соболей, корень женьшеня и речной жемчуг. Но после того как государство киданей Ляо подчинило чжурчжэней, их связи с Китаем затруднились. Разложение первобытнообщинного строя у чжурчжэней привело к длительной внутренней борьбе и возникновению протогосударственного образования. Власть захватила племенная аристократия. Ее вождь Агуда в 1115г. был провозглашен императором государства Цзинь (Золотое) (1115—1234) Чжурчжэни начали войну против империи Ляо, к тому времени значительно ослабевшей. В 1120 г. сунский двор, увидев в чжурчжэнях союзника в борьбе с киданями, заключил с ними военное соглашение против Ляо.



В 1115—1125гг. чжурчжэни разгромили империю Ляо. Большинство киданей подверглось истреблению. Спасаясь от завоевателей, отдельные отряды киданей и ранее подвластных им племен ушли на запад, где в районе Иссык-Куля основали государство кара-киданей Западное Ляо (1124—1211). В войне обнаружилась слабость сунского двора и его войск. Воспользовавшись этим, чжурчжэни, одолев киданей, вторглись в северокитайские земли. Весной 1126 г. их конница приблизилась к Хуанхэ и стала угрожать Кайфыну.

При императорском дворе одержали верх сторонники заключения мира с Цзинь ценой передачи чжурчжэням земель к северу от Хуанхэ. Это вызвало возмущение части горожан и чиновников, их поддержали рядовые ремесленники и торговцы, подмастерья и жители окрестных деревень. На ведущих постах при дворе оказались сторонники отпора чжурчжэням. Против неприятеля были высланы войска. Однако вскоре ситуация изменилась, Сунский двор приостановил военные приготовления для борьбы с чжурчжэнями и начал переговоры с цзиныжими полководцами. В 1127 г. чжурчжэни вновь подступили к Кайфыну и захватили его. Император отправился в стан противника просить мира, но был взят в плен. Чжурчжэни устремились на юг. Продвигаясь по Великому каналу, они сожгли г. Янчжоу. Затем чжурчжэньские конники переправились в лодках на южный берег Янцзы.

С захватом Кайфына цзиньская верхушка, учитывая недостаток политического опыта управления ханьцами и уязвимость своей военной мощи, решила укрепиться севернее Хуанхэ, а к югу от нее в 1127 г. временно создала зависимое от Цзинь государство во главе с бывшим сунским чиновником. Однако это государственное образование, призванное стать оплотом чжурчжэней при завоевании юга Китая, вскоре рухнуло. В том же году на юге была воссоздана власть дома Сун. После долгих скитаний императорский двор с одним из сыновей сунского правителя обосновался в Ханчжоу, ставшем на полтора столетия южной столицей династии (1127—1279). Здесь под защитой мощных потоков Янцзы сунский двор чувствовал себя в относительной безопасности.

Но положение в стране не было стабильным. Свидетельством этому стало и вспыхнувшее в 1130—1135 гг. в Хунани и Хубэе восстание во главе с Чжун Сяном. Его более 20 лет готовила даосская секта, чье учение — так называемый «новый закон», — осуждавшее социальное неравенство, пало на благодатную почву. И без того взрывоопасная обстановка, порожденная превышением налоговой нормы (что выглядело несправедливостью в глазах земледельцев), усугублялась еще и тем, что в связи с вторжением цзиньских войск сунские власти ввели дополнительные поборы. К тому же население стало все больше подвергаться грабежу любителями«1 легкой наживы — дезертирами из регулярной армии. Восставшие,»защищая население, вскоре «испытали на себе последствия нашествия чжурчжэньских войск. В этой обостренной ситуации, перейдя к крайним мерам, они стали предавать огню провинциальные канцелярии, монастыри и кумирни, дома богачей, убивать особо ненавистных им чиновников, купцов и монахов. Восстание охватило 21 уезд, а повстанческая армия насчитывала свыше 400 тыс. Один из вождей, обличавший порочность сунского законодательства, провозгласил «равенство знатных и простых, уравнение бедных и богатых». Повстанцы создали царство Чу, пытаясь на практике воплотить свои идеалы о справедливом общественном устройстве. Они упразднили повинности и подати, а все имущество пытались делить поровну. Выступив против чжурчжэней, крестьянские предводители встали на защиту родины. В условиях, когда значительная часть ханьского этноса уже в который раз в китайской истории оказалась в рамках враждебного ему государства, граница двух империй — Цзинь и Сун — еще не была установлена и шло постоянное противоборство двух армий.

В Хэнани, Шаньдуне, Шаньси чжурчжэни встретили сильный отпор. Вынужденные отойти сначала на север, они тем не менее продолжали свое продвижение. В 1130—1137 гг. для борьбы с Сунами чжурчжэни создали на территории современных провинций Шаньдун, Хэнань, Шаньси, а также на севере Аньхуэя и Цзинси буферное государство Ци и направили основной удар на главную базу Сун в нижнем течении Янцзы. В это время при южносунском дворе шли долгие споры о судьбах китайских земель, захваченных Цзинь.

Падение северосунской столицы, потеря своих исконных земель и, наконец, вынужденное бегство сына Неба от северных варварои воспринимались всеми слоями китайского этноса как национальное унижение. В патриотическом антицзиньском порыве слились два потока сопротивления: народные ополчения, созданные еще в XI в. в ходе реформ Ван Аньши, и регулярная сунская армия. Среди решительно настроенных на бескомпромиссную борьбу с чжурчжэ-нями особо выделялся военачальник, уроженец Хэнани Юэ Фэй (1103—1141), прославившийся победами над врагом. Нокогдав 1136 г государство Цзинь завязало отношения с южносунским двором, китайская сторона откликнулась на предложение вступить в переговоры. При дворе победила группировка, настаивающая на заключении мира с северным противником, что было продиктовано осознанием реального соотношения сил: империя не могла Продолжать ведение военных кампаний, а казна с трудом выдерживала бремя расходов.

В 1135—1136 гг. на пост первого министра назначили сторонница мирных переговоров Цинь Гуя. Сына Неба все более беспокоила возможность военного сепаратизма в стране. Военачальники, в том числе Юэ Фэй, которым было велено прекратить военные действия, стали, по мнению двора, проявлять чрезмерное своеволие и могли Б дальнейшем легко выйти из-под контроля двора. Войско Юэ Фэя нанесло чжурчжэням ряд серьезных поражений и Северном Китае. Но вскоре пришел указ, требовавший от Юэ Фэя срочно явиться в столицу, а армию — отвести. В 1141 г., по прибытии полководца в Ханчжоу, его заключили в тюрьму и тайно казнили.

В 1142 г. после длительных войн и сложных дипломатических переговоров между государствами был заключен мирный договор.

Сунский император признал себя вассалом цзиньского правителя и обязался выплачивать ежегодную дань — 300 тыс, кусков шелка и 300 тыс. слитков серебра. Граница между империями устанавливалась по р. Хуайшуй, в междуречье Хуанхэ и Янцзы. Сунский двор признал права чжурчжэней на захваченные ими китайские земли. Подобные же договоры были заключены в 1164—1168 гг. и 1208 г.

По оценке некоторых исследователей, неблагоприятные изменения в расстановке сил между Сун и Цзинь пробили брешь в традиционной внешнеполитической доктрине Китая и сильно изменили представления китайцев о соседях: Сунская империя теперь не могла претендовать на признание ее всеобъемлющей Поднебесной и оказалась лишь одним из государств в ряду других, в том числе империи Цзинь. Правда, это не совсем так. Исконное противопоставление Китая всем другим странам с глубокой древности было основано прежде всего на осознании ценности его культуры, в основе своей склонной к компромиссам во имя достижения гармонии и жизни, что в принципе противопоказано конфликтам. Именно в этом был «запас прочности», устойчивости китайской государственности. Иными словами, Китай был велик не своим могуществом, а культурой (что прежде, как правило, совпадало), позволявшей гармонизировать отношения в любых ситуациях. В неблагоприятных условиях как бы приходило «второе дыхание» и изыскивались новые формы общения с партнером, позволявшие Китаю не «терять лица». В данном случае дань оформлялась как «ежегодные приношения» подарков (в виде серебра) агрессивным и заносчивым варварам, что временно разряжало напряженность давало возможность выживать обеим сторонам.

Память о доблестном патриоте, но слабом политике Юэ Фэе продолжала жить в народе. Спустя 60 лет после казни полководца ему посмертно присвоили высокий титул и воздвигнули храм в его честь. Юэ Фей стал героем народных преданий, песен и театральных представлений. Что же касается Цинь Гуя, в сущности, талантливого дипломата и трезвого политика, реально осознававшего превосходство сил противника и обеспечившего Китаю долгие годы мирного процветания, то он в сознании народных масс стал символом продажного сановника. Ортодоксальной историографией, не знавшей полутонов, Цинь Гуй был «изменником» за «позорный» мир с варварами.

Реформы XI в. И мирное регулирование взаимоотношений с чжурчжэнями в XII веке позволили сунскому Китаю, пусть территориально весьма ограниченному, просуществовать еще свыше столетия. Южносунская империя со столицей в великолепном городе Ханчжоу стада центром дальневосточной государственности и культуры. Надолго обезопасив себя от вторжений с севера, Южный Китай развился быстрыми темпами и превратился в богатое и процветающее государство. Блеск его высокой культуры, достигшей своего апогея в период правления сунских императоров, отражает едва ли не наивысший расцвет средневекового китайского государства. Однако над южносунским Китаем с XIII в. вновь стали сгущаться тучи. Нависла очередная опасность с Севера. На сей раз угрожали монголы, сравнительно легко разгромившие чжурчжэней и устремившие свой взор на богатый и процветающий Южный Китай. В противостоянии монголам прошел едва ли не весь XIII век, завершившийся крушением южносунской империи и воцарением в стране новой династии Юань, основанной монгольскими завоевателями.

Китай в эпоху правления династии Юань (1271—1368) →






Сейчас читают про: