double arrow

Два взаимосвязанных набора информации


Перенос образа, видимого на плоскости изображения

Следующий ключевой момент: то, что художник видит «на» плоскости изображения (в нашем случае, на куске пленки), как раз и должно быть нарисовано на бумаге. Образ, разумеется, видится сквозь прозрачную пленку, но предлог «на» лучше описывает ситуацию.

Рис. 17.6. Альбрехт Дюрер (1471-1528). «Рисовальщик, выполняющий рисунок женщины в перспективе», 1525. Гравюра. Метрополитен-музей, Нью-Йорк

Ведь художник, рисуя этот образ, должен вообразить этот образ уже не трехмерным, а двумерным (как фотография), «сплющенным» о заднюю поверхность пленки. Затем художник переносит (то есть копирует) этот плоский образ на бумагу. Эти два изображения — реальная сцена (превращенная в плоский, двумерный образ), наблюдаемая на плоскости изображения, и копия этой сцены на листе бумаги — являются одним и тем же изображением. Задача художника — добиться соответствия этих двух изображений, и при этом он (парадоксальным образом) старается учитывать изначальную объемность изображаемой сцены.

Кроме того, линии сетки могут сообщить некоторую информацию о соотношениях и пропорциях. Если вы рассмотрите гравюру Дюрера (рис. 17.6), последний момент станет ясен для вас. Дюрер рассматривает свою модель через сетку (которая могла быть и стеклом с нанесенными линиями, но на самом деле представляла собой деревянную раму с натянутой проволокой). На столе перед ним лежит лист бумаги, тоже расчерченный линиями, соответствующими сетке, которая находится перед ним.

Обратите внимание на перпендикулярный заостренный столбик (рис. 17.7), который определяет положение визирующего глаза (второй глаз, вероятно, закрыт), обеспечивая тем самым фиксированную точку наблюдения. (На пластиковой сетке, описанной выше, маленький кружок играет ту же роль, что и этот вертикальный столбик.) Дюрер рисует на бумаге в точности то, что он видит через сетку, поэтому то, что он рисует, в точности соответствует тому, что он видит, словно модель была вдавлена в сетку, чтобы стать двумерным, а не трехмерным изображением. Например, глядя на модель вдоль «линии прицела», Дюрер может увидеть, где находится верхняя точка левого колена модели (точка 1 на рис. 17.8). Установив это и перенеся эту точку на бумагу, он может определить, где относительно точки 1 находится верхняя точка левого запястья модели (точка 2). Затем по отношению к этим двум точкам и, разумеется, по отношению к линиям сетки, он определит верхнюю точку правого колена (точка 3).




Рис. 17.7. Перпендикулярный столбик фиксирует положение визирующего глаза Дюрера

Рис. 17.8. Дюрер переносит визируемые точки на расчерченный лист бумаги

Дюрер переносит эти точки одну за другой с плоскости изображения на свой рисунок, не спрашивая, почему тот или иной край находится там, где он находится, не удивляясь, почему рука или нога имеют столь необычную форму, столь отличаясь от того, какими он их знает. Его цель проста: изложить на бумаге — без цензуры и редактирования — свое непосредственное восприятие, информацию, попадающую на сетчатку глаз. При этом он парадоксальным образом сохраняет осознание объемности изображения, но удерживает это свое знание, так сказать, на расстоянии.

Сетка позволяет ответить на два важнейших вопроса, снова и снова возникающих в процессе рисования:

1. Под каким углом относительно констант — вертикали и горизонтали, задаваемых линиями сетки и рамкой, расположены этот край, эта форма, это негативное пространство?

2. Насколько велика (широка, высока, длинна) эта форма относительно размера (ширины, высоты, длины и т. д.) той формы, видимой с данной точки зрения?



При оценке этих соотношений сетка обеспечивает глитч — внешний источник информации, который помогает мозгу (можно даже сказать, заставляет его) принять наблюдения такими, как они есть, не подвергая их пересмотру со стороны заранее запрограммированных понятий. Иначе говоря, если линия идет под углом относительно одной из линий сетки, именно так вы ее и рисуете, несмотря на возможные возражения со стороны концептуального рассудка (Л-режима): «Как это может быть? Это наверняка неправильно!» Видя, как в ракурсе рука оказывается в длину такой же, как в толщину, Л-режим может восклицать: «Да ладно тебе! Всякий знает, что длина руки всегда больше ее толщины!» Эти протесты необходимо отклонять — игнорировать, — и восприятие должно приниматься, даже если оно противоречит тому, что вы знаете. Если вы видите, вы нарисуете. И тогда, парадоксальным (и волшебным) образом, форму, которую вы рисовали просто как набор линий на плоском листе бумаги, посторонний зритель вашего рисунка увидит — то есть интерпретирует — как «реальную» форму в трехмерном пространстве.

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: