double arrow

В боях у Красноярска попали в плен или погибли еще несколько частей и полков войск Восточного фронта

Колчаковско-каппелевские войска (включая всю номенклатуру разрозненных отдельных частей и соединений) составляли не более 70 000. Единое руководство всей этой отступающей разрозненной массой было весьма затруднено, что нередко вело к самым негативным и тяжелым последствиям. Это особенно жестко проявилось в боях в районе Красноярска, где колчаковско-каппелевские войска потеряли более половины своей численности.

В то же время поток красных войск продолжал быстро катиться вдоль Сибирской железнодорожной магистрали. Новониколаевск пал 14.12.1919, и 20.12.1919 в руках советских войск уже оказались станция Тайга и город Томск, в котором в плен были захвачены остатки (около 12 000) 1-й армии и 2-й Сибирской стрелковой дивизии с ее четырьмя полками (5-м Томским, 6-м Мариинским, 7-м Кузнецким и 8-м Бийским), дислоцировавшимися непосредственно в Томске. 02.01.1920 Красная армия вошла в город Ачинск. 10.12.1919 пал Барнаул, 13.12.1919 — Бийск, 26.12.1919 — Кузнецк. 28.12.1919 в руки советских войск перешел Мариинск. Наступление красных войск достигло Красноярска. Не имея возможности останавливаться на каждом из этих этапов, где наступали, отступали, контратаковали, вели обычные боевые действия противоборствующие стороны, рассмотрим подробнее одно из определяющих столкновений Гражданской войны в Западной Сибири.

Для более оперативного управления 3-й армией Каппель приказал (вместо него) вступить в командование этой армией генерал-майору Петрову П. П., в то время командиру 4-й Уфимской генерала Корнилова пехотной дивизии. Но генерал Петров не смог отыскать штаб 3-й армии и оставался командиром этой дивизии до прихода ее 03.1920 в Читу.




Между тем начатое 16.11.1919 наступление Красной армии на Петропавловск встретило сопротивление оставшихся частей 2-й и 3-й армий и остатки Сибирского казачьего корпуса, которые были пополнены стрелковыми частями (и переименованы в Степную группу войск).

Штаб бывшего 1-го (Средне-)Сибирского корпуса (генерал-майор Зиневич) 1-й армии разместился в Красноярске. 3-й Барнаульский (Сибирский) стрелковый полк (полковник Камбалин А. И. ) был переброшен в Барнаул, став частью гарнизона города.

Штаб 1-й (Средне-)Сибирской стрелковой дивизии (генерал-майор Мальчевский) и ее 2-й Барабинский Сибирский стрелковый полк (полковник Ивакин А. В., замещавший в начале декабря 1919 заболевшего генерала Мальчевского) были оставлены в Новониколаевске в помощь гарнизону. При подходе Красной армии к Оби и Новониколаевску разложившийся 2-й Барабинский полк во главе с полковником Ивакиным 09.12.1919 поднял мятеж с попыткой захватить город и сдать его красным. Мятеж был подавлен, Ивакин — убит (по одной из версий — покончил с собой, застрелился).



Таким образом, наступление на Новониколаевск прикрывали остатки 2-й и 3-й Армий генералов Войцеховского и Каппеля, численностью около 18 000 (12 000 штыков и 6000 сабель). В составе этих армий значились те же стрелковые дивизии, что и в прежнем представлении, только численность их не достигала теперь и полка (а порой — и батальона). Однако несколько позже главная роль по обороне Омска отводилась остаткам 1-й армии генерала Пепеляева, которому было приказано форсированным маршем спешно следовать к городу и организовать оборону Омска. В то же время 2-я и 3-я армии должны были противостоять катящемуся потоку наступающих войск Красной армии на главных направлениях.

Южная часть Московской группы войск после боев на Тоболе отступила на юго-восток, фактически утратив связь и оперативное управление из штаба Восточного фронта, и пыталась присоединиться к отступавшей в Туркестан Оренбургской армии генерала Дутова.

Но в попытке отстоять Новониколаевск главную роль все еще пока играл генерал Сахаров. Теперь Московская группа войск состояла из частей 2-й и 3-й армий и фактически в таком составе представляла Восточный фронт (1-я армия находилась вне боев, на переформировании в Томске, где 20.12.1919 сдалась подошедшей стрелковой дивизии 5-й Красной армии).

Генерал Дитерихс, получив очередной отказ на предложение отвести все остатки войск за Обь, критикуя оптимистические рапорты и планы генерала Сахарова К. В., подал в отставку с поста командующего Восточным фронтом. 16.11.1919 командующим Восточным фронтом стал генерал Сахаров. Командующим Московской группой и войсками 3-й армии был назначен генерал-лейтенант Каппель.

В такой ситуации с 04.11.1919 развивалась боевая обстановка на этом наиболее важном участке противоборствующих сторон. Красные части, посадив пехоту на подводы, ускорили темпы отбрасывания и преследования белых войск (до 30 километров в сутки). Этому способствовали и удары партизан по тылам Восточного фронта. 27-я стрелковая дивизия (Блажевич И. Ф. ) красных 14.11.1919, совершив 100-километровый марш-бросок за сутки и форсировав Иртыш, ворвалась в Омск. Генерал-губернатор Томского (Средне-Сибирского) военного округа и командующий войсками гарнизона Омска генерал-лейтенант Матковский, принимая во внимание неготовность прибывающих войск 1-й армии, а также паническое настроение частей гарнизона и понимая бессмысленность разрушения города и возможных огромных человеческих потерь, решил сдать Омск большевикам без боя. 14.11.1919 Матковский сдался в плен, город оказался в руках Советов. В плен попало и около 30 000 (части гарнизона и 1-й армии). Большевики расстреляли генерал-лейтенанта Матковского, показав, что ожидает каждого командира Белой армии.

Теперь адмирал Колчак наконец принял предложение генерала Дитерихса отходить (скорее — бежать) за реку Енисей, а еще лучше — за Обь. Разбитые войска Восточного фронта отступали к Омску и за Ишим, преследуемые Красной армией.

Дополнив свои ряды до 75 000 бойцов, 5-я Красная армия, начав 14.10.1919 форсировать Тобол, перешла в новое наступление. Наступая в направлении Петропавловска (через Лебедянь), советские войска встретили ожесточенное сопротивление новой Русской армии Восточного фронта. Сильное противодействие наступающим оказывала в том числе и Южная армия генерала Белова. К наступлению 5-й подключилась и 3-я Красная армия, нанося свой удар в направлении на Омутанское и далее — на Ишим. К 17.10.1919 5-й Красной армии удалось не только переправиться через Тобол, но и захватить плацдарм глубиной до 20 километров. Однако с этого момента советские войска начали испытывать ожесточенные контратаки войск Восточного фронта генерала Дитерихса. Но более слабая 1-я армия (генерал Пепеляев) не смогла остановить наступление 3-й Красной армии и начала отступать в надежде закрепиться за рекой Ишим. Но это привело к открытию фланга Московской группы (и захвату 04.11.1919 Ишима большевиками). Открытие правого фланга армий генерала Сахарова повлекло за собой необходимость отступления всего фронта, во избежание полного окружения. После трехдневных боев 31.10.1919 пал Петропавловск.

Усмотрев возможность окружения, 5-я Красная армия начала отступление по всему фронту, откатываясь назад, к Тоболу. Воспользовавшись отходом правого крыла 5-й армии красных, 1-я армия начала контрнаступление на Ялуторовск, одновременно усилив давление на левый фланг 3-й Красной армии (на стыке 29-й стрелковой дивизии 3-й Красной армии и 30-й стрелковой дивизии 5-й Красной армии). Оголенный отходом 5-й армии, левый фланг 3-й армии не позволил большевикам перейти к обороне, и 3-я Красная армия также начала отступать на исходные позиции (к реке Тобол).

Между тем войска Белой армии, поддержав удар казаков, бросили 7-ю и 11-ю Уральские дивизии в создавшийся прорыв фронта красных и контратакой заставили весь правый фланг 5-й Красной армии начать отступление. Одновременно части 2-й армии, усиленные Отдельной казачьей дивизией (генерал Мамаев), начали контрнаступление с северо-востока в направлении Маршихинского, обойдя озеро Черное (прикрывая им свой левый фланг) и ударив по 5-й стрелковой дивизии на ее стыке с 30-й стрелковой дивизией красных.

Командование Восточного фронта было вынуждено принимать срочные меры и разработать план как не только остановить, но и попытаться, в свою очередь, разгромить советские войска. С этой целью 02.09.1919 был отдан приказ 3-й армии генералов Сахарова и Каппеля и Сибирскому казачьему корпусу генерала Иванова-Ринова ударами с юга, а 1-й и 2-й армиям (генералов Пепеляева и Войцеховского) — с севера, окружить и разгромить 5-ю Красную армию.

Одновременно 3-я Красная армия в составе 29-й, 30-й и 51-й стрелковых дивизий (около 26 500 штыков и 3500 сабель) начала наступление на войска 1-й (генерал Пепеляев) и 2-й (генерал Войцеховский) армий (около 34 000) в направлении Тобольск — Ишим.

Этим войскам противостояла 3-я армия генерала Каппеля численностью до 24 000 солдат.

Ижевская стрелковая бригада (генерал Молчанов В. М. ).

Я Сибирская (полковник Казагранди Н. Н., полковник Осипов с 01.09.1919);

Я Воткинская (полковник Михайлов, полковник фон Вах с 12.1919);

Я Сибирская (гарнизон города Иркутска);

Я Казанская (генерал-майор Петухов);

Я Сибирская (генерал-майор Зощенко, полковник Поляков с 15.08.1919);

Я Сибирская (генерал-майор Сергеев);

Я Уральская (полковник Боржинский, полковник Бутенко, с 12.1919);

Я Уральская (генерал-майор Круглевский);

Я Верхнеуральская (полковник Кононов К. Л. );

Я Камская (генерал-майор Пучков);

Я Уральская (генерал-майор Бондырев);

Я пехотная (генерал-майор Гулидов В. П. );

Я Сибирская (генерал-майор Смолин И. С. );

Я Уфимская (генерал-майор Токмачев, генерал-майор Петров П. П. с 18.09.1919);

Я Иркутская (генерал-майор Ракитин, убит);

Я Сибирская (полковник Подрядчиков);

Я Сызранская (генерал-майор Бакич А. С. );

Я (Средне-)Сибирская (генерал-майор Мальчевский);

Отдельный Южный отряд (генерал Доможиров).

Й Средне-Сибирский корпус (генерал Зиневич);

Отдельный Сибирский казачий корпус (генерал Иванов-Ринов);

Южная (генерал Вержбицкий);

Уфимская (генерал Бангерский);

Уральская (генерал Косьмин);

Тобольская (генерал Редько);

Степная (генерал Лебедев);

Северная (генералы Гривин, убит 20.11.1919; Бордзиловский с 23.11.1919);

Поволжская (генерал Каппель; генерал Имшенецкий, с 06.11.1919, умер 12.1919);

4-й Сызранский корпус (генерал Бакич); [380]

Дивизии:

* * *

Тем временем в начале августа 1919 советские войска перешли от преследования к стратегическому наступлению, с целью разгромить наиболее компактную колчаковскую группировку войск, скопившихся в направлении общего отступления сибирских армий вдоль Сибирской железнодорожной магистрали. 5-я Красная армия 04.08.1919 начала свое очередное наступление в направлении Петропавловска. Имея в своем составе 5-ю, 26-ю, 27-ю и 35-ю стрелковые дивизии (всего около 35 000 штыков и 2500 сабель), 20.08.1919 красные форсировали реку Тобол и в течение последующих 10 дней продвинулись на восток на 130–180 [381] километров, подойдя к городу Петропавловску на 70 километров.

Для этого еще не полностью сформированный Сибирский казачий корпус спешно и по частям был переброшен из резерва на южный фланг Восточного фронта. Начав контрнаступление 02.09.1919, войска южного фланга 3-й армии и Сибирского казачьего корпуса довольно быстро добились успеха. Ударом на Маршихинское, на северо-запад, по войскам 26-й стрелковой дивизии (на стыке с 31-й стрелковой дивизией) 5-й Красной армии, казаки прорвали фронтов. При этом 27.08.1919 генерал Иванов-Ринов лично возглавив атаку своего корпуса, у поселка Островного (станицы Пресновской) разгромил две красные бригады. Правый фланг 5-й армии дрогнул и попытался, перейдя к обороне, отразить контрудар Сибирского казачьего корпуса. Однако расклад сил были не в пользу наступающих. Кроме того, в какой-то момент генерал Иванов-Ринов упустил инициативу и не смог провести запланированный рейд по тылам советских войск, завершив его ударов на Курган. (Это послужило формальной причиной для генерала Дитерихса к замене его генералом Беловым на посту командующего корпусом, хотя вскоре, 24.09.1919, Колчак восстановил генерала Иванова-Ринова в прежней должности. Однако генерал Дитерихс приказал использовать отдельные части казачьего корпуса, переводя [382] их в другие дивизии, что, естественно, сказывалось на общей боеспособности корпуса. При этом генерал Иванов-Ригюв оказывался как бы не у дел, что привело его к уходу с фронта, приняв должность помощника командующего Восточным фронтом у генерала Сахарова, который вскоре стал преемником генерала Дитерихса.)

Между тем общее состояние войск Белой армии становилось все более и более неустойчивым, падал моральный дух и воля к сопротивлению, и стремительно росло общее разложение и число случаев перехода на сторону большевиков и партизан. (А что могла пропаганда властей Колчака противопоставить простым и столь желаемым подавляющему большинству лозунгам большевиков: «Землю — крестьянам, заводы — рабочим!» Кто тогда из простых россиян мог предполагать, что эти лозунги большевиков — обман и, как квалифицировали бы знатоки шахматной игры, не являются ли они известной типичной для шахматистов «ловушкой Ласкера» для большинства малограмотного и неграмотного [383] населения России?) Поэтому все, вместе взятое, не позволяет рассматривать успех остатков Русской армии в боях на Тоболе как масштабную победу, а считать его всего лишь как выигранный бой местного значения. При других обстоятельствах это возможно был бы успех стратегического масштаба. Однако резервы были исчерпаны, потери значительны, боевой дух не превратился в порыв, который смог бы смести противостоящие войска Красной армии и взять инициативу ведения войны в свои руки. Большевики отступили на исходные рубежи и обосновались на западном, высоком берегу Тобола. Наступила небольшая пауза. Стороны приводили свои ряды в порядок, начав разработку новых операций.

Кажущаяся многочисленность указанных армий, групп войск, дивизий (и подразумеваемое количество полков при четырех полковом составе дивизий) могут создать впечатление, что один только Восточный фронт Русской армии обладал огромной массой войск, сравнимой чуть ли не с наполеоновским нашествием. В действительности, как это утверждает бывший военный министр генерал Будберг (и подтверждает известный советский военачальник Гражданской войны Какурин Н. Е. ), все войска Русской армии едва насчитывали 50 000 офицеров и солдат «действующей» армии при сопутствующих им 300 000 «едоков» — числящихся по спискам в составе белых частей!!!

Достаточно добавить к сказанному, что численность армий на линии фронта не превышала 15 000 в целом! Большинство дивизий едва насчитывала 400–900, а полки — 100–200 штыков! В такой ситуации весь Восточный фронт едва мог противопоставить 30 000–40 000 штыков и сабель войскам большевиков. Мобилизация утратила возможность создавать резервы — они были полностью исчерпаны. Остатки способных нести оружие людей уходили в леса и тайгу к красным партизанам.

Сибирские казаки с большой неохотой шли в Сибирский казачий корпус, и к моменту сражения на Тоболе корпус все еще вступал в бой по частям, полностью не закончив формирование. Поэтому его удар во фланг 5-й Красной армии увенчался лишь частичным успехом. Корпус не смог глубоко ворваться в тылы и окружить 5-ю армию. Потери в боях (между [384] Тоболом и Петропавловском) с 20.08 по 02.10.1919 (и особенно 02.09–02.10.1919) составили почти 50% боевого состава войск, сосредоточенных на фронте непосредственно в районе Сибирской магистрали Челябинск — Курган — Петропавловск — Омск. Поэтому оптимистические заверения генерала Сахарова и его «показательная» Московская группа войск не изменили решения генерала Дитерихса отвести остатки войск за реку Енисей, а затем — даже за Обь (о чем уже неоднократно говорилось). Однако Ставка, по настоянию Сахарова, решила продолжить сражение между Тоболом и Петропавловском. В свою очередь, 5-я и 3-я Красные армии (за время «паузы» 02–03.10.1919) получили пополнение и произвели перегруппировку своих войск.

Несмотря на отдельные успехи и одержанные победы в Тобольском сражении, разбитые в ходе непрерывных боев превосходящими силами в течение трех месяцев (08–11.1919), сибирские армии адмирала Колчака в целом потерпели [385] жестокое поражение. Организованное сопротивление таких масштабов в дальнейшем исключалось. Войска начали свой «Великий Сибирский Ледяной поход». Остатки армий двинулись на восток, вдоль Сибирской магистрали — в Забайкалье, под защиту японских оккупационных войск и армии атамана Семенова.

Теперь речь могла идти только о попытках замедлить темпы наступления Красной армии и борьбе за «пространство», то есть за удержание тех или иных районов, которые еще находились в руках колчаковских властей. При этом приходилось вступать в ожесточенные бои и с партизанами, которые блокировали пути отступления и фактически обладали властью во многих тыловых регионах.

Многие источники говорят о невосполнимых потерях войск Сибирских армий в сражении на Тоболе: более 50% своего состава (около 17 000 человек)! Резервов не было, и по мере отступления численность войск Белой армии буквально таяла, вследствие перехода к противнику, партизанам, дезертирства, болезней, нежелания покидать родные места, боязни наступления зимы, холодов и голода и многих других подобных факторов.

Генерал Дитерихс, пользуясь достаточно жестким сопротивлением Московской группы (Сахаров), Южной (Белов) и 2-й (Войцеховский) армий, все еще оказываемым наступавшим советским войскам, начал спешно перебрасывать 1-ю армию (Пепеляев) через тылы своих войск — в Омск. Этим Дитерихс пытался решить две задачи: спасти остатки 1-й армии и создать достаточные силы для обороны Омска. Ведя арьергардные бои, сюда же (к Сибирской магистрали) отступали и главные силы Восточного фронта. Но советские войска, обладая достаточными резервами и имея численность более 100 000, увеличили темпы наступления частей, нацеленных непосредственно на Омск. В борьбе за «пространство» это было определяющим фактором окончания войны в Западной Сибири. [386]

Так и случилось: остатки войск прежней Южной армии (генерал Белов), а также и более южная Оренбургская армия (генерал Дутов) отступали на юго-восток, отрываясь от основных сил Восточного фронта, в то время как основные силы (Московская группа), связанные арьергардными боями, медленно отходили к Омску. Одновременно, пользуясь уходом 1-й армии белых, 3-я Красная армия, форсировав Ишим восточнее озера Уватское, вдоль левого (западного) берега Иртыша ускоренным маршем устремилась в обход Московской группы, к Омску. Боясь попасть в полное окружение, Московская группа, к которой теперь фактически была «привязана» и 2-я армия генерала Войцеховского из-за своей малочисленности, вынуждена была ускорить свое отступление.

16.11.1919 войска Московской группы переправились (в спешном порядке) на правый, восточный берег Иртыша, отступая к Новониколаевску (Новосибирск). Остатки 1-й армии, потерявшей всякую боеспособность, Дитерихс приказал отвести в тыл, в Томск. [387]

Тем временем 5-я и 3-я Красные армии, после небольшого отдыха и перегруппировки (16–20.11.1919), продолжали торопливо «отвоевывать» новые пространства Западной Сибири. Теперь целью операций стал Новониколаевск. 20.11.1919, наращивая темпы наступления, 5-я и 3-я Красные армии двинулись вдоль Сибирской магистрали, на восток.

Следует напомнить, что Ставка и правительство Колчака еще 10.11.1919 покинули Омск. Адмирал Колчак с этого момента командовал (если это можно так квалифицировать) из своего вагона, в котором он все время находился до своего «приезда» в Иркутск. Штаб Ставки, как и сама Ставка, вынуждены были прекратить свое существование. Формально управление остатками войск Русской армии перешло к штабу Верховного Главнокомандования (генерал-лейтенант Занкевич М. И. ). В действительности командование остатками Русской армии оставалось за командующим Восточным фронтом и его армиями. Но и генерал Сахаров недолго оставался командующим всеми этими войсками: 10.12.1919 на станции Тайга Сахаров К. В. был арестован братьями Пепеляевыми (Владимиром Николаевичем, председателем Омского правительства, и генерал-лейтенантом Анатолием Николаевичем, командующим 1-й армией) и обвинен в развале, поражениях и измене Белому движению в Сибири. Таким образом, единственным командующим остатками войск Русской армии стал генерал-лейтенант Каппель В. О. Теперь этим малочисленным войскам, возвращаясь мысленно к своим прежним успехам — когда небольшой отряд Каппеля занял в 1918 Казань, Симбирск и другие крупные города в Поволжье и на берегах Волги и когда в 1919 еще недавно его Волжский корпус и Поволжская группа войск приводили к победам под Уфой, Челябинском, на Тоболе, — оставалось с грустью и гордостью только и тешить себя запомнившимся в истории России именем — «каппелевцы». [388]

Опережая даты хронологии событий, прежде чем продолжить краткое описание боевых действий в борьбе за «пространство» между Омском и Новониколаевском, следует сделать небольшое уточнение, касающееся дислокации 1-й армии генерала Пепеляева. После боев на Тоболе и под Омском штаб (генерал Пепеляев) был отправлен в Томск на пополнение, отдых и переформирование, о чем уже было упомянуто. Вместе со штабом 1-й армии в Томск прибыла 2-я Сибирская стрелковая дивизия с 5-м Тобольским, 6-м Мариинским, 7-м Кузнецким и 8-м Бийским стрелковыми полками. Всего 15 000–20 000 солдат, включая резервы и гарнизон Томска. Вся эта группа войск в Томске вскоре (20.12.1919) сдалась в плен 30-й стрелковой дивизии (комдив Лапин А. Я. ) 5-й Красной армии, которая совершила почти 200-километровый [389] марш-бросок из захваченной ею 14.12.1919 Колывани — пригорода Новониколаевска (в 50 километрах к северу).

Таким образом, 1-я армия (и генерал Пепеляев), не сумев своевременно подойти и обеспечить оборону Омска, с середины ноября 1919 г. фактически в боевых операциях не участвовала, и именно войска этой армии почти без боев исчезли в сибирских таежных просторах (в основном — в Щегловской тайге). Единственное исключение составляла небольшая Тобольская группа (генерал Редько, а 23.11.1919 — генерал Бордзиловский), ранее входившая в эту армию и которая, войдя составной частью в Северную группу генерала Вержбицкого (заменившего убитого генерала Гривина) и объединившись с Южной группой 2-й армии, подчиняясь воле и твердости генерала Вержбицкого, к концу 1919 г. смогла 25.12.1919 выйти на Сибирскую магистраль в районе станции Тайга (200 километров северо-восточнее Новониколаевска и около 70 километров к юго-востоку от Томска). Здесь основные силы войск 2-й армии, влившись в группу войск генерала Вержбицкого, присоединившись к основным силам Московской (каппелевской) группы войск, образовали известную «Колонну генерала Вержбицкого» — авангард 2-й армии генерала Войцеховского при продвижении в Забайкалье. Приведенные войска «колонны Вержбицкого» (части Северной, Степной, Уральской и Тобольской групп) представляли [390] большую часть войск прежнего Восточного фронта. (Следует заметить, что умирающий генерал Каппель 21.01.1919 назначил генерала Вержбицкого командующим 2-й армией, на место своего преемника — генерала Войцеховского).

Части Красной армии усиливали давление и успешно наращивали темпы наступления. За неделю они продвинулись на 120–160 километров вдоль Сибирской магистрали и параллельно ей. Еще 26.11.1919 каппелевцы оставили Татарскую. Тогда же 3-я Красная армия, передав свои 20-ю и 51-ю стрелковые дивизии 5-й армии, была выведена в резерв. Ослабляя сопротивление, войска 2-й и 3-й армий откатывались к Новониколаевску, спеша уйти за Обь ранее подхода Красной армии. Последняя наступала со средней скоростью 20–25 километров в сутки. Через 25 дней советское командование рассчитывало войти в Новониколаевск, преодолев около 600 километров.

Отступая, войска Белой армии не упускали возможности перейти в контратаку в попытке остановить накатывающийся вал противника. Иногда это удавалось. Так, например, пользуясь прохождением озера Чаны и прикрывая им левый фланг, 2-я армия сделала такую попытку. Но это лишь на время замедлило наступление Красной армии, и «кроваво-красный вал» продолжал катиться на восток.

27-я стрелковая дивизия 5-й Красной армии захватила Барабинск и Чалым и, после трехдневных боев, 14.12.1919 вошла в Новониколаевск. 30-я стрелковая дивизия захватила Колывань. 5-я Красная армия достигла Оби, «поглотив» еще 650 километров Западной Сибири. [391]

Перейдя на восточный берег Оби, каппелевские войска не обрели покоя, который им недавно казался обеспеченным за столь могучей водной преградой. Слишком поздно удалось достичь этого рубежа: силы армий таяли, поражения «добивали» морально. О резервах, теплых (и сытых) казармах приходилось только мечтать. А ледяной покров Оби уже не представлял непреодолимой преграды для массы «красного катка».

Так получилось, что к этому моменту у Красноярска сосредоточились почти все основные силы (остатки) колчаковско-каппелевских войск Сибирских армий — остатки Русской армии. Ядром этих войск оставались 2-я, 3-я и частично 1-я армии и дислоцировавшиеся непосредственно в Красноярске штаб 1-го Средне-Сибирского корпуса генерала Зиневича и 4-й Енисейский (Сибирский) стрелковый полк (генерал-майор Ястребов). Юг этого региона был в руках красных партизан и контролировался партизанскими армиями Кравченко и Щетинкина. Север, заросший Щегловской тайгой, контролировался частями северо-енисейских партизанских соединений. Общая численность партизанских войск в регионе Красноярска достигала более 70 000. Наступавшая с запада и северо-запада 5-я Красная армия (26-я, 27-я, 30-я, 35-я [392] и 51-я стрелковые дивизии) имела в своем распоряжении более 40 000 бойцов.

Конкретно ситуация сложилась следующим образом — отступление остатков Русской армии в «Великом Сибирском Ледяном походе» в конце 1919 года, на восток, в Забайкалье, проходило по двум параллельным направлениям — по северной стороне Сибирской магистрали и по ее южной стороне. При этом по южной стороне Сибирской магистрали отступали части «Колонны генерала Сахарова» Московской группы армий, основой которой являлась 3-я армия и «Колонна генерала Бангерского». По северной стороне на восток шли части 2-й и остатки 1-й армий. При этом войска 1-й армии, уцелевшие после захвата Новониколаевска и Томска, пробиваясь на юго-восток через непроходимые чащи Щегловской тайги, почти полностью погибли от холода и голода, перешли на сторону партизан, или просто разбежались. Короче, как уже предварительно было отмечено, большая часть 1-й армии фактически «растаяла» в Щегловской тайге. Небольшая ее часть, сведенная в Тобольскую группу, влилась в Южную группу 2-й армии, образовав «Колонну генерала Вержбицкого». При этом в авангарде «Колонны генерала Вержбицкого» шли остатки Тобольской группы под командованием генерал-майора Бордзиловского А. В., возглавляемой остатками 3-й Иркутской дивизии генерал-майора Ракитина В. А. Части 2-й армии генерала Войцеховского и ее колонна генерала Вержбицкого, периодически участвуя 12.1919–01.1920 в дальнейших боях с красными войсками и партизанами, упорно продвигались на восток. Приняв бой 03.01.1920 у Кемчуга (в 80 километрах западнее Красноярска) и у Большой Сережской (южнее Кемчуга), войска 3-й армии почти полностью потеряли 4-ю Уфимскую (полковник [393] Карпов) и 8-ю Камскую (генерал-майор Пучков) стрелковые дивизии. Будучи окруженными, 06.01.1920 большая их часть вынуждена была сдаться красным. Полки Красноуфимской бригады (генерал-майор Рычагов) также сдались в плен в бою у Кемчуга. Этому способствовало, что, пытаясь прорваться в Красноярск под защиту дислоцированного там 4-го Енисейского полка и войск гарнизона, солдаты вдруг узнали, что еще 04.01.1920 части этого полка подняли мятеж, который поддержали восставшие рабочие Красноярска. Больше того, мятежных солдат и восставших рабочих поддержал и генерал Зиневич (командир 1-го Сибирского корпуса) с частями своих войск. Надежда на помощь Красноярска рухнула. Для многих солдат — оставалось только сдаться в плен, не имея возможности противостоять хорошо вооруженному и организованному, превосходящему в силах противнику.

Эта же весть и окружение белых войск (с севера и запада — 5-я Красная армия, с юга — партизанские армии Кравченко и Щетинкина, в тылу — мятежники и измена в Красноярске) вынудили генерала Каппеля, командующего войсками Восточного фронта, обратиться к солдатам и офицерам с призывом, что принятие ими решения о сдаче в плен не будет рассматриваться командованием как измена и не подлежит осуждению. С этого времени в Белой армии должны остаться только добровольцы!

Более половины солдат воспользовались этим решением своего командующего. В это же время (04.01.1920) подошедшая к Красноярску 3-я армия во главе с генералом Каппелем также втянулась в тяжелые бои в образовавшемся «Красноярском котле». На долю именно этой армии достались наиболее ожесточенные бои, чтобы вырваться на восток. 12-я Уральская стрелковая дивизия (полковник Бутенко) 03.01.1919, окруженная у Балахтинской, в 120 километрах юго-западнее Красноярска, вынуждена была сдаться (ее 45-й Сибирский стрелковый полк полковника Веретенникова первым и в полном составе сдался противнику). Еще ранее, прикрывавшая выходившие из Щегловской тайги основные части 3-й армии, 7-я Уральская горных стрелков дивизия (генерал-майор Бондырев) в бою у деревни Дмитриевской [394] 25.12.1919 почти полностью погибла, а ее остатки 02.01.1920 у деревни Аптацкой вынуждены были сдаться в плен частям Красной армии. Такая же судьба постигла 11-ю Уральскую стрелковую дивизию (генерал-майор Беляев) и большую группу 1-й Сибирской стрелковой дивизии (полковник Ивакин, убит). 13-я Казанская стрелковая дивизия почти полностью погибла под Красноярском; из оставшихся 50 солдат, дошедших до Читы 03.1920, еще несколько человек этой группы, плутали, заблудившись в тайге, пока не наткнулись на отряд красных партизан, который 11.03.1920 взял их в плен, включая командира, — известного по организации мятежа в 1918, в Ярославле — полковника Перхурова А. П. Сдались в плен 58-й и 59-й полки 15-й Воткинской дивизии (полковник фон Вах).






Сейчас читают про: