double arrow

Вопрос №20


Вопрос №19

Поэтический мир Фета ( см. статью Кормана)

роман "Рудин". Тургенев не сразу определит жанр своего нового произведения. Однако уже на этапе его создания летом 1855 года писатель отмечает, что работа над "Рудиным" - это его "последняя попытка" (П., 2, 282), имея в виду близость нового замысла к роману "Два поколения". Но "Рудин" - иное сочинение, жанр которого пока проще и вернее кажется писателю определить как "большую повесть"14 , потому что на традиционный роман он не похож.

Непохож он и на повесть. По справедливому замечанию А. И. Батюто, рождение тургеневского романа из повести сопровождалось "процессом, характеризующимся появлением нового качества (курсив мой. - И. Б. )"16 . Таким особым качеством обладал и первый роман писателя, который хотя и вырос из "зерна" тургеневских повестей, но представлял собой самостоятельное явление, своего рода "параллельное" повести. Эта особенность была связана не только и не столько с "расширением и углублением его социально-исторических рамок" и "выходом за пределы: индивидуально-психологической проблематики"17 . Она проявлялась на всех уровнях поэтики, и прежде всего в том, как мыслился писателем в этом новом для него жанре человеческий характер.

Известно, что Тургенев очень заботился о "правильном" впечатлении, которое должно было произвести его сочинение на окружающих: его волновало, "вышел ли Рудин действительно умным среди остальных, которые умничают"18 . Причем важно, что такие опасения возникали у писателя уже на первом этапе работы над романом летом 1855 года, до значительной его переработки осенью того же года, когда начался процесс героизации Рудина19 .

В исследовательской литературе о Тургеневе утвердилось мнение, что "первая редакция произведения представляла в жанровом отношении повесть". "Она построена на одном эпизоде из жизни героя - его двухмесячном пребывании в имении Ласунской. Развязкой действия является внезапный, после объяснения с Натальей, отъезд Рудина. Последняя сцена с разговором о нем Липиной, Лежнева, Басистова, Пигасова - эпилог, где намечена последующая судьба всех действующих лиц". В этой еще "повести", а не романе, как считает М. О. Габель, Рудин "проявляет себя только в узкой области чувства"20 , а потому не дотягивает до романного героя с широким социально-историческим диапазоном. И только эпилог - встреча с Лежневым, а затем и гибель на баррикадах - придадут повести эпическое звучание.

Это совершенно справедливое утверждение требует, с нашей точки зрения, некоторого уточнения. Очень многое из нового "романного" качества в "Рудине" было связано именно с главным героем, с содержанием этого образа, что должно было проявиться и сказаться уже в первой редакции и о чем косвенно свидетельствует забота писателя о "правильном" впечатлении от героя. Тургенев писал роман, который, в сущности, был еще не знаком русскому читателю - все эпические и драматические силы его были сосредоточены в герое. Попытаемся разобраться в этом вопросе с помощью некоторых наблюдений над формой. В повестях Тургенева рассказ о событиях часто ведется от первого лица, в романах же повествователем выступает сам автор. "Рудин" и здесь занимает промежуточное положение. Автор как будто держит все нити повествования в своих руках, но на каждом шагу замолкает, чтобы дать слово для рассказа о событиях своим героям: то Лежневу, то Рудину. Таким образом, никакого принципиального различия между ранними повестями и "Рудиным" усмотреть не удается. Разница здесь определяется степенью насыщенности произведений общественным содержанием да еще, пожалуй, глубиной психологического анализа характеров. По существу же и там и здесь Тургенев остается автором произведений социальных, психологических и философских, лишая нас возможности провести резкую грань между социальным романом и психологической повестью. Количественная разница вряд ли может служить надежным критерием в вопросах стиля, и "Рудин" предстает пред нами как произведение, занимающее в жанровом отношении промежуточное положение между повестью и романом8. Известно, что "Рудина" почти всегда называют романом, но это следует отнести на счет литературной традиции, которая идет от издания сочинений Тургенева 1880 года.

Чтобы уточнить жанр "Рудина", следует иметь в виду замечание некоторых исследователей о том, что это произведение мемуарное. Но этого мало. Размышления над вопросами композиции проливают дополнительный свет на сложную проблему жанра. Рудин" написан Тургеневым в разгаре его борьбы за создание социально-психологического романа, но осложнен его собственной повествовательной и драматической традицией. Назовем ли мы "Рудина" повестью, или драматизированной повестью, или социальным, психологическим и мемуарным романом, никакое из этих названий, взятое в отдельности, даже приблизительно не покроет всего жанрового многообразия произведения.

Синтетический жанр "Рудина" отражает становление новой романической манеры в творческом методе Тургенева.


Сейчас читают про: