double arrow

Николай Бессонов. Мост. X., м. 2000 г.


 

Террор XVI–XVII веков возник не на пустом месте. Корни помешательства уже описаны. За период своего господства инквизиция посеяла в людских душах ядовитые семена. Теперь суеверия дали пышные всходы. Население стран, откуда инквизиции пришлось убраться, привыкло видеть в ведьмах страшную опасность. Лишившись «защиты» со стороны духовных властей, оно возопило о помощи к властям светским. В существовании ведьм простой народ больше не сомневался. Светские суды стали вести дела о колдовстве и проявили при этом такую жестокость, что затмили славу инквизиции времён её могущества.

Между прочим, сократив частоту казней, инквизиция не перестала вредно влиять на умы. Под эгидой священных трибуналов продолжали печататься трактаты, полные мракобесия. Из‑за подобной литературы охота на ведьм тянулась вплоть до эпохи просветителей‑энциклопедистов.

Светские суды практически без изменений переняли отработанную технологию расправ. Пытки в застенке и конфискации собственности вкупе с полным отсутствием у обвиняемой защиты – все эти недостойные приёмы пришлись ко двору. Ареной грандиозной охоты на ведьм стали Франция, Нидерланды, Швейцария, и конечно же германские княжества. Одно за другим появились уложения о колдовстве, например, бамбергское уложение 1507 года и Каролинский кодекс 1532 года. Эти законы обрекли на мучительную смерть десятки тысяч женщин, причём кое‑где они продолжали и далее ужесточаться. Саксонский свод законов, принятый в 1532 году, оказался ещё хуже Каролины. Положение усугублялось тем, что власть пытать и казнить за такое малодоказуемое преступление, как колдовство, оказалась в руках не только образованных юристов, но и грубых суеверных неучей.




 







Сейчас читают про: