double arrow

ХХ съезд партии. Попытки демократизации общественно-политической жизни

До весны 1956 г. перемены в политической сфере советского общества были малозаметны. В 1954–1955 гг. было освобождено всего несколько тысяч политзаключенных. Некоторые перемены произошли в аппарате управления, где развернулась борьба против бюрократических методов управления. На регулярной основе стали работать Президиумы Верховных Советов союзных республик, была восстановлена роль Пленумов ЦК.

Большое значение в начавшейся либерализации общественно-политической жизни имел ХХ съезд КПСС (февраль 1956 г.). На съезде обсуждались отчет о работе ЦК партии, директивы шестого пятилетнего плана народнохозяйственного развития. Из-за резко отрицательной позиции В. М. Молотова, К.Е. Ворошилова, Л.М. Кагановича и Г.М. Маленкова вопрос о Сталине не был поставлен.

В результате компромисса доклад «О культе личности и его последствиях» был зачитан на закрытом заседании съезда (впервые опубликован в 1989 г.). В докладе содержались собранные комиссией П.Н. Поспелова сведения о массовых расстрелах невинных людей и о депортации народов в 30–40-е гг. Говорилось о репрессиях, пытках, гибели выдающихся людей, о письме В.И. Ленина к съезду и пренебрежении Сталина коллективным руководством, о тяжелом положении сельского хозяйства, о поражениях Красной Армии на начальном этапе войны. Оставаясь в плену идеологических догм, все эти события Хрущев объяснял исключительно личными качествами Сталина. Ограничившись критикой «культа личности», новое партийное руководство сохранило в неприкосновенности саму систему социалистического общества, закрыло на многие годы путь к реальной перестройке советского общества.

Значение этого беспрецедентного шага, на который решился Хрущев, было огромно. Свергнув Сталина с пьедестала, Хрущев снял вместе с тем «ореол неприкосновенности» с первой личности и ее окружения вообще. Система тотального страха была во многом разрушена. Казавшаяся незыблемой вера в непогрешимость верховной власти сильно поколеблена.

ХХ съезд стал началом критического переосмысления мировой социалистической практики, развития международного коммунистического движения. Процесс, начатый ХХ съездом, привел впоследствии к расколу практически монолитного (исключение составляли лишь компартии Югославии и немногочисленные троцкисты) коммунистического движения. Образовались группы партий:

  1. 1) признающие некоторые «ошибки» Сталина и ориентирующиеся на КПСС;
  2. 2) не признающие критики Сталина и ориентирующиеся на Компартию Китая;
  3. 3) «еврокоммунисты», пошедшие дальше всех в осмыслении сталинизма как явления и пересмотревшие во многом само понимание социализма и путей его достижения.

Основные направления курса на децентрализацию системы государственного управления и развития (в строго подконтрольных формах активности масс):

  • в январе 1957 г. намечены меры по некоторому расширению полномочий материально-финансовой базы местных Советов, преодолению в них бюрократизма и привлечению общественности к их работе;
  • проведена реорганизация ВЦСПС. Вместо 47 отраслевых профсоюзов было образовано 23. Аппарат ВЦСПС и центральных комитетов профсоюзов уменьшился в 3 раза. Подавляющее большинство первичных профсоюзных организаций возглавляли не «освобожденные работники», а активисты. Расширились права профсоюзов;
  • всплеск общественной активности молодежи и оживление деятельности комсомола. Около 350 тыс. юношей и девушек выехали на освоение целинных земель. (Всего поступило около 1 млн заявлений для получения комсомольской путевки на целину.) По «призыву» КПСС и комсомола около 300 тыс. представителей молодежи отправились на крупнейшие стройки. Курс Хрущева на расширение международных контактов нашел отражение в образовании в 1956 г. Комитета молодежных организаций и в проведении в 1957 г. VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве, что стало беспрецедентным событием для закрытой страны;
  • уделялось внимание развитию других общественных организаций, работавших под руководством местных Советов: уличные и квартальные комитеты, общественные комиссии содействия при домоуправлениях, бригады содействия милиции, родительские советы при школах и домоуправлениях, санитарные дружины, советы клубов, попечительские советы при детских домах, советы ветеранов труда и др.

Хрущев несколько ограничил привилегии работников аппарата. Он ликвидировал систему сталинских «пакетов» — денежных сумм, которые тайно вручались высшим работникам аппарата, печати, научных учреждений сверх установленной зарплаты и не облагались налогами. Он неоднократно пытался закрыть спецраспределитель (официально — «столовую лечебного питания») для высшей номенклатуры, ограничить права на персональные машины. Но большинство из этих начинаний успехом не увенчались и лишь восстановили против Хрущева номенклатуру.

Во второй половине 50-х гг. продолжалась политика, направленная на восстановление законности в общественно-политической сфере. Для укрепления правопорядка была осуществлена реформа системы правосудия. Было разработано и утверждено новое уголовное законодательство, принято Положение о прокурорском надзоре. Расширялись законотворческие полномочия союзных республик. Дополнительными правами в экономической и политической сферах наделялись высшие структуры СССР и союзных республик. Не прекращалась работа по реабилитации жертв репрессий.

В конце 50-х гг. были сняты необоснованные обвинения с депортированных народов. Выселенные из родных мест чеченцы, калмыки, ингуши, карачаевцы и балкарцы получили право вернуться на Родину. Восстанавливалась автономия этих народов. С советских немцев сняты обвинения в пособничестве немецким оккупантам. Началась репатриация находящихся на спецпоселениях граждан Польши, Венгрии, Болгарии и других стран. Масштаб реабилитации жертв репрессий был велик. Однако проводимая политика не коснулась многих крупных советских и государственных деятелей 30-х гг., в частности А.И. Рыкова, Н.И. Бухарина — руководителей оппозиции И. В. Сталину. Было отказано в возвращении места жительства депортированным немцам Поволжья. Реабилитация не коснулась репрессированных в 30-е гг. советских корейцев и выселенного в годы Отечественной войны из Крыма татарского населения.

Таким образом, в середине 50-х гг. была проведена некоторая либерализация существовавшей в стране тоталитарной системы. Но предпринятые меры носили в целом переходный характер. Размах и направленность последующих шагов зависели от следующих факторов:

  • действий Хрущева как реформатора;
  • непосредственного расклада сил в руководстве;
  • реакции общества на уже осуществленные меры и выдвинутые лозунги.

Проводимая Н.С. Хрущевым политика десталинизации, многочисленные перестройки в политической и экономической сферах вызывали растущее недовольство части партийно-государственного аппарата. Быстрый рост популярности Хрущева способствовал складыванию в руководстве антихрущевской оппозиции, позднее названной «антипартийной группой». В действительности оппозиционная группа не была антипартийной. Более того, ее нельзя считать и полностью просталинской. Помимо «костяка» группы (Маленкова, Молотова, Кагановича), в нее входили разные и не питавшие большей частью взаимных симпатий люди (Первухин, Сабуров, Шепилов, Ворошилов, Булганин). Их объединили не только боязнь дальнейших разоблачений (это затрагивало не всех), более консервативный в целом настрой и несогласие с Хрущевым по отдельным вопросам конкретной политики. Прежде всего членов группы сплачивали попытки Хрущева утвердиться в качестве единоличного лидера — без «коллективного руководства». Осуществление его планов означало бы политический крах как для всех бывших сталинских приближенных, так и для людей, выдвинутых им на ответственные партийные и государственные посты.

На заседании Президиума ЦК в июне 1957 г. Молотов и Маленков неожиданно поставили вопрос о смещении Хрущева с поста Первого секретаря ЦК КПСС. 7 из 11 членов Президиума ЦК КПСС (Булганин, Ворошилов, Каганович, Маленков, Молотов, Первухин и Сабуров) потребовали отставки Н.С. Хрущева. Они обвинили его в нарушении принципов «коллективного руководства» и установлении своего культа, в самочинных и необдуманных внешнеполитических действиях, в экономическом волюнтаризме.

Однако Хрущев отказался подчиниться и потребовал созыва Пленума ЦК. При поддержке членов обновленного ЦК, армии в лице Жукова и КГБ (И.А. Серов) уже 22 июня Пленум был созван. Он работал до 29 июня. На нем действия оппозиционеров были осуждены как фракционные. Все они, кроме Молотова, признали свои ошибки. Маленков, Каганович, Молотов и Шепилов выведены из состава ЦК и его Президиума. Булганину объявлен строгий выговор, а впоследствии он был снят с поста Председателя Совета Министров и выведен из состава Президиума ЦК. Проявлением либерализации общества явилось то, что впервые за многие десятилетия в роли решающей инстанции выступил не узкий круг членов Президиума (Политбюро), а Пленум ЦК, главное — сами оппозиционеры, вопреки их опасениям, остались не только на свободе, но и в партии. Правда, они были удалены из Москвы: Молотов направлен послом в Монголию, Маленков — директором Усть-Каменогорской, а затем Экибастузской электростанции. В Президиум ЦК были введены Л.И. Брежнев, Е.А. Фурцева, Ф.Е. Козлов и другие деятели партии и государства, поддержавшие Хрущева.

После устранения «оппозиции» были проведены перемены в составе высших органов власти. В частности, освобожден от обязанностей Председателя Верховного Совета СССР К. Е. Ворошилов — его место занял Л.И. Брежнев.

Следующим актом политической борьбы было неожиданное смещение Жукова с поста министра обороны (во время его визита в Албанию). По-видимому, эта сильная и популярная в стране личность внушала некоторые опасения Хрущеву, мешала установлению его контроля над армией. Поэтому, несмотря на отсутствие между ними конфликтов, Хрущев решил «подстраховаться». На пост министра обороны назначен маршал Малиновский, связанный с Хрущевым родственными узами.

Устранение консервативной (отчасти — просталинской) оппозиции и превращение Хрущева в единоличного лидера имело, как ни парадоксально, весьма противоречивые последствия для судеб «оттепели». Лишившись оппозиции справа, Хрущев стал быстро «леветь»: именно с этого момента берут начало знаменитые скачки «великого десятилетия» и громкие кампании тех лет. В политической сфере демократизация была временно приостановлена.

По мнению исследователей, обозначившееся в 1957–1958 гг. известное отступление от политики демократического обновления, проводившейся под знаком десталинизации, объяснялось, видимо, завершением начального этапа преобразований, который можно охарактеризовать в целом как эмоционально-критический. На очередь дня встала проблема перехода «от митингового демократизма» к длительной практической реализации программы реформ. Но эта объективная потребность в силу политической (и общей) культуры Хрущева была реализована им в виде дальнейшей концентрации власти и попыток гигантских скачков к коммунизму.

Одновременно происходит формирование культа Хрущева. С 1958 г. он стал совмещать две должности: Первого секретаря ЦК партии и Председателя Совета Министров (главы правительства). Таким образом, с конца 50-х гг. Хрущев сосредоточил в своих руках высшую партийную и государственную власть.

Но если формально Хрущев и выглядел как носитель власти, не уступавшей по объему той, которой обладал Сталин, то использовал он эту власть иначе и с иными целями. Хрущев не был авторитаристом и не был склонен к применению силовых репрессивных методов в политике. Высшую цель своей деятельности на посту главы партии и государства он видел в том, чтобы дать мир и благосостояние советскому народу. К сожалению, он не устоял перед соблазном возвеличивания собственной личности — и в 60-е гг. началось неумеренное восхваление личных заслуг и достоинств «дорогого Никиты Сергеевича», достигшее своей кульминации в дни празднования его 70-летия в апреле 1964 г. (А.Н. Мячин).

В 1959 г. внеочередной XXI съезд КПСС (созванный для принятия вместо провалившейся шестой пятилетки семилетнего народно-хозяйственного плана на 1959–1965 гг.) констатировал, что социализм в СССР одержал полную и окончательную победу. Отсюда следовал вывод о вступлении Советского Союза в период развернутого строительства коммунизма.

XXII съезд (1961) принял новую, третью, Программу партии — программу строительства коммунизма уже к 1980 г. Для этого предполагалось обогнать ведущие капиталистические державы по производству продукции на душу населения, добиться изобилия материальных и культурных благ, ликвидировать тяжелый физический труд и т. п. В программе содержались задачи по резкому повышению благосостояния населения и широкой демократизации общества (но, разумеется, без введения политического плюрализма). Сделан вывод, что государство диктатуры пролетариата в СССР превратилось в общенародное государство. Осуществление программных задач намечалось на два ближайших десятилетия. Съезд принял новый устав КПСС, предусматривающий расширение прав партийных ячеек, введение системы ротации (обновления) партийных постов, расширение общественных начал в партийной работе.

Возможно, приверженность Хрущева коммунистическим идеалам была вполне искренней, он действительно верил в то, что говорил о скором построении коммунизма на многочисленных митингах и собраниях трудящихся. Конец 50-х гг. был ознаменован последним всплеском искреннего энтузиазма и веры советских людей в построение светлого будущего. Конечно, в создании такой психологической атмосферы в обществе сыграл свою роль и миф о коммунизме, но гораздо большее значение имели реальные успехи социально-экономической политики Хрущева в первое пятилетие его нахождения у власти.

Таким образом, в общественно-политической сфере с середины 50-х до середины 60-х гг. наблюдались противоречивые тенденции. С одной стороны, в стране протекал процесс политической демократизации. С другой стороны, продолжала существовать административно-командная система. Хрущев не поднялся до осознания необходимости структурных изменений, не был готов к демократизации общественных институтов, реформированию общественной жизни.


Сейчас читают про: