double arrow

ФОРМИРОВАНИЕ АДМИНИСТРАТИВНО-КОМАНДНОЙ СИСТЕМЫ

ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ (КОНЕЦ 1920-Х – 1930-Е ГГ.)

На исходе первого десятилетия советской власти советское общество вступило в новый период политического и экономического развития, итогом которого стали сложившаяся в 1930-1940-е гг. командно-бю­рократической система и тоталитарный политический режим. Опреде­ляющее влияние на развитие событий оказали политические процес­сы, происходившие в то время в СССР, в частности обострение политической ситуации в стране, связанное с усилившейся после смерти В.И. Ленина борьбой за власть внутри большевистской партии и последовавшим возвышением И.В. Сталина.

В конце 1920-х гг. в результате сложной политико-идеологической борьбы среди партийных лидеров победила линия на свертывание нэпа, который оказался ненужным в условиях крепнувшей административно­-командной системы управления. Эту линию отстаивал Сталин, сумев­ший благодаря ловкой аппаратной игре укрепить свои позиции в выс­ших эшелонах партийной элиты и потеснить других не менее известных «наследников» Ленина, боровшихся за власть.

Сохранявшемуся некоторое время в партии предубеждению про­тив политики «большого скачка» Сталин противопоставил находив­шую поддержку среди части большевистских лидеров популистскую установку на быстрое построение социализма в одной стране.

Состоявшийся в апреле 1929 г. пленум ЦК ВКП(б) поддержал ста­линскую популистскую программу «наступления социализма по всему фронту» и ускоренного превращения страны в передовую промыш­ленную державу. Были пересмотрены плановые задания индустриали­зации в сторону их повышения. Таким образом, уже здесь обнаружились свойственные Сталину увлечение администрированием, забегание вперед, волюнтаристские методы управления. Со временем субъекти­вистское планирование становится основной чертой управления раз­витием народного хозяйства в СССР.

Необходимость проведения форсированной индустриализации, приобретавшей характер «скачка», сталинское руководство аргумен­тировало обострением международной обстановки в конце 1920-х гг., угрозой войны со стороны «капиталистического окружения». Однако этот жупел часто использовался в качестве удобного повода для навя­зывания завышенных темпов модернизации общества, свертывания демократии.

Особенностью сталинской индустриализации являлось то, что приоритет отдавался развитию прежде всего тяжелой промышленно­сти в ущерб легкой и сельскому хозяйству. Хроническое отставание этих отраслей стало со временем главной особенностью советского народного хозяйства. Государственное управление с конца 1920-х гг. функционировало на основе пятилетних планов, имевших силу закона, которые нередко пересматривались произвольно в сторону увеличения.

Осенью 1929 г. был объявлен курс на форсиро­ванную коллективизацию сельского хозяйства, характер которой от­разил результаты администрирования и забегания вперед. 5 января 1930 г. вышло специальное постановление ЦК ВКП(б) «О темпах кол­лективизации и мерах помощи государства колхозному строительст­ву», которое провозглашало проведение сплошной коллективизации в большинстве районов страны. Проводя коллективизацию, сталинское руководство преследовало цель сделать из колхозов контрагентов государства по внерыночному изъятию хлеба и сырья у крестьян для успешного проведения индустриа­лизаuии.

Изменение внутриполитического курса повлекло за собой смену политического руководства страны, вытеснение, а затем и уничтожение Сталиным старых партийных кадров. В 1927 г. по обвинению в организа­ции контрдемонстрации в связи с празднованием 10-летия Октябрьской революции из партии были исключены Л.Д. Троцкий, Л.Б. Каменев и Г.Е. Зиновьев. В 1929 г. был снят с поста редактора «Правды», а затем вы­веден из состава Политбюро Н.И. Бухарин, недавний союзник Сталина в борьбе с «левой» оппозицией. В том же году из страны был выдворен Троuкий, снят с поста председателя Совнаркома и заменен В.М. Моло­товым сторонник Н.И. Бухарина А.И. Рыков.

В конце 1920-х гг. обозна­чился поворот сталинского руководства к практике репрессий, который был начат в 1928 I: широкой кампанией борьбы против «вредительства» и завершился физическим уничтожением всех находившихся в оппозиции к Сталину крупных пар­тийных лидеров во второй половине 1930-х гг.

С победой «генеральной линии» Сталина на строительство социа­лизма в одной стране и ускоренную индустриализацию началось на­ступление на демократические институты, возникшие в период нэпа. Были проведены грандиозные чистки местных Советов, все они ставились в жесткую зависимость от финансовых возможностей цен­тра, стали финансироваться по остаточному принципу из средств, ос­тавшихся от финансирования индустриализаuии. С 1928 г. были за­крыты откомхозы и ГУКХ. НКВД больше не занимался вопросами местного самоуправления и не курировал местное хозяйство. Вместо него было создано ОГПУ - орган надзора за населением и каратель­ный орган диктатуры пролетариата.

На этом фоне вполне закономерной представляется задуманная и проведенная сталинским руководством административно-территори­альная реформа 1928-1930 гг., окончательно похоронившая надежды на возрождение института самоуправления в России. В связи с этим области «нарезались» по преимушеству волевым решением, их размеры в 2 раза превышали бывшие губернии. В то же время создание районов, формировавшихся под лозунгом «смычки города и деревни» и занима­вшихся как сельским хозяйством, так и промышленностью, привело к фактическому уничтожению специализированных сельских властей. По тем же политическим мотивам города были «разрезаны» на районы, органы власти которых наделялись компетенцией, аналогичной той, что имела городская власть. В результате создавалась жесткая верти­каль, в которой власти разных уровней неизбежно сталкивались в сфе­рах компетенции и финансов, что давало возможность центру вмеши­ваться и решать споры в своих интересах. К концу 1920-х гг. работа эта в основном была завершена: в Российской Федерации утвердилась новая так называемая трехзвенная система - район, округ, область (край); в ос­тальных союзных республиках - двухзвенная (район, округ).

Проведение политики ускоренной индустриализации потребовало серьезных изменений в системе управления промышленностью.

В 1920-е гг. оно строилось на сочетании функционального (Госплан, Рабкрин, Комиссия ГОЭЛРО, ГПУ и т.д.) и отраслевого (отраслевые наркоматы) принципов руководства с преобладанием одного из них. Для 1930-х гг. было характерно преобладание отраслевого принципа управления, усиление тенденции к единоначалию и централизации в распределении сырья, рабочей силы и производимой продукции. На­чало этому процессу было положено принятым в январе 1932 г. поста­новлением ЦИК СССР о перестройке управления промышленнос­тью. Формально отказ от преобладавшего до этого функционального принципа построения партийного и государственного аппарата был объявлен на ХVII съезде ВКП(б) (январь - февраль 1934 г.). В марте 1934 г., исходя из указаний съезда, было принято специальное поста­новление ЦИК и СНК СССР, согласно которому органы государст­венного управления должны были быть перестроены на основе про­изводственно-отраслевого и территориального принципов. Реализация постановления 1934 г. сопровождалась дроблением, разукрупнением практически всех наркоматов. Был упразднен единый промышленный наркомат – ВСНХ, его органы в губерниях, краях, областях, округах. Вместо него созданы три отраслевых наркомата: Наркомат тяжелой промышленности СССР (Наркомтяж, НКТП), Наркомат легкой про­мышленности СССР (Наркомлегпром) и Наркомат лесной промыш­ленности СССР (Наркомлеспром). В 1934 г. к ним добавился четвер­тый - Наркомат пищевой промышленности, в 1939-м их было уже 21 (из НКТП в 1936 г. выделились Наркомат оборонной промышленно­сти и Наркомат машиностроения). Из Наркомата путей сообщения был выделен Наркомат водного транспорта, из Наркомзема – Наркомат зерновых и животноводческих совхозов. В мае 1939 г. был создан Наркомат по строительству, который возглавил управление огромным строительным производственным комплексом. На базе наркомата топливной промышленности были созданы Наркоматы нефтяной и угольной промышленности, а также Наркомат электропромышленности.

Наркомат труда был упразднен и слит с ВЦСПС (средства госстраха, санатории, дома отдыха, научные институты, – это был орган общественного управления, который руководил сферами организации труда.

Возникновение двух десятков промышленных наркоматов усилило государственное управление бурно развивавшейся индустриализации страны, механизацию и машинизацию процессов в различных областях. Одно­временно открывались широкие возможности для «перетряхивания» аппарата, проведения чисток органов управления, без которых немыслима административно- командная система. Разукрупнение наркоматов и их дробление способствовало воз­никновению и развитию ведомственности, со временем составившей специфику советской хозяйственной системы. В рамках этой системы управления отраслевые наркоматы превращались в замкнутые адми­нистративно-хозяйственные единицы (ведомства), выступавшие од­новременно в роли центральных органов государственного управле­ния и органов хозяйствования.

Вместе с тем, усиливались общесоюзные начала, централизация, бюрократизация, повышалась ответственность за реализацию «директив партии и правительства». Резко возросли объем и параметры государственного управления, роль союзных органов и иисполнительного аппарата, численно вырос управленческий аппарата, который становился все более громозким («многозвенным»). Исполнительный аппарат становился главным звеном управления, действовал директивно и жестко.

Другим негативным последствием проведенной реформы управле­ния промышленностью стал стремительный рост управленческого ап­парата. По данным переписи населения 1939 г., за 10 лет он вырос в 6 раз. С целью установления контроля над вновь создаваемыми наркомата­ми и координации их деятельности власть вынуждена была создавать новые бюрократические надстройки. Концентрация власти в руках общесоюзных государственных и партийных органов вела к еще большему росту управленческого аппа­рата, сопровождалась бюрократизацией государственной жизни. В не меньшей мере этому способствовала нехватка образованных, квалифицированных специалистов-управленцев, обусловливавшая низкий уровень качества и эффективности управления, который правящая элита пыталась компенсировать приданием государственному управлению жестко бюрократического, командно-административного характера. Личный состав органов управления формировался из грамотных специалистов, за счет рабочих и крестьян («выдвиженцев»), ускоренного обучения их на различных курсах, рабфаках, учебных заведениях.

В этих условиях значительно возрастала роль контрольных и карательных органов в системе власти и управления. Помимо вновь со­зданного в 1934 г. Народного комиссариата внутренних дел СССР (НКВД СССР), осуществлявшего всеобщий административный надзор (к НКВД перешли от ОГПУ функции политической полиции), дейст­вовали различные узковедомственные органы контроля (финансового, планового и т.д.). Все они были строго централизованы и работали в масштабах СССР, независимо от Советов.

Во всей системе управления усиливалось общесоюзное начало. К концу 1940 г. в правительстве СССР имелось 25 общесоюзных наркомата и 16 союзно-республиканских. Для координации их действий были созданы шесть хозяйственных советов: по металлургии и химии, по машиностроению, по оборонной промышленности, по топливу и электрохозяйству, по товарам широкого потребления, по сельскому хозяйству и заготовкам. Эти советы имели право давать обязательные распоряжения наркоматам соответствующего профиля и фактически руководили ими. В состав каждого совета входили 3-5 человек во главе с заместиолеме Предмедателя Совнаркома.

Расширение бюрократического аппарата вызвало необходимость совершенствовать политический контроль над ним. Осуществлявший эту функцию Наркомат внутренних дел был ранее отягощен не свойственными ему функциями (управление дорогами, картография, переселенческое дело и т.д.) В феврале 1941 г. НКВД был разделен на два наркомата: Наркомат внутренних дел и Наркомат Государственной безопасности (который руководил и внешней разведкой в том числе).

Произошедшие к середине 1930-х гг. изменения в экономическом, социальном и политическом развитии советского общества были за­креплены в принятой VIII Чрезвычайным Всесоюзным съездом Сове­тов (5 декабря 1936 г.) Конституции СССР. Конституция объявила о завершении построения основ социализма, формировании едино­укладной плановой экономики и утверждении социалистической собственности как основы советского строя, разгроме кулачества и победе колхозного строя. Были отменены существовавшие в первых советских конституциях ограничения в избирательных правах, вводи­лось всеобщее, прямое и равное избирательное право, что, однако, не ме­няло существа дела в условиях сохранения однопартийной системы, не предполагавшей проведение альтернативных выборов. Ст. 126 Конституции говорила о ВКП(б) как о руководящем ядре всех общественных и государственных организаций трудящихся.

С принятием Основного закона была изменена структура государст­венной власти. Прекратила существование прежняя система съездов Советов. Высшим органом государственной власти стал Верховный Со­вет СССР, первые выборы в который были проведены в декабре 1937 г. Была изменена также система местных Советов. Прежние Советы рабо­чих, крестьянских и красноармейских депутатов были преобразованы в Советы депутатов трудящuxся. Упразднялись региональные съезды Со­ветов. Распорядительными органами на местах, как и прежде, являлись исполкомы Советов, в руках которых находилась реальная власть. По аналогии с прежним союзным ЦИК Верховный Совет СССР состоял из двух равноправных палат - Совета Союза и Совета Нацио­нальностей, в равной мере наделенных правом законодательной ини­циативы. Члены Совета Союза избирались от всего населения страны по избирательным округам, члены Совета Национальностей - по устанавливаемой норме: 32 депутата от каждой союзной республики, 11 депутатов - от автономной республики, 5 - от автономной облас­ти, 1 - от автономного округа. Основной формой работы Верховного Совета СССР являлись сессии, созываемые согласно Конституции два раза в год. Верховный Совет СССР на совместном заседании обе их палат избирал Президиум Верховного Совета СССР в составе 37 че­ловек (председателя, 11 заместителей в соответствии с числом союз­ных республик, секретаря и 24 членов). В его функции входили: созыв сессий Верховного Совета, толкование законов, издание указов, рос­пуск палат и назначение новых выборов.

В отличие от Верховного Совета СССР, Верховные Советы союз­ных республик не были двухпалатными, поэтому их национальные меньшинства могли отстаивать свои интересы только через Совет На­циональностей Верховного Совета СССР. Конституция существенно расширила полномочия общесоюзных органов. У союзных республик было изъято право на издание своих кодексов законов, равно как и право решения вопросов трудового законодательства, законодатель­ства о суде и административно-территориального устройства.

Конституция 1936 г. не внесла каких-либо существенных измене­ний в структуру и характер функционирования исполнительной вла­сти. Высшим исполнительным органом оставался Совет народных ко­миссаров СССР, осуществлявший управление отраслями народного хозяйства через наркоматы, комитеты и комиссии. СНК формировался Верхов­ным Советом СССР и в своей деятельности был подотчетен ему и его Президиуму. В Конституции СНК СССР определялся как высший ис­полнительный и распорядительный орган государственной власти.

Несмотря на ряд новаций в структуре государственных органов, ха­рактер политического режима оставался прежним. Государственная власть в стране к середине 1930-х гг. находилась полностью в руках узко­го круга партийной элиты. Принцип назначения на ответственные должности сформировался как номенклатурный принцип партийного руководства, когда партийные инстанции активно формировали персональный состав органов власти и управления через составление списков номенклатурных должностей. К концу 1930-х гг. номенклатурный принцип охватил выборные органы власти, всю систему государственного и общественного управления, хозяйственные должности, что породило партийную деспотию и безответственность кадров перед народом.. Советы стали властью для трудящихся через партийно-государственную администрации, которые сконцентрировали у себя власть и управление, а участие широких масс в управлении становилось формальностью, которая прикрывала диктат партийно-государственной бюрократии. Партийным инстанциям исподволь передаются многие чисто государственные функции. Широко практиковалось совмещение партийных и государственных должностей. Все принимаемые выс­шими органами государственной власти нормативно-правовые акты, будь то решения Верховного Совета СССР, указы его Президиума или постановления Совнаркома СССР, подлежали предварительному рас­смотрению и санкционировались Политбюро ЦК партии.

Показательно, что идеология государственности, представления о скором отмирании государства в процессе перехода к социализму была постепенно заменена идеологией сильного государства. На XVIII съезде ВКП(б) 1939 г. было заявлено о сохранении государства не только при социализме, но и при победе коммунизма в одной стране. Одновременно был сформулирован тезис о возрастающей руководящей роли партии в государственном управлении и жизни общества.

Контрольные вопросы:

1. С чем связан во внутренней политике СССР отход от политики нэпа и переход к политике построения коммунизма в одной стране? Кто является инициатором этого процесса?

2. Как сказалась на развитии системы государственного управления СССР внутрипартийная борьба 1920-х гг.?

3. Какую цель преследовало проведение в стране политики индустриализации? Была ли эта цель достигнута?

4. Опишите структуру управления экономикой СССР в 1930-х гг.

5. В чем была насущная необходимость принятия новой советской конституции в середине 1930-х гг.?

6. Найди отличия в системе органов государственного управления по Конституции СССР 1924 г. и Конституции СССР 1936 г.

7. Назовите признаки тоталитарного режима в СССР в 1930-х гг.

8. Дайте определение административно-командной системы и назовите ее характерные признаки.

9. Что такое номенклатура и как она формировалась?

10. Назовите структуру, реально осуществлявшую политическую власть в СССР в 1920-1930-е гг.



Сейчас читают про: