Метамоменты одномодусного времени

 

Параметрическая общая теория систем, не включающая время в число общесистемных параметров, оказывается эффективнее целого ряда теорий, определяющих категорию системы через понятие цели, производной от параметра времени. В тех аспектах теории систем Уёмова, которые требуют темпорального рассмотрения, параметр времени является производным, в том числе конструируемым. Этим целям может служить временная логика, аксиоматика и правила развития которой изложены А.И. Уёмовым в [1]. Представляют интерес не только основания этой логики, но и неразработанные механизмы выстраивания параметра времени и его включения в теорию систем.  

Представление моментов времени во временной логике как событий в [1] или событий как моментов времени в [2] редуцирует темпоральность к абстракциям благодаря отвлечению от различий между модусами – прошлым, настоящим и будущим. Отображение течения времени на всём его протяжении здесь возможно в интуиции его непрерывности и направленности, наполняемых отношениями определённости – неопределённости – произвольности. Однако, поскольку параметр времени не является общесистемным в ПОТС, этого ещё недостаточно для его конструирования, т. е. выражения хода времени во взаимосвязи понятий.

Сделать это представляется возможным через взаимопереходы понятий вещь – свойство – отношение в операциях самоописания и самовоспроизводства моментов=событий как элементарных систем, построенных по аксиоме 1.1 временной логики Уёмова, гласящей, что определённый момент времени может быть рассмотрен как событие. Как показано в [3], из 9 аксиом временной логики Уёмова только 4 являются независимыми, и для наших целей можно ограничиться ими:

1.1 (t<t>)T                                    1.3 (A<t>)F

3.1 (t<A>)F 3.2 (a<A>){T,F}

Неэлементарные формулы в [1] не являются аксиомами, поэтому можем рассматривать любые из них или более сложные, выводимые по правилам, сформулированным в [3].

Уже в операциях первого уровня развития аксиом теории времени Уёмова, прежде всего, в формуле 2.1.1 ([(t) a ] < t >) T, обнаруживаются взаимопереходы: «Если в момент времени t имеет место этот же момент времени в качестве события, то имеет место и это же событие с каким-то свойством» [1, с. 126]. Здесь проявляется рекурсия, т. к. событие определяется через самоё себя, а также через присущее ему свойство. Исходя из определения свойства: «Свойство – это такая вещь, которая приписывается другой вещи и при этом не превращает её в иную вещь» [4, с. 119], можно сказать, что вещь (момент=событие) в этой логической операции воспроизводится как тождественная себе благодаря какому-то её свойству. Это же можно сказать и о каком-то другом свойстве этого момента времени=события как вещи, тождественной себе и в отвлечении от тех или иных свойств (т. е. абстрактно, не рекурсивно), и в единстве с её свойствами (т. е. конкретно, рекурсивно).

Будучи отображены и хранимы в памяти, именно свойства, отвлечённые от вещного (реистического) и реляционного аспектов события, образуют прошедшее время, в которое оно произошло. Вместе с тем, рекурсивное определение момента как события, не сводящегося к одному абстрактному свойству или отношению, задаёт его не только концептуальной системой отсчёта, но как неповторимого своим наполнением и значением. Сложная рекурсия может включать зависимости события и от других моментов времени. Содержательный компонент понятий, выражающих моменты=события, превращает формальную логику времени в содержательную – метафизическую, диалектическую или диалогическую.

Как будет видно из дальнейшего рассмотрения, и в формально-логическом аспекте свойства как прошлые моменты остаются связанными с отношениями как будущими моментами и реистическими конструктами событий настоящего. Элементы конструируемого времени, включающие в себя единство и взаимные переходы атрибутивного, реистического и реляционного конструктов, образуют связь одномодусного времени, текущего на всём своём протяжении.

Операции с отношениями рассмотрим на примере событийного варианта временной логики, основанной также на четырёх независимых аксиомах, необходимых и достаточных для построения системных темпоральных объектов [2, с. 87]:

1'.1 (< t > t) Т                         3'.1 (< А > t) { Т,F }

3'.2 (< А > а) Т

3'.3 (< А > А) F

Аксиома: 1'.1 означает, что определённое событие может быть рассмотрено как момент времени. А следствие из неё – формула 2'.1'.1 (< t >[ a (* t)]) Т  – говорит: если событие t наступает в качестве того же события как момента времени, то в этот момент времени реализуется какое-то отношение a. Обратимся к определению: «Отношение – это такая вещь (или свойство, рассмотренное как вещь), которая устанавливается в другой вещи…, но при этом непременно образует новую вещь» [4, с. 120]. Из него следует, что в том или ином отношении вещь (событие=момент) отличается от этого же элемента времени, проявляющегося вне зависимости от этого отношения. Поэтому сложное рекурсивное определение события=момента и его хранение в памяти (истории, стеке и т. п.) может обеспечивать не только его неповторимость, но и многогранность, неоднозначность. Отношения же, не сопровождающие происходящие события, могут быть рассмотрены как будущее время.

Новая вещь, то есть временн о е событие с каким-то реализовавшимся отношением, есть новый момент, который наступает как настоящее время. Реализовавшееся в произошедшем событии отношение становится свойством соответствующего момента. Это свойство, отдельно от осуществившегося события, превращается в очередной момент прошедшего времени. Это же свойство без события, как его носителя, есть вещь, которая может установиться в другой вещи, образуя новую вещь, то есть становится отношением и существует как момент будущего времени.

Превращение отношения в вещь и затем в свойство и снова в отношение образует трёхмодусный цикл замыкания элемента времени и перетекания в новый цикл. Цепочка этих элементарных циклов, путём определённых логических операций, может быть выстроена в текущее трех- или ономодусное время. При этом течение видится как надвигающиеся из грядущего, сбывающиеся в настоящем и уходящие в прошлое события. Как соотнести это направление с привычным образом течения времени от прошлого к будущему? Это «обычное» направление течения задаётся отсчетом моментов или отрезков времени, и оно может не совпадать с экзистенциальным переживанием надвигающегося грядущего. В логической модели временного потока нужно учитывать эти встречные направления.

Но может ли, в принципе, происходить замыкание и превращение свойства как момента прошлого времени в отношение как момент будущего без опосредствования новым событием, которое не образуется тем или иным отношением?

В трёхмодусной модели времени, где оно, согласно Августину, течёт только в настоящем от прошлого к будущему, встречный непосредственный переход прошлого в будущее, как бы «по ту сторону» настоящего, невероятен, и время мыслится как линейное. Цикличность предполагает мистическое или магическое действие, например, в верованиях о смерти как пути к новому рождению. Обратимся, однако, к рациональным подходам, в частности, системным методам темпорологических построений.

В системомыследеятельностной методологии Г.П. Щедровицкого строительство будущего (СБ) осуществляется в настоящем как особом месте, «где прошлое искусственно-технически переводится, «переделывается» в будущее, причём прошлое и будущее выступают (на равных правах с настоящим) как разные места в мыслительной действительности этой схемы». В то же время в естественном представлении («Е-полагании») течения времени «будущее функционально переходит, «перетекает» в прошлое непосредственно против стрелы времени…, а настоящее не более как удобная точка отсчёта, граница интервала, фиксирующая текущий момент этого перехода и перетекания, позволяющая (искусственно!) разделить прошлое и будущее. В Е-мире нет ни прошлого, ни будущего (отсюда все парадоксы времени), мы привносим их в своё естественно-научное мировоззрение из мира деятельности» [5, c. 15]. 

Несмотря на сходство внемодусного Е-полагания времени в СМД-подходе с логикой времени Уёмова, оно отличается от одномодусного представления формально-логической темпоральности возложением механизмов течения времени на естественные переходы, логика которых неизвестна. А мыслительная схема искусственно-технического СБ относится к осуществлению процессов, протекающих в заданном трёхмодусном времени, возникшем из «И-подхода». Мы же ставим задачу логического конструирования времени, хотя для этого, вероятно, понадобится обращение и к логике событий, происходящих или осуществляющихся в сконструированном времени или образующих это время.

Наш способ построения циклических элементов времени сходен и с системно-динамическим подходом В.А. Брынцева, где системы рассматриваются как циклические движения. «В системно-динамическом подходе элементарная система – это циклическое движение, т. е. движение, характеризующееся возвращением к начальному этапу. Циклическое движение – это самовоспроизволящееся, порождающее себя движение» [6, с. 18]. Циклы включают в себя три этапа, при этом «первый и последний этап соединяются в один. Это этап замыкания или возобновления цикла. У большинства систем это самый непредсказуемый этап… В некоторых циклах первый этап вырождается и становится едва уловимым. Именно на этом этапе проявляется непредсказуемость, случайность. В синергетике именно здесь возможны бифуркации – выбор альтернативных путей, а в теологии именно здесь совершаются чудеса. В системах с вырожденным первым этапом ни новых путей, ни чудес не бывает» [6, с. 19].

 Наряду с привходящими организующими воздействиями на элементарную систему, вплоть до чудес, механизмы стыковки замыкающего этапа с началом нового цикла включают распад (деградацию) жизненного цикла динамической системы, открывающий возможность рождения нового [7, с. 43].  

В нашем элементарном временном цикле «перетекание» прошлого в будущее замыкание цикла может обеспечиваться рекурсией свойств, которые в своей совокупности образуют вещь, или, иными словами, сохраняют «деградировавший» момент времени. Для его осуществления как события как раз и необходимо какое-то отношение, превращающее его в новое событие=момент, и, тем самым, возобновление цикла становится возможным.

Выстраивание цепочек трёхмодусных элементов времени в порождающую последовательность может сопровождаться отражающей последовательностью «образов» этих элементов. Последняя включает рекурсию как память темпоральной системы и рекурсивное опережающее отражение. Они имеют встречные друг другу направления и поддерживают непрерывность и направленность течения времени на всём его протяжении. Рекурсии, сопровождающие конструирование модели времени, означают и возможность функционирования модели одномодусного времени путём алгоритмизации этих операций.

Подобные модели можно осуществлять не только для времени, но и для различных протекающих в них процессов, то есть последовательность создающих время или наполняющих его событий, не отождествляемых с моментами времени.

Одномодусность времени, в нашем понимании, может означать отвлечение от модусов или не исключать их наличия, но при этом предполагает течение времени во всех этих структурных составляющих времени. Такое толкование темпоральности связано и с иным, по сравнению с августиновским, характером метамоментов времени. Рекурсивные мыслительные схемы моделируют своего рода метавремя, включающее в себятакие составляющие, как прошлое, настоящее и будущее моментов прошлого, настоящего и будущего в возможных сочетаниях этих модусов для той или иной конфигурации модели времени. При этом мы пока отвлекаемся от предположений о возможности иных модусов, кроме трёх общеизвестных. 

Настоящее прошлого, настоящего и будущего можно интерпретировать в различных временных конфигурациях в значениях, близких к смыслам метамоментов времени Августина. При этом желательно учитывать опыт их использования в логиках времени ХХ века, логических и философских основаниях темпорологии, прогностики, теории исторической и культурной памяти и других современных концепций. Следует учесть также, что концепция одномодусного времени не тождественна презентизму. Поэтому и временные координаты настоящего, и метамоменты относительны, будучи определяемы положением наблюдателя во времени.

Можно предположить и принципиальную возможность построения линейных, циклических, ветвящихся, петлеобразных и иных конфигураций одно- и трёхмодусного времени. В линейном одномодусном времени мыслимы следующие метамоменты, отличающиеся от вышеуказанных.

Это, во-первых, прошлое прошлого, которое, по отношению к фиксированному наблюдателем настоящему времени включает в себя прошедшее (вплоть до канувшего в Лету, но не включая творящую время вечность) и настоящее прошлого. Для наблюдателя, находящегося в этом прошлом времени данный метамоментесть его настоящее. Указанное расщепление этого метамомента соответствует интерпретации измерений культурной памяти Я. Ассмана с позиций СМД-подхода [8]: прошедшее (в частности, культурное наследие) требует воспоминания, отыскания и расшифровки его следов в настоящем, а настоящее прошлого (включая «вечное настоящее») живёт в актуальной культуре.

Во-вторых, прошлое настоящего, которое, хотя в своём прошлом оно было настоящим и собственным будущим, с позиций присутствующего в нём как нынешнем времени наблюдателя, тоже содержит в себе своё прошедшее и настоящее своего прошлого. По структуре этот метамомент совпадает с предыдущим, а по событийному наполнению, т. е. составу, отличается.

В-третьих, прошлое будущего, содержащее более отдалённое будущее, вплоть до скрывающегося за временным горизонтом бесконечно далёкого будущего, которое может рекурсивно свёрнуто, но, опять же, не включая творящую это будущее вечность. 

В-четвёртых, будущее настоящего, которое есть, с точки зрения фиксированного в нём наблюдателя) грядущее и настоящее этого будущего (хотя в своём времени оно станет прошлым, а для наблюдателя, мыслимого в будущем, это уже наступившее время).

В-пятых, будущее будущего, которое, с позиций наблюдателя в нынешнем времени, тоже состоит из настоящего будущего и того грядушего, которое ещё не наступит. Для будущего же наблюдателя часть этого метамомента уйдёт в прошлое, а другая часть останется в его настоящем и будущем.

И, наконец, в-шестых: будущее прошлого мыслимо, как пополнение прошедшего, уходящего в потенциально бесконечное прошлое, и настоящего прошлого, включая его рекурсию в «вечное настоящее». Для прошлого наблюдателя часть его настоящего уходит в прошлое, другая осуществляется как его настоящее.

Таким образом, с позиции наблюдателя, фиксированного в условном настоящем, логически мыслимы 9 метамоментов линейного одномодусного времени. Метамоменты, не относящиеся к настоящему, содержат уход в потенциально бесконечно удалённые прошлое и будущее, а в настоящем один из метамоментов включает актуально «вечное настоящее».

В конструировании циклической модели одномодусного времени можно, для простоты, включить в прошлое рекурсию свойств моментов=событий настоящего, в будущее – рекурсивную свёртку отношений, образующих в настоящем новые события=моменты, а каждый момент настоящего времени рассматривать как со-бытие мета-моментов: настоящее настоящего – как вещь, настоящее прошлого – как свойство, настоящее будущего – как отношение. Можно было бы сказать, что здесь мета-моменты предстают, скорее, как «суб-моменты», но, независимо от уровня элементарности цикличного конструкта модели времени, они выражают соотношение временных модусов.

Исходя из этого, можно говорить об особом модусе времени, замыкающем цикл и начинающем новый виток в этой логической модели. Он лежит, условно говоря, «по ту сторону настоящего», подобно пифагорейской гипотетической Противоземле по ту сторону Солнца. В элементарном цикле мы говорили о деградировавшем как вещь моменте, содержащем только рекурсивную свёртку его свойств, из которого возникает новое событие благодаря реализации на нём какого-то отношения. Применительно к стыковке модусов прошлого и настоящего, можно говорить о деградации (распаде) прошлого, открывающей возможности для возникновения нового модусапутём проникновения в него рекурсивной свёртки отношений, составляющих будущее. Условно назовём этот модус «завременьем», или виртуальным модусом времени.

Метамоменты циклической модели времени включают все метамоменты линейной модели, но вместо ухода в потенциальную бесконечность прошлого и будущего получим их свёртки в рекурсивные «трансфинитные формулы», выражающие актуальную бесконечность, достигаемую в гипотетическом модусе «завременья». Его метамоменты тоже гипотетичны, условно именуемые здесь как виртуальное бытие настоящего, виртуальное бытие прошлого и виртуальное бытие будущего.

 Методы конструирования логических моделей времени, дальнейшая формализация и пути применения одномодусной временной логики требуют дальнейшей разработки и критического обсуждения дискуссионных моментов этой и других публикаций по данной проблематике.

Список использованной литературы

 

1. Уёмов А.И. Послесловие // Л.Н. Любинская, С.В. Лепилин. Проблема времени в контексте междисциплинарных исследований. – М.: Прогресс-Традиция, 2002. – С. 272–276.

2. Фалько В.И. О событийном варианте логики одномодусного времени Уёмова // Уйомовські читання VІ (2018): матеріали Наукових читань пам’яті Авеніра Уйомова / відпов. ред. К.В. Райхерт. – Одеса, 2018. – С. 84–87.

3. Шойко А.С. Правила вывода во временной логике Уёмова // Уёмовские чтения I-IV (2013–2016): материалы Научных чтений памяти Авенира Уёмова / Философский факультет ОНУ им. И.И. Мечникова. – Одесса, Печатный дом, 2016. – С. 190–196.

4. Цофнас А.Ю. Философия. Ч. 1. Предмет философии. Онтология: учеб.-справ. пособие. – Одесса: Наука и техника, 2009. – 196 с.

5. Рац М.В., Ойзерман М.Т. Размышления об инновациях // Вопросы методологии. 1991. № 1. С. 8–19.

6. Брынцев В.А. Системно-динамический подход как новая научная парадигма // Вестник Московского государственного университета леса – Лесной вестник. 2009, № 1(64). – С. 16–26.

7. Брынцев В.А. Эволюция в движении: Циклические процессы природы и общества. – М.: ЛЕНАНД, 2017. – 152 с.

8. Пископпель А.А. Память и культура через призму понятий «коммуникация» и «трансляции». URL: http://psyhoinfo.ru/pamyat-i-kultura-cherez-prizmu-ponyatiy-kommunikaciya-i-translyacii. Дата обращения: 28.03.2021.