double arrow

Борьба за выбор политического облика страны.1945-1948 гг


В июне 1945 г. было создано Временное правительство нацио­нального единства. Его премьером стал левый социалист Эдвард Осубка-Моравский, возглавлявший до этого ПКНО и Временное пра­вительство, заместителями — Владислав Гомулка (ППР) и С. Миколайчик, бывший глава лондонского правительства, вышедший в конце 1944 г. из его состава и согласившийся вернуться в Польшу. Сторонники экс-премьера получили несколько министерских пос­тов. За счет бывших политиков лондонского лагеря был расши­рен состав КРН. После этого последовала полоса признания пра­вительства странами антигитлеровской коалиции.

С. Миколайчиком была создана собственная партия – Польское стронництво людовое (ПСЛ), быстро превратившееся в одну из крупнейших политических организаций. Оно стало притяга­тельным центром для всех сил, несогласных с политикой ППР и ее союзников.

ППР считала, что объединенные левые партии (ППР, социалистическая, крестьянская и демократическая) в состоянии построить новое общество, которое отличалось бы по своему социально-экономическому устройству и от СССР, и от буржуаз­ных государств. Его экономической базой стала бы многоуклад­ная экономика. В политической области основой строя был бы блок близких по целям партий при ведущей роли ППР, причем оппозиционные ППР партии также участвовали в правительстве. Органи­зованное таким образом общество постепенно, по мере созревания объективных предпосылок, продвигалось бы по пути социалистических преобразований. Во внеш­ней политике новая Польша должна была ориентироваться на СССР, одновременно развивая добрососедские отношения с западными державами. Следует сказать, что эта концепция, наиболее последова­тельным сторонником которой был В. Гомулка (1905-1982), ге­неральный секретарь ЦК ППР, разделялась далеко не всеми ру­ководящими и рядовыми членами партии.




С. Миколайчик и блокировавшиеся вокруг него силы были сторонниками либерально-демократического общественного устройства, основанного на частной собственности на средства производства и свободной игре политических сил. Во внешней политике они придерживались прозападной ориентации.

Кроме легальной оппозиции в Польше продолжало действовать политическое и вооруженное подполье. Противостояние режима и подполья приобрело характер гражданской войны. Совокупные потери сторон конфликта составили около 30 тыс. человек.

В январе 1946 г. была проведена национализация промышленных предприятий с числом занятых более 50 человек в одну смену. Их владельцы по закону имели право на компенсацию.

30 июня 1946 г. состоялся общенациональный референдум, участники которого должны были выразить свое отношение к таким вопросам, как ликвидация сената в будущем парламенте, земельная реформа и национализация основных отраслей промышленности, а также новая западная граница. Фактически речь шла о выяснении отношения общества к основным политическим и социально-экономическим преобразованиям, проведенным по инициативе ле­вых сил в предшествующие два года. Оценить подлинные результаты референдума в связи с фальсификацией властями его итогов сейчас невозможно, но по официальной версии большинство принявших в нем участие поляков ответили утвердительно на все вопросы, осо­бенно на второй и третий.



В январе 1947 г. состоялись первые послевоенные выборы в Законодательный сейм. Их официальные итоги оказались неблагоприятными для ПСЛ, которое внесло протесты в связи с их фальсификацией во всех избирательных округах. Но они не были удовлетворены. Не прореагировали на них и западные посольства, поскольку по ял­тинским соглашениям 1945 г. Польша входила в сферу исключи­тельных интересов СССР. ППР и ее союзники получили 80% де­путатских мандатов. Президентом страны сейм избрал члена ППР Болеслава Берута (1892-1956), до этого возглавлявшего КРН, премьер-министром стал социалист Юзеф Циранкевич.



Победа ППР и ее союзников на выборах открывала путь для реализации их концепции политического устройства. Но ей не суждено было осуществиться.

Уже в 1946 г. появились явные симптомы раскола антигитле­ровской коалиции на противостоящие военно-политические блоки. Надежды советского руководства на возможность утверждения и в Западной Европе народно-демократических режимов не оправдались, коммунисты были удалены из состава правительств в Италии, Франции и Бельгии. Западные политики ставили под сомнение окончательный характер территориальных изменений в Центральной Европе, особенно польско-германской границы. Все более расходились взгляды бывших союзников по антигитле­ровской коалиции на будущее Германии. CША не собирались выводить войска из Европы.

В международном коммунистическом движении появилась тенденция к отказу от поиска так называемых национальных путей продвижения к социализму, к взятию на вооружение советской модели социалистического строительства. В сентябре 1947 г. в Польше состоялось совещание представителей коммунистичес­ких партий Болгарии, Венгрии, Италии, Польши, Румынии, СССР, Франции, Чехословакии и Югославии, на котором было создано Информационное бюро (Коминформ). Очень скоро оно из органа для обмена опытом превратилось в центр руководства деятельностью правящих коммунистических партий стран Центральной и Юго-Восточной Европы, связанных с Москвой союзными воен­но-политическими договорами.

Конфликт между ВКП(б) и Компартией Югославии в 1948 г. и свертывание отношений между СССР и ФНРЮ свидетельствовали о стремлении советского руководства диктовать свою волю странам народной демократии, что весьма болезненно воспринималось их общественностью. В ком­партиях оживились догматические, ортодоксальные силы, не раз­делявшие концепции национальных путей к социализму. При поддержке СССР они перешли в наступление.

В 1948 г. с поста генерального секретаря ЦК ППР был смещен В. Гомулка, обвиненный в «правонационалистическом уклоне». Этот пост занял Б. Берут. Он же возглавил ЦК Польской объединенной рабочей партии (ПОРП), образованной в декабре 1948 г. в результате объединения ППР и Польской социалистической партии на платформе коммунистов. Принятые объединительным съездом ПОРП документы программного характера свидетельствовали об ее отка­зе от концепции народной демократии.







Сейчас читают про: