double arrow

Европа в Новое время


Европейская история XVI - первой половины XVII в. с ее грандиозны­ми открытиями и изобретениями была бы невозможна без утверждения нового взгляда на устройство Вселенной, сформировавшегося в атмосфе­ре духовного климата Ренессанса и исканий гуманистической мысли, без совершенствования искусства кораблестроения, мореходства и навигации, картографирования, общего прогресса техники. Все это стало возможным только на основе обобщения опыта предшествующих поколений и совре­менников, когда сполна смогли быть реализованы возможности великих изобретений классического Средневековья (компас, косой латинский па­рус, порох, книгопечатание), сделаны важные шаги в усовершенствовании механизмов, технологии, организации производства в горном и литейном деле, металлообработке, текстильном производстве, средствах коммуника­ций. Открытия Коперника, Кеплера, Галилея, Декарта, заложившие осно­вы современного научного знания - астрономии, математики, физики, хи­мии, были реализованы уже в другую эпоху - во второй половине XVII в. и особенно в XVIII в., когда развернулся процесс индустриализации.




Новое время - время изобретателей и практиков, время великих гео­графических открытий. В 1492 г. генуэзец Христофор Колумб открыл но­вый материк - Америку, в 1498 г. португальский мореплаватель Васко да Гама установил морской путь в Индию, в 1519 г. португалец Магеллан со­вершил первое кругосветное путешествие. В связи с этими событиями ев­ропейская торговля, простираясь через океаны, стала подлинно мировой. Испания и Португалия превратились в колониальные державы. Открытие нового морского пути явилось тяжелым ударом по традиционной торговле арабов, турок, венецианцев. Новый экономический центр Европы, а по сути дела, и всего мира переместился на берега Северного моря - сначала в Гол­ландию, затем в Англию и Северную Францию. В этих странах одновре­менно развивались и промышленность, и торговля. Позднее эксплуатация золотых и серебряных рудников, сахарных и табачных плантаций Амери­ки, основанная на широком применении труда рабов, захваченных в Аф­рике, принесла огромные богатства главным образом Голландии и Англии. Эти страны по экономическому развитию опережали Испанию и Португа­лию, где продолжали существовать феодальные отношения.

Успех путешествий способствовал изменению во многих областях жиз­ни Европы. На европейских рынках стали появляться новые товары, при­бывшие с Востока и Запада, - хлопчатобумажные изделия, фарфор, какао, табак. Открывшиеся возможности новых морских путей повлекли за со­бою повышение требований к кораблестроению и навигации, к подготовке мастеров по производству карт, компасов и других инструментов. В Пор­тугалии, Испании, Англии, Голландии и Франции были основаны море­ходные школы. Морские путешествия произвели важный переворот в сфере представлений о земле, практическую ценность приобрело изучение дви­жения звезд. В это время массовое применение нашли величайшие изобре­тения, расширившие возможность наблюдения природы, - телескоп и мик­роскоп.



После географических открытий рынок сбыта товаров и получения сырья для производства значительно расширился, быстро рос торговый капитал, богатели буржуазия и купечество. В этот период развивался об­мен продуктов сельского хозяйства на товары, изготовлявшиеся в городе, возрастал объем производимых товаров. Развитие товарного производства, увеличение спроса на продукцию ремесла сопровождались расслоением ремесленников. Из числа наиболее имущих мастеров вырастали капита­листы. Во второй половине XVII в. и в XVIII в. происходило разложение мелкого кустарного производства, цехового ремесла и домашних форм ра­боты. Разорившиеся мастера попадали в полную зависимость от предпри­нимателя. Они работали или на предприятии, или на дому на оборудова­нии, принадлежавшем купцу-предпринимателю. Таким образом, разорив­шиеся ремесленники превращались в наемных рабочих.



Резко возросший спрос на готовые изделия, обусловленный развитием торговли, диктовал необходимость увеличения объема производства. Это достигалось путем привлечения большого числа работников, а также за счет повышения интенсивности их труда, но главным способом резкого увели­чения объема товаров была новая организация труда.

При цеховой организации изготовления изделий работник должен был проходить длительную школу обучения мастерству, прежде чем мог вы­полнять все стадии производственного процесса. Если разбить изготовительный процесс на отдельные стадии, то можно быстро обучить работни­ков выполнять разные конкретные операции, а руководство всем произ­водством поручить одному или нескольким мастерам. При новой органи­зации труда можно было в короткое время подготовить необходимое чис­ло работников узкой, но высокой квалификации, например оптиков.

Новая организация производства подразделяла работников не по сте­пени подготовки (ученик - подмастерье - мастер), а по выполняемой ста­дии производства, освоив которую каждый работник становился в своем роде мастером. Производство, основанное на разделении труда, получило название «мануфактурного». Само слово «мануфактура» означает «ручное изготовление». Но мануфактура - это уже промышленное предприятие со значительным капиталом и наемными рабочими, производящими продук­цию на широкий рынок.

Первые мануфактуры возникли в Италии в XIV в. В конце XV - начале XVI в. мануфактуры создавались в Германии, Англии, Нидерландах, Фран­ции. В XVI-XVII вв. суконные и шелковые, оружейные и стекольные, оптические и другие мануфактуры были распространены во всех европей­ских странах. В России первые мануфактуры появились в XVII в. Наибо­лее быстрыми темпами мануфактурное производство в России стало раз­виваться в начале XVIII в., а широкое развитие мануфактуры получили в XVIII - первой половине XIX в.

Мануфактуры возникли в результате объединения ремесленников ка­питалистом в одном предприятии. Результат такого объединения заклю­чался в том, что изделие, ранее изготовлявшееся одним ремесленником, в мануфактуре было продуктом труда многих работников. Если каждый ра­ботник изготавливал одну из деталей, совокупность которых составляла готовое изделие, то такое предприятие относилось к числу гетерогенных (разнородных) мануфактур. Так, было организовано часовое и оптическое производство, где разделение изготовительного процесса и специализация работников были подетальными: один работник изготовлял пружину, дру­гой - циферблат, третий - стрелку, четвертый - часовую коробку и т. д. Таким образом, изготовление распадалось на ряд частей, связь между ра­ботниками была чисто внешняя, не было даже необходимости размещать работников в одном помещении.

Мануфактура пришла на смену ремеслу средневековых цехов. В клас­сической форме процесс развития мануфактур протекал в Англии, прежде всего в текстильной промышленности, производстве бумаги и стекла; наи­более крупные мануфактуры были в металлообработке и судостроении. В Голландии мануфактуры распространились повсеместно в XVI в., пре­имущественно в новых отраслях и промышленных центрах, не связанных с цеховыми ограничениями (шерстоткацкие, ковровые, текстильные с рас­сеянной системой домашнего производства и т. п.); типичными были ма­нуфактуры но переработке сырья, вывозимого из колоний. Во Франции (XVI-XVII вв.) рассеянная мануфактура возникла на базе деревенской суконной и кожевенной промышленности, централизованная - в книгопе­чатании, металлообработке, в которой значительное место занимало про­изводство предметов роскоши; в шелкоткацком производстве чаще встре­чалась смешанная мануфактура. В Германии мануфактуры начали появ­ляться в начале XVII в., но в силу общей экономической отсталости стра­ны большого развития они не получили до начала XIX в.

Мануфактура представляла собой уже сравнительно крупное капита­листическое предприятие, но, поскольку ее базой являлось ремесло, она все еще не имела решающих преимуществ перед мелким производством. И все же именно развитие мануфактур создало предпосылки для возникновения крупного промышленного производства. Мануфактура упростила многие трудовые операции, усовершенствовала орудия труда, привела к специали­зации инструмента, сделала возможным применение вспомогательных ме­ханизмов и водяной энергии и т. п. Кроме того, мануфактура подготовила кадры искусных рабочих для перехода к машинной стадии капиталистичес­кого производства, наступившей в результате промышленного переворота.

С XVI в. начался процесс постепенного сближения практических зна­ний, накопленных в русле ремесленной традиции, с теоретическими ин­терпретациями природных процессов. На этой основе постепенно форми­ровался особый социально-профессиональный слой технической интелли­генции из числа талантливых мастеров-экспериментаторов, овладевших инженерным искусством, а также отдельных ученых, обратившихся к про­мышленному производству и привносивших теоретические знания, кото­рые отсутствовали у «чистых» практиков. Христиан Якоби в трактате «О природе и инженерной профессии» (1649) изобразил «инженера» как специалиста, сочетающего математические знания с практическими навы­ками в механике, и, противопоставляя его цеховому мастеру, причислял к представителям «свободных искусств».

Широкое внедрение технических новшеств повсеместно наталкивалось на сопротивление цеховых ремесленников. Оно было вызвано не только страхом конкуренции и непосредственной угрозой разорения - обычная мотивировка цеховых запретов. Новаторство вступало в противоречие с традиционным массовым сознанием, с лежащим в его основе представле­нием о греховности богатств, не являющихся результатом непосредствен­ных трудовых усилий и чреватых угрозой «достойному» существованию группы, корпорации. Это средневековое понимание принципа справедли­вости на уровне сознания широких слоев трудящихся, несмотря на все «про­рывы», оставалось достаточно устойчивым в Европе XVI - первой поло­вины XVII в. Лишь со второй половины XVI в. получило распространение прядильное колесо с ножным приводом, известное уже в 70-80-х гг. XV в., а в усовершенствованном виде - в 20-30-х гг. XVI в. В 1586 г. некто Меллер из Данцига изобрел механический ткацкий станок, но использование его было запрещено городским советом.

Наиболее передовым в техническом отношении было шелкоделие, но­сившее с первых шагов экспортный характер и связанное с купеческим предпринимательским капиталом. Потребность в роскоши стала мощным стимулом развития и распространения этой отрасли по всей Европе. В XVI в. она выходит за пределы своей «итальянской колыбели» (Генуя, Венеция, Флоренция, Лукка), утверждается в Брюсселе, Кельне, Регенсбурге; при посредничестве итальянцев распространяется на Лион и его округу, го­рода по Нижней Роне, Цюрих. Расцвело производство гобеленов (Брюс­сель, Париж), позумента, шелковых шнуров и пряжи с серебряной и зо­лотой нитью (Базель, Вупперталь, Нюрнберг). Со второй половины XVI в. распространяется плетение кружев на коклюшках (Брюссель, Париж, Ве­неция).

Технический поиск шел рука об руку с освоением новых технологий, новых видов сырья и типов тканей: массовых и дешевых, доступных про­стому горожанину и зажиточному крестьянину, пользующихся спросом у жителей было организовано часовое и оптическое производство, где разделение изготовительного процесса и специализация работников были подетальными: один работник изготовлял пружину, дру­гой - циферблат, третий - стрелку, четвертый - часовую коробку и т. д. Таким образом, изготовление распадалось на ряд частей, связь между ра­ботниками была чисто внешняя, не было даже необходимости размещать работников в одном помещении.

Мануфактура пришла на смену ремеслу средневековых цехов. В клас­сической форме процесс развития мануфактур протекал в Англии, прежде всего в текстильной промышленности, производстве бумаги и стекла; наи­более крупные мануфактуры были в металлообработке и судостроении. В Голландии мануфактуры распространились повсеместно в XVI в., пре­имущественно в новых отраслях и промышленных центрах, не связанных с цеховыми ограничениями (шерстоткацкие, ковровые, текстильные с рас­сеянной системой домашнего производства и т. п.); типичными были ма­нуфактуры но переработке сырья, вывозимого из колоний. Во Франции (XVI-XVII вв.) рассеянная мануфактура возникла на базе деревенской суконной и кожевенной промышленности, централизованная - в книгопе­чатании, металлообработке, в которой значительное место занимало про­изводство предметов роскоши; в шелкоткацком производстве чаще встре­чалась смешанная мануфактура. В Германии мануфактуры начали появ­ляться в начале XVII в., но в силу общей экономической отсталости стра­ны большого развития они не получили до начала XIX в.

Мануфактура представляла собой уже сравнительно крупное капита­листическое предприятие, но, поскольку ее базой являлось ремесло, она все еще не имела решающих преимуществ перед мелким производством. И все же именно развитие мануфактур создало предпосылки для возникновения крупного промышленного производства. Мануфактура упростила многие трудовые операции, усовершенствовала орудия труда, привела к специали­зации инструмента, сделала возможным применение вспомогательных ме­ханизмов и водяной энергии и т. п. Кроме того, мануфактура подготовила кадры искусных рабочих для перехода к машинной стадии капиталистичес­кого производства, наступившей в результате промышленного переворота.

С XVI в. начался процесс постепенного сближения практических зна­ний, накопленных в русле ремесленной традиции, с теоретическими ин­терпретациями природных процессов. На этой основе постепенно форми­ровался особый социально-профессиональный слой технической интелли­генции из числа талантливых мастеров-экспериментаторов, овладевших инженерным искусством, а также отдельных ученых, обратившихся к про­мышленному производству и привносивших теоретические знания, кото­рые отсутствовали у «чистых» практиков. Христиан Якоби в трактате «О природе и инженерной профессии» (1649) изобразил «инженера» как специалиста, сочетающего математические знания с практическими навы­ками в механике, и, противопоставляя его цеховому мастеру, причислял к представителям «свободных искусств».

Широкое внедрение технических новшеств повсеместно наталкивалось на сопротивление цеховых ремесленников. Оно было вызвано не только страхом конкуренции и непосредственной угрозой разорения - обычная мотивировка цеховых запретов. Новаторство вступало в противоречие с традиционным массовым сознанием, с лежащим в его основе представле­нием о греховности богатств, не являющихся результатом непосредствен­ных трудовых усилий и чреватых угрозой «достойному» существованию группы, корпорации. Это средневековое понимание принципа справедли­вости на уровне сознания широких слоев трудящихся, несмотря на все «про­рывы», оставалось достаточно устойчивым в Европе XVI - первой поло­вины XVII в. Лишь со второй половины XVI в. получило распространение прядильное колесо с ножным приводом, известное уже в 70-80-х гг. XV в., а в усовершенствованном виде - в 20-30-х гг. XVI в. В 1586 г. некто Мел-лер из Данцига изобрел механический ткацкий станок, но использование его было запрещено городским советом.

Наиболее передовым в техническом отношении было шелкоделие, но­сившее с первых шагов экспортный характер и связанное с купеческим предпринимательским капиталом. Потребность в роскоши стала мощным стимулом развития и распространения этой отрасли по всей Европе. В XVI в. она выходит за пределы своей «итальянской колыбели» (Генуя, Венеция, Флоренция, Лукка), утверждается в Брюсселе, Кельне, Регенсбурге; при посредничестве итальянцев распространяется на Лион и его округу, го­рода по Нижней Роне, Цюрих. Расцвело производство гобеленов (Брюс­сель, Париж), позумента, шелковых шнуров и пряжи с серебряной и зо­лотой нитью (Базель, Вупперталь, Нюрнберг). Со второй половины XVI в. распространяется плетение кружев на коклюшках (Брюссель, Париж, Ве­неция).

Технический поиск шел рука об руку с освоением новых технологий, новых видов сырья и типов тканей: массовых и дешевых, доступных про­стому горожанину и зажиточному крестьянину, пользующихся спросом у жителей заокеанских стран; дорогих, роскошных, удовлетворявших изысканный вкус аристократии, патрициата, богатого купечества. XII-XVII вв. ­ - крупнейшим мастером-мебельщиком эпохи барокко, несомненно, яв­ляется фламандец по происхождению Андре Шарль Буль (1642-1732). Он обладал многосторонним талантом - был архитектором, живописцем, ма­стером художественной мебели, рисовальщиком, гравером. Буль первым стал инкрустировать мебель черепаховым панцирем (техника «пике»), широко применял эбеновое дерево, слоновую кость, бронзу и олово. Пер­вые значительные работы Буля появляются уже в 1672 г., когда он стано­вится придворным мастером Людовика XIV. После смерти придворного столяра Жана Масэ Буль в 1679 г. возглавил мастерские в Лувре, значи­тельно расширив их.

Произведения Буля производят впечатление строгой величавости; ве­дущий элемент орнаментики - крупные, симметричные мотивы стилизо­ванной лозы. Мастера, следовавшие приемам Буля, по характеру материа­ла, которым они пользовались, были названы чернодеревцами; они рабо­тали в тесном сотрудничестве с маркетерами и бронзовщиками. Буль все­гда сам выполнял все работы, связанные с изготовлением мебели, - от про­екта до отделки. Мастерская Буля, в которой работали и четыре его сына, со временем выросла в крупное мебельное предприятие. В настоящее вре­мя мебель Буля и его наследников хранится в Лувре, Версале, Фонтенбло, в парижском музее Клюни.

На развитие мебельного искусства Франции большое влияние оказали рисунки образцовых предметов мебели, авторами которых были многие видные художники и мастера-мебельщики - Маро, Лепотр, Лебрен, Каффиери и др. Художественная мебель, производившаяся в мастерских Па­рижа, начинает в это время оказывать заметное влияние на мебель сосед­них стран, да и в целом французский язык, французские моды и манеры становятся предметом подражания во всех европейских столицах.

Длительная эпоха барокко блестяще завершается во второй четверти XVIII столетия искусством стиля рококо, который иногда называют еще стилем Лю­довика XV. В противовес парадности и масштабности барокко в интерьерах ро­коко появляется больше утонченности и интимности. Аристократический «мя­теж» против грубой реальности сказывался в том, что естественной тектонике, естественным свойствам материалов и пропорциям предпочитались атектоничность, иные, чем в натуре, пропорции, отвергались законы силы тяжести. Хруп­кие столики и пуфы стоят на тонких, загнутых книзу ножках. Как раз те части стульев, которые являются несущими и по логике вещей должны быть наибо­лее устойчивыми и крепкими, имеют вид неустойчивый и облегченный.

Прикладное искусство, однако, создавало вещи, которыми можно было пользоваться. В этот период в моду входят восточные, прежде всего китай­ские, мотивы. Изящные по формам, украшенные тонким, изысканным де­кором художественные изделия китайских мастеров отлично гармониро­вали со стилем, процветавшим при европейских королевских дворах. Пер­вые китайские образцы были завезены в Европу торговыми судами вест-индских компаний еще в начале XVII в. В середине XVIII столетия увле­чение «китайщиной», коллекционирование фарфора и лаков, подражание китайским образцам достигает апогея. Братья Мартэн выпускают изящ­ную, декорированную китайскими мотивами мебель в технике черного лака.

Секретом производства фарфора овладели и европейские мастера. В Германии возникла Мейсенская фарфоровая мануфактура, выпускавшая псевдокитайские изящные безделушки - разрисованные фигурки китай­ских мандаринов, лодочки и пагоды.

Однако истинным законодателем мод в производстве керамики со второй половины XVIII в. стал французский севрский фарфор, который выпускался на мануфактуре в Севре с 1756 г. Предшественницей этого предприятия была небольшая мануфактура в Венсене в пригороде Парижа, основанная Людови­ком XV в 1738 г. и переведенная позднее в Севр. Венсенский фарфор отличал­ся высоким мастерством отливки фарфоровых цветов в стиле рококо.

Покровительницами севрской мануфактуры являлись также фаворит­ки короля мадам Дюбарри и мадам де Помпадур, имя которой получил один из классических цветов севрского фарфора «роз Помпадур». К ра­боте в Севре были привлечены талантливые художники и скульпторы (Франсуа Буше, Клод Дюплесси). Севрские мастера великолепно рабо­тали как с глазурованным фарфором, так и с бисквитом. Цветочный де­кор был их излюбленным мотивом украшения - необыкновенной красо­ты букеты, корзины, венки, гирлянды цветов не могли оставить равно­душным ни интеллектуала, ни обывателя. Будучи истинными произве­дениями искусства, статуэтки из бисквита стали визитной карточкой сев­рского фарфора.

Ведущим центром французской, да и всей европейской художествен­ной мебели этого периода был Париж. В мастерских парижских мастеров -чернодеревцев изготовлялась мебель стиля рококо. После 1743 г. вошло в правило ставить клеймо мастера или цеха на особенно каче­ственные предметы мебели. Эта форма защиты качества продукции была последним отголоском цехового строя. Во второй половине XVIII в. парижские цехи - «Корпорация столяров и чернодеревцев» - объеди­няла около 1200 мастеров-мебельщиков. Производившаяся ими мебель не только удовлетворяла отечественный рынок, но и в большом количе­стве вывозилась за границу.

К концу XVIII столетия капризные, доведенные до крайнего перенасы­щения формы начинают постепенно «успокаиваться», в искусстве назре­вает культ более строгих и упорядоченных форм, тяготевших к античным первоисточникам, к простоте и ясности.







Сейчас читают про: