double arrow

План лекции: 1.Макросоциологические теории


2. Микросоциологические теории.

§ 1. Макросоциологические теории.

Структурный функционализм. Функционализм с его акцентом на натуралистический подход к исследованию социальной реаль­ности, на естественнонаучную методологию и системные качества общества, с его попыткой перечислить все необходимые условия, обеспечивающие равновесие и «порядок» социальной системы, все составляющие ее элементы, механизмы ее интеграции, в свое вре­мя находил широкую поддержку как в академических, так и в по­литических кругах.

Наиболее полно основы функционализма сформулировал Толкотт Парсонс (1902—1979). Он стремился обосновать централь­ную идею своего социального учения, идею «социального поряд­ка», в котором над конфликтом доминирует согласие (консенсус). Он построил концептуальную схему, в центре которой находится процесс взаимодействия социальных систем, окрашенных личност­ными характеристиками и ограниченных культурой. Обвинения в антиисторизме структурный функционализм пы­тался опровергнуть: а) разработкой неоэволюционизма, б) созда­нием ряда теорий «социального изменения», учитывающих значе­ние дисфункциональных элементов в социальной системе, в) по­воротом к изучению «социального конфликта», апеллирующему к работам К.Маркса, г) выработкой своего рода синтеза структур­но-функциональной модели равновесия и модели конфликта, обыч­но выражающейся в функциональных терминах, д) созданием так называемой общей теории социальных систем.




На упрек в нормативном детерминизме структурный функционализм оказался неспособным ответить, что и вызвало появление ряда оппозиционных ему теорий (Под детерминизмом в данном случае понимается причинная взаимообусловленность явлений).

Неоэволюционизм. Неоэволюционистские теории в большин­стве своем пытаются совместить характерную для структурного функционализма идею системности с идеей развития. Одним из первых такую попытку предпринял сам основатель структурного функционализма Т Парсонс. В книгах, написанных совместно с Эдвардом Шилзом (р.1911) «К общей теории действия» (1951) и «Рабочие материалы по теории социального действия» (1953), он выдвинул положение о том, что все действующие системы, если им удается выжить, сталкиваются с четырьмя важными проблемами. Во-первых, они должны обеспечить получение ресурсов из окружающей среды и распределение внутри системы. Этот про­цесс Парсонс и Шилз назвали «адаптацией». Во-вторых, системы должны быть способными мобилизовать ресурсы для достижения определенных целей и установить приоритет между ними (целя­ми). Это — процесс «целедостижения». В-третьих, отношения внут­ри системы должны координироваться, регулироваться и, следо­вательно, иметь налаженный механизм «интеграции». Наконец, в-четвертых, должны существовать пути выработки в составляющих систему индивидах такой мотивации, которая обеспечивала бы соответствие их деятельности целям системы, равно как и пути снятия прежних эмоциональных напряжений у членов общества. Это — механизм «поддержания ценностного стандарта».



С введением Парсонсом и Шилзом указанных понятий наме­тился существенный сдвиг в теории от анализа структур к анализу функций. Структуры теперь рассматриваются с точки зрения их функциональных последствий для решения названных четырех проблем; взаимосвязь между частными структурами анализирует­ся с точки зрения ее влияния на те условия, которые каждая из структур способна удовлетворить. Тем самым Парсонс и Шилз попытались решить проблему раз­вития и изменения системы путем приведения ее в соответствие с требованиями нормативной модели. Их подход, несмотря на не­который сдвиг акцентов, остался нормативистским.

Наконец, Парсонс предпринял еще одну попытку совместить идею эволюционизма со своей социологической схемой. Он обра­тился к проблеме человека и попытался объяснить процесс услож­нения социальных систем через всевозрастающую дифференциа­цию функций, выполняемых индивидами в системе. Он утверж­дал, что процесс все возрастающей дифференциации ролевых функ­ций оказал воздействие на эволюцию человеческих обществ и кон­кретных социальных систем. На ранних этапах человеческой эво­люции, отмечал Парсонс, различные ролевые функции выполня­лись одним лицом. В современном мире произошла дифферен­циация ролевых функций, которые стали выполняться различны­ми лицами. Таким образом, он делал вывод: современные общест­ва эволюционировали в высокодифференцированные структуры, способные осуществлять эффективный контроль над окружением. Тем самым они достигли не только экономической, но и культур­ной продуктивности, притом в такой степени, о которой на ран­них стадиях не имели никакого представления. Парсонс сумел подняться над функционализмом, не отбросив, а приспособив его к требованиям эволюционного подхода. Однако сохранить функ­ционализм оказалось возможным, только лишив эволюционизм присущего ему духа развития и прогресса. Содержание социальной эволюции свелось у Парсонса к усложнению системы и уве­личению ее адаптивной способности.



Известный интерес представляют культурологические вариан­ты неоэволюционистских теорий, выдвинутые американскими со­циологами и антропологами Л. Уайтом, Дж Стюардом, Дж. Мердоком и др. Различие их эволюционистских подходов определяет­ся прежде всего выбором фактора, который они кладут в основу общественного развития. Так, Уайт придерживается концепции «технологического детерминизма» в культурной эволюции, Стю­ард стоит на позиции многолинейной эволюции, Мердок акцен­тирует внимание на роли социальной организации и т.д. (Кри­тика современной буржуазной теоретической социологии. М, 1977. С. 50-51).

Теория социальных изменений. Теория социальных изменений в социологии существует в нескольких вариантах. Сконструиро­вать модель социального изменения в традициях структурно-функ­ционального анализа попытался Роберт Мертон (р.1910), находя­щийся под сильным влиянием идей П. Сорокина и Т. Парсонса. Основываясь на методологических принципах структурно-функционального анализа, Мертон заявил об отказе от создания общей социологической теории. В книге «Социальная теория и социаль­ная структура» (1968) он предложил систему множественных мо­делей функционального анализа на уровне конкретных социаль­ных систем и общностей. Пытаясь преодолеть метафизичность структурно-функционального подхода Парсонса, Мертон наряду с понятием функции ввел понятие «дисфункция», т.е. заявил о воз­можности отклонения системы от принятой нормативной модели, что, в свою очередь, должно повлечь за собой или новый этап в приспособлении системы к существующему порядку, или опреде­ленное изменение системы норм. Таким путем Мертон пытался ввести в функционализм идею изменения. Но он ограничил изме­нение «средним» уровнем — уровнем конкретной социальной сис­темы, связав его с проблематикой «разлада» системы — с поняти­ем аномии.

Кроме разработанной Мертоном «структурно-дисфункциональной» модели социального изменения, существует целый ряд дру­гих — однофакторных и многофакторных — моделей. Общее, что характеризует все модели, — это попытка выяснить причины ста­новления и развития тех или иных социальных явлений, т.е. по­пытка дать им причинно-следственное объяснение. На протяже­нии длительной истории развития социологической мысли назы­вались самые разные причины социальных изменений: естествен­ный отбор (Г.Спенсер), географическая среда, особенно климат (Р.Бокль), народонаселение (Р.Мальтус), раса (А.Гобино), выдающиеся личности (Ф.Ницше), война (А.Тойнби), технология (У.Огборн), разделение труда и кооперация (Э.Дюркгейм), эко­номика (У.Ростоу), идеология (М. Вебер) и др.

В теориях социальных изменений «структурно-функциональ­ной» модели оказалась противопоставлена «причинно-следствен­ная» модель анализа социальных изменений. В качестве альтерна­тивы нормативному детерминизму было выдвинуто несколько ви­дов детерминизма (причинной обусловленности) — от биологи­ческого до технологического и экономического. Однако общая точка зрения так и не сложилась.

Теории социального конфликта.Теории социального конфлик­та создавались на основе критики метафизических элементов струк­турного функционализма Парсонса, которого обвиняли в чрезмер­ном акцентировании внимания на комфортности, в забвении со­циального конфликта, в неумении учесть центральное место материальных интересов в человеческих делах, в неоправданном опти­мизме, в подчеркивании значения интеграции и согласия за счет радикального изменения и нестабильности. У истоков теории «социального конфликта» стоял американ­ский социолог Ч.Р.Миллс. Опираясь на идеи К.Маркса, Т.Веблена, М.Вебера, В.Парето и Г.Моска, Миллс утверждал, что любой макросоциологический анализ чего-то стоит лишь в том случае, если он касается проблем борьбы за власть между конфликтующими социальными группами (Миллс Р. Властвую­щая элита М , 1954).

Более четкую формулировку теория «социального конфликта» получила в работах германского социолога Р.Дарендорфа, анг­лийского — Т.Боттомора, американского — Л.Козера и других западных социологов. Обосновывая главные положения теории социального конфлик­та, Ральф Дарендорф (р.1929) утверждает, что все сложные органи­зации основываются на перераспределении власти, что люди, об­ладающие властью, способны с помощью различных средств, сре­ди которых главным является принуждение, добиваться выгоды от людей, обладающих меньшей властью. Возможности распределе­ния власти и авторитета крайне ограничены, и поэтому члены любого общества борются за их перераспределение. Эта борьба может не проявляться открыто, но основания для нее существуют в любой социальной структуре.

Таким образом, согласно Дарендорфу, в основе конфликтов человеческих интересов лежат не экономические причины, а стрем­ление людей к перераспределению власти. Источником конфлик­тов становится так называемый «политический че­ловек», а поскольку одно перераспределение власти выдвигает на очередь другое, социальные конфликты имманентно присущи любому обществу. Они неизбежны и постоянны, служат средством удовлетворения интересов, смягчения проявлений различных человеческих страстей. «Все отношения индивидов, построенные на несовместимых целях, — утверждает Дарендорф, — являются отношениями социального конфликта».

Теории социальных систем. Своеобразным синтезом структур­но функциональной модели равновесия и модели социального конфликта стала общая теория социальных систем, обычно фор­мулируемая в функциональных терминах. Развитие данного направления продолжает традиционно-на­туралистическую, позитивистскую ветвь, когда объект социоло­гии — социальные отношения и структуры — трактуется в поня­тиях, близких к естественнонаучному подходу. Эти отношения и структуры рассматриваются как абсолютно не зависящие от лю­дей, от их намерений и стремлений. В таком случае поведение людей определяется «императивами системы», обусловливающи­ми направленность их действий и диктующими типы принимае­мых решений.

Сторонники этого подхода ищут условия, обеспечивающие позитивные для системы последствия, причем часто эффектив­ность «работы» системы оценивается независимо от анализа воз­можных негативных последствий тех или иных решений для лю­дей. Сведение характеристики человека к какому-то одному каче­ству, например к потребностям, мотивациям или установкам, дей­ствительно делает теоретические модели более простыми, но они (модели) перестают соответствовать реальности анализируемых при их посредстве социальных процессов.

Это становилось все более очевидным при попытке эмпири­чески проверить теоретические положения, выдвигавшиеся в рус­ле такого подхода В конце концов оказалось невозможным уйти от вопроса о качественной специфике объекта социологического исследования. Здесь чрезвычайно важное влияние оказали работы Ж.Гурвича, Т.Адорно, Х.Шельски, М.Поланьи и др. социологов и представителей философии науки. Они вынуждены были искать причины тех неудач, которые постигли как эмпирическую социо­логию, так и макротеории общества, основанные на допущениях, свойственных естественным наукам. Такими причинами были, в первую очередь, игнорирование сознательной творческой деятель­ности индивида в созидании и развитии социального процесса, активное использование идей и методов естественнонаучного зна­ния, сопровождавшееся приданием последним отнюдь не свойственных им широких мировоззренческих функций.

Структурализм. Во Франции роль структурно функционально­го подхода к социальной реальности сыграл структурализм — влиятельное направление, представленное такими видными соци­ологами, как М.Фуко, К.Леви-Стросс и др. Основной пафос структурализма состоял в попытке постро­ения новой модели социальной реальности. Такой моделью для структуралистов явился язык как изначально и прозрачно структу­рированное образование. Структуралисты Франции — последова­тели лингвистического структурализма, развивавшегося в первой четверти века. Это определило их методологический аппарат, свя­занный с аппаратом структурной лингвистики, семиотики, с при­влечением некоторых методов, используемых точными и естест­венными науками.

«Гиперрационалистский» подход к социальной реальности со­стоит в акцентировании наличия во всех человеческих проявлени­ях — общественных институтах, культурном творчестве и т.д. — некой общей субстанции — «коллективного бессознательного». Клод Леви-Стросс (р.1908), один из крупнейших современных культурантропологов, изучая структуру мышления и быта первобытных народов, делает вывод, что исторический подход («диахронный разрез») лишь облегчает понимание того, как возникают те или иные социальные институты. Главная же цель научного исследования общества — «синхронный разрез», прослеживание того, каким образом коллективное бессознательное формирует символические структуры данного общества — его ритуалы, куль­турные традиции, речевые формы. Изучение исторических и эт­нических фактов — лишь шаг к постижению коллективного бес­сознательного. Фундаментальные этнологические труды Леви Стросса обла­дают значительной эвристической ценностью

У Мишеля Фуко (1926—1984) социоисторические исследова­ния культур (он именует их «дискурсами») прошлого, особенно эпохи средневековья, раннего и позднего Возрождения, класси­цизма, посвящены наиболее к тому времени слабо изученным об­ластям человеческого бытия — таким сферам коллективного бессознательного, как болезнь, безумие, девиантное поведение. Позд­нее он работает над многотомным трактатом по истории сексу­альности. Фуко выводит «дискурсивные» (моментальные) структуры — подразумевая под этими обозначениями нормативные системы и структурацию знания, действовавшие в различные периоды исто­рии, — из структуры социальных институтов. Истинно научным, объективным исследованием является, по Фуко, возможно более строгое и детальное изучение каждой дан­ной ментальной структуры как структуры коллективного бессознательного в ее соотношении со структурой «власти».







Сейчас читают про: