double arrow

Система охотников и собирателей: «сан»


Вплоть до XIX в. социально-политические структуры сан характеризовались минимальной ролевой специализацией. Структура, родства формировалась нуклеарной и расширенной семьей, а также родовым сообществом объединением семей, являвшихся собственниками растительной пищи и источников на определенной территории. Размеры общины обычно колебались в пределах от 10 до 50 членов, в среднем составляя 25 человек. Большинство членов играло две экономические роли: охотник на диких животных (антилоп, жирафов, бородавочников африканских кабанов) и собиратель растительной пищи (орехов, ягод, фруктов, овощей, кореньев и луковиц). Некоторые торговали раковинами, бусами и слоновой костью с более развитыми африканскими племенами, такими, как овамбо, тсвана (бечуаны), и гереро. Другие, пасли скот, были проводниками и Связными с племенем тсвана. В культурной сфере отсутствовала, какая бы то ни было церковная институционализация; главную роль играли шаманы, занимавшиеся врачеванием и вдохновлявшие членов сан на поклонение божествам-духам, обитавшим на земле и на небе. На вождя племени были возложены особые обязанности: он разрешал семейные споры, следил за потреблением воды, собиранием плодов и ягод и передвижением племени от одного источника к другому.

В племени сан семейные роли не были дифференцированы, более того, именно семья служила объединяющей парадигмой для общественно-политической системы. Так, например, глава расширенной семьи часто становился вождем племени. После его смерти титул вождя по наследству переходил к старшему сыну. Экономическое разделение труда отражало закрепление за полами определенных ролей. Мужчины обычно занимались охотой; женщины, иногда вместе с мужчинами, собирали плоды. Почитание богов-духов дополнялось почитанием предков. Совершая религиозный ритуал, состоявший из пения и танцев, сан восхваляли духов усопших предков, а также божества, обитавшие в восточной и западной части небес.

Функционирование общественных структур отражало низкую ролевую специализацию. Не существовало ни института полиции, ни вооруженных сил, способных осуществлять функцию принуждения. Поскольку племя нуждалось в сохранении членов и увеличении числа охотников на диких животных, при принятии решений пользовались консенсуалъной моделью, опиравшейся на обсуждение и убеждение. В племени превалировала политическая децентрализация. Каждое из небольших племен, насчитывающих по 25-30 человек, было независимо от других племен и от верховной власти. Если младший брат не желал жить под началом старшего, ставшего вождем после смерти отца, он отделялся и основывал собственное племя. Процесс проведения той или иной политики не регулировался ни институтами управления, ни даже собраниями собирателей. Разрешение споров, которые члены семьи были не в состоянии уладить собственными силами, брал на себя вождь.

Особое значение для племени сан. имели духовные ценности. Придавая материальным предметам духовный смысл, они соединяли священные ценности и ценности повседневной жизни. НА-пример, к огню они относились как к священному дару богов, но одновременно использовали для приготовления пищи и обогревались с его помощью в холодные ночи в пустыне. Охота также являлась не только способом добычи мяса, но и ритуальным действом, укреплявшим духовное единение. Занимать прочное положение вождь мог, только обладая такими нравственными качествами, как мужество, великодушие, скромность и миролюбие.

Кроме того, политическая легитимность вождя обеспечивалась заботой о благосостоянии племени. Суровые условия существования требовали от охотников и собирателей умения приспособиться к скудным экономическим ресурсам, следствием чего являлась необходимость объединения. Агрессивные эгоистические интересы отдельных индивидов поставили бы под угрозу саму систему. Индивидуализм означал корысть, стяжательство, своеволие и мог привести к разрыву с общиной.

Основу отношений вождя и рядовых членов общины составлял эгалитаризм. Поскольку всех их объединяли одинаковые экономические интересы (необходимость добывать животную и растительную пищу), а также общая религия, господствующим принципом взаимоотношений внутри системы сан было политическое равенство. Поведение вождей племени отличалось скромностью. При разрешении споров члены племени полагались на метод убеждения, на диалог. Политическое равенство и коллективистское поведение дополнялись экономическим равенством. Хотя индивиды и имели ряд предметов в личной собственности (шкуры, луки, стрелы, колчаны, кости, рота, раковины); семьи сообща владели источниками с прилегающими к ним землями. Обычай делиться дарами и добытой пищей еще более сокращал дистанцию, отделявшую вождей от рядовых членов общины.

До 50-х годов XIX в. племя сохраняло преемственность традиционных ценностей и социально-политических структур. Пути разрешения основных проблем определяли не столько волюнтаристские действия вождей, сколько традиции и обычаи. Медленный ход перемен был обусловлен ограниченным числом внутренних конфликтов, презрительным отношением к самоутверждению личности и отсутствием институтов управления.

В течение XIX и XX вв. соприкосновение с внешними властными структурами положило начало трансформации традиционного образа жизни сан. Сначала земли племени были экспроприированы немецкими колонизаторами и переданы ими белым фермерам-переселенцам, которые стали использовать членов общины в качестве дешевых батраков. В 1920 г. Юго-Западная Африка была преобразована в подмандатную территорию ЮАС, и переселенцы-африканеры продолжили политику эксплуатации. Племя сан теряло свои земли, занимаемые фермерами, национальными заповедниками сафари парками; охота и собирательство переставали быть основными занятиями. Некоторые нанимались пасти скот, чтобы обеспечить сeбe кров и пропитание, которые они получали в виде платы от владельцев ферм, или торговали луками, стрелами, бусами и скотом. Многие сами стали фермерами. Молодые мужчины пошли работать на южноафриканские золотые прииски либо в полицию или стали солдатами и воевали на стороне южноафриканских сил обороны против Народной организации Юго-Западной Африки, боровшейся за политическую независимость Намибии.

Растущее влияние внешних факторов, особенно после второй мировой войны, способствовало трансформации системы охотников и собирателей сан. Дети теперь получали образование в государственных учреждениях. Заболев, члены общины обращались не к знахарям, которые «общались» с божествами и духами предков, а в государственные учреждения здравоохранения. На них оказывала давление обстановка политического насилия в Намибии, Анголе и Южной Африке. В результате участились случаи бытовых преступлений на почве алкоголизма. Секуляризация, специализация и политическая централизация, насаждаемые правительствами Ботсваны, Намибии и Южно-Африканской Республики, разрушили эгалитарную племенную солидарность сан: Усилилась политическая иерархия, возросло господство мужчин и экономическое неравенство3.


Сейчас читают про: